Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Борис Андреевич Диденко Хищная власть

0|1|2|
<p>ХИЩНАЯ ВЛАСТЬ. ЗООПСИХОЛОГИЯ СИЛЬНЫХ МИРА СЕГО

* * *

Стадное чувство должно господствовать в стаде, – но не выходить за его пределы. Вожакам стада нужна в самом корне отличная от стадной оценка их собственных поступков, равным образом – независимым, или «хищным» животным. Смертельная вражда стада против иерархии: стадный инстинкт на стороне уравнителей (Христос).

Ф.Ницше, «Воля к власти»

* * *

Еще я чувствовал ночью властолюбцев как нечто чуждо-бесспорное, что-то вроде черных скал, на которых и мох не растет… они стоят, погруженные в воду, и нет ничего у них с водой, и у воды – с ними.

М.М.Пришвин. «Зеркало человека»

* * *

В действительности есть в основном неписаная история, которая повествует о событиях, совершенно отличных от описанных нашими стерилизованными учебниками. Она повествует о преднамеренном создании войн, сознательном финансировании революций для смены правительств и об использовании конфликтов для установления Нового Мирового Порядка.

Энтони Саттон

РОДОСЛОВНАЯ ВЛАСТИ

Власть… О ней написаны горы книг. Ее по праву можно считать одной из «вечных тем», наряду с темами любви, смерти, смысла жизни… И то, что власть – зло, трудно оспаривать. Невозможно даже в общих чертах описать весь тот водопад несчастий и горя, который власть обрушивает на людей. Преступления и несправедливости, совершeнные власть имущими и равно борющимися за власть, – неисчислимы.

Человечество всe ближе подходит к пониманию проблемы власти, – зла, исходящего от властных структур. Но нет пока ответа на самый главный вопрос. Почему власть – зло?! Почему словосочетание «нравственная власть» воспринимается как совершенно немыслимое, типа «круглого квадрата» или «горячего льда»? То ли, действительно, власть портит человека, то ли сам человек до такой степени способен «красить место», что дальше некуда? Не существует понимания непосредственного «менталитета власти». Какова внутренняя (интроспективная) «психологическая картина», мотивационная основа бесчеловечного поведения самих властителей (правителей, иерархов, «авторитетов»), которые не теряя душевного комфорта, обрекают людей на невзгоды и страдания? «Власть развращает человека, абсолютная власть развращает абсолютно» Неужели любой человек, обретший власть, способен на подобное «развращение»? Или только некие «избранные»? Древние греки считали, что «власть выявляет истинную суть человека». Но что же мешает прийти к власти по-настоящему хорошим, честным и нравственным людям, да и проявлять на столь ответственном посту свою «суть» – вершить благородные и великие дела для счастья людей?

В современной жизни, в истории мы видим совершенно противоположное. Знаменитую «кротость» царя Давида, беспощадно расправлявшегося с населением завоеванных им городов. Приказывающего поголовно всех, в том числе стариков, женщин и детей, «подкладывать под молотилки, железные пилы и бросать их в обжигательные печи». «Остроумие» римского диктатора Суллы, устроившего после захвата власти резню шести тысяч своих противников, а на вопрос о том, что это за страшные крики за окнами, ответившего: «Там по моему приказу наказывают нескольких негодяев». Нравы, наконец, нашего ГУЛАГа, уступавшие пальму первенства по жестокости разве что гаитянской «правоохранительной» службе тонтонмакутов. Ответы на поставленные вопросы дает концепция врожденных видовых поведенческих различий в человеческом семействе.

Согласно ей, человечество представляет собой парадоксальное общежитие существ несовместимо разных, от рождения наделенных диаметрально противоположными психогенетическими мотивационными поведенческими комплексами: стадным (подавляющее большинство) и хищным (несколько процентов). Вызвано это самим процессом антропогенеза. Человечество, как это доказывает великий русский ученый Борис Федорович Поршнев, в своем становлении прошло страшную стадию адельфофагии (поедание собратьев). Проще говоря, человеческая история началась с людоедства, с хищности, противоестественно направленной на представителей своего же вида. Создал человека вовсе не труд, не «естественный» отбор, а лишь предельный, смертельный страх перед «ближним своим». С этим трагическим, но неопровержимым фактом уже нельзя не считаться. На сегодняшний день – это самая правдоподобная и достоверная гипотеза антропогенеза, просто и понятно объясняющая весь круг вопросов, касающихся происхождения т.н. Homo sapiens sapiens note 1 (концепция Поршнева изложена в Приложении, а также в note 2).

Наберусь смелости утверждать, что мы имеем здесь дело с той закономерностью, которая связывает простоту с гениальностью. Палеопсихологическое открытие Б.Ф.Поршнева даже мало назвать гениальным, это нечто из области прозрений и откровений. Можно сказать, несколько перефразировав общеизвестные слова о существовании Бога: «Даже если бы это открытие было неправдой, то его стоило бы выдумать, ибо человечество заслуживает подобной интерпретации своего богомерзкого образа жизни». Человечество, таким образом, потеряло статус «загадочного космического подкидыша». Оно теперь знает собственную подлинную родословную, имеет на руках достоверную «метрику», и поэтому уже не в праве «изобретать» себе «благородных, божественных родителей». Следует добавить, что это нисколько не умаляет статус человечества, а наоборот, теперь открываются совершенно новые горизонты в понимании его роли и предназначения в Мире. Но всe обстоит несравнимо сложнее, чем тот невразумительный туман детской сказки о волшебниках, который навевают религиозные и разного рода астрально-оккультные деятели.

Хотя выводы Поршнева относятся к чрезвычайно древним периодам человеческой праистории, однако его теория не содержит никаких положений, мешающих экстраполировать ее действие вплоть до сегодняшнего дня. Построенная на этом фундаменте гипотеза видовой неоднородности человечества достаточно полно отвечает на большинство непонятных вопросов человеческого общежития.

В процессе антропогенеза сформировалось два хищных вида: суперанималы (сверхживотные) – потомки «первоубийц», «адельфофагов», и суггесторы – агрессивные приспособленцы. Суггесторы стали подражателями и приспешниками суперанималов. Хищные виды пошли по пути наименьшего сопротивления, уже «обкатанному» Природой: зверскому (жестокость и хитрость). Проявления хищного поведения весьма разнообразны – от морального издевательства до убийства. Два нехищных вида характеризуются врожденным инстинктом неприятия насилия. Диффузный вид (от «диффузия», распространение, растекание) – люди, легко поддающиеся внушению, и неоантропы – менее внушаемые люди, обладающие обостренной нравственностью. Нехищным людям свойственна предрасположенность к самокритическому мышлению, не всегда, к сожалению, реализуемая.

Наиболее рельефно эти поведенческие (видовые) отличия у людей «высветил» в свое время Ф.Ницше note 3. Причины же возникновения этих отличий его ни в малой степени не занимали. Но саму проблему он всe же обозначил. Это различия человеческого стада и сверхчеловека, представителя «расы господ»: стадное поведение большинства людей и бесспорную хищность властителей («хищных вожаков стада»). Говоря современным языком, в человечестве наличествуют и противоборствуют субъекты с диаметрально противоположными, несовместимыми поведенческими установками, имеющие весьма различные психофизиологические генотипы. Ницше счел хищность властителей желательной и даже необходимой, а мораль – жалким, утешительным уделом человеческого стада. Хочется всe же попробовать показать, что это далеко не так.

Тот способ выживания (адельфофагия), по которому пошли предки людей, палеоантроповые гоминиды, привел их к оразумлению и трансформировался в социальные формы подавления личности, или хищного диктата. Хищный диктат – это навязывание своей воли правящим (хищным) меньшинством всему обществу. Это и юридические формы власти, и всевозможные проявления манипулирования общественным сознанием, вплоть до регламентации образа жизни, мышления, морально-этических норм. Хищный диктат и стал для человечества стержневым, определяющим все остальные аспекты человеческого бытия. Прямое влияние хищного диктата на исторические формы жизни людей и его дальнейшая эволюция, в результате приспособления к этим меняющимся условиям – такова «постоянно действующая» первопричина существования социального зла и насилия в мире.

Внешне представители четырех человеческих видов очень похожи. Но если очень хорошо «присматриваться», и особенно «прислушиваться», то разницу всe же можно заметить. Популяционная генетика определяет это как виды-двойники. Поэтому человечество столь медленно подбиралось к выявлению и пониманию видовых различий. Расовые, национальные, физиологические различия ошибочно считались и всe еще считаются более существенными. Это как бы «застило» людям глаза. Борьба же с расизмом сыграла очень злую шутку с человечеством, оказав ему медвежью услугу. Несмотря на свою очевидную гуманную сущность, априорное признание всех людей единым видом застопорило научную мысль, поставило ей преграды. Все попытки преодолеть этот барьер, воздвигнутый великими гуманистами прошлого, оказывались безрезультатными, всякие сомнения в биологическом единстве человечества признавались расистскими и отметались с порога. Пришло время пересмотреть эти взгляды.

Традиционно считается, что существуют различные степени бесчеловечности. Во-первых, религиозная нетерпимость. Затем – культурная рознь по линии «цивилизованный человек» – «дикий туземец». И, наконец, расизм – самое гнусное проявление антигуманности. Но как быть с видовыми различиями, если таковые существуют?! Как быть с той очевидной бесчеловечностью, когда человек убивает другого не за религиозные разногласия, не за дикость или цвет кожи, а «просто так» – ради собственного удовольствия или из-за денег? Таким образом, имеем еще и видовые различия в человечестве («видизм», «kindism»?).

Лишь относительно недавно стало ясным, что основные различия между людьми – это нравственные врожденные установки. Так. Шопенгауэр отметил существование врожденных «пружин» мотивации человеческого поведения: «злобность», «эгоизм» и «сострадание» note 4. Это напрямую соотносится с жизненными ориентациями суперанималов, суггесторов, и нехищных людей, соответственно. Российский педагог, анатом и врач П.Ф.Лесгафт в своих многолетних наблюдениях над детьми-школьниками выделил т.н. «школьные типы»: «честолюбивый», «лицемерный» и «добродушный», – первые два из которых лишены моральных параметров. Повзрослев, нравственных чувств они в себе никак не добавляют. «Утром, убив своих родителей, они заснут вечером сном праведника» note 5. При негативном воспитании три «основных» типа деформируются в «злостно-забитый», «мягко-забитый» и «угнетенный». Из них также лишь последний обладает нравственностью (даже – обостренной, что свойственно неоантропам). «Интеллектуальные особенности, эмоции, воля, темперамент – это всe производные. Но вот чем человек действительно отличается от животного, так это нравственностью» – утверждает современный психолог Иг. Смирнов, и с ним трудно не согласиться.

Таким образом, хищные представители человечества с нравственной точки зрения действительно не являются людьми. Понятно, что их внутренний мир должен быть весьма отличным от психологии нехищных людей. Они-то и есть те самые, которых Гегель определил «морально невменяемыми», а Шопенгауэр – «лишенными морального сознания».

«Второсигнальные», обладающие речью, рассудком – и потому предельно опасные – звери среди людей! Их следовало бы именовать хищные гоминиды, и, .в принципе, заниматься ими должна бы такая отрасль знания, как зоопсихология. Но вместо содержания в исследовательских вольерах именно эти злокозненные существа на протяжении всей истории существования человечества оказываются у власти, образуют чудовищный конгломерат «сильных мира сего». Отсюда и соответствующие – столь печальные для людей – последствия.

Что же может грозить людям при продолжении хищного владычества в обществе, и каковы перспективы у человечества? Чтобы получить ответы на эти вопросы, необходимо полностью оценить опасность, исходящую от хищной власти. Для этого требуется проникнуть в «стан врага» – во внутренние области хищного сознания. Представить себе этот своеобразный менталитет. Уяснить глубинные мотивы действий «персон власти» и узнать их цели. Каковы они? Есть ли у них таковые?

СТАНОВЛЕНИЕ ХИЩНОСТИ

Для того чтобы понять хищную злонамеренную направленность именно на людей, необходимо рассмотреть механизм становления человеческой хищности.

У всех плотоядных и всеядных высших животных по отношению к их потенциальным жертвам имеются физиологические преимущества. Когти, клыки, скорость передвижения, физическая сила и т.п. У хищного же человеческого детеныша, еще совсем несмышленого, никаких таких преимуществ нет. Это «обиженный судьбой» хищник. Но в то же время и ему необходимо удовлетворение своего хищного инстинкта. Надо на кого-то охотиться. Ясно, что добычей, доступной для него, явятся в основном другие дети. Они – жертвы подходящие, доступны для нападения, – практически беззащитны, легко догоняемы. Хотя есть еще и другие жертвы – это домашние животные, которых малолетние хищники подвергают мучительству и страшным казням. Во многих младших детских группах есть кусающиеся дети. Причем этому никто их специально не учил. Это, возможно, не показатель, курьез, но он характерен. Именно так, инстинктивно, происходит оформление хищности. Этот видовой признак столь мощный, что его невозможно подавить. У взрослых индивидов он становится неодолимым (компульсивным). Хищнику постоянно требуются жертвы, как наркоману – доза.

Вот так жалко и ущербно оформляется – в итоге столь страшная – авторитарная установка и направленность хищности на людей. Тем самым взращивается хищная видовая агрессивность в человечестве. Она принимает самые различные формы. Правда, суггесторы в плане выработки собственной хищной установки несколько «продвинуты», в сравнении с суперанималами. Они сначала находят, создают референтный (желательный) образ, а затем уже по нему «настраивают» свое поведение. Обман – это всe же значительное интеллектуальное преимущество, и он требует для себя более сложного «включения». Поэтому суггесторы заведомо умнее (хитрее) суперанималов. Последние, как правило, – прямолинейны, не понимают многих нюансов, но часто чувствуют их инстинктивно. Тем не менее, их поведение нередко бывает неадекватно внешним обстоятельствам. Вот почему их так много гибнет. Предусмотрительность и осторожность – это «для слабонервных», не для них. Их качества и кредо – азарт, безрассудная отвага, беспощадность…

При подобном становлении инстинктивно-агрессивного отношения к другим человеческим существам очевидно то, что в психике нет места для какой-либо нравственности. Уже на самом раннем этапе становления хищности – полная несовместимость агрессивности и сострадания. Это диаметрально противоположные стратегии видового поведения.

Хорошо еще, что проявляется это инстинктивное влечение не в самой своей жуткой – потенциально возможной – форме. Дети, полностью предоставленные сами себе, – чудовищная вещь. Спасают положение лишь усилия взрослых. Они постоянно одергивают детей, наказывают их за серьезные проступки, и, тем самым, хищные поползновения и агрессивные устремления как-то пресекаются. К несчастью, хищное поведение по заразительному «закону дурного примера» нередко подхватывается и нехищными индивидами, происходит их «охищнение». Человек, как и все приматы, необычайно склонен к подражанию. К тому же отмеченное одергивание не имеет повсеместного распространения. Хищные родители обычно не только не пресекают подобное поведение собственных отпрысков, но даже поощряют оное. Это попустительство – «легальность» авторитарной установки в современных обществах – является наистрашнейшим заблуждением человечества. Авторитарность должна стать недопустимой, осуждаемой обществом. Ибо, какая там может быть нравственность, если жизненная установка у хищных – «подложить свинью» ближнему своему, придавить его любым путем?!

По логике вещей, авторитарные дети должны каким-то образом изолироваться и воспитываться особо. В этом не содержится ничего чудовищного или предосудительного. Подобные службы – всего лишь гипотетический аналог нынешних интернатов для олигофренов. И здесь совершенно незачем лукавить. Хищные тоже являются неполноценными, дефективными. И они так же должны быть под контролем общества. В таких учреждениях они будут находиться до самого своего взросления, а затем соответствующим образом трудоустраиваться. К их услугам масса рискованных и опасных профессий, никак не связанных с бременем власти. Но к работе с людьми их необходимо законодательно признать профессионально непригодными! Только и всего! Понятно, что здесь целый «воз» проблем: кто должен принимать подобные законы? кто кого будет контролировать? как всe это будет воспринято обществом, в особенности хищной его частью? и т.д. На все эти вопросы ответить невозможно, пока не начаты конкретные «революционные» действия. Как говорили большевики, «лишь практика – критерий правильности теории», или, в ленинской интерпретации, «главное – ввязаться в драку, а там видно будет». К сожалению, «видовой драки» человечеству, вероятно, не избежать.

Собственно говоря, видовая неоднородность человечества достаточно очевидна. У высших млекопитающих существует определенная внутривидовая агрессивность. И как закон, она всегда является примерно одинаковой внутри вида, т.е. колеблется около некоего усредненного уровня. И никогда крайние выражения этой агрессивности качественно не отличаются от среднего значения, только – количественно. «Перехлесты» ее очень редки, хотя и бывают, но всегда – в порядке исключения, в экстремальных условиях. У человеческих же индивидов наблюдаются отчетливые «разрывы» уровня агрессивности поведения. Существуют различные качественные степени агрессивности, что никак не может быть присуще единому виду, и говорит о наличии в составе человечества разных видов.

Повышенная агрессивность может направляться либо на другой вид, либо на «чужих» при «территориальной борьбе». Шимпанзе, например, способны убивать «нарушителей границ». Но крайний уровень агрессивности в подобных битвах «своих и чужих» демонстрируют серые крысы note 6. В этом плане человечество со своими постоянными войнами действительно похоже, и очень сильно, на сообщество крысиных популяций. Но есть важные различия. Во-первых, человеческая агрессивность пронизывает все территориальные общности людей насквозь, в каждой из них имеется несколько процентов (от 1 % до 15 %) предельно безжалостных и коварных (своекорыстных) индивидов. Во-вторых, люди обладают таким «малозаметным» качеством, как понимание своих поступков, и они способны указать точно на те из них, которые приносят другим людям горе. Но «почему-то» не отказываются от злонамеренных действий. Поэтому существование непрерывного видового спектра поведенческих характеристик, в отношении человеческой агрессивности, невозможно. Это противоречит широте, даже несовместимости отдельных точек его диапазона – от убийцы-садиста людоеда Чикатило до праведника Махатмы Ганди. Другими словами, такое разнообразие поведения невозможно в рамках однородного «антропологического множества». Этот спектр прерывается, и, следовательно, именно эти разрывы должны рассматриваться как границы видов. Иначе эта разница необъяснима! В математике есть так называемые «прерывисто-непрерывные» функции. Такова же картина и здесь, если представить агрессивность, как функцию, с присущей каждому индивиду степенью ее проявления (реального или потенциального).

Нехищный диапазон: участок этой функции (в направлении возрастания агрессивности) таков. Оскорбить нечаянно – обидеть словом – ударить в сердцах, сгоряча – ударить со злостью, «за дело». Далее следует экстремальный участок: изувечить или убить, обороняясь – убить в пьяном виде – убить, будучи «втянутым» в преступление и оказавшись в безвыходном положении. Неоантропов практически невозможно «подвигнуть» на убийство, тем более бытовое или преступное, необходим предельно мощный стимул: защита семьи, Родины. Большинство людей на планете спокойно живут всю свою жизнь без борьбы за власть и не совершают никаких преступлений против общества и личности, тем более – по собственной инициативе. Даже среди преступников насчитывается огромное число людей, нарушающих закон лишь под давлением жестоких жизненных обстоятельств.

Следующий участок – суггесторная агрессивность. Причинить боль исподтишка – ударить сильно, «с удовольствием» – оскорбить, унизить словом, специально найти, что сказать («компромат») – устроить пакость, «подлянку» – доставить издевательское страдание: моральное или физическое, вплоть до изощренных пыток – убить с определенной целью: меркантильной или из мести – изнасиловать, затем убить жестоко и мучительно для жертвы, садистски.

И наконец, крайняя, «ультрафиолетовая» часть хищного «спектра злобности» – агрессивность суперанималов. Смертельно оскорбить, провоцируя на жестокую драку – полностью придавить психологически, сделать зависимым, растоптать как личность – предельно унизить, изнасиловать, «опустить» – избить так, чтобы искалечить, изуродовать – убить жестоко и бесстрастно – убить изуверски, с нанесением множества смертельных ран уже мертвому.

У обоих хищных видов не существует «экстремальных» участков, скорее, наоборот, именно в обычных условиях им приходится наиболее трудно, необходимо сдерживать себя, при любом же удобном случае («хороший» повод, подходящая ситуация, – та же экстремальная или «революционно-перестроечная») они с удовольствием дадут выход злобным собственным инстинктам.

Соответственно этим уровням агрессивности, пытаются выстроиться и самовоспроизводиться системы доминирования (иерархии) во всех человеческих сообществах. Правда, соответствие это уже не носит характер «один к одному», предельно жестокие властные режимы суперанималов – деспотии, тирании – уже почти полностью ушли в прошлое, хотя и бывают кое-где реликтовые вспышки. Еще они могут в «неофициальной» форме существовать в криминальном подполье. Сейчас властные структуры стали вотчиной суггесторов, и всe же трудно считать это свидетельством общественного прогресса, скорее, это очень похоже на разницу в «сладости хрена и редьки».

Но власть существует и в научных, и производственных коллективах, и она подчас принимает крайне конфликтные формы, как хорошо всем известно. Свары в наших «Малых» и «Больших» театрах стали сейчас более популярными у театралов, чем самые аншлаговые спектакли.

Так как же определить – кто у власти? И есть ли власть нехищная, и если таковая существует, то где она заканчивается? И где начинается хищная власть? Ответить на эти вопросы можно, лишь поставив дополнительный, уточняющий вопрос: «кому выгодна такая власть и какие она принесет выгоды?» Тогда станет ясно, что для хищной власти предпочтительны те области, в которых есть хотя бы одно из трех условий. От такой власти можно либо получить деньги, обогатиться (власть без славы), либо приобрести славу, популярность (деньги чуть позже), либо иметь возможность непосредственно морально и физически безнаказанно подавлять людей (а не то и уничтожать их). Вот три составные части хищной власти. Наиболее предпочтительно для нее обладание всеми тремя компонентами, что обеспечивает лишь полновластная диктатура. Отсюда и следует то, до какой степени может продвинуться нехищный индивид на таких путях хищной власти.

Можно выделить два момента в продвижении хищности власти. Во-первых, в тех местах, куда попадают хищные, ими сразу же или постепенно предпринимаются попытки всe перестроить на свой зоопсихологический лад, охищнить место. Как только начинается подавление коллектива, это значит, что власть либо захвачена хищными, либо произошло ее охищнение, «заражение хищностью» (руководством взяты на вооружение хищные методы). В самом безобидном коллективе может объявиться и проявиться во всей красе хищное чудовище. Хищные индивиды могут легко подавить небольшой коллектив, но довольствоваться этим они долго не смогут. Они органически неспособны на это, – у них быстро возникает пресыщение, поэтому им требуется экспансия (экстенсивный рост поля применения их агрессивности). Только нехищные, «стадные» люди могут практически неограниченно долго работать на одном месте и добросовестно выполнять свои служебные обязанности без желания кого-то «подсидеть».

И во-вторых, существуют сами по себе жуткие, заведомо охищненные области «деятельности». Торговля, политика (война в том числе), уголовщина (воровство, наркобизнес и т.п.). Там уже царит безнравственность как таковая. «Бесчестность является неотъемлемой частью самого существования частной торговли… Пренебрежительное отношение к своим конкурентам – отношение, абсолютно лишенное порядочности – служит важным средством предпринимательской деятельности» note 7. Эти области как будто специально созданы для хищных; вернее, именно ими они были созданы и освоены. Поэтому там могут уверенно функционировать только хищные (другие не приживаются или «не выживают»).

В то же время не всякое место можно охищнить. Например, не станет хищник наслаждаться властью в грязном забое, в качестве бригадира замурзанных дочерна проходчиков. Хотя на каком-то этапе своей карьеры хищного индивида можно встретить на самом жутком производстве. Но только – недолго, для саморекламы или «для дела». Можно вспомнить, с какой гордостью Ельцин в своей «Исповеди на заданную тему» пишет о том, как он в течение года по месяцу перебывал, «попритарчивал» в качестве рабочего разных специальностей note 8.

У хищных видов есть еще одно преимущество. Им присуще раннее видовое самоосознание (самоидентификация). Они очень рано обретают ощущение своего «выгодного» отличия от окружающих. Ощущение способности тем или иным образом психически подавлять других индивидов, успешно воздействовать на них в своих интересах, плюс необоримое желание делать это. Это тоже чисто инстинктивное, животное чувство, и потому необычайно сильное. Со временем оно перерастает в непоколебимую уверенность в своeм превосходстве. Эта «мания величия» сопровождает хищного индивида всю жизнь, даже без «достаточных для себя оснований». Она является интеллектуально-психологической инверсией самокритического мышления, свойственного лишь нехищным людям.

При хищной ориентированности диффузного индивида (подвергшегося хищному внушению, «охищнению»), его уверенность в себе вырабатывается с трудом. К тому же она никогда не бывает «постоянно действующей» и устойчивой. Любой хищный индивид достаточно быстро собьет с такого видового «самозванца» всякую спесь и самоуверенность. Когда же хищные «нарываются» друг на друга, то возникает конфликтная ситуация, удачно называемая «нашла коса на камень». Между ними неизбежно начинается пикировка, переходящая в «борьбу», чаще всего заканчивающуюся чьей-то победой. Союзничество между хищными всегда ненадежно. Если такой «союз» и возникает, то каждая из сторон всегда преследует некие своекорыстные закулисные цели. До конца честных взаимоотношений между хищными не бывает. В любой момент каждый из них может быть «продан» или «сдан», несмотря на годы знакомства и даже «дружбы». Если «Боливару не вынести двоих», то обязательно одному из этих двоих – крышка. На бескорыстную преданность способны лишь нехищные люди.

Раннее видовое самоосознание и самоуверенность хищных ставят их в выгодную позицию. Они всегда «ходят первыми» и постоянно успешно «играют на опережение» с нехищными людьми. Когда нехищные люди, бедолаги, спохватываются «задним умом», то уже бывает поздно. Они оказываются полностью повязанными путами хищного мира. Раньше – в откровенно «плотоядные» времена – хищные владыки искренне верили в свое сверхъестественное происхождение. Были повсеместно распространены легенды о божественном происхождении предков правителей, а не то и их самих. Отсюда полная уверенность в собственном надчеловеческом предназначении и в праве на любые насильственные действия по подавлению других людей – «презренных рабов», «недостойных холопов». Некий реликт этого, – существующий и поныне догмат о непогрешимости ватиканских пап в современном католицизме. Несмотря на всю свою нелепость и карикатурность, он позволяет римским папам сохранять свой божественный ореол в умах миллионов «диффузных» католиков. Долго, до конца Второй мировой войны, продержался в истории и божественный статус «детей Солнца» – японских императоров (микадо).

Сейчас у хищных появился новый «бог» – «политика». И этот «бог из политической машины» точно так же отпускает им все их «грехи» и преступления. Появилась возможность оправдывать свою агрессивность и авантюризм «высшими политическими интересами». «Политики буквально теряют рассудок от тщеславия, смотрят на каждое свое слово и каждую позу как на нечто такое, что имеет историческое значение, решает судьбы народов. Болезнь «звезд» стала профессиональной болезнью политиков, наряду; с киноактерами и спортсменами. Политические спектакли занимают огромное место в средствах массовой информации. Если бы здравомыслящим людям в концентрированной форме показали политические спектакли последних десятилетий, они подумали бы, что им показывают сумасшедший дом» note 9.

ВСЯКАЯ ВЛАСТЬ ОТ БОГА?

Но может быть люди, как всегда, заблуждаются? А вдруг всякая власть и впрямь – от Бога? И все наши властители, несмотря на все свои чудовищные качества, – это суровые врачеватели человечества, спасители людей? Они – именно и есть те господние пророки, которые ведут нас через социальные «тернии к звездам»?! А мы – жестоковыйные – ругаем и клянем их напрасно?

Попробуем разобраться в этом противостоянии – хищная «раса избранных» и «стадо». Есть ли здесь правые и виноватые? И постараемся быть объективными.

Если строго руководствоваться логикой, то необходимо признать позицию хищных правомерной и естественной. Декларирование ими своего превосходства неоспоримо, в логике отказать им трудно. «Ну, как еще можно относиться к этим трусливым, забитым недоумкам? Подумаешь, добрые они, видите ли. Так это ж у них от слабости, от трусости. Да, да! – именно из-за отсутствия у них мужества, смелости, силы воли. Всего того, что есть в избытке у нас – у сверхчеловеков! А это глупое хамское быдло не только можно, но даже нужно гонять и презирать. Им, вон, мизерную зарплату по году не платят, а они всe «ходють и ходють» на работу. Они же – прирожденные рабы. А дай им волю – так всe прахом пойдет. Не дай Бог пана из Ивана!»

Всe правильно, оспорить что-либо здесь трудно. Обвинений подобного рода в адрес нехищных людей можно выдвинуть несчетное множество. Можно даже создавать целые «научные» теории на эту тему, как например, многочисленные «сказания» о русском мазохизме. Симпатий поведение «хамского быдла» вызывает мало, в лучшем случае – жалость. Но, в основном, – раздражение. Ну, как же так можно себя вести? Трусливо, нелепо, убого. Смиряться с унижением, бесправием, безропотно обрекать себя на уничтожение… (Для сведения дотошного читателя следует, наверное, сообщить, что автор без всяких колебаний относит себя к диффузному виду, все вышеупомянутые качества быдла у него налицо, но его это нисколько не огорчает. – Б.Д.)

Будем объективными и честно признаем, что хищные по-своему правы, заявляя о себе в «превосходной степени». Но всe же надо поискать контраргументы. Да, они действительно более смелые, энергичные, решительные. Так почему же именно им и не повелевать?! Это их право.

Но (контраргумент ј 1) все эти их преимущества вызваны отсутствием у них нравственных «тормозов». Они лишены сомнений, но ведь как говорит В.Шекспир: «трусами нас делает раздумье». Другими словами, самокритичность, – это то, чего у них нет и в помине.

Ну и что?! Подумаешь, совести у них нет – так это ж мелочь. Даже хорошо! Ведь именно это и придает им психологическую силу. Но силу – кажущуюся (контраргумент ј 2), ибо при жизненной необходимости, оказавшись в экстремальных условиях, в «пограничной ситуации», нехищные люди нередко проявляют немыслимую отвагу и недоступную хищным самоотверженность. Достаточно вспомнить подвиги российских солдат в оборонительных и освободительных войнах.

И еще (контраргумент ј 3 – самый важный). «Правота» хищных обоснована лишь в том случае, если ничего Высшего в Мире для человека не существует. Если Жизнь на Земле, как считают некоторые ученые, – это всего лишь биологическая случайность. Некий очередной энергетический выброс Хаоса-Вакуума. Чисто вероятностным путем, в мириадах мириадов безрезультатных флуктуаций в потоке возникновения и гибели вселенных, образовалась бессмертная (пока) структура самовоспроизводящейся молекулы – репликатора. В ходе эволюции этот репликатор и дал всe ныне существующее многообразие форм Жизни на Земле. Все живые существа – это лишь «машины для выживания генов», совершенствующиеся в ходе эволюции. И поэтому совсем неважно как мы «отживeм» свой случайный век – хорошо или плохо для других людей – таких же случайных «попутчиков». Погуляли, пошумели, кто, как смог, и – аут! – назад, в мир минералов. «Из праха ты создан, прахом и станешь…»

Но если это Нечто Высшее всe же существует или же для человечества возможно восхождение к совершенно иным горизонтам, то всe тогда меняется, с точностью до наоборот. Тогда уже безусловно (!) правы нехищные люди, – сдерживающие себя от безнравственных поступков тем или иным внутренним тормозом. Страхом, стыдом, совестью, состраданием. Ведь культура – это и есть результат такого процесса самосдерживания, самоограничения, взаимоуважения. «Культура – система запретов». В противном случае – при «социальном беспределе» – возникает неизбежная чудовищная череда насилия, войн и криминальных революций.

И такой путь самовосхождения для человечества возможен. Непосредственное тому доказательство – технический прогресс. На чисто естественнонаучном пути открываются воистину удивительные горизонты. Их по праву можно именовать сверхъестественными, причем безо всякой магии, «блаватщины» и прочей астральной белиберды. Ученые уже подбираются к пониманию глубинной фрактальности Мира. Похоже, во Вселенной существуют некие квази-интеллектуальные информационные поля, оказывающие прямое воздействие на живую материю через структуры ДНК note 10. Всe то, что создано людьми, «неприродный» мир, в котором живет современный человек, создано именно естествознанием. Создано тяжким трудом и интеллектуальными поисками, а отнюдь не медитациями и оккультизмом. «Лучше час подумать, чем сутки молиться». Единственное препятствие такому самовосхождению человечества – это хищный неразумный диктат, всe еще существующий в мире. Все достижения научного прогресса именно хищные властители тут же берут на вооружение и оборачивают человеку во зло. Из-за этого и сам технический прогресс уже стал неимоверно опасным. Наука перестала быть «вольницей интеллектуалов», она почти безропотно легла под диктат государства, монополий, всеми делами заправляет в ней сейчас суггесторная «технократия». Честные нехищные ученые вынуждены разрабатывать и внедрять в жизнь чудовищные людоедские проекты, бороться же с этим мало у кого из них достаeт сил. В итоге получается, что разумные существа обслуживают всемирное зверство!

Всe это во многом перекликается со знаменитым тезисом Ф.М.Достоевского: «Если Бога нет, то всe позволено». Ну, а если и на самом деле Его нет?! Ну и что делать? Как говорится, «на нет и суда нет». Ведь даже если весь земной мир – это невероятная случайность, то человек-то обладает рассудком и разумом, тем самым он возвышается в нeм качественно. Уже только поэтому он должен вести себя соответственно – сообразно своим столь необыкновенным задаткам, безо всяких дополнительных условий. И уж тем более он не имеет права использовать рассудок в качестве оружия. Это уже и так привело Жизнь на Земле к угрозе гибели. Рассудок достался человеку через страх, во спасение. А постоянно совершенствуемым оружием люди сделали рассудок сами – под прямым и неодолимым влиянием хищных. Поэтому человек должен вести себя «боязненно» даже и без Бога. Первый шаг в этом направлении уже сделан Альбертом Швейцером. Он создал этику «благоговения перед Жизнью» note 11.

Правда, Жизнь без учета «человеческого фактора» неимоверно жестока и беспощадна к слабым, благоговеть перед ней как-то «нет настроя». И адельфофагия – с точки зрения Природы – пустяк. Для нее и не такие жестокости в порядке вещей. Конечно же, это жестоко исключительно с человеческой точки зрения. «Человек – мера всех вещей – звучит гордо». Хотя всe это говорилось в пылу гордыни, но действительно только Разум Человека – один-единственный – стоит «поперек» дороги немилосердности Природы. Один в поле воин… Хищные же являются полномочными представителями беспощадной Природы во владениях Разума. Они здесь незваные и крайне нежелательные гости – бесчинствующие, смертельно надоевшие, всех «доставшие».

Разум хочет выйти из узких для него рамок животного мира. У него должно быть некое высшее предназначение. Иначе – отсутствует какой-либо смысл… Но пусть и нет этого Высшего Смысла, всe равно у Человека Разумного нет иного выхода. Ему необходимо идти по пути самосовершенствования, познания Бытия и созидания истинно гуманного общества. И тогда смысл этот обретается, создается самим человеком, но – Человеком Разумным.

Если провести аналогию с Природой, то можно сказать, что она в лице эволюционного механизма естественного отбора полностью на стороне человека разумного. Основной принцип эволюции – передача управления новообразованным усложненным центрам. Появилась вторая сигнальная система – и управление человеческим организмом на высшем уровне было передано ей. Точно так же, можно и хочется надеяться, произойдет и с Разумом. Он появился, и человек разумный должен (в худшем случае, вынужден) будет руководствоваться именно им во всех сферах. В том числе, и даже главным образом, – в сфере управления обществом. Сюда насущно необходимо привнести, как первостепенные, принципы разумности, добра, справедливости.

БОРЬБА ВИДОВ

Таким образом, человеческие сообщества состоят из противоборствующих друг с другом антагонистических групп. Но не классов, как считалось прежде, а – видов. С одной стороны, «нападающие» – хищные представители человеческого семейства. С другой, – основная масса подневольных нехищных людей, – «обороняющееся стадо». Хищные к тому же дополнительно усилены обрамлением подручных, приспешников. Последние не всегда хищные, но всегда – хищно ориентированные. Это – «предатели стада»: в зависимости от социальной обстановки их количество меняется, но всe же предателей бывает достаточно много во все времена. К «нападающим» нужно отнести всех угнетателей без исключения. В эту – истинно анти-социальную – группу равноправным образом включаются как власть имущие политики и финансовые олигархи, так и «бесправные» уголовники. Уголовники – это всего лишь «братья самые меньшие» правящего класса.

Аристотель в своей «Политике» упоминает клятву олигархов. «И я буду враждебно настроен к простому народу, и замышлять против него самое что ни на есть худое» note 12. Сейчас подобное «официальное» признание вырвать у правителей было бы трудновато, разве что с помощью инъекций «сыворотки правды». Тем не менее, всe осталось по-прежнему. Народ постоянно живет в ожидании всякого рода «самых что ни на есть худых» неприятностей от властей. Если что и делается для народа, то только под влиянием общественных протестов. Любая реформаторская деятельность, способная принести конкретную пользу простым людям, абсолютно противоестественна для правительств. Точно так же волки должны относиться к «вопросу безопасности» курируемого ими стада. Это противоречит душевному складу высокопоставленных хищников. Складывается такое впечатление, что подобные мысли для них очень неприятны, что-то вроде зубной боли. (Лишь на время предвыборных кампаний эта боль их отпускает, дабы не мешать их пудовым языкам раздавать налево и направо лживые обещания). И приводят эти мысли к еще большему озлоблению властителей. Действительно, как только у властей появляется возможность устроить людям пакость, – «закрутить гайки», поднять цены, увеличить налоги или повысить квартплату, то делается это неотвратимо и незамедлительно.

Так что все прогрессивные завоевания народов являются завоеваниями в буквальном смысле слова. Иногда это результаты мощных стихийных выступлений. «Хлебные», «медные», «соляные» и т.п, бунты. Но чаще – это последствия организованных крупномасштабных акций, подготовленных и возглавляемых оппозиционными хищными. Да и нынешний исправный налогоплательщик стран «золотого миллиарда», благополучный житель Запада, относящийся вовсе не к «простому народу», а скорее – к удачно пристроившемуся к паразитирующему на странах Третьего мира хищному контингенту, – и тот не может спать спокойно. Он постоянно чувствует «крысиную возню в верхах», всегда чреватую для него понижением его жизненного уровня. Помнятся кадры, показанные как-то по TV. Многотысячная обезумевшая толпа. Хватающиеся за сердце и падающие на землю молодые еще люди. Это – где-то в Гонконге или Японии разорился какой-то крупный банк. А от сердечных приступов падали его вкладчики. Так что все наши МММ – это мелочи, «цветочки». То ли еще будет!

Конечно же, нельзя огульно подходить ко всему «правящему классу», и безоговорочно причислять всех его представителей к хищным видам, «врагам народа». Подобная ошибка была допущена в теории и в практике (!) классовой борьбы. Но рациональное зерно в идее классовой борьбы несомненно есть, и хоронить ее рано. Она теперь может обрести новую жизнь, но уже, возможно, не в тех своих жутких, «ветхих» формах. Эволюция хищного диктата, вся история человечества – это именно «борьба видов». Классовая же борьба – это лишь предварительный, «сырой», «вульгарный» вариант борьбы видов. Но «не бывает дыма без огня», общего у них, понятно, очень много. Положение дел постепенно прояснялось и уточнялось. Сначала марксистские социологи противопоставляли «буржуазию» и «пролетариат». Не то, чтобы от незнания видовых различий, они вообще игнорировали психологию личности, как таковую. Понятие «пролетариат» означало в XIX веке обманутый класс (всего лишь работники физического труда), обреченный на массовое обнищание. С тех пор положение изменилось. «Пролетария» заменил «трудящийся», сюда добавили всех людей, выполняющих важную для общества работу – врачей, учителей, научных работников и т.д. Так что теперь основные классы – это класс работодателей и класс нанимаемых. И видовые различия существуют среди обоих классов. Есть нехищные капиталисты, предприниматели и хищные рабочие, служащие. Понятно, что тех и других в процентном выражении не так уж и много, но они есть, и это обстоятельство сильно запутывает общую картину видовой борьбы.

В общем случае борьбу видов можно сравнить с шахматной партией (понятно, что фигур на «земной доске» – многие миллионы), с той особенностью, что часть белых фигур играет (вынужденно, в силу обстоятельств) на стороне черных, а некоторые черные притворяются (для собственной выгоды) белыми. Ко всему еще «черные» играют жульнически, «по-ноздревски: делают по несколько ходов кряду, часто ходят не по правилам. Отжулили они и первый ход, причем сделали сразу много ходов, доведя игру чуть ли не до мата. Кто здесь «былые» и кто «черные», наверное, пояснять не надо.

С одной стороны, – подавление, эксплуатация хищным меньшинством нехищного большинства. С другой, – борьба этих угнетаемых (в основном нехищных) людей за улучшение своих жизненных условий. И весь прогресс (если это можно назвать прогрессом) состоит в том, что предельно жестокие формы эксплуатации простых людей (деспотии, тирании и т.п.), использующие методы прямого физического подавления сменяются формами изощренного, интроспективного воздействия («мягкого насилия»). Сменяются медленно и «неохотно». При этом используются всевозможные средства манипуляции общественным сознанием. Формирование убогого внутреннего мира подневольного человека есть первейшая задача хищного диктата. Это – основа его существования. Новые изощренные средства закабаления превращают людей в послушных биороботов, воистину, – «недочеловеков». За сколько-нибудь сытую обеспеченную жизнь люди отдают взамен всe то высшее человеческое, что в них с таким трудом было заложено Природой. Это напоминает библейскую историю о чечевичной похлебке, но – в глобальном масштабе.

Следует также различать истинных верховных иерархов и официальных лиц, оказавшихся волей судьбы и обстоятельств у власти. Это напрямую перекликается с такими понятиями социальной психологии, как формальные и неформальные лидеры. Истинные высшие иерархи капиталистического Запада – это вовсе не президенты, не премьер-министры. Эти – всего лишь высшие «клерки власти», «проводники хищного диктата». Правит балом плутократия, финансовая олигархия капиталистического мира. Она имеет в своих руках самое мощное ныне орудие подавления народных масс – деньги и аппарат их движения, трансформации. Да и у нас положение сейчас точно такое же. Вот что пишет А.Солженицын в газете «Русская Мысль». «Создалась устойчивая и замкнутая олигархия из 150– 200 человек, управляющая судьбами страны. Членов этой олигархии объединяет жажда власти и корыстные расчеты. Происходит сращение новых мощных криминальных капиталов с властью». (Обнародовал бы уж и списки. Обнародовать – в каком-то хорошем смысле очень похоже на «обмолотить»)!

Здесь с очевидностью проявляется аналогия политических деятелей с преступниками. Даже не аналогия, а тождественность. Но они – лишь первый эшелон, видимый, «исполнители». За ними в тени стоят подлинные властители – финансовые олигархи, «заказчики». А.А.Зиновьев называет этот властный уровень сверхгосударственным, сверхвластью note 13. Его структура не изучена, это одно из важнейших табу западного общества. Официально считается, что ничего подобного нет. Лишь время от времени в СМИ проскакивают материалы, которые убедительно говорят о наличии и реальной мощи сверхвласти. Публичная власть не делает важных шагов без ее ведома.

Но во все времена политическая власть как-то затмевает экономическую. Деятельность «цезарей» финансовых империй явно остается в тени. Их сидячие, «офисные» победы не очень видны. Хотя их всe время пытаются как-то «вытащить за ушко да на солнышко». Первым это сделал Христос, некогда выгнавший менял из Храма. Столь же мощный «удар снизу» нанес им Маркс. Но менялы, наверное, на следующий день вернулись к своим лоткам, воровато озираясь: а ну, поди-ка, Иисус второй раз придет, вот тогда устроит им «светопреставление»! Для капиталистов Марксов гнев тоже, как видим, что с гуся вода. Укоротили, правда, с неохотой, рабочий день для быдла до 8 часов. А ведь люди работали по 16, а то и 18 часов в жутчайших условиях, буквально умирая с голоду! Вспомним демидовские заводы или факты из классической работы Энгельса «Положение рабочего класса в Англии». А чего стоит повальная, смертельная пеллагра (вызванная тем, что людей в основном кормили протухшей солониной) в 1920-1930-х годах на хлопковых плантациях «свободолюбивой» Америки? Фундамент капитализма – это человеческие кости. Не счесть замученных непосильным трудом бесправных людей. И какой страшной кровью пришлось добиваться некоторых «послаблений»! Сколько людей полегло в этой борьбе на всех континентах (за малым вычетом Антарктиды)! И ведь не от доброты душевной капиталисты перестали морить людей голодом и изнурять непомерным трудом, а просто это оказалось вынужденной мерой: кормить работника иногда выгоднее. Но если выгода эта теряется, – хищная власть тут же берется за старое. Взять тот же наш ГУЛАГ: «экономически» проще было «оформлять» и привозить новых ээков, чем «возиться» с доходягами. Ничем не лучше и нынешние алмазные и золотые рудники Южной Африки, где после трех лет работы человек, надышавшийся кварцевой пыли, уже не жилец на этом свете. Дешевле нанять новых смертников, нежели тратится на охрану труда. Подобные примеры можно множить бесконечно…

Понятно, что первый шаг, начальный ход механизма любой власти – это подчинение, угнетение человека человеком. Убийство, физическое подавление и, наконец, экономическое закрепощение – эксплуатация человека человеком, его опосредованное закабаление с помощью денег. И эта власть денег становится ныне более могущественной, нежели политическая. Прямо, как в картах: старше короля лишь туз («асе», древнеримская монета «асе») – деньги. Поэтому, вероятно, близится конечная победа финансистов (если Ничего не произойдет из ряда вон выходящего, что сломало бы эту чудовищную экстраполяцию), они постепенно – и давно уже – захватывают государственную власть. Явный прецедент был создан еще в Италии в XV веке, когда крупнейший торговый дом Медичи установил полный контроль над городом-государством, каким являлась тогда Флоренция. Сейчас ситуация в мире повторяется, но в совершенно иных масштабах – уже во всемирных. Власть в мире переходит (перешла?!) к мировым финансовым олигархам. Политики ныне – это продажные и беспринципные марионетки, которыми манипулируют их невидимые хозяева – толстосумы. Это до того ныне очевидно и бесспорно, что даже стало одной из будничных и расхожих тем западного (и потихоньку нашего) кинематографа.

И основной, так сказать, пафос этих заметок в том, что среди истинных иерархов, наделeнных реальной полнотой власти и пользующихся ею, ни в коем случае не может быть разумных нравственных людей. Помнится известный анекдот. Мол, в КПСС (в той, которая якобы была «умом и честью эпохи») нет ни одного одновременно и честного и умного человека. На поверю, это наблюдение справедливо вообще для хищной власти, как таковой. «В каждой шутке есть доля шутки». Анекдот, но смысл у него страшный. Власть – это исконная вотчина хищных. И там никогда не сможет оказаться честный и разумный человек. Таким там нет, и никогда им там не было места. Во всяком случае, долго они там не задерживаются.

Достаточно вспомнить, как быстро устраняют тех политиков, которые пытаются что-либо сделать для блага народа или произвести серьезные изменения в политическом курсе. Неважно, с какой целью они добиваются этого, пусть даже это всего лишь политический ход. Их убивают неотвратимо и неустанно. Во все времена и на всех континентах (опять же вычетом Антарктиды). Улугбек, Линкольн, Александр II, Столыпин, Махатма Ганди, Кеннеди, Патрис Лумумба, Сальвадор Альенде, Мартин Лютер Кинг…

Когда политики пытаются действовать (честно или нет – неважно) в интересах народа, то их убирают раньше, чем они успеют претворить в жизнь свои пронародные проекты. Попадающие во властные структуры люди с честными благородными намерениями за то короткое время, которое им обычно отведено, всe же успевают продемонстрировать чудеса свершений, в сравнении с крысиной возней изворотливой тамошней политической шушеры. Они входят в историю самыми лучшими ее страницами.

Плохо лишь то, что тем самым они создают «защитный фон» для всех прочих чудовищ от власти. Дескать, все мы – политики – такие же хорошие. Стараемся всe сделать для блага народа, себя не щадя. Но вот только условия-де не позволяют. Мол, «все мы – хорошие ребята, немного убийцы, но внутри добрые». Единственная польза от этих «хороших ребят» это то, что они в своей деятельности на благо народа очень часто «мочат» и друг друга: Троцкий, Бухарин, Садат, Робеспьер…

А ведь вся социологическая проблема власти (политики, государственности) предельно проста: надо сделать так, чтобы всем законопослушным, работящим гражданам в государстве было относительно хорошо, свободно. Пусть даже и нелегко подчас, но не унизительно, не бесчеловечно. И это вполне осуществимо в условиях честной и умной власти в обществе. Честные взаимоотношения между людьми всегда существовали и существуют – те же деревенские дома без замков. А вот честной власти нет, не было и, так и напрашивается, «не будет», но это не значит, что ее не может быть как таковой. Во всяком случае, хочется надеяться, что это не так.

Ведь теоретическая часть элементарна – это «прямая демократия», самоорганизация. Именно она, и только она должна сменить нынешние методы социального управления. От государства должны быть отделены (как и Церковь) буквально все властные и законодательные службы. Оно должно оставить себе лишь чисто техническую, координирующею бюрократическую функцию: правительство – это «союз цивилизованных столоначальников», что-то типа министерства связи или транспорта. Все же основные общественные вопросы должен решать сам народ через своих непосредственных представителей. «До тех пор, пока деятельность администрации осуществляется в интересах общества, администрация составляет часть общества. Она необходима. Если же государственный аппарат претендует на роль хозяина общества и требует для себя независимых полномочий, тогда он превращается в злейшего врага общества, и с ним следует обращаться соответствующим образом» note 14. Но «практическая сторона» такого естественного общественного порядка – вряд ли осуществима в обозримом будущем.

Психологическая же составляющая проблемы власти тоже представляется очевидной. Хищные «персоналии власти» являются самым, что ни на есть, неподходящим для этого дела человеческим (?) материалом. Необходимо создавать разумную самоорганизующуюся общественную систему, а ее нынешние потенциальные (у них есть такая возможность) «организаторы» – морально невменяемы. Они не обладают разумом, понимаемым как рассудок, сопряженный с добротой, альтруизмом, совестью. Этот чудовищный парадокс весьма далек от трагикомической закономерности «сапожник – без сапог». То, что власть находится у лишенных разума существ, скорее, похоже на то, как если бы дрессированную обезьяну к «ядерной кнопке» приставить. Знаменитое якобинское определение верховных властителей – «коронованное зверьe» – было и остается, по самому большому счету, наиболее верным (не в обиду, понятно, «братьям нашим меньшим» это якобинцами было сказано).

В то же самое время власть для хищных является самым притягательным объектом в мире. Для них она значит и заменяет им всe. Поэтому у хищных властителей не бывает никакой сверхзадачи в своей деятельности. Тем более не существует у них какой-либо благой цели, типа «процветания народа и Отечества», возможны лишь декларативные.

Их истинные цели предельно убоги. Обычно это примитивный гедонизм (погоня за наслаждениями), пусть и в максимально возможных изощренных своих формах. Купить бриллиантов покрупнее, картин поярче, машин побольше, построить виллу повыше да с бункером поглубже. «Доктор» Ахмед Сукарно часами, любуясь собой, смотрелся в зеркало. Одновременно «украшалась» и столица: из Джакарты постоянно на грузовиках вывозились отлавливаемые на улицах бездомные нищие, портившие «фасад страны». Анвар Садат тоже не меньше своего индонезийского коллеги заботился о собственной наружности, даже имел три расчески: обычную для головы, и специальные – для бровей и усов. Какое там «процветание» народа?! Наполеон воевал не ради народа Франции, а имел прискорбное «хобби» – «военное искусство». Сталин поднимал страну уж никак не для блага ее народа. Ведь сколько этого самого «народа» было уничтожено – зачем?

Упоение славой, властью и борьба за нее занимают всe их сознание. «Тактические и стратегические» аспекты борьбы за свою власть (и сохранение ее) полностью поглощают их. Разве что деньги не забывают перевести в швейцарские банки (это уже о нынешних наших правителях), тут они педанты. Ну, и иногда отдых от «их борьбы». Разрядка время от времени – в запоях, оргиях, у кого-то – в охотах. Всe ж таки власти, как таковой, им явно недостаточно, скучают. Охоты – необходимое дополнение. Обычно – «царские»: беспощадные, браконьерского типа. «Сановные охотники» получают при этом, по-видимому, не меньшее наслаждение, чем в детстве, когда они вешали собак и сжигали живьем кошек. Можно вспомнить, как Ельцин перед сложной операцией на сердце настрелял для своего дорогого верного друга Гельмута Коля 50 уток и «завалил» кабана. А после операции опять пристрелил кабана. Не мог выдержать? Дай хоть кого-нибудь, да убить?!

Наверное, было бы интересно (по крайней мере, для науки) подробно, в деталях узнать, о чeм думают во время своей «государственной работы» Наполеон и Тамерлан, Ленин и Сталин, Гитлер и Черчилль, Пол Пот и Мао Цзедун и им подобные по рангу. Каковы сокровенные мысли у таких физических, юридических и зоопсихологических лиц? Порасспросить бы их, «как на духу – у психиатра», чего они, собственно, хотят от жизни? К сожалению, это невозможно. Даже когда их иногда удается судить, например, на Нюрнбергском процессе или еще где, то разговор с ними не может быть откровенным, они оправдываются или огрызаются, это всe не добавляет понимания их движущих мотивов. Существует, правда, обширная мемуарная литература бывших государственных мужей. Но в этой бахвальной писанине содержится такая же правда, как и то, что они, дескать, святые, а остальные – подлецы, каких мало. К тому же в таких книгах обычно излагаются события, поступки, а не мотивы и подспудные механизмы поведения действующих лиц мировой политической арены. В основном это воспоминания об их многочисленных «veni, vidi, vici» («пришел, увидел, победил»), а не – желательно бы! – «посидел, подумал, забрал шинель, пошeл домой». Что-то добавить в «копилку понимания» зоопсихологических мотивов действий хищных гоминид могли бы воспоминания приговоренных к казни или к пожизненному заключению убийц-рецидивистов, типа Чикатило, Панзера… Такая «беллетристика» весьма в ходу на Западе, начиная с «основоположника научного садизма» маркиза де Сада. Но, к сожалению, из всех таких «исповедей» на данную тему ясно видно, что сами эти «тюремные беллетристы» (равно как и политики «на воле») не осознают своего поведения в той степени, в которой это могло бы стать значимым для объективного, стороннего наблюдателя. Им не дано такого понимания, в противном случае они бы, наверное, и не совершали эти свои «зоологические поступки»: убийства, развязывание войн, несущие смерть финансовые аферы и т.п.

И если бы действительно удалось провести «серьезный опрос» (как-нибудь под наркогипнозом исхитриться бы для «объективности») среди жутких тиранов, серийных и прочих закоренелых убийц и т.п, матерой хищной публики, на тему «зачем они это делают», то самым правильным и честным ответом с их стороны было бы что-нибудь типа «мне это нравилось», «мне так хотелось». Подобные откровения в неявном («междустрочном») виде можно обнаружить, «выудить» и в тех же «тюремных мемуарах» закоренелых преступников, и в «воспоминательных» книгах политиков. В их действиях не просматривается каких-то глубоких или возвышенных мотивов. Им так вот хочется, или же они бывают вынуждаемы обстоятельствами (значит, кому-то другому захотелось и удалось сделать что-то еще «круче»). А страдать вынуждены при этом другие, которым этого – ну никак! – не хочется. Удержать же себя хищные не в состоянии. Несмотря на осознавание ими всего исходящего от них зла (медэксперты называют это «вменяемостью»). Не могут, при всей своей якобы железной силе воли. А их самооправдания – «благо народа», «борьба с чем-либо» и т.п, – всегда лживы и несерьезны.

ЭТИЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

Так что же есть у нехищных людей, что можно было бы противопоставлять этим – столь бесспорным – аргументам хищных владык «мира сего»? Помимо, понятно, «травоядного фактора» – их подавляющего численного превосходства. Хотя и это немаловажно, если учесть знаменитейший критерий социально-телеологической святости (достижение общественного блага, как самоцели): «обеспечение счастья наибольшего числа людей». Пожалуй, главным таким контраргументом может послужить лишь доброта, неагрессивность того же самого «травоядного» толка.

У нехищных людей присутствует разумная составляющая сознания. Поэтому они заведомо духовно богаче хищных индивидов. У них есть в психике, в менталитете некое вертикальное (глубинное) – этическое – измерение. Они, осознанно или нет, но постоянно задают себе вопрос «зачем?», «ради чего?». Это принципиально отличает их от плоскостной ситуативной изворотливости хищных (в особенности – суггесторов). У этих шакалий уровень – «где'.'», «как?» и «почем?». (Невольно вспоминаются Обломов и Штольц). Что, правда, и позволяет им столь ловко шастать, нападать и увертываться в лабиринтах коридоров хищной власти. Но им никогда не достичь ни малейшей духовной высоты (глубины). Перефразируя Канта, можно сказать, что у хищных «нет звездного неба над головой, ибо у них отсутствует моральный закон внутри».

Экспериментальные лабиринтные крысы, проявляя недюжинную смекалку в задачах на плоскости, демонстрируют непроходимую тупость в трехмерном (многоэтажном) лабиринте. Эти задачи им попросту недоступны. Они генетически запрограммированы на двухмерные, плоскостные ходы. Точно так же и хищные политики. Подсидит любого, проведет сотню, продаст тысячу, а спроси v него, – а хорошо ли это, да и зачем это всe, – прямо как глухонемой становится, не слышит. И действительно не слышит, – ибо не понимает. Поэтому любой среднестатистический обыватель, явно не хватающий звезд с неба, – на порядок (!), на одно измерение, более сложное и богатое человеческое творение, нежели самый изворотливый политик, ловкий аферист или «крутой», беспощадный мафиозный «крестный отец».

Нехищные люди отнюдь не такое быдло, какими их представляют. При всей своей неразвитости и отсталости, они, в сравнении с хищными, всe же являются существами с более сложным (глубинным) менталитетом. Хищные не могут их понимать даже в принципе. Неразвитость же нехищных людей есть прямое следствие хищного владычества. Оболванивание народа – стратегическая, вынужденная мера хищной власти, иначе ей – конец. На первый взгляд, это невозможно: как это примитивные существа оглупляют более умных? Ведь для этого им надо бы, кажется, хорошо знать и понимать этих самых «умников»! Но нет, всe обстоит именно так. Что-то в этом роде происходит, когда в школьном классе несколько злых лодырей-второгодников мешают учиться всем остальным. Они уже курят, пьют, а то и «ширяются»… Зачем им знать всякие тонкости-премудрости школьных предметов? А вот в негативном влиянии они могут быть крайне изощренными. Преследования, издевательства, надругательства, совращение… Так же и здесь: ложь, примитивная пропаганда, вздорная реклама… И всe – человек обработан, быдло к употреблению готово.

И всe же нормальный русский мужик, что называется «от сохи», или равно простой «серый аморфный» обыватель, наугад выдернутый из толпы какой-нибудь тамбовской улицы, стократ духовно богаче самого виртуозного дипломата-суггестора. Особенно это различие заметно в старости. «По плодам узнаете вы…». Доброе лицо, лик мудрого пожилого крестьянина, аксакала. Дьявольская маска – харя пронырливого, прожженного проходимца-сенатора или TV-проповедника – кривляки. Гeте как-то сказал, что «простой человек в своем неясном устремлении всегда прав». Так-то оно так. Но во времена Гeте еще не было столь мощного манипулирования общественным сознанием, попыток разворота нравственного вектора нехищных людей. Сейчас многие простые люди часто бывают «очень и очень не правы». И это печально. Хотя, если брать в целом, то «господин Народ» еще пока правоту свою не растерял.

Нехищные люди тоже не понимают хищных. Но это непонимание совершено иного рода. Они никак не могут отрешиться от иллюзии, что хищные – такие же существа, как и они, т.е. люди. Уж очень велико имеющееся внешне сходство. Два глаза, две руки, две ноги – это б еще ладно, у обезьян то же самое. Но ведь и говорят еще! Да как складно, умно говорят, – заслушаешься. Так как же такое может быть, что это – не люди?! У нехищных на этой почве возникает даже некий комплекс неполноценности, совершенно необоснованный и беспочвенный.

Не имея за собой этих внешних качеств, этого звериного изящества – весьма широкодиапазонного, в том числе и в умении складно говорить (= суггестивным образом манипулировать!), простые люди неправомерно экстраполируют это отсутствие и дальше – на всe остальное. Они не осознают своего духовного могущества, несоизмеримого с нравственным убожеством хищных. Из-за этого они логически застревают на вопросе «зачем они (хищные) творят всe это зло?». Пытаются как-то понять эту чудовищность. Мало того, они стараются даже оправдать (и это прямое следствие их великодушия) поведение хищных. В этом, кстати, заключен основной парадокс христианства. Тем паче хочется им оправдать «великих» – Наполеона, Сталина, Гитлера… Якобы, они же делали всe это не для себя, а для славы, могущества их государства, народа. Значит, для них?!

Они никак не могут взять в толк одного. Без этих «великих кровопийц», без вмешательства в их жизнь хищных, с их алчностью, корыстолюбием, жестокостью, при разумной честной общественной самоорганизации простые люди давным-давно жили бы при таком прекрасном строе, которому коммунизм вкупе с Эдемом в подметки бы не годился!

Именно этическая составляющая, и только она, выделяет человека из животного мира. Она влияет в человеке буквально на всe. Вернее, она способна влиять, и всe зависит от самого человека, от того, в какой мере он сможет воспользоваться возможностями этого своего надприродного качества. К сожалению, вернуть на животный уровень, «завалить» человека несравненно легче, чем поднять его нравственно хотя бы немного. Оно и понятно. Миллиарды лет звериной, бездуховной эволюции, и всего лишь десяток тысячелетий человеческого пути. Это – как сломать деревце в сравнении с выращиванием сада. Вот почему довольно часто честные люди, волею судьбы оказавшиеся в орбите правящей «элиты», подпадают под ее «гравитацию». Эти затесавшиеся в когорту «расы господ» «плебеи» оказываются вынужденными действовать в полном внешнем согласии с прирожденными негодяями и мерзавцами. Эту печальную закономерность отмечал еще А. Тойнби.

При отсутствии или потере какого-либо органа у животных, у людей, с необходимостью, как бы в компенсацию, усиленно развиваются те, которые остались. Сильные руки у безногих, обостренный слух и тончайшее осязание у слепых. «Ум» хищных (хитрость спекулянтов, деловая хватка аферистов, ловкость продажных политиков) – это явление такого же «компенсаторного» порядка. Одним словом, нет совести – далеко пойдет! Если, понятно, не остановят. Такие же…

НЕЗНАНИЕ – СИЛА!

«Новое знание» о видовых человеческих различиях может оказаться весьма существенным для дальнейшей судьбы человечества. Но это знание носит дискредитирующий и весьма нелестный для людей характер. Это никак не способствует его позитивному восприятию. Кроме того, оно крайне опасно для хищных. А сила пока еще в руках этих злокозненных «владык мира сего» – сила незнания. Ибо, «пока корень зла сокрыт, – оно всесильно» («Евангелие от Филиппа»).

Поэтому естественно ожидать попыток умолчать столь горькую и страшную правду о людях или любым путем снизить значимость этой проблемы. Этой цели служат многочисленные современные «теории человека», в которых вопрос антропогенеза просто-напросто обходится, а различия между людьми объявляются несущественными. Налажен также массовый выпуск книг, пропагандирующих нравственное «самоусовершенствование». Нужно только хорошо дышать, правильно есть, ни о чeм не думать, и вскоре придет космическое совершенство. Э.Шостром дает конкретные советы note 15, как путем нехитрых упражнений человек может быстро и радикально изменить себя. Из «человека-манипулятора» (коварного подлеца) за недельку-другую превратиться в «человека-актуализатора» (высоконравственного творца). Примерно так же вытаскивал себя из болота барон Мюнхгаузен. За собственные волосы.

Исследования, способные пролить свет на существование видовых различий у людей, остаются, мягко говоря, без внимания. Вспомним, с каким трудом пробивала себе дорогу «теория пассионарности» (опять же различия людей!) Л.Н.Гумилева. Многолетние уникальные наблюдения и исследования этики детского поведения, проведенные П.Ф.Лесгафтом, до сих пор не получили должной оценки. Еще 100 лет назад, в конце XIX века американский ученый норвежского происхождения Торстейн Веблен note 16 выявил и описал существующую тождественность этико-психологических установок у правящей «элиты» и правонарушителей из низов общества. Так его имени даже нет в энциклопедических словарях. Т.Веблен уверенно констатирует факт морально-психологического тождества джентльменов и уголовников. К сожалению, он не исследует ЭТУ глубинную связь. А это тождество имеет принципиальное значение. Уголовники и политики – это два конца одной палки, которой «снизу и сверху» дубасят – мягко сказано – нехищное большинство человечества. Конечно же, политиков следует брать в целом – вместе с их финансовыми «кукловодами».

Хотя различие уголовного мира («воров в законе») и мира «высокой политики» («воров в конституции») всe же есть. Это – масштабность несения зла простым людям, в их лице всему человечеству. То, что награбили все, вместе взятые, мафии мира за всe историческое время не составит, по-видимому, и доли процента того барыша, который получают финансовые олигархи от одной-единственной ежедневной котировки курса доллара на мировых фондовых биржах. Все вкупе бандиты и маньяки Земли не убили стольких людей, сколько погибает в развязываемых политическими бандитами лишь паре-тройке «хороших» войн, тех же мировых. Ну, и еще, возможно, неким отличием являются татуировки. У политиков их, как правило, нет на лице и шее…

Вообще-то, в адрес «простого» уголовного мира можно сказать еще одно, некое «последнее похвальное слово». Уголовный мир в своих кровавых разборках на порядок честнее мира политиков, там не требуется все тех лживых лозунговых дымовых завес, на которые так горазды политиканы. Там схватываются не на жизнь, а на смерть – с откровенным выставлением собственных аргументов или жесточайшего блефа, полностью и равноправно входящего в правила и законы их мира. Поэтому, если их и вправду можно именовать, в применении к их собственным понятиям, как «воры в законе», то политики – это уже, воистину, «воры в беспределе», т.е. в беззаконии крайнего толка. К тому же они еще и отказываются от своего воровского статуса, требуют, чтобы их считали честными людьми, в то время как уголовники прямо и открыто своим антиобщественным статусом гордятся. Тем более это справедливо в отношении нашей «братвы», кое в чeм похожей на старинные русские «работные артели» («общак», взаимовыручка и т.п.). Эту разницу в «нравственности» (к сожалению, извращенной) можно легко видеть чисто умозрительно. В принципе, любой «нормальный, крутой» уголовник смог бы при благоприятных условиях или по воле случая стать властителем, диктатором и преспокойно нести «бремя власти». И часто действительно становятся: да и вообще, кого там только и не было: шуты, юродивые, сумасшедшие… А вот политик, уже не всякий сгодится в криминальные «авторитеты». Мало того, многие представители политической братии (и уж тем более такие «велеречивые» и самовлюбленные политиканы, как иные наши «именитые перестройщики») в тюрьме обязательно были бы «опущены», и их карьера на уголовном поприще «дальше параши» не продвинулась бы.

Между миром «высокой политики», правящей «элитой» общества и уголовными структурами реально существует прямая, глубинная связь. Проявления этой связи можно найти повсюду. Пресловутая коррупция властных структур возможна лишь потому, что этические нормы «дающих» и «берущих» одни и те же. Нравственность и «лоббистов», и «лихоимцев» одного уровня, – нулевого.

«Чтобы стать вожаком даже у животных и птиц, мало одной силы: нужно еще что-то, будь то привычность, которую люди зовут традицией, или опыт, который люди зовут мудростью. Не знаю, летят ли вороны за самой старой, но уверен, что они не летят за самой наглой» note 17. А что же у людей? К власти, к руководству тоже должны бы, по логике вещей, выдвигаться, пробиваться, назначаться, выбираться и т.д, в полном смысле лучшие люди, наиболее для этого подходящие. А кто подходит лучше? Понятно, что только те индивиды, которые на своем посту будут предельно честно отстаивать общественные (своего вида) интересы, иначе от них будет прямой вред обществу. А получается всe как раз иначе. Налицо очевидная несообразность. Туда прорываются существа без совести и чести, жадные, наглые и всенепременно жестокие. «Прирожденного начальника отличает безусловная жестокость» note 18 Они относятся к власти, к государственной деятельности не как к ответственному общественному поприщу, а как к личной кормушке. Поэтому честной хищной власти «не может быть, потому что ее не может быть никогда».

Своеобразный рекорд предельной честности правительства принадлежит Югославии 1930-х годов, и он, наверное, еще не побит. Тамошние министры показали всему миру, какой может быть максимально возможная честность «существ власти». Каждому члену правящего кабинета представители оппозиции своевременно напоминали: «Ну, ведь ты же целый год уже сидишь, мерзавец, в кресле! Успел наворовать-то уже! Поимей же совесть, – дай и другим урвать! Подавай в отставку!» И те нехотя, но «признаки совести подавали», уступали место у государственного корыта очередным ворам.

Конечно, им далеко до «настоящих» казнокрадов. Например, Алексашка Меншиков, этот «счастья баловень безродный» перевел в английские банки около пяти миллионов рублей. Эта сумма равнялась годовому бюджету всей Российской Империи. Другие «птенцы гнезда Петрова, товарищи и сыны» – воры и укрыватели только в меншиковское время перевели за границу сумму, равную по меньшей мере, двум государственным бюджетам. Всe вместе это составило не менее 15 миллиардов довоенных (до 1914 года) золотых рублей. На такую сумл1у можно было «построить капитализм». И русский мужик был, по существу, ограблен во имя европейских капиталистов. Так описывает и оценивает деятельность Петра Первого и его сподвижников И.Л.Солоневич note 19.

Поэтому сейчас, когда, например, газета «Монд» пишет о каком-то нашем высоком политике, что его состояние составляет пять миллиардов долларов, то в эту нелепицу трудно поверить – это очень мало, на Руси высшие вельможи такую мелочь не крадут! А то, что «Монд» вскоре опубликовала опровержение, это ничего не меняет: значит, всe впереди, еще «доберет до ровного счета». (Вот, забыл его фамилию… Похожую носят братья Черные, скупившие за бесценок алюминиевую промышленность России. Черномавродин, что ли… Он еще, как вновь клеветали на него газеты, в ярославских лесах застрелил на охоте медведицу с двумя медвежатами). И если говорить серьезно, то всем же ясно, что российские власти воруют самым нещадным образом. По словам самого президента России, только он, да еще бывший губернатор Немцов пока что не уличены в этом. Еще один страшный анекдот, и только…

Официальная власть – всего лишь центральная часть, или ствол антисоциальности, авангард всех хищных антиобщественных сил. Она напрямую, по принципу «сообщающихся сосудов», связана с другими своими ветвями. В частности, с той же примитивной уголовщиной, бандитизмом. И остальные ее ветви – это такие же хищные отростки. Но совершенно неправомерно они считаются отдельными, независимыми структурами, чуть ли не противостоящими политической власти духовно или идеологически. Всевозможные террористические группы, религиозные тоталитарные и изуверские секты, столь же преступны, как и другие шайки, банды.

Значимость власти необходимо, наконец-то, снизить, окончательно развеять ее незаслуженный ореол. Говорить о морали в политике, – это всe равно что отстаивать этичность киднэппинга или нравственность наркобизнеса. Экспертами ООН выявлено существование прямых связей глобальной мафии с государственными и промышленными структурами по 17 (!) направлениям, т.е. практически по всем видам деятельности преступного мира: от наркобизнеса до аэрокосмической промышленности («Московские Новости», ј 19, 1997 г.). Хотя, спрашивается, как и зачем хищная власть допускает подобную утечку информации о своей деятельности? Хочется надеяться, что она всe же не может уследить за всем, что не всe еще «схвачено» ею, даже и она не способна «объять необъятное».

Везде, в любой области, куда она только может проникнуть и утвердиться, хищная власть в полной мере себя реализует. Она извращает и губит любое, самое хорошее дело. Благородный, по идее. Союз ветеранов Афганистана, создан, по задумке, для помощи пострадавшим на преступно развязанной политиками войне. Результат – разборки, взрывы, заказные убийства… То же самое, что и в любой другой асоциальной группе – банде, террористической организации, изуверской секте, правящей правительственной фракции. Вплоть до «спортивных» организаций, типа нашего НФС: руководящие «спортсмены» торгуют табачными и спиртными изделиями! Естественно, опять – покушения, убийства. Куда дальше? Везде одинакова доминанта – антисоциальность, направленность против чаяний рядовых людей. Людям «усиленно» мешают честно трудиться, воспитывать детей в понятиях добра, справедливости, неприятия насилия.

Но пришла пора довести до всеобщего сведения всю эту «историю с человечеством». Возможно, удастся достичь осознания простыми людьми той духовной пропасти, которая изначально лежит между ними и заправляющими в этом мире хищными. По крайней мере, после такого осознания люди перестанут хотя бы уж голосовать за очевидных «жучков», у которых прямо на лице, то бишь на морде, написано, что у них не только нет никакого интереса к заботам простых людей, но и быть не может. Но такого осознания всe никак не происходит, хотя уже, кажется, «камни вопиют» об этом. Несчастным ограбленным вкладчикам МММ-шникам следовало бы разорвать на микроскопические куски ворюгу Мавроди, а они его в депутаты избирают. Албанские их «коллеги» восстание подняли, учиться надо! Хотя всe равно плодами стихийной борьбы албанского народа воспользуются хищные политики, да уголовники погуляют, «пошумят вволю» некоторое время. «Весь народ должен твердо запомнить: теперь всe меньше и меньше приходится рассчитывать на проблески человеческих чувств у тех, кто правит и владеет нами» note 20… И вряд ли тот же Мавроди, как и другие крупные аферисты, смог бы действовать без очень «высокой крыши».

Само государство также всегда подпадает под статьи уголовного кодекса в своем «политическом поведении». У нас сейчас это просто-напросто очевидно. Российскому политическому кабинету можно инкриминировать массу статей. И не как подозреваемому субъекту, а – взятому с поличным. Государство наше – это вор-грабитель (вклады населения), это мошенник (невыплата заработной платы), это убийца (война) (и даже отце– и матереубийца, если учесть то, как гнусно обошлись «перестроечные» власти России со старшим поколением – ветеранами-пенсионерами) и т.д. Можно и конкретнее. Еще – и контрабандист. «По данным экспертов МВД, из России «контрабандой» утекает ежедневно до 20 процентов добываемой в стране нефти. Нефть – не бриллиантовая булавка, в тайнике через границу не провезешь. Значит, кто-то способствует. Согласно тому же источнику, в 1995 г. 600 млрд. рублей криминальных доходов перекочевало в карманы российских чиновников» («Век»).

К сожалению, это всe почти полностью относится и к церковным иерархиям. Они весьма недалеко ушли от светских властей, да иначе и быть не могло. Невозможно отрицать тот социологический факт, что все официальные церкви имеют реакционно-политический характер. Они всегда служат интересам власть имущих и реально препятствуют устранению страдания народа, приписывая его воле божьей, и обещая блаженство в загробном мире в качестве воздаяния за беспрекословное повиновение властям и церковным иерархам. В первую очередь, это относится к христианству. Иисус возвестил истину, которая умерла в христианском мире, когда место Христа заняли священники. «Глубокие истины о человеческом страдании уступили место догмам; простая ряса сменилась пышными, украшенными золотом церковными облачениями» note 21. Ясно поэтому, что иерархи церкви – тоже из хищных рядов, преимущественно суггесторы. Возможно, лишь мелкоприходские священники в глубинке, дьяконы да звонари-пропойцы еще сохраняют в душе что-то святое, и как бы продлевают и оправдывают существование церковных институтов.

Алексий наш II, на инаугурации полуживого Ельцина заявил, понимаешь: «Мы – христиане – знаем, что нет власти не от Бога», подразумевая, что церковная-то уж само собой от Него. Как-то всe же не верится в это. Власть, в том числе и церковная, может быть и от «князя мира сего». Постоянно мелькают сообщения о всяких махинациях, к которым причастны высокие служители Церкви. А их былое сотрудничество с КГБ стало притчей во языцех. Наконец, кто-то же принял решение в Донском монастыре в октябре 1993 г., не идти к Белому Дому с крестным ходом. И кровопролитие, вызванное Указом ј 1400/666, предотвращено не было. Мы же знаем об этом. Читатель, конечно же, понял этот скорбный намек, как и то, что здесь никак не задета честь ни того же нашего патриарха Тихона, ни других религиозных великих подвижников. И зачем Алексий II это говорил?! Неужели нельзя было обойти это, сказать что-нибудь другое?! Нет, именно потому, что чeрт тянул его за язык!

«ГОМОЛОГИЧЕСКИЕ РЯДЫ»

Таким образом, все властные структуры, традиционно считающиеся различными, на самом деле взаимосвязаны. Это как бы социологическое проявление «закона о гомологических рядах» Н.И.Вавилова. Принципиальное, «генетическое» родство уголовных, террористических, церковных и т.п, структур с политическими позволяет по аналогии «вычислить» соответствующие моменты в структурах властных. И это правомерно – зоопсихология «представителей» этих «гомологических рядов» тождественна. Уголовные и другие асоциальные структуры хорошо исследованы. Так возникает более полная картина, проливающая дополнительный свет на все «тайны мадридских, кремлевских и прочих дворов».

Хищные властители не зря постоянно лгут и засекречивают документы. Им есть что скрывать! Засекречивание архивов для властей – это перманентное обеспечение для себя всепрощающей статьи «за давностью лет».

Главные преступники – организаторы политических и уголовных «дел» – никогда не видны и недосягаемы. В основном попадают под ответственность лишь исполнители, мелкая сошка, – как уголовная, так равно и политическая или финансовая. Еще аналогия. В уголовных кругах – постоянная пикировка, ежедневная необходимость в демонстрации собственной «крутости», У политиков – те же заботы: постоянная борьба за власть, подсиживание, упрочение «имиджей-рейтингов» и т.п. Какие тут могут быть заботы о благе какого-то еще народа?! Не до него!

Ахиллесова пята хищной власти – ее разоблачение, в идеале бы – полное. Честность и открытость правительственных структур – это последний гвоздь в крышку гроба нынешней политической власти на Земле, конец хищного диктата. Правда о власть имущих убийственна для них.

Совершенно справедливо говорит о закулисных нравах политики А.А.Зиновьев note 22. «Если бы наука о законах политической деятельности была создана и стала общедоступной, то она выглядела бы в глазах обывателей как нечто аморальное, циничное, грязное, преступное, а люди в сфере политики выглядели бы как негодяи, лжецы, насильники, изверги, кретины, жулики». Лишь два «кусочка» такой несуществующей науки о фактических (а не воображаемых) правилах политики были опубликованы, и оба они имеют скандальную, самую дурную репутацию. Хотя в них – в смысле описания «кухни власти» – содержится «правда, ничего кроме правды, хотя и далеко не вся правда». Это – «Государь» Н.Макиавелли и анонимные «Сионские протоколы».

Это было бы по-настоящему жутко – узнать всe то, что на самом деле происходит во властных высших кругах и каковы истинные мотивы политиков, в частности, наших. Даже, в особенности, – наших. Всe их политическое многословие не следует никогда воспринимать всерьез и пытаться его как-то анализировать, доискиваться глубинного, междустрочного – «дипломатического свойства» – смысла. Его там попросту нет, как не существует флогистона. Каждый из наших крупных политиков, «народных вождей», руководствуется некими «стержневыми» (зоо)мыслями, очень простыми и весьма немногочисленными – максимум двумя-тремя. Точный же смысл этих незатейливых постулатов полностью совпадает с тюремной феней, и другими словами этот смыл точно не передать. Например, они проводят ту же свою пресловутую политику реформ и шоковой терапии, руководствуясь при этом отнюдь не многостраничными докладами экономистов, усиленных выкладками видных ученых Они обосновывают про себя эту свою политику гораздо проще: «Надо, в натуре, чтобы эти старперы ветераны-пенсионеры передохли от голода и болезней поскорее, а с остальным быдлом мы быстро разберемся: они и вякнуть не успеют, как все на крючке будут!» И всe. Больше об этом «экономическом» вопросе в их (зоо)головах ничего нет! Лишь как театр абсурда (одного актера) может расцениваться очередной (от 24.06.97) радиоспич Ельцина: его «извинительное» обращение к пенсионерам.

Поэтому представляется реальной перспектива ненасильственной борьбы с хищным, «злым миром» именно путем распространения среди простых людей знаний о кардинальных видовых различиях в человечестве. Не помешали бы и безошибочные способы распознавания хищных. Таким средством может явиться, судя по всему, позитронная томография коры головного мозга, вкупе с тестированием под наркогипнозом, что пока является лишь несбыточным проектом. Но, конечно, в любом коллективе (начиная уже со школы) знают «своих» подлецов. Остается лишь наладить в народе «систему быстрого оповещения». Существуют две подобные системы – у уголовников и у «особистов». В тюрьмах, при переходе из одного места заключения в другое за каждым тянется «шлейф полной характеристики». В органах же безопасности на многих граждан имеются достаточно объективные досье. Некий «банк данных» – кто в чeм замешан, на что особо падок. В народе, понятно, трудновато внедрить эти системы. Хотя можно вспомнить «светлой памяти» школьные и производственные характеристики советских времен, которые, к сожалению, писались лишь для проформы, если вообще писались. Поэтому единственный на сегодняшний день выход – это предельно настороженное отношение к всякого рода нечистым на руку типам. Тем более – к имеющим в руках силу власти или рвущимся «наверх». Стараться не иметь с ними никаких дел. Не выдвигать, не рекомендовать, не голосовать за них. Не обращаться к ним за услугами, не поддерживать их затеи ни в какой области, разоблачать их пропаганду. И кто знает, возможно, эта «подозрительность» сплотит, «сдружит» человечество так, как и представить сейчас себе невозможно.

То, что нами правят нелюди, вывод конечно же, жутковатый. Он кому-то поначалу, возможно, покажется фантастическим. Но посмотрите вокруг, сопоставьте факты, и сомнения в этом должны исчезнуть. Действительно, всe совпадает с карикатурной ситуацией, изображeнной в американском фантастическом (!) кинобоевике «They live» («Они живут»). Но совпадает гораздо более страшным образом, ибо подобное существует реально, а не только в воспаленном воображении кинематографистов. Фильм повествует о том, что на Земле якобы заправляют инопланетяне. Они насаждают в обществе бездуховный культ наживы и потребительства. Авторы фильма невольно используют «зарисовку с натуры», отображают сущность «западного» общества! Отличить пришельцев от нормальных людей можно только с помощью специальных очков. Это жуткие монстры, внешне похожие на разлагающихся мертвецов, лишь глаза у них белые, светящиеся. Цель пришельцев – полное закабаление человечества.

Реальное же положение дел в мире куда хуже. Хищная власть страшнее любых инопланетян. Хотелось бы, чтобы человечество это поняло. И поняло в самое ближайшее время, пока, возможно, ещe не поздно. Выход же из создавшегося положения очень прост. Хищные, как уже указывалось, заведомо ущербны – и нравственно, и, по большому счету, интеллектуально. У них упрощенные нейронные структуры префронтального отдела коры головного мозга. В своем становлении их предки пошли по более простому пути – по «звериной тропе» жестокости и хитрости, так что и интеллект у них имеет свою «специфику». Поэтому и отношение к «персонам власти» со стороны нехищных людей должно быть соответственным. Оно должно полностью совпадать с отношением ко всем другим асоциальным структурам. Уголовным, сектантским (изуверским), террористическим… Наибольшее – буквально «портретное» – сходство у хищных властителей имеется именно с террористами, захватившими большую группу заложников.

При таком отношении реально осуществим полный, глобальный бойкот хищных. «Всеобщая акция психического неповиновения». Подобный социальный миф-мечта о «всеобщей забастовке человечества против власть предержащих» был создан в начале XX века. Представьте себе на площадях городов (хорошо бы уже в начале XXI века) грозно молчащие (сверхразъяренные) миллионные собрания людей с плакатами: «НЕЛЮДЕЙ – В КЛЕТКИ!!!», «ФИНАНСОВЫХ ОЛИГАРХОВ И ПОЛИТИКОВ – В АССЕНИЗАТОРЫ-ЗОЛОТАРИ!!!». Это уже не прежние толпы – объекты манипуляции для хищной оппозиции. Здесь все хищные властители (потенциальные кандидаты в том числе) автоматически низводятся до ранга прочих уголовных правонарушителей – с точки зрения обычного здравого смысла, порядочности, совести, несения блага людям. И никакая маскировка им не поможет. Всe равно ж, дорвавшись до власти, проворуются, начнут обманывать. Значит, – общественная порка на стадионе, клеймо «вор» на лбу и – спецтюрьма.

В средние века преступники и умалишенные содержались вместе. Обе группы сводились к общему знаменателю – нарушению существующих в обществе норм. В этом, в общем правильном, подходе есть одна – самая крупная – «недоработка». Необходимо сюда же включить еще одну группу. Это – крупно проштрафившиеся власть имущие, а также – преступно, с нарушением законов и этических норм стремящиеся к власти. Понятно, что и им самое место в подобном изоляторе. В типовом проекте такой «тюрьмы светлого будущего» три здания. Барак для уголовников, там – воры-рецидивисты, насильники, убийцы. Блок для сумасшедших – это простой охраняемый лазарет. И, наконец, величественный, просторный «правительственный корпус». В нeм – авторитарии, не могущие жить без власти. Они аккуратно, легкими, свободными, но прочными цепями прикованы к несложным станкам, или же заняты какой другой работой с нехитрым инструментом. К станкам приковывать не помешало бы и уголовников-рецидивистов. И никого не кормить, пока не выполнят дневной «урок». Достаточно щадящий, это не ГУЛАГ.

Отношение человека к труду является надежнейшим видовым идентификатором. Чем-то вроде лакмусовой бумажки в химии. Для хищных честный, бескорыстный труд есть разновидность психической пытки. Известен социологический закон (из пестрой «законодательной серии» Мерфи, Паркинсона, Питера и т.д.) – «кто не может работать, тот учит, кто не может и учить, тот командует». За полушутливым фасадом скрывается необычайно важный жизненный факт. К политической власти наиболее часто прорываются всякого рода неудачники от управления производством и преподавательской деятельности. (Вспомним биографии наших «демократов». Вообще хороший специалист в любой области никогда не рвется к власти). И в лагерных зонах «авторитеты» не работают, а лишь командуют. Да и на воле они особо у станка не стоят. Существует и такое правило (уже наше российское, народное). Когда приходится слышать, как иной оратор «захлeбчиво» распинается о благе рабочего класса, то ему следует задать один-единственный вопрос. А он сам-то хотел бы пополнить ряды этого класса? И всe с ним станет ясно…

И еще одно необычайно важное обстоятельство. Значительная часть нынешних правонарушителей – люди нехищные. Но они оказались кем-то втянуты в уголовщину. Или попали в ее жуткую круговерть совершенно случайно. По глупости, чаще – по пьяному делу. Так вот их вообще не стоило бы сажать в тюрьмы. Просто заставлять отработать в каком-то n-кратном размере ущерб, нанесенный обществу. Но совершивших даже и тяжкие преступления всe равно ни в коем случае нельзя содержать совместно с хищными преступниками. Истинно хищных индивидов в большинстве сообществ всего-то несколько процентов. В России их вообще очень мало, в то же время в тюрьмах сидят и сидели миллионы людей. Печальный нонсенс.

Итак, дело осталось «за малым»: довести до сведения людей эту «маленькую, но кричащую истину» note 23: о «единстве несокрушимого блока» властителей и убийц. И чтобы люди не пропустили всe это мимо ушей, как всегда…

СОЦИАЛЬНАЯ ПАРАНОЙЯ

Основная проблема, стоящая сейчас перед людьми, и которую им требуется срочно разрешить – это установление честной (= нехищной) власти. Бели, конечно, человечество собирается-таки длить свое существование. По последним прогнозам экологов уже в 2010 году на Земле начнутся необратимые гибельные процессы, и всe будет кончено к середине XXI века. И с людьми, и с Жизнью на Земле. И тем не менее, безумные слепые поводыри наши уверенно выруливают к пропасти, всe увеличивая скорость.

Понятно, что иерархия, структура жизненно необходима для общества. Аморфность, тупая уравниловка (эгалитаризм) или неуправляемая, безответственная вольница губительны для социумов. Но зачем людям эта совершенно излишняя жестокость власти, как в прежние, так и в нынешние времена? Ведь подавление социума можно осуществлять и несравненно меньшим насилием! Не сами средства принуждения, а лишь осознание возможности их применения диктатором, властями заставляет подавляющую часть социума беспрекословно принимать существующий и навязываемый уклад жизни. Парадокс: не могут же власть предержащие подвергнуть реальному физическому насилию весь или почти весь народ! Это же их субстрат, на котором они так мерзко паразитируют, и без которого им не будет «прекрасного места под солнцем». Они действуют точно так же, как и террористы, захватившие заложников, и удерживающие их угрозами расправиться с ними. Иногда для подкрепления «стимула» они кого-нибудь и вправду «наказывают за ослушание», чего и бывает совершенно достаточно для подчинения всех остальных.

Но зачем эта смертельная борьба за власть – ради самой власти (а не в интересах трудящихся, как это назойливо декларируется всеми такими «борцами»)? Какое-то страшное искусство ради него самого.

Непомерная жестокость, «избыточность бесчеловечности» хищного диктата объясняется тем, что «адельфофагия» не прекратилась. Она не ушла из жизни людей, но лишь видоизменилась. Мало того, она приобрела больший размах и ожесточилась. Сменяются исторические декорации, а суть – всe та же. В веках разыгрывается одна-единственная трагедия, но – всегда в новом «осовремененном прочтении». Конечно, человечину теперь стали употреблять реже, сломали «традицию». Но вспомним, сколько людей погибло в мировых войнах. И каковы теперь средства уничтожения людей. Массовые. Это уже не палеолитический полуголодный людоед с каменным топором. Человечество изо дня в день не устает провозглашать принципы гуманности, имеет жутчайший исторический опыт, и несмотря на всe это, никак не может образумиться. Это означает лишь одно. Что точно так же – изо дня в день и неустанно – хищные, эти осовремененные «адельфофаги», новейшие людоеды, подкручивают маховик насилия и безнравственности во всех общественных структурах, в которые они могут проникнуть.

А проникают они практически всюду, где есть возможность приобрести власть, причинять людям зло или получить выгоду. Лишь сфера честного труда нисколько не привлекает их. Как чeрта не манит ладан. Бескорыстное творчество – тоже не для них. Если хищные и оказываются где-нибудь на творческой стезе, то это уже не творчество, а совершенно иное: угодничество властям и толстосумам, беспощадная конъюнктура, беспринципность, аморальность и всегда в первую очередь – корысть и пропаганда зла.

Нынешнее человечество, безо всякого преувеличения, является заложником в руках высших иерархов Земли. Образумить же или как-то ненасильственным путем обуздать иерархов и проводников хищного диктата (политиков всех рангов) невозможно. Моральная невменяемость – это их неотъемлемое качество, столь страшное для людей. С таким же успехом можно уговаривать озверелых, «обкуренных» террористов отпустить заложников подобру-поздорову и ласково посоветовать бандитам на прощанье «не грешить впредь». Именно это – в буквальном смысле и елейным тоном – делает власть, называющая себя Церковью.

Очень точно описывает положение «властных» дел в историческом ракурсе В.М. Кайтуков. «Иерарх первобытного стада, царь Шумера или Элама, египетский фараон, сицилийский тиран, китайский император, король средневековой Европы, иерарх капитализма – это всe одинаковые стереотипы по сути глубинных мотиваций, по жизненным мотивационным детерминантам… Тупой людоед Сауделер, миллиардер современности, князь или просвещенный монарх, Савонарола, Маздак и т.д, – суть жизненной философии, осознанных мотиваций и подсознательных детерминантов едина, хотя декларативная, внешняя сторона активности может быть разной» note 24.

Но как же удается сочетать в себе эту явно несовместимую двойственность?! Осознание злонамеренности, бесчеловечности собственного поведения со стремлением продолжать его. На первый взгляд, это не поддается никакому объяснению и осмыслению. Парадокс – и всe тут, вроде бы невозможная вещь, а вот существует, назло всем любителям простых ответов на все вопросы. Но оказывается, что есть (тут трудно употребить выражение «к счастью») аналогичный феномен. А «проходит» он по департаменту психиатрии. Это – знаменитая паранойя. Внутренний, интроспективный мир хищных должен иметь параноидную структуру. Тогда это всe становится объяснимым.

Хищные действительно вынуждены быть невменяемыми в отношении своих глубинных мотивов. Им органически не дано осознавать их. Не могут они оценить нравственную, высшую сторону своего «дела» – зачем всe это, ради чего? Другими словами, у хищных реально протекает «социальная паранойя». («Социальная» – потому что для подобной оценки необходимо учитывать интересы других людей, общества, т.е. именно «социальные» аспекты). К сожалению, медицина не относит это к числу опасных психических заболеваний. А жаль. Хотя бы уж к разряду «вялотекущих». Насколько было бы легче человечеству, если бы в психушки сажали не изобретателей, поэтов и философов, а политиков. Но и с видовой точки зрения это тоже не болезнь, а всего лишь проявление естественного поведения хищных видов. Поэтому медики еще долго (?!) будут вынуждены признавать даже самых одиозных политиков здоровыми (вменяемыми), так же, как и нормальными маньяков – «серийных» убийц. Но и эту традицию следует сломать, – моральная невменяемость есть невменяемость психиатрическая!

«Социальная паранойя» давно уже приобрела демонстративный характер. Как иначе можно объяснить все эти «литературно-художественные» сцены откровенного каннибализма? Гангстеры идут «на дело» (убийство людей) и напутствуют друг друга: «Ну, помогай тебе Бог!». У Гитлера – был «на вооружении» знаменитый лозунг «Gott mit uns» («С нами Бог»). На воинских штандартах. Как это всe можно совместить – веру в загробную жизнь, бессмертие души, воздаяние по делам, воскресение с… убийствами?! У мусульман, и то всe как-то честнее и логичнее, хотя и не менее чудовищно. Убить, по крайней мере, во время войны, «гяура» («неверного», того же христианина) или даже представителя ислама (как, например, воевали между собой Иран и Ирак или взять нынешнюю «талибскую» войну в Афганистане) – есть угодное Аллаху деяние. А погибшему во время газавата (религиозной войны) полагается «по штатному расписанию» немедленное попадание в рай, с его высшим «наслаждением наслаждений» для праведников: им там можно смотреть в специальное окошко, в котором видны мучения в аду их личных врагов (предвосхищение вселенского Интернета?!).

«Параноидный синдром» хищной власти оказывается в порядке вещей. Получается, что вся политическая история человечества – это попросту парад параноиков (пардон за аллитерацию) во времени, и ничего больше. А общественное сознание безропотно, как должное, приемлет всe это безумие. Вменяемость преступников (диктаторов, деспотов…), т.е. понимание, осознавание ими своего поведения – именно это и придает ему масштаб чудовищности. Когда убивают друг друга животные, грызутся за пищу, – это можно понять. Но то же самое делают осознающие собственное поведение существа… Значит, ими руководят более мощные чувства, затмевающие сознание, неодолимые. Соответственно, – и более примитивные, можно сказать, чисто звериные. Их мощь, по-видимому, сравнима с сильной, «пустынной» жаждой или со страстным сексуальным влечением, всепоглощающей, беззаветной и жутковатой влюбленностью, ради которой идут на любое преступление, не могут не идти.

Гедонизм, стремление получить удовольствие от жуткого дела, плюс неспособность перебороть свое злобное влечение. Это и есть стержневые видовые признаки хищных. Они-то и делают их столь активными, целеустремленными и безудержными. Но вот оценить свои действия по шкале «хорошо – плохо» они не в состоянии. Их чудовищная психика мгновенно вытеснит, отметет подобную постановку вопроса. Либо выдвинет самооправдательную – совершенно вздорную – отговорку. Попытки же честно и откровенно проанализировать совместно с ними их поведение невозможны – стена. Они при этом либо озлобляются, либо впадают в неадекватно дурашливое состояние. При общении с хищными индивидами явственно ощутим некий барьер – и интеллектуальный, и психический. Не понимают самого главного. Создается ощущение, что и впрямь имеешь дело с животными.

Всe это целиком и полностью совпадает с поведением параноика. Средства достижения цели – логически безукоризненны, сама же цель – абсурдна и безумна. Это и есть принципиальная схема отсутствия разума. Поэтому при социальной паранойе у властителей нет и не может быть никакой продуманной сверхзадачи. Ловкое, гибкое политическое шастанье без ясной цели само по себе становится ею – самоцелью. Любой ценой остаться у власти, захватить, вернуть ее…

Президент недавнего Заира – больной раком, престарелый Мобуту (убийца Патриса Лумумбы), имеющий 4 миллиарда долларов, зачем-то цеплялся за свою власть и тем самым длил кровопролитие в стране. Паранойя и только. (Хотя понятно, что пришедший ему на смену лидер оппозиции, если чем и отличается от Мобуту, то только меньшим пока счетом в банке). Чудом выжившего Ельцина СМИ уже прочат на третий срок президентства, ну ты подумай! Горбачев, на пару с Ельциным развалив и продав страну, набирается наглости вновь выдвигать себя в президенты. Что это, если не безумие, не паранойя?! (Хорошо хоть ПОЛУЧИЛ от народа по шее, всe какое-то для людей утешение, правда слабое, лишь символическое). Ирина Хакамада, депутат Государственной ДУМЫ ходит на работу, как в театр. Сама об этом и говорит, что политика, мол, для нее – всего лишь необычайно интересная, захватывающая игра. Промолчать мочи нет: играет роль. Для нее, как и для других думских «дам России», политическое поприще является чем-то вроде многолюдного подиума, где еще и «урвать» можно. Для Г. Старовойтовой политика – это «творческая деятельность, с помощью которой она пьет живую кровь действительности», а сами политики, в том числе, понятно, и она – «амбициозные, тщеславные актеры и лицедеи, но они необходимы обществу, наравне с ассенизаторами». Как тут не вспомнить предсмертные слова Нерона о самом себе: «Какой артист погибает!» Так этот «артист» хоть погиб в конце концов, наши же «комедианты» – ну, никак «не закругляются», вместо этого всe продолжают губить собственную страну.

Только так – сугубо медицински – можно понять психологию, точнее, зоопсихологию властителей, деспотов, тиранов, авторитетов и других представителей «сильных мира сего». Термин «зоопсихология» оспаривается некоторыми учеными (в частности, И.П.Павловым) на том основании, что у животных якобы нет психики, а есть лишь рефлексы. Но вот в применении к хищным представителям человечества он подходит в самый раз. Эти ярые прислужники «князя мира сего» в достаточной для науки степени и психологичны, и зоологичны.

Как иначе можно расценивать готовность пойти на любые преступления ради получения власти, денег, изощренных удовольствий, связанных с богатством? Имея миллионы, рисковать благополучием, а не то и жизнью, ради приобретения ещe двух-трех. Зачем, кажется? А затем, что этот самый риск, борьба и является их основным мотивом, движителем, некой производной от хищного инстинкта. Эти их основные установки реализуются в том или ином индивидуальном сочетании. В зависимости от темперамента и характера у кого-то проявится больше злобности, у другого – коварства, у третьего – похоти и жадности. Некогда легендарный «генерал Дима» – консультант президента Ельцина, «полномочный связной» между российскими политиками и международной мафией, Якубовский имел вроде бы всe: деньги, виллу на Западе, успел нахапать. Так нет, не сиделось ему, вернулся в Россию «добирать» – «понадобились» ему еще и антикварные книги. В итоге, сел в Кресты и сидит пока. Ясно, конечно, что причина его отлова состоит в том, что он чего-то с кем-то там не поделил.

Правда, есть часть хищных, которые как бы и не подвержены «социальной паранойе». Одни из них предельно и откровенно злонамеренны, это «безудержные» (как волки или гиены) хищники. Им полностью удается «быть самими собой». Они не пытаются перед кем-то оправдываться. Такие предпочитают непосредственную агрессию и прямое убийство людей, видя в этом смысл жизни. Перефразируя П.Ф.Лесгафта, это «злобно-забивающий» тип. Уже, к сожалению, не «школьный»…

Другая часть «здоровых» хищных – это те, кто длительное время борются на стороне «добра», отстаивая заведомо правое дело. В этом случае они имеют для себя, для своей агрессивности и вероломства, мощное социально-психологическое оправдание. Правда, очень часто они переходят рамки «дозволенного» в своей злобности или непорядочности, когда уже невозможно оправдать свои действия «общественной пользой». Лучше всего для них находиться в оппозиции (С.Бабурин. В.Жириновский), это – их лучшая, «золотая пора». Им действительно удается в такие периоды, когда «они за народ», посодействовать прогрессу, «пособить обчеству». Но потом, придя к власти, они «расслабляются», приходят в свое естественное параноидальное состояние, и уже добра тогда от них не жди. «История показала, что истина всегда умирает, когда ее поборники приходят к власти» note 25. И поэтому трудно сказать, кто из хищной братии есть меньшее зло. Тираны-властители, ярые оппозиционеры или «скромные, незаметные» киллеры.

Здесь возможно и более широкое обобщение. Способность осознавать свои действия имеет чуть ли не всеобщий контекст. Поведение всех живых существ далеко от разумного, они не в состоянии всемерно оценивать свои действия. т.е. можно считать параноиками и животных, что есть для них как бы высшая форма поведения, и это даже, можно сказать, некий «человеческий комплимент» в их адрес. Всe делается ими целесообразно, умно, но цель – абсурдна, смешна или гибельна, но этого не видно на их животном уровне. Животное пробирается куда-нибудь, ползет, хитрит, заметает следы, а там, куда оно, бедное, так целенаправленно стремится – капкан, яд или радиоактивное заражение. Человек в этом смысле отличается от животных лишь уровнем понимания и осознания собственного поведения. Высший уровень – это разумное, самокритичное поведение человека, оценивающего свои поступки по нравственной шкале. Но и он, наверное, ограничен, если приложить к нему мерки Вселенной, божественного разума (если таковой существует). Хищные же представители человечества такого уровня не имеют. Они, как и животные, – хитрят, обманывают ближних своих, вовсю наслаждаются жизнью, а потом – расплата: пресыщенность, опустошенность, тоска, наркотики, тюрьма, смертоубийственные разборки… Те же (дьявольские?) капканы, яды…

Так что различия между хищными и нехищными индивидами в человеческом семействе – огромны. Это как разница между внешне почти неотличимыми гадюкой и ужом. Между ядовитыми грибами и съедобными. Политик (вождь-фюрер, «авторитет-пахан»…), принимающий «плотоядное» решение о смерти противника или своих людей (на войне, на «разборке»). Равно и хищный предприниматель, знающий точно, что его «бизнес» принесет людям или Природе страшную беду. Хищный проповедник, призывающий именем Бога свою легковерную паству покончить с собой, заодно убить собственных детей. Все такие существа должны иметь психику «очень и очень» отличную от нормальной человеческой. Это именно что-то зоопсихологическое, и понять это обычному человеку, по-видимому, будет непросто.

В принципе, нехищные люди также обладают значительной «волей к власти». Но проявления этой «воли» совершенно отличны от хищного варианта. И здесь есть: риск, героизм, романтика борьбы за справедливость, но – харизма совсем другая. Любой вид имеет своих вожаков, лидеров – индивидов более энергичных, темпераментных. По данным Маслоу, число таких доминантных особей (лидеров) составляет примерно 5 % популяции млекопитающих, как среди крыс, так и среди людей. Мало того, дух соперничества (по крайней мере, в виде борьбы за выживание) является основополагающим, коренным инстинктом всей живой Природы. Без него развитие Жизни на Земле, вероятно, прекратилась бы. Точно так же и нехищные люди обладают огромной тягой к соперничеству, им хочется быть красивее, умнее, способнее, сильнее других. Но наличие в человечестве хищных индивидов придает этому естественному соперничеству непомерную жесткость и беспринципность. (В основном это касается мужчин, хотя и «найти женщину» в этом, да и во всeм другом, как известно, не составит труда).

И множество постов занимают именно нехищные люди, хищного поголовья всe же маловато, чтобы заполонить всю иерархическую лестницу власти. Но для нехищных (как правило, диффузных) людей, состоящих «при власти», главное, – это порученное им дело. Продвижение по служебной лестнице есть для них лишь переход к другому делу – более или менее им приятному. Но на каком-то уровне они вдруг видят, что дело сменяется интриганством. На этом их «благополучная» карьера заканчивается. Они почти неспособны на «бюрократические игры», хотя по глупости, бывает, и втягиваются в них. Если в их услугах (а они именно слуги, в лучшем случае служаки) больше не нуждаются, то их «подсидят» моментально. Чаще они возвращаются в «хмурые восвояси»: к непосредственному труду. А если и остаются в коридорах власти, то становятся преступным и послушным орудием в руках высокопоставленных хищных начальников. Это для них истинная трагедия. Их еще обязательно и «повяжут» чем-нибудь. И чаще всего они спиваются, чтобы хоть как-то заглушить совесть. Но что поделаешь, жалеть их трудно. Не лезь туда, «в чужие сани не садись».

БЫДЛО И ПАДЛО

Хищные, понятно, считают себя выше нехищных людей. Друг друга же они, так или иначе, но «уважают». «Воры в законе» именуют себя – «люди». Всe это совершенно парадоксальным образом уживается с их предельным эгоизмом и взаимоуничижением (и взаимоуничтожением).

Самоназвания большинства «диких народов» и изолированных племен тоже переводятся как «люди». Это – отголосок самого раннего, совершенно «не задокументированного» периода человеческой истории. Шла смертельная борьба с биологическими палеоантропами-адельфофагами, перекинувшаяся затем по инерции и на человеческие социумы. Все соседствующие этносы были и потенциально, и реально опасны друг для друга. Каждое из племен в атмосфере всеобщей враждебности взаимно не считало своих соседей людьми, выделяя в этом качестве лишь самих себя. Сейчас – это уже достаточно редкое явление. Остались лишь его атавистические раритеты – среди иных народностей, в «элитах» обществ да в уголовных кругах.

Матерые уголовники именуют всех остальных людей (т.е. преимущественно нехищных) «фраерами». При этом они не могут обозвать их «круче», более бы оскорбительно. Они не имеют логической возможности позволить себе определить этих самых «фраеров» животными, а не людьми. В то же время сами они все такие зоологические и прочие «лестные» характеристики имеют, и к тому же – многочисленные. «Нелюдь», «душегубы», « гадюки», « шакалы»…

То же происходит и в «элитах» обществ. Высшие власти – эти просоциальные бандиты (самые опасные!) – не просто именуют себя «расой господ». В душе (а есть ли она у них?), внутренне они уверены в этом на все сто процентов. При этом самовыдвижении они низводят народ (= нехищных людей) до статуса «быдла», «толпы», «черни», «плебса», «массы» и т.п. Но опять-таки, позволить себе произвести более «зверский» метафорический выпад (за исключением разве что «бараны») в адрес нехищных «массовых толп плебейской черни» они не в состоянии. У них, как и у уголовников, нет на это «психологического права», и они подсознательно это чувствуют. Сами же они вполне заслуженно носят эти «припечатывающие звания» от народа. «Паразиты», «кровопийцы», «жирные коты», «зверьe» (наиболее точно!) и т.д.

Правда, иногда власти могут позволить себе роскошь «отвести душу» и высказывать в адрес народных масс самые, что ни на есть «зверские комплименты», и сколь угодно громко. Потому что они сами оказываются в роли «отверженных и угнетенных». Это – периоды народных восстаний и революций. Тогда, доведенный до отчаяния разъяренный народ весело носит на пиках головы и мошонки не успевших сбежать за границу правителей, угнетателей и их приспешников, ощипывает павлинов в барских усадьбах, изобретает всe новые и новые «символы и радости свободы». Но делает он всe это опять-таки под «мудрым» руководством хищных оппозиционных вожаков – демагогов. По меткому определению, демагог – это «говорун, стремящийся сколотить капитал на общественном недовольстве и приобрести политическое влияние» (суггестор, одним словом).

Этот «бранный поток» говорит об осознании людьми существования межвидовой духовной пропасти. Есть даже и объективная оценка еe «размеров» – «кто есть кто», с поименным указанием и определением. Но, к величайшему сожалению, это осознание носит образный, несерьезный характер. Как бы нечто оскорбительное, но сказанное в запальчивости. Простые люди не могут взять себе в толк, что всe это предельно серьезно и неимоверно страшно! Если они сами пусть уж и «быдло», то те-то уже такое «падло», что дальше некуда. Они сами же об этом (как и о многом другом) и проговариваются. Общеизвестна их блатная «божба»: «падло буду!». Это означает, что они обещают перед «своими» не вести себя предельно подло, клянутся оставаться в рамках «местных» правил, хотя и способны на что угодно, раз им приходится зарекаться. А то, что они уже и так есть архипадло, этот момент ими обходится молчанием. Всe это «коронованное, финансовое и криминальное зверьe» и вправду не люди (!!). Не люди в том смысле, в котором должно единственно правильно пониматься это слово.

Люди – гуманные разумные существа. Но хищный, злой мир не дает людям вести достойный, добрый образ жизни, не выпускает их из перманентного состояния «быдла».

«Быдло» к «падло» – именно таково основное разделение всех сообществ Земли.

Для представителей хищной власти необычайно важны внешние символы и атрибуты своего превосходства, доминирования. Внешняя показная атрибутика для демонстрации собственного социального превосходства им жизненно необходима. Они же, падло, – выше обычных людей, этого «быдла», а чем это можно доказать? Ведь у них же нет прекрасных ветвистых рогов или пышного разноцветного хвоста! Они относятся к «некрасивым» хищникам типа гиен, а не львов или снежных барсов. Стервятники, одним словом. Вот им и остается, во-первых, всячески демонстрировать собственное благосостояние (это не всегда легко), а во-вторых. (вот это всегда возможно!) им дополнительно, для увеличения «разницы», необходимо любым путем и нещадно притеснять, унижать подневольных людей, и тем самым дистанцировать себя от тех, кого они именуют «чернь», «простонародье», «пся крев», «быдло». Поэтому дома у знати всегда были выше, чем у других слоев общества. Сюда же можно добавить и величественные гробницы («дома отдыха» властителей после смерти) – курганы Европы, мавзолеи Азии, пирамиды Египта и доколумбовой Америки. Всяческие приметные отличия в одежде, дорогие побрякушки и т.п, причиндалы – это тоже их «стиль».

И в то же время они не потерпят, если кто-то из «нижеранговых особей» позволит себе нечто подобное. Для них – это страшный удар, прямо в поддых. Как если бы вдруг выяснилось, что их бриллианты больше ничего не стоят, они теперь есть у всех, ими играют пацаны. П.Бажов описывает, как некий барин увидал, что дети одного крепостного носят сапоги, так он сгноил всю эту работящую семью. Это чувство собственного превосходства возникает у хищных еще в раннем детстве и они проявляют необычайную изобретательность в выборе средств демонстрации собственного «величия». Иллюстративен рассказ очевидца о нравах, бытовавших в некоем отечественном детдоме. Заправилы (неформальные лидеры) детского коллектива, за неимением ничего (!), кроме сатиновых трусов (юг страны, лето, жара), всe же умудрились изобрести «символы власти». Никто, кроме малолетнего главаря и его нескольких подручных, не имел права приспускать трусы сзади, оголяя ягодицы, так вот своеобразно «декольтироваться». Это была их исключительная привилегия. Нарушения такой «субординации» беспощадно преследовались. Единственно, для кого делалось исключение – так это для сына директора того детского дома («молодой побег» будущего, уже «взрослого» сращения криминальных структур с официальной властью).

Для хищной власти, «элиты», «расы господ», для этих зверей в человеческом обличье, для этого «падла» попросту необходимо «быдло». Иначе кто будет производить для них блага, создавать удобства, комфорт? Им необходим этот фундамент, субстрат, на котором они столь мерзко паразитируют. Народу же необходимо соскрести этих паразитов со своего тела. Оглядываясь в наше недавнее прошлое, можно увидеть, насколько всe же было выше то, что декларировалось т.н. «социалистическими» режимами. У народа тогда, несмотря на все страшные издержки (а сейчас, то что творится – разве не страшно?!), был духовный вектор. Люди, хотя и видели подлость властей, но всe же верили в то, что это временно. Что придет хорошая, честная, подлинно социалистическая власть. Должна придти. Теперь ясно – это нереально. От хищной власти народ ничего хорошего не дождется. Поэтому власть в обществе надо менять радикально, иначе наступит всеобщий крах.

Но для обеспечения надежного функционирования преступных структур хищная власть делает всe. Для этого ей в первую очередь необходимо развращение социума. Алкоголь, наркотики, порнография, разнузданный секс, оглупление, примитивизация людей. Всe это – сбрасывание, стаскивание их на свой хищный бездуховный уровень. Затягивание в свое болото. Борьба с преступностью – чистейшая видимость, псевдо-санитарное мероприятие. Убираются неудачники и «доучиваются» начинающие в спецшколах – тюрьмах.

В уголовных шапках исполнителей спаивают, «сажают на иглу», развращают. Разнузданность становится их естественным, нестесненным поведением. Лишь на «дело» им рекомендуется ходить в «форме». Точно так же и хищная власть всячески снижает нравственный уровень народных масс (тех же исполнителей). В самой неприкрытой форме именно это сейчас творится у нас в стране. Оболванивание, растление идет по всем направлениям духовной жизни. Не избежала этой страшной участи и религия. Множество людей, особенно молодых, оказываются в сетях тоталитарных сект. Ежедневно, с утра пораньше, транслируются бесовские представления «во Христе» западных телевизионных проповедников-проходимцев. Эти мерзкие «тео-теле-шоу» навязываются людям, в дополнение к нашим доморощенным Чумакам, «чумичкам» и прочей нечисти. Колдуны, астрологи, ведьмы, пророчицы, и прочая «психотэрапэутика». Телепередачи «Глобальный прогноз», «Третий глаз». «Тьфу, тьфу, тьфу»… Действительно, плюнуть хочется. Рожи у всех хитрые, подлые, несут явную чепуху. Видно же, что это пройдохи, жулье. Но люди, несчастные глупцы, верят. Причем верят не какие-то там обскуранты, но и образованные люди. Я знаю людей с высшим образованием, которые верят, что кинофокусы из телесериала «Чудеса Давида Копперфильда» являются подлинными чудесами. Считают талантливый американский фильм-пародию «Зелиг» действительно документальным. Большого труда стоило их переубедить. Вот какова сила «экранного» воздействия!

При желании властей борьба с преступностью не только возможна, но уже реализовывалась, имеется позитивный опыт. В СССР 1960-х годов всех «воров в законе» помещали в общие зоны, переводили на хлеб и воду, заставляли работать, стравливали их между собой напрямую. И в огромной стране на долгие годы (лет этак на 15 – почти поколение!) не стало организованной преступности гангстерского типа. Достаточно лишь изолировать главарей, организаторов, и законопослушные граждане могут спать спокойно.

Но хищной власти, как выясняется, преступность попросту необходима. Только в этом случае у нее есть «материально-техническое обоснование» наличия мощных карательных структур: дескать, для обеспечения правопорядка. Хотя прочным деспотическим правлениям (физическому диктату) преступность, особенно «внешняя», уличная, нужна «не очень». Они сильны и так, и им совершенно незачем перед кем-то «оправдываться». Некому и незачем доказывать свою необходимость для наведения и охраны порядка в обществе. Народ не сопротивляется, а «враг» нужен. Хищная власть всегда чисто инстинктивно ищет «врага», у нее это как некий нестерпимый зуд. Именно поэтому мощные деспотии могут «позволить себе» беспощадную эффектную борьбу с преступностью, якобы, «на полную катушку». Отрубание рук, голов, публичные казни и т.д. Так же была некогда «крепка» и Советская Власть. Борьба с преступностью проводилась на «полном серьeзе» – пусть незаконно, но эффективно. Почти целое поколение не знало организованной преступности. Такие меры, несмотря на всю свою «квазизаконность», всегда вызывают восторженное одобрение со стороны самой широкой общественности. По-видимому, этот внеюридический элемент всe же необходим. По принципу «клин клином». Правоохранительным органам прекрасно известны все главари преступного мира, а «вяжут» их лишь за «неуплату налогов» да за неправильную парковку автомобилей. Иначе в рамках законов невозможно.

Хотя понятно, что совершенно избавиться от преступности нереально. Множество преступлений совершается именно нехищными людьми. От безысходности, когда жизненные трагические обстоятельства вынуждают совершить преступление. Еще больше – по глупости, по пьяной лавочке, из ревности. Точно так же неискоренима и подростковая преступность. Она напрямую связана с могучим, неодолимым всплеском сексуальности в созревающем организме. Но, в принципе, при желании легко перенаправить в безобидные русла большую часть этой трудно контролируемой «пубертатной» энергии молодежи. Это возможно сделать при нехищной разумной власти и, наоборот, в тоталитарных обществах. Крайности сходятся. В «коммунистической» Албании послушная, дисциплинированная молодежь уже в 10 вечера расходилась по домам. После развала системы хищная власть, переусердствовав в ограблении людей, вызвала народное восстание. Но ничего страшного, народное быдло рано или поздно усмирят, никуда оно из своего стойла не денется (именно таковы, кстати, реальные, подлинные (зоо)мысли тамошних властителей).

0|1|2|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua