Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Иван Калинский Церковно-народный месяцеслов

0|1|2|3|4|5|6|7|8|9|10|11|12|

Так исполнилось пророческое Иеремиино слово: Иехония, царь Иудейский – этот перстень на правой руке Господа Бога, изведшего некогда евреев из Египта, – сорван был со своего места и, как презренное и отверженное создание, как сосуд непотребный, брошен был с матерью своей и племенем своим в страну чужую, которой они не знали, где они не родились, и там умерли, не возвратившись в землю родную, которой желала душа их.

После захвата Иерусалима Навуходоносором и выселения в Вавилон наиболее уважаемых, лучших людей Иудейского царства в Иудее осталось почти только бедное, низшее население. Для управления этим остатком Иуды на место Иехонии халдейским победителем поставлен был третий сын царя (благочестивого) Иосии Матфаний – дядя Иехонии, брат Иоахаза и Иоаки-ма, – переименованный в Седекию.

Седекий, ставленник Навуходоносора, царствовал одиннадцать лет, и во все свое царствование делал почти только то, что должно было переполнить меру долготерпения Божия: нравственная испорченность была настолько сильна в нем, что, невзирая на самые тяжкие испытания, постигшие его, он не мог побороть своих нечестивых склонностей, не мог с сердечной искренностью обратиться к Господу Богу Израилеву. Таковы же были и окружавшие его, близкие ему люди и священники. В Иудее все более и более умножались языческие мерзости; самый дом Божий, храм в Иерусалиме, осквернялся гнусностями идольского служения; речей Господних, вещаемых пророческими устами, не слушали, внимая более льстивым словам пророков ложных, поблажавших страстным вожделениям развращенных людей. Все это собирало гнев Господень, как грозную тучу, над Иерусалимом и над всей землей иудейской, пока не отвратил наконец Господь лица Своего от народа Своего и не предал на окончательное разорение и запустение святой град Иерусалим.

Эта последняя напасть, разразившаяся над Иерусалимом, ужаснейшая из всех предшествующих, совершилась так. Навуходоносор, выселивший в Вавилон сильных и воинственно против него настроенных иудеев и поставивший Седекию царем в Иерусалиме над слабым останком народа Божия, надеялся иметь в ослабленной Иудее опорный пункт против Египта, борьба с которым продолжала занимать его. Халдейский властелин рассчитывал, что ставленник его – невоинственный Седе-кия, – оставаясь его данником, будет искать для себя опоры в его могущественной силе и сохранит покорность ему. Так это и было – около трех-четырех годов. Но потом, укрепившись, а лучше, точнее сказать, только обсидевшись на царском престоле, Седекия перестал довольствоваться своим скромным положением и захотел освободиться от ига царя Вавилонского. К тому располагали его и окружавшие его царедворцы, охваченные безумным ослеплением; особенно же соблазнительны были для него советы окрестных царьков – Идумейского, Моавитского, Аммонитского, Тирского и Сидонского, – которые также с ненавистью несли зависимость от Халдеи. Последние составили союз против Навуходоносора и отправили посольство в Иерусалим с предложением Седекии присоединиться к их союзу, чтобы вместе встать против владычества царя Вавилонского, свергнуть его ненавистное иго и не платить ему дани. В это время было повеление от Господа пророку Иеремии:

– Сделай себе узы и ярмо и возложи их себе на шею, пошли такие же и царям Идумейскому, Моавитскому, Аммонитскому, Тирскому и Сидонскому, через послов их, и накажи им сказать государям своим Слово Господне.

Святой пророк так и сделал: возложив себе на шею узы и деревянное ярмо, он явился во дворец Седекий, когда там находились послы названных царей, и сказал:

– Так говорит Господь воинств, Бог Израилев, так передайте и вы – государям вашим: «Я сотворил землю, человека и животных, которые на лице земли, великим могуществом Моим и отдал ее, кому Мне угодно было. И ныне Я отдаю все земли сии в руки Навуходоносора, царя Вавилонского. И все народы будут служить ему, и сыну его, и сыну сына его, доколе не придет время и его земле, и ему самому. И если какой народ и царство не захочет служить ему, царю Вавилонскому, и не подклонит шеи своей под ярмо Навуходоносора, тот народ Я накажу мечом, голодом и моровою язвою, доколе не истреблю его рукой царя Вавилонского. И не слушайте вы своих прорицателей и гадателей, своих сновидцев и волшебников и звездочетов, которые уверяют вас, что „не будете служить царю Вавилонскому“; ибо они предрекают вам ложь, чтобы удалить вас из земли вашей, чтобы Я изгнал вас и погубил. Не слушайте их, но служите царю Вавилонскому и живите; зачем доводить город сей и земли ваши до опустошения».

Это было в четвертом году царствования Седекии, царя Иудейского.

С ярмом на шее зашел однажды пророк Божий в храм Господень, и здесь встретился ему один из ложных пророков именем Анания, который пред глазами священников и всего народа сказал:

– Так говорит Господь Бог Израилев: сокрушу ярмо царя Вавилонского; чрез два года возвращу на место сие все сосуды дома Господня, взятые в Вавилоне, и Иехонию царя, и всех иудеев возвращу сюда.

И взял Анания ярмо, лежавшее на шее Иеремии пророка, и сокрушил. Иеремия вышел из храма, но вскоре, получив откровение от Бога, возвратился в храм и сказал Анании:

– Послушай, Анания! Господь тебя не посылал и ты обнадеживаешь народ сей ложно. Ты сокрушил ярмо деревянное; сделай же вместо него ярмо железное. Ибо железное ярмо наложит Бог на шею всех этих народов, чтобы они работали Навуходоносору, царю Вавилонскому. А ты за то, что ложь говорил от имени Божия, в этом же году умрешь, сброшен будешь с лица земли, потому что говорил наперекор Господу.

И действительно через месяц времени смерть постигла лжепророка.

Извещенный о том, Седекия пришел в смущение и не посмел в то время открыто отложиться от царя Вавилонского. Впоследствии же, когда во главе союзных хананейских царьков стал фараон Египетский, Псамметих II, сын Нехао, увлекшийся после победы над эфиопами смелым планом расширить свое владычество и на области Евфрата, Седекия примкнул к союзникам явно: отложился от Навуходоносора, объявил себя его противником, не слушая увещаний святого Иеремии, который всегда давал ему и всему народу полезные по времени советы.

Между тем в это же время пророк Иеремия тайно отправил послание в Вавилон к иудеям, отведенным туда в плен. В своем послании он сообщал соплеменникам, что они по определению Божию пробудут там семьдесят лет и именем Божиим увещевал их «строить себе там домы и разводить виноградники, устроять супружества сыновей и дочерей своих, чтобы в плену не умалялся, а размножался народ избранный, а также – заботиться о благоустройстве города, где они поселены, и молиться за него Богу, ибо при его благосостоянии и им будет хорошо, будут и они жить мирно и спокойно. Кроме того, именем же Божиим предостерегал пророк святой соплеменников от ложных пророков, мнимых патриотов, которые находились среди них и обещали им скорое освобождение из плена, ибо так говорит Господь: «Когда исполнится вам в Вавилоне семьдесят лет, тогда Я посещу вас и исполню доброе слово Мое о вас, чтобы возвратить вас в землю сию… только Я знаю намерения, какие имею о вас, намерения во благо, а не на зло, чтобы дать вам будущность и

надежду».

Послание Иеремиино было внимательно прочитано и выслушано иудеями, отведенными в Вавилон; ознакомились с ним и мнимо истинные любители своего несчастного отечества, лживые пророки, но у последних оно возбудило гнев и желание отомстить пророку. Они написали от себя в Иерусалим к тамошним священникам, чтобы те запретили Иеремии пророчествовать и писать послания. Мало того – они требовали, что Иеремия, связанный, подвержен был строгому надзору в заточении, чтобы не смущал он людей ни словами, ни письмами, устрашая продолжительным пленом. Впрочем, пророк Божий, невзирая на запрещения и оковы, кои возложены были на него, не переставал возвещать слово Господне и говорить, что переселенных в Вавилон Господь посетит Своей милостью, а остающихся в Иерусалиме, напротив, погубит Своим праведным гневом.

– Вот Я, – говорит Господь о царе, сидящем на престоле Давидовом и о всем народе, живущем в городе сем, – Я пошлю на них меч, голод и моровую язву и сделаю их такими, как негодные смоквы, которых нельзя есть по негодности их; и буду преследовать их и предам их на озлобление всем царствам земли, на проклятие и ужас, на посмеяние и поругание между всеми народами, куда Я изгоню их за то, что они не послушали слов Моих.

Близ Иерусалима находилась долина сыновей Енномовых, называвшаяся Тофет, на которой устроены были высокие жертвенники; там нечестивые иудеи приносили жертвы Молоху, за-калая и сожигая своих сыновей и дочерей; местность эта часто оглашалась неистовыми звуками труб и литавров, заглушавшими отчаянные вопли и крики закалаемых детей. Для обличения такого гнусного, бесчеловечного беззакония своих современников пророк Иеремия, по повелению Божию, купив у горшечника глиняный обожженный кувшин, пошел в долину Тофет, пригласив с собой старейшин из народа и старейшин священнических. Там он громким голосом возопил:

– Слушайте слово Господне, цари иудейские и жители Иерусалима! Так говорит Бог Израилев: «Вот Я наведу на место сие бедствие, о котором кто услышит, у того зазвенит в ушах, – за то, что люди Мои оставили Меня и чужим сделали место сие и кадят на нем иным богам, которых не знали прежде ни отцы их, ни цари их; они наполнили место сие кровию невинных, – устроили высокие жертвенники и сожигают сыновей своих огнем во всесожжение Ваалу, чего Я не повелевал им и что на мысль не приходило Мне. За то вот приближаются Дни, – говорит Господь, – когда место сие не будет более называться Тофет – долиной Еннома, а долиной смерти, заклания, потому что здесь будет убито множество иудеев мечом врагов их; и отдам трупы их в пищу птицам небесным и зверям земным. Я приведу город сей Иерусалим в разорение и сделаю его предметом ужаса и удивления для всех; каждый мимоходящий изумится и посвищет, смотря на все язвы его. И будут они кормиться плотью сыновей своих и плотью дочерей своих, каждый будет есть плоть своего ближнего, находясь в осаде и тесноте, когда окружат, сожмут их враги, ищущие души их».

Произнеся такие страшные слова от лица прогневанного Бога, святой Иеремия бросил на землю глиняный кувшин, бывший у него в руках, разбил его пред глазами всех и сказал:

– Так говорит Господь Саваоф: «Так сокрушу Я народ сей и город сей, как вот сокрушен горшечный сосуд, который уже не может быть восстановлен; сделаю Иерусалим подобным Тофету, домы иерусалимские и домы царей иудейских будут – как место Тофет – нечистыми».

Произнеся это грозное пророчество, Иеремия удалился с Тофета и возвратился в Иерусалим. И здесь, став на дворе дома Господня, он обратился к народу с такими словами:

– Так говорит Господь Бог Израилев: «Вот Я наведу на город сей и на все города его все то бедствие, которое изрек на него, потому что они жестоковыйны и не слушают слов Моих».

Пророчески произнесенные слова весьма не понравились Пасхору, священнику, который был и надзирателем в доме Господнем. Он ударил Иеремию пророка и посадил его в колоду, которая была у верхних ворот Вениаминовых при доме Господнем. Но на другой день Пасхор выпустил Иеремию, причем Иеремия сказал ему:

– Не Пасхор (мир тебе) приличествует имя тебе, а Магор Миссавив (ужас вокруг); ибо так говорит Господь: «Вот Я сделаю тебя ужасом для тебя самого и для всех друзей твоих; все вы падете от меча врагов своих: это увидишь ты своим глазами. И всего Иуду предам Я в руки царя Вавилонского, отведет их в Вавилон и поразит их мечом. И предам все богатство этого города и все стяжание его, и все сокровища царей Иудейских отдам в руки врагов их, и разграбят их и возьмут и отправят в Вавилон. И ты, Пасхор, и все живущие в доме твоем, пойдете в плен; и придешь ты в Вавилон и там умрешь, там и похоронен будешь ты и все друзья твои, которым пророчествовал ты ложно».

Вскоре и сбылось это пророчество святого Иеремии.

В девятом году своего царствования Седекия, царь Иудейский, открыто отложился от царя Вавилонского, прервал свою зависимость от него; а в десятый день десятого месяца Навуходоносор подступил к Иерусалиму с многочисленным своим войском и обложил его со всех сторон; возвел вокруг стен его высокие насыпи, на которых поставил осадные башни. Для Иерусалима настал грозный час! В столице царства Иудейского, защищаемой крепкими стенами и в довольной мере снабженной водой и всякими запасами, вследствие чрезвычайного скопления народа, укрывавшегося от халдейского нашествия, вскоре обнаружилась большая нужда в самом необходимом – в городе недоставало хлеба. Пророк Божий в это тяжелое время, по повелению Божию, являлся к царю Седекии и говорил ему и всем людям:

– Так говорит Господь: «Вот Я отдаю город сей в руки царя Вавилонского, и он возьмет его и сожжет; и ты, царь, не избежишь от руки его, но непременно будешь взят и предан в руки его и будешь отведен в Вавилон».

Впрочем, по желанию сохранить Иерусалим от окончательного разорения и царство Иудейское от гибели, Иеремия советовал Седекии добровольно сдаться Навуходоносору, полагаясь на его великодушие. Но ложные пророки и старейшие из священников всячески противодействовали советам пророка Божия и, поощряемые нелепыми мечтаниями своекорыстных и честолюбивых вельможей, убеждали царя не слушаться «обезумевшего, – как говорили они, – Иеремии».

Между тем неразумное увлечение Седекии и его советников, не допускавших добровольной покорности царю Вавилонскому, получило, по-видимому, для себя оправдание, хотя то продолжалось и немного времени. Фараон Египетский, на которого царь Иудейский, вместе с другими, прежде упомянутыми, союзными царьками, возлагал свое упование, собравши свое войско, выступил на помощь Седекии, осажденному халдеями. Узнав о том, Навуходоносор быстро прекратил осаду Иерусалима и устремился со своими всеми силами против главного своего соперника. В Иерусалиме началось тогда необычайное ликование. Когда ворота, почти целый год остававшиеся запертыми, были открыты, иерусалимляне бросились за город, чтобы насладиться чувством свободы и посмотреть, как обстояло в окрестных селениях и городах, что сталось с полями и виноградниками. Иудеи думали, что Навуходоносор поспешно снял осаду с их города и удалился по сознанию слабости своих сил и невозможности одолеть крепость их столицы. «Вот, – похвалялись самообольщенные ревнители своих мечтаний о могуществе своего отечества, – Царь Вавилонский не осилил нас и позорно бежал». И ругались они, хульно понося пророчество Иеремиино как не сбывшееся. Однако святой Иеремия и в это время, не стесняясь, возвещал, что Иерусалим будет взят халдеями.

– Халдеи, – говорил он, – снова придут и будут воевать против города сего, и возьмут его, и сожгут его огнем. Не обманывайтесь! Если бы вы даже разбили все войско халдеев, воюющих против вас, и остались бы у них только раненые, то и те встали бы, каждый из палатки своей, и сожгли бы город сей огнем.

После отступления халдеев от Иерусалима, наряду с другими иудеями, двинувшимися из осадного города, и Иеремия– пророк Божий, – оседлав осла, отправился в свой отечественный город Анафоф, в колене Вениаминовом, где имел свою собственность. Но едва он доехал до Вениаминовых городских ворот, его остановил начальник стражи при тех воротах, по имени Ирсия, внук лжепророка Анании (о коем упоминалось прежде), которому Иеремия предсказал скорую смерть. Этот Ирсия, по ненависти к пророку за своего деда, задержал его, заподозрив в измене.

Ты хочешь перебежать к халдеям, – сказал Ирсия. На что Иеремия ответил:

Лжешь ты, я иду не к халдеям, а в свой город, в котором есть моя собственность.

Но несмотря на уверения, стражник схватил раба Божия и с грубым насилием отвел к князьям, а эти, обрадовавшись случаю осуществить свой давний злой замысел против досаждающего им невинного человека, взглянули на него как на подлинного шпиона, подвергли его побоям и заключили в подземную темницу в доме Ионафана – писца, человека жестокого и бессердечного, которому поручили и надзор за заключенным. Возложив же руки на пророка, умертвить его не осмелились, опасаясь тем заслужить немилость своего царя Седекии, оказывавшего по временам, хотя и боязливо, внимание святому Иеремии. По распоряжению Седекии пророк Божий вскоре был переведен из подвальной темницы в дворцовую тюрьму, где давался ему хлеб и откуда он мог передавать свои наставления народу.

Непродолжительно, однако, было радостное ликование в Иерусалиме. Навуходоносор, продержавший в осаде иудейскую столицу 390 дней и снявший эту осаду, чтобы только отразить фараона Египетского, шедшего на помощь Седекии, скоро обратил своего противника в бегство и возвратился опять к Иерусалиму и еще теснее прежнего обложил его. Поход халдеев против египтян продолжался намного более 100 дней; последняя же осада Иерусалима – только 40 дней.

Святой пророк Иеремия во все времена не переставал увещевать иудеев, чтобы они обратились с раскаянием к Богу, указывая им на свои, теперь явно исполняющиеся предсказания, – на то, что уже настало время казни, определенной Богом за беззакония грешников, и давал полезный совет не противиться воле Божией и покориться халдеям.

– Так говорит Господь, – говорил Иеремия, – кто останется в этом городе, тот умрет от меча, голода и моровой язвы, а кто выйдет к халдеям, тот будет жив, тот сохранит по крайней мере свое главное сокровище – свою душу – и останется жив. Город же сей непременно будет взят войском царя Вавилонского.

Слыша о таких внушениях пророка, князья иудейские и фанатики-патриоты, не имевшие понятия об истинной любви к отечеству, обратились к царю с требованием:

– Да будет этот человек предан смерти, потому что он ослабляет руки воинов и руки всего народа, говоря к ним такие слова; ибо этот человек не благоденствия желает народу своему, а разорения и позора.

Царь Седекия на это отвечал им в отчаянии:

– Он в ваших руках, делайте с ним что хотите; царь ничего не может делать вопреки вам.

Святой Иеремия после того спущен был на веревках в глубокую яму на дворе придворной тюрьмы, в которой было много нечистой грязи. В этой яме и страдал невинно человек Божий, погруженный до шеи в тину; и умер бы он там от сырости и голода, если бы не спас его один богобоязненный иностранец. При царском дворе был евнух по имени Авдемелех – эфиоплянин; он, слыша, что Иеремию посадили в яму, возмущен был таким недостойным обращением с уважаемым пророком, обратился к царю и сказал:

– Государь мой, царь! Худо ты сделал, что так поступил с Иеремией пророком, подвергая его смертельной опасности.

Царь дал приказание Авдемелеху, чтобы тот вытащил его из ямы. А потом Седекия призвал Иеремию к себе и наедине спрашивал у него, верно ли все то, о чем он пророчествует.

Пророк ответил ему:

– Если я скажу тебе истину, не предашь ли ты меня смерти? И если дам совет, ты не послушаешь меня.

Царь клятвенно обещал Иеремии, что не предаст его смерти и не выдаст его в руки тех людей, которые ищут убить его. Тогда Иеремия сказал Седекии:

– Так говорит Господь Саваоф, Бог Израилев: «Если ты (добровольно покоришься и) выйдешь к князьям царя Вавилонского, то жива будет душа твоя, и этот город не будет сожжен огнем, и ты будешь жив и дом твой; а если не выйдешь к воеводам царя Вавилонского, то этот город будет предан в руки халдеев, и сожгут его огнем, и ты не избежишь от рук их».

Царь, обольщенный мнимыми друзьями своими, не послушал пророка, не последовал его благому совету. Но, опасаясь вероломства со стороны этих же друзей своих не столько за Иеремию, сколько за себя, он сказал человеку Божию, что никто не должен знать их тайного разговора и что, в случае опроса о том князей, он должен отвечать:

– Я повергнул пред лицо царя прошение мое, чтобы не возвращал меня в дом Ионафана, чтобы не умереть мне там.

И остался пророк под надзором во дворце царской стражи во все время осады Иерусалима, до того самого дня, когда он взят был халдеями. Это совершилось в одиннадцатый год царствования Седекии.

Пробил наконец последний час для города, славного оплота Израиля – Иерусалима: число защитников его сократилось настолько, что они уже не могли оборонять городские стены; в городе не оказывалось хлеба, – ужас голодной смерти навис над иудейской столицей; объятые страхом иерусалимляне утратили последние останки человеческого чувства: уже не в переносном смысле они «поедали друг друга», а буквально «кормились плотью сыновей своих и дочерей и ближних своих». Сбылось таким образом пророчество Иеремии.

В девятый день месяца Таммуза, в четвертый месяц в девятый день одиннадцатого года царствования Седекии (в июне месяце 589 г. до Р. X.), халдеи сделали широкий пролом в городской стене и вторглись в Иерусалим. Самого Навуходоносора при этом не было. Он в то время находился в Ривле, в Сирии. Его полководцы, ворвавшись в город, расположили свои палатки в средних воротах, которые находились между Сионом и нижним городом. Суровые воины, ожесточенные продолжительностью осады, рассеявшись по городу, не давали пощады никому. Иудеи, истомленные голодом и ужасом, все, кто мог, предались бегству. Седекии царю с окружавшими его телохранителями удалось ночью пробраться через тайный проход, находившийся подле царского сада, в северовосточной части города, и бежать из столицы. Он хотел скрыться в пустыне Галаадской. Но бегство его скоро было замечено халдеями, и за ним и его спутниками была послана погоня. Беглецы легко были настигнуты на Иерихонской равнине. Воины бывшие с царем или разбежались, или были перебиты. Седекия был взят в плен и отведен к Навуходоносору в Ривлу, город Сирийский. Туда же отведены были и схваченные в городе первосвященник Сераия и храмовой начальник Цефания, а также евнух, главный начальник войск, и семь вельможей, предстоявших лицу царя и шестьдесят знатных представителей из народа. Победитель произнес свой суд над побежденными: сыновья Седекии и все иерусалимляне, приведенные пред грозные очи восточного повелителя, были заколоты на глазах у несчастного иудейского царя, самому ему потом выкололи глаза, а после того его в медных оковах отправили в Вавилон и там посадили в темничное заключение, где он и умер.

Спустя месяц после захвата халдеями Иерусалима туда прибыл начальник телохранителей Навуходоносора Навузардан. Столица царства Иудейского представляла тогда жилище мертвецов – все ворота ее опустели, пути к Сиону обезлюдели, священники изнывали, как в точиле истоптаны были юноши и девы Иуды. Но город, стольный город потомков Давида, до того времени чудный и преславный, еще оставался, сохранял свое величие и красоту. Военачальники, покорившие его, не имели полномочий распорядиться его судьбой. Сам владыка халдеев колебался: с одной стороны, он желал иметь в иудейской земле опорный пункт для себя против враждебных поползновений египетского царя, и Иерусалим с его крепостной стеной мог быть полезен, а с другой стороны, не мог он не подозревать и опасности для себя, что всегда коварные и мятежные иудеи воспользуются этим крепким оплотом в своих изменнических целях. Последнее соображение пересилило, Навуходоносор послал Навузардана с поручением разрушить Иерусалим до основания его. Это окончательное, полное разрушение Иерусалима трогательно изобразил святой Иеремия, излив свою великую скорбь в стихах своего «Плана». Гибель святого города потрясла сердца и Израиля: начавши свой искренний плач «на реках вавилонских», они продолжают его и до наших дней, проводя день, посвящаемый памяти сего события, в посте и без обуви на ногах – без сапог и башмаков – в знак печали.

Воевода Навузардан имел относительно святого пророка Иеремии особое повеление от своего властелина Навуходоносора – именно такое: взять его и наблюдать с нарочитым вниманием, чтобы он жил без утеснений, не делать ему ничего худого и, предоставить ему во всем поступать, как он сам захочет. Навуходоносору известно было об Иеремии, об его предсказаниях и советах, какие давал он царю Седекии; потому он и дал Наву-зардану такое распоряжение о судьбе пророка.

Святой Иеремия, во время осады Иерусалима содержавшийся в оковах под надзором во дворе придворной стражи, захвачен был халдеями в плен вместе с другими иудеями; по прибытии же в Иерусалим Навузардана он немедленно представлен был к этому полномочному распорядителю судьбы города и всего Иудейского царства и выслушал от последнего такую благосклонную речь:

– Господь Бог твой изрек это бедствие на место сие и сделал то, что сказал… Но вот тебя я освобождаю сегодня от цепей, которые на руках твоих: и если тебе угодно идти со мной в Вавилон – иди; а если не угодно тебе идти со мной – оставайся. Вся земля пред тобой, куда тебе угодно и куда нравится идти, туда и иди.

Иеремия выразил желание остаться в родной земле. Получив свободу и видя покровительственное благорасположение к себе со стороны Навузардана, Иеремия прежде всего позаботился о Святыне Божией, высочайшей красоте и славе всех времен Израиля, то есть о кивоте завета, чтобы он не был уничтожен иноплеменниками, чтобы не была уничтожена слава Божия. Пророк дерзновенно тогда же испросил у победителя позволение взять святыню Бога Израилева, прежде чем подвергнется разграблению и сожжению храм Господень. И, воспользовавшись таким разрешением, он отыскал благоговейных, оставшихся в живых священников и левитов, взял их с собой и, безбоязненно и беспрепятственно проходя с ними среди халдеев, вошел в храм, построенный Соломоном. Здесь пророк Божий воспламенил приготовленный им светильник от огня, чудесно сшедшего от Господа во дни Моисея и Аарона на жертву всесожжения и с того времени неугасимо поддерживаемого на жертвеннике, и скрыл тот светильник в безводном колодезе, имея крепкую веру и пророчески предвидя, что этот огонь там если временно и погаснет (изменясь чудесно в иную стихию, густую воду), но в свое время опять, возвратив свое прежнее свойство, воспламенится, что и исполнилось по возвращении израильтян из вавилонского плена, при возобновлении храма во времена Неемии, много лет спустя после смерти святого пророка Иеремии, который заключил сей огонь в колодезь и самое место заровнял, так что оно стало незаметно и долгое время оставалось неизвестным никому.

После сокрытия жертвенного огня пророк Божий взял кивот завета, вынес его из храма и сохранял в своем жилище до той поры, пока не кончилось смятение в городе, происшедшее вследствие данного тогда Навузарданом приказа касательно разграбления и сожжения Иерусалима.

Когда святыня Господня вынесена была из храма, воины халдейские по распоряжению Навузардана немедленно собрали все храмовые драгоценности, золотые, серебряные и медные, для отправления их в Вавилон и самый храм подвергли полному разрушению; тогда же разорены были и сожжены и все царские дворцы и лучшие дома, красовавшиеся на улицах Иерусалима; раскопаны были и сравнены с землей и городские стены. Великое множество иудеев пало тогда от меча завоевателей и более всего – в долине Тофет, на которой прежде беззаконники за-калали в жертву Молоху своих сыновей и дочерей и на которую теперь сгоняли халдеи их самих для убоя. Оставленные же в живых и еще не утратившие сил уведены были потом в плен. И только слабые и ничего не имеющие из народа жестоковыйно-го оставлены были в Иудее, им по приказанию Навуходоносора отданы были для обработки и для пропитания виноградники и поля.

Покидая разграбленный и разоренный Иерусалим, Наву-зардан поставил над опустошенной Иудеей областным начальником Годолию, сына того Ахикама, который однажды избавил Иеремию от руки убийц и который избрал себе местожительство уже не в Иерусалиме, а в Массифе подле Иерусалима. Там же поселился и пророк Иеремия, чтобы жить, по распоряжению Навузардана, под охраной и покровительством областного начальника.

Пользуясь свободой и наступившим успокоением своей страны, святой Иеремия вместе с благоговейными священниками и левитами взял сохранившуюся у него святыню дома Божия и отнес ее на гору в земле Моавитской, за рекой Иорданом, близ Иерихона, с которой некогда пророк Моисей созерцал обетованную землю, на которой он умер и погребен на месте никому неизвестном. На той горе пророк Иеремия нашел пещеру, внес в нее кивот завета; вход в эту пещеру загородили большим камнем. И камень этот как бы запечатал Иеремия, начертав на нем своим перстом имя Божие, – причем написание то было подобно написанию железным острием, ибо твердый камень под пишущим пальцем пророка был мягок, как воск, а после опять отвердел по свойству своей природы. И сделалось место оное крепко, как бы отлитое из железа. После того святой Иеремия, обращаясь к сопровождавшим его людям, сказал:

– Отошел Господь от Сиона на небо и возвратится Он с силой, а знамением Его пришествия будет: когда все народы земные поклонятся древу (крестному, на котором распят Спаситель мира Господь Иисус Христос).

К тому Иеремия еще присовокупил, что ковчега того никто не может вынести с этого места, только Моисей, пророк Богови-дец; и скрижалей завета, которые в ковчеге, никто из священников не раскроет и не прочитает, только Аарон, угодник Божий; в день же всеобщего воскресения он вынесен будет из-под запечатанного именем Божиим камня и поставлен на Сионской горе, и все святые соберутся к нему в ожидании пришествия Господа, Который избавит их от страшного врага– антихриста, ищущего их смерти. Когда святой Иеремия говорил это священникам и левитам, внезапно облако покрыло ту запечатанную пещеру; и никто не мог прочитать имени Божия, начертанного на камне перстом Иеремииным, даже самое место оное сделалось неузнаваемо, так что никто не мог указать его. Некоторые из присутствующих там и желали бы приметить это место и путь к нему, но никак не могли того сделать. Пророк же в духовном озарении сказал им:

– Место это ни для кого не будет ведомо, доколе Господь не соберет соборы людей, а тогда, умилосердившись. Он покажет это место; тогда явно для всех обнаружится слава Божия на нем, и облако будет осенять его, как то было при Моисее и при Соломоне.

Так и останется в неизвестности пещера та, и неведомо будет место до кончины мира; но слава Божия прикровенно освещает кивот завета светлым пламенеющим облаком, как покрывала она его в скинии Моисеевой и храме Соломоновом, ибо озарение ее не может прекратиться!

По прошествии семидесяти лет, по возвращении из плена Вавилонского, иудеи построили в Иерусалиме новый храм, но в нем уже не было славы древнего храма – святыни Господней; сделан был тогда из золота новый кивот по образцу Моисеева, устроено было, так же по прежнему образцу, и все то, что находилось внутри его и что окружало его, но в нем уже не было чудодейственной силы, не осиявала его слава Божия. Сохранялся в новом храме только небесный огонь из прежнего храма, сокрытый, как сказано выше, в колодезе пророком Иеремией и найденный впоследствии священниками.

После сокрытия кивота Господня святой Иеремия возвратился в Массифу, новую столицу Иудейской страны, к Годолии, новому правителю опустошенного отечества, и стал жить среди оставшихся соотечественников, неутешным плачем оплакивая несчастную родину. Около Годолии начали собираться иудеи, разбежавшиеся по странам окрестным при нашествии халдеев. Годолия, пользовавшийся расположением властелина, ободрял их, обещая им свое заступничество пред халдеями и мирную жизнь. Сам Господь, наказавший нечестивых, в первый же год после нашествия вавилонян утешил скорбный останок сынов Израиля: они в тот год много собрали всяких плодов от земли и вина; однако зараза мятежнических страстей и необузданного произвола, не сдерживаемого нравственным законом, так глубоко проникла в сердца иудейского народа, что сила и влияние ее сказывались и в те тяжелые времена. Некто Исмаил, сын Нафании, родственник царя Седекии, отведенного в Вавилон, и Иоанан и Ионафан – сыновья Карея и другие из военачальников иудейских, разбежавшихся от халдеев к моавитянам и аммонитянам и идумеям, возвратились и поселились с своими дружинниками в окрестностях разрушенного Иерусалима; входили они в сношение и с Годолией, являясь к нему в Массифу как бы с выражением ему своей покорности. Доверчивый Го-долия, не подозревая у них злых умыслов, принимал их радушно и с почетом, даже устроял для них пиры. Иоанан, сын Карея, между прочим, предупреждал Годолию, что Исмаил по уговору с аммонитянами намеревается убить его и секретно предлагал ему свои гнусные услуги:

Позволь мне, – говорил он, – я пойду и убью Исмаила, сына Нафании, и никто не узнает; зачем допускать, чтобы он убил тебя и чтобы иудеи, собравшиеся к тебе, рассеялись и чтобы погиб останок Иуды?

Не делай этого, – сказал ему Годолия, – неправду ты говоришь об Исмаиле.

Между тем вскоре действительно Исмаил, явившись к Го-долии с десятью своими дружинниками, в поздний вечер среди пира мечом поразил Годолию и всех иудеев, бывших у него, и халдеев – людей военных, присутствовавших там. Совершивши так удачно свой гнусный кровавый подвиг, Исмаил с стаей своих хищных заговорщиков разграбил Массифу, пленил дочерей правителя области и людей, начавших привыкать там к мирной жизни, и повел их в пределы аммонитские. Это дерзкое злодеяние разбойника, будто действовавшего на пользу отечества, возбудило против него общую ненависть. Иоанан, сын Карея, и другие предводители воинских отрядов скоро объединились и решили наказать злодея; собрав свои дружины, они погнались за Исмаилом и настигли его в Гаваоне. Плененные Исмаилом иудеи и даже соратники его, как только увидели Иоанана, обрадовались и передались на его сторону. Исмаил в сообществе только восьми приближенных бежал к аммонитянам.

Но и Иоанан с товарищами своими далек был от истинного понимания интересов своего злополучного отечества, о чем настойчиво всегда возвещал пророк Иеремия. После легко доставшейся победы над Исмаилом иудеи, остановившись в селении Химам, близ Вифлеема, составили, под главенством Иоанана, совет, на котором из боязни мщения за вероломное убийство Годолии, ставленника вавилонского царя, решили уйти в Египет. И стали они уже приготовляться, чтобы всем «родом идти в Египет, из которого некогда рукой крепкой Вседержителя Бога и мышцей Его высокой изведены были их отцы!.. Но прежде исполнения такого решения они пожелали дослушать отзыв о том святого Иеремии. И приступили все военные начальники, и Иоанан, сын Карея, и Иезания, сын Гошаии, и весь народ от малого до большого и сказали Иеремии пророку:

– Да падет пред лицо твое прошение наше, помолись о нас Господу Богу твоему («твоему», говорят, а не «нашему» – сие достойно особого внимания) обо всем этом останке, ибо из многого осталось нас мало, как глаза твои видят, чтобы Господь Бог твой указал нам путь, по которому нам идти, и то, что нам делать.

Пророк ответил им:

– Слышу и помолюсь Господу Богу вашему по словам вашим и все, что скажет Господь, объявлю вам, не скрою от вас ни слова.

При этом они заявили Иеремии:

– Господь да будет между нами свидетелем верным и истинным в том, что мы точно выполним все то, с чем пришлет тебя к нам Господь Бог твой: хорошо ли, худо ли будет, но гласа Господа Бога, к Которому посылаем тебя, послушаемся, чтобы нам было хорошо, когда будем послушны гласу Господа Бога нашего.

Пророк исполнил данное обещание и по прошествии десяти дней объявил Иоанану и бывшим с ним военачальникам, и всему народу:

– Так говорит Господь Бог Израилев, к Которому вы посылали меня, чтобы повергнуть пред Ним моление ваше: если останетесь на земле сей, то Я устрою вас и не разорю, насажду вас и не искореню, ибо Я сожалею о том бедствии, какое сделали вам. Не бойтесь царя Вавилонского, которого вы боитесь; «не бойтесь его, – говорит Господь, – ибо Я с вами, чтобы спасать вас и избавлять вас от руки его. И явлю к вам милость: он – царь Вавилонский – не накажет вас и позволит вам оставаться в земле вашей». Если же вы скажете: «не хотим жить в этой земле» и не послушаетесь гласа Господа Бога вашего, говоря: «нет, мы пойдем в землю египетскую, где войны не увидим, и трубного звука не услышим, и голодать не будем, и там будем жить», – то выслушайте ныне слово Господне, вы, останок Иуды, так говорит Господь Саваоф, Бог Израилев: «Если вы решительно обратите лица ваши, чтобы идти в Египет, и пойдете, чтобы жить там, то меч, которого вы боитесь, настигнет вас там, в земле египетской, и голод, которого вы страшитесь, будет всегда следовать за вами; там, в Египте, вы и умрете. И все, которые обратят лицо свое, чтобы идти в Египет и там жить, умрут от меча, голода и моровой язвы, и ни один из них не останется и не избежит того бедствия, которое Я наведу на них». Ибо так говорит Господь Бог Израи-лев: «Как излился гнев Мой и ярость Моя на жителей Иерусалима, так изольется ярость Моя на вас, когда войдете в Египет, и вы будете проклятием и ужасом, и поруганием и поношением, и не увидите более места сего». К вам, останок Иуды, изрек Господь: «Исходите в Египет», твердо же знайте, что я ныне предостерег вас! Не погрешайте против себя самих: вы послали меня к Господу Богу, сказавши, что сделаете все, что скажет Он вам; и вот ныне я объявил вам волю Божию. Итак, знайте, что вы умрете в том месте от меча, голода и моровой язвы, куда хотите идти, чтобы жить там в сытости и спокойствии.

Эта речь пророческая не произвела должного воздействия на сердца, пропитанные ядом необузданного произвола. Аза-рия, сын Осаии, и Иоанан, сын Карея, и другие дерзкие люди сказали Иеремии:

– Неправду ты говоришь, не Господь послал тебя сказать нам: «не ходите в Египет», а Варух, сын Нирии, возбуждает тебя против нас, чтобы предать нас в руки халдеев, чтобы они или умертвили нас, или отвели в Вавилон.

Так и не вняли своевольные люди слову Господа, чтобы остаться жить в земле Иудиной. Иоанан и его дружинники и весь останок Иуды, собравши свои семьи и пожитки, пошли в Египет, насильственно увлекая с собой и пророка Иеремию с его верным писцом Варухом.

Придя в Египетскую страну, они поселились в городе Таф-нисе, где некогда пророк Моисей совершал чудесные знамения пред фараоном. Там среди добровольных переселенцев-соотечественников прожил Иеремия четыре года, пользуясь большим уважением от египтян за свою праведную жизнь и за те благодеяния, какие он оказывал им, своими молитвами поражая аспидов и крокодилов. Там же и умер он и был погребен.

Кончина святого пророка была мученическая. В Тафнисе было слово Господне к Иеремии:

– Возьми в руки свои большие камни и скрой их в смятой глине при входе в дом фараонов в Тафнисе, пред глазами иудеев, и скажи им: «Так говорит Господь Саваоф, Бог Израилев: вот Я пошлю и возьму Навуходоносора, царя Вавилонского, раба Моего, и поставлю престол его на этих камнях, скрытых Мною, и раскинет он над ним великолепный шатер свой; и придет, и поразит землю египетскую: кто обречен на смерть, тот предан будет смерти, а кто – в плен, пойдет в плен, и кто-под меч, – под меч. И только малое число иудеев, избежавших от меча, возвратится из земли египетской в землю иудейскую, и узнают оставшиеся иудеи, которые пришли в землю египетскую, чтобы жить здесь, чье слово сбудется: Мое или их. И вот вам знамение, – говорит Господь, – что Я посещу вас на месте сем, чтобы вы знали, что сбудутся слова Мои о вас к погибели вам; вот Я отдам фараона Египетского в руки врагов его, как отдал Седекию, царя Иудейского».

Озлобление иудеев от таких речей Иеремии достигло крайних пределов, и они наконец побили камнями пророка Божия, безбоязненно говорившего им истину! В год смерти святого пророка пришел в Египет царь Вавилонский, поразил войско египетское и убил фараона Вафрия; в то же время истреблены были и сыны Израиля, поселившиеся там.

Мощи святого пророка Иеремии много лет спустя перенесены были царем Македонским Александром в построенный им город Александрию и положены в месте, называемом Тетрапил, которое весьма почиталось александрийцами. Царица Елена украсила зданием в Иерусалиме то место, где Иеремия ввержен был в яму с грязью.

Пророчествовал святой Иеремия и о страдании Господа Иисуса Христа, являя в себе самом таинственный прообраз Его, «кроткого агнца, ведомого на заклание». По сказанию, записанному святым Епифанием, пророк Иеремия предсказал о падении и разрушении всех египетских идолов в то время, когда в Египет придет Дева – Мать с Младенцем, в вертепе рожденном и в яслях положенном; каковое пророчество будто дало основу для обычая, существовавшего у египтян, изображать деву, почивающую на одре, с младенцем, обернутым пеленками и лежащим подле нее в яслях, и воздавать поклонению такому изображению. При сем еще сообщается, будто жрецы египетские на вопрос царя Птоломея, почему почитается такое изображение, ответили, что это есть тайна, святым пророком предсказанная их древним отцам, и что они ждут осуществления этой тайны.

Много лет прошло после смерти святого пророка Иеремии: плененные халдеями иудеи возвратились в свою родную землю; в Иерусалиме сооружен был новый храм Господень, в Иудее восстановлен был по возможности порядок жизни церковной и гражданской. Но в те времена иудеи уже не пользовались политической свободой и подчинялись то сирийцам, то египтянам, то македонянам, терпели они невзгоды и от хананейских племен и от внутренних смут и раздоров.

Случилось однажды, что когда вероломный сирийский полководец Никанор, причинивший много зла иудейскому народу, с надменной гордостью хотел во что бы то ни стало погубить пламенного ревнителя религиозной свободы, грозного защитника святой отеческой веры, Иуду Маккавея, сей Иуда, вооружая своих соратников не столько крепкими щитами и копьями, сколько добрыми речами своими и указаниями на прежде бывшие обстоятельства чудесной помощи от Вседержителя, поведал им и о своем сновидении и рассказом этим всех обрадовал и воодушевил.

Видение же его было такое: он видел Онию – бывшего первосвященника, мужа честного и доброго, с детства ревностно усвоившего все, что касалось добродетели, – видел, что сей, почтенный видом, простирая руки, молится за весь народ иудейский. Потом явился другой муж, украшенный сединами и славой, окруженный дивным и необычайным величием. И сказал Ония:

– Это, братолюбец, который много молится о народе и о святом городе, Иеремия пророк Божий.

Тогда Иеремия, простерши руку, дал Иуде золотой меч и, подавая, сказал:

– Возьми этот святой меч; это дар от Бога, которым ты сокрушишь врагов.

И соратники Иуды Маккавея, утешенные и ободренные его речью, отважно ринулись в бой и победили неприятеля. Этот рассказ Иуды о его сновидении наглядно удостоверяет, что святые угодники Божии, по кончине своей, молятся за нас Богу и оказывают нам помощь, как святой Иеремия помог Иуде Маккавею одолеть его противников. Его святые молитвы да споспешествуют и нам преодолевать видимых и невидимых врагов, благодатию и человеколюбием Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, Ему же слава с Отцом и Святым Духом вовеки. Аминь.

0|1|2|3|4|5|6|7|8|9|10|11|12|

Rambler's Top100  @Mail.ru HotLog http://ufoseti.org.ua