Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Николай Николаевич Непомнящий Крик мамонта

0|1|2|3|
<p>Николай Непомнящий Крик мамонта

"Крик мамонта // Составитель: Непомнящий Н. Н.": Общество по изучению тайн и загадок земли; М.; 1991 ISBN 5864220701

Аннотация

Человеку всегда была присуща тяга к неведомому. Быть может именно это стремление узнать — а что там, за рекой, за лесом, за морем позвало в путь первых мигрантовпутешественников, заселивших малопомалу просторы древней Ойкумены. Мир оказался удивительно интересен, и мы до сих пор не можем разобраться в том сложном многообразии тайн? которые уготовила нам природа.

В данном сборнике собраны очень разные истории. Но их авторов объединяет одно — стремление приоткрыть завесу неведомого над вековыми загадками человечества, сделать еще один небольшой шаг в загадочный мир, медленно открывающийся перед нами.

Николай НЕПОМНЯЩИЙ КРИК МАМОНТА

<p>ПРЕДИСЛОВИЕ

Человеку всегда была присуща тяга к неведомому. Быть может именно это стремление узнать — а что там, за рекой, за лесом, за морем позвало в путь первых мигрантовпутешественников, заселивших малопомалу просторы древней Ойкумены.

Мир оказался удивительно интересен, и мы до сих пор не можем разобраться в том сложном многообразии тайн? которые уготовила нам природа.

Раньше мы избегали говорить о том, что существует еще нечто непознанное, не поддающееся пока разгадке, но продолжающее жить рядом с нами, оставаясь для нас реальностью. Непознанной реальностью… Ученые высказывались на сей предмет осторожно, с оглядкой. Еще бы1 Разве можно было признать, к примеру, существование стеллеровой коровы или арктодуса (гигантского медведя) , когда точно установлено, что их давно уже нет на Земле! Свидетельства очевидцев — десятки! — в расчет не принимались. Людям не давали даже надежды на поиск.

Настрящая вакханалия в прессе (особенно усердствовал отдел науки «Литературной газеты») развернулась по поводу «так называемых хилеров». Сегодня мануальной терапией занимаются у нас в стране — в поликлиниках. В данном сборнике мы собрали очень разные истории. На первый взгляд они разные — эти очерки. Но их авторов объединяет одно — стремление приоткрыть завесу неведомого над вековыми загадками человечества. Пусть это будет еще один небольшой шаг в загадочный мир, медленно открывающийся перед нами.

<p>ПОЛТЕРГЕЙСТ ИЛИ КОЛДОВСТВО?

Недавно у меня дома раздался междугородный телефонный звонок. Звонила женщина из одного южного города? просила о немедленной помощи, настаивала на встрече. О причине своего обращения ко мне говорить по телефону отказалась наотрез: «Только при личной встрече!»

Подобная сдержанность была мне уже хорошо знакома. Рассказы об отрицаемых общественным мнением необъяснимых Происшествиях, как правило, не предназначены для посторонних, но в определенных пределах: пока можно терпеть. Когда же терпению приходит конец, страдающая сторона обращается ко всем мыслимым и немыслимым источникам: к физикам и к священникам, к милиции и к знахарям, к экстрасенсам и к психиатрам, а также к исследователям аномальных явлений.

Репутация и интуиция исследователя полтергейста подсказали мне необходимость этой встречи. Я сообщил? что на днях прибуду в этот город, и мы условились о встрече. Вскоре по приезде ко мне в гостиницу пришла целая делегация: звонившая мне женщина и ее сноха с грудным ребенком — вторая жена ее сына. Мы проговорили почти два часа.

В разговоре выяснилось: пришла одна из двух враждующих половин семьи. Другую половину составляли мужья этих женщин. Источником конфликта в сознании старшей из них был зловещий образ колдуньи — бывшей первой жены сына. Вскоре после его развода с ней в квартире начались странные происшествия: раздавались непонятные стуки, сами собой распахивались двери, появлялись явно посторонние предметы: затейливо перевязанные шелковые ленты и шнурки от ботинок, длинные и ржавые гвозди, жемчуг. В самых неподходящих местах находили россыпи копеек, в зашитой наволочке оказалась записка угрожающего содержания. И все это продолжалось вплоть до последнего времени!

Старшая из посетивших меня женщин причиной всех этих событий считала колдовские действия первой жены своего сына: бывая тайком в квартире, она с колдовской целью вероломно подкладывает всякие вещи и предметы. Коща же не может посетить квартиру втайне, прибегает к помощи своего бывшего мужа и его отца, которые, до сих пор находясь у нее «под каблуком» и выполняя ее волю, сами по ее указанию подкладывают колдовские предметы в нужное место и в нужное время. Женщина рассказала, что эти свои подозрения она в конце концов высказала и мужу, и сыну. Совместная жизнь с тех пор стала почти непереносимой! И муж, и сын стали считать ее ненормальной. «Свихнулась!» — резонно заключили они.

Более плодотворным оказался рассказ снохи этой женщины, второй жены ее сына. По словам снохи, она никогда не верила во всякую чертовщину, но убедилась, что посторонние предметы появляются в квартире и тогда, когда в ней никого, кроме неси ее грудного ребенка, нет. Так? недавно она целый день пробыла в квартире одна и, перекладывая в очередной раз ребенка, обнаружила в его кроватке английскую булавку, лежавшую под головкой ребенка. Сказала об этом мужу, но тот заявил, что это его мать колдует. На вопрос, как же мать или ктолибо мог это сделать, не заходя в квартиру, муж ответил, что на то есть колдовство.

С каждым новым штрихом суть дела становилась для меня все более и более ясной. Никому из членов этой многострадальной семьи не приходила мысль о том, что странные происшествия, коим они оказались свидетелями? могут происходить с вами по себе, самопроизвольно, без участия рук человеческих! Потомуто они и умозаключили, что для этого требуется человек, лицо, вообще говоря — любая подходящая персона, на которую можно «списать» все эти необъяснимые происшествия. Необходим виновник, «стрелочник», ответственный за эти несуразные события. И все это очень серьезно, потому что несуразность происходящего в корне подрывала основы сложившегося в этой семье мировоззрения, до сих пор непротиворечиво объяснявшего действительность. В роли «стрелочника» выступает то «свихнувшаяся» по мнению мужа и сына их жена и мать, то колдунья — либо

—по мнению матери — первая жена сына, либо — по другому мнению сына — его собственная мать. И сразу же все становится на свои места, поскольку все несуразности получают «правдоподобное» объяснение и мир перестает рушиться. А то, какой ценой это достигнуто, отходит на второй план. И уже становится неважно, что одна из предполагаемых «стрелочниц» объявлена колдуньей, а другая — сумасшедшей. Главное, что этим достигнуто — удалось уберечься от крайне болезненной ломки собственного мировоззрения, представления о возможном и невозможном.

Все это я терпеливо разъяснил двум пришедшим ко мне женщинам. Более понятливой оказалась сноха, чему способствовали как ее критический настрой, так и наблюдения за странными проявлениями в отсутствие в квартире посторонних. В конце концов и ее свекровь припомнила случаи, коща посторонние предметы появлялись в квартире при отсутствии и мужа, и сына, и первой жены последнего. Я пояснил, что связь полтергейста с колдовством носит всего лишь гипотетический характер, но что связь с полтергейстом всего того, что они наблюдали, неоспорима. Поэтому нужно прекратить бесплодные поиски «стрелочника» в лице то колдуньи — первой жены сына? то колдуньиматери, то той же, но уже «свихнувшейся» матери. В том, что происходит, «виноват» полтергейст — весьма редкое аномальное явление, с которым, к несчастью, столкнулась эта семья. Напряженные отношения в семье, продолжал я, могут быть одной из причин, провоцирующих проявления полтергейста. Восстановление же мира в семье, бывает, прекращает полтергейст. Я посоветовал обоим женщинам рассказать все это своим мужьям.

Выходя из гостиничного номера, старшая из женщин произнесла вслух: «Как же это так я за зря на своего старого грешила? Буду просить у мужа прощения!» Эти ее слова еще более укрепили во мне уверенность, что мир в этой семье восстановится, а вместе с ним, скорее всего? прекратятся и проявления полтергейста. Однако ситуация требовала наблюдения и я попросил своего коллегу из этого города поддерживать связь с пострадавшей от полтергейста семьей. Свою же задачу я посчитал на этом выполненной.

В ПОИСКАХ «СТРЕЛОЧНИКА»? ИЛИ КАК ПРОИСХОДИТ «ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ» ПОЛТЕРГЕЙСТОВ

Приведенный случай — выразительный пример персонификации, то есть олицетворения полтергейстных проявлений. Сознание современного человека, отвергая аномальные проявления как невозможные, немыслимые? ищет любое другое хоть скольнибудь правдоподобное объяснение. И находит его — в гипотетических «коварных» происках ближнего своего. Чаще всего в роли «стрелочника» выступают реальные или предполагаемые враги: члены семьи, сослуживцы, соседи по месту жительства, повинные в чем угодно; но только абсолютно непричастные к полтергейсту. Такое, признаться, весьма распространенное мнение однажды даже было подкреплено авторитетом Академии наук СССР.

Я имею в виду широко известную статью журналиста В.Н. Травина «Доморощенная магия, или Похождения Барабашки», напечатанную газетой «Московский комсомолец» 3 января 1989 года. Эта статья — интервью о полтергейсте с заведующим лабораторией психотроники Отдела теоретических проблем Академии наук СССР В.Т. Исаковым.

Виктор Трофимович Исаков считает, что есть три вида полтергейста: спонтанный, индуцированный, провокационный. В первом случае человек или группа людей самопроизвольно (спонтанно) «впадают в особое психофизическое состояние; близкое к самогипнозу». Человек в этом состоянии способен делать невероятные для обычного своего состояния «подвиги», затем «тут же выйти из гипнотического состояния и удивиться тому, что произошло». Провокационный полтергейст — это самый натуральный чистой воды обман, к которому прибегают моральцо нечистоплотные люди для достижения своих корыстных целей: «получения новой квартиры, желания произвести эффект на публику, вызвать испуг и так далее», причем они выполняют свои трюки сами, осознанно.

Для нас в данном случае наибольший интерес представляет второй (по В.Т. Исакову) вид полтергейста — индуцированный: «Если в спонтанном полтергейсте все события происходят неосознанно, то в индуцированном это комуто бывает нужно. Допустим, в семье или среди близких родственников возникает серьезный конфликт, и пострадавшая сторона желает всем отомстить. Хотя это и необязательно должен быть член семьи. Им может быть и сосед, и знакомый, и сослуживец… Условно мы его назвали «скрытым лицом». Но оно, как правило, не обладает способностью вызвать в доме тарарам, то есть то, что мы называем полтергейстом. В таком случае оно вынуждено обратиться за помощью к «колдуну».

— Что представляет из себя этот «колдун»? — спрашивает В.Н. Травин и получает ответ: «Это так называемые в народе „бабка“ или „дед“, обладающие уникальными способностями гипноза. Вот они и могут сделать все, что пожелает „заказчик“. Ведь всем известно? что практически в каждой деревне есть такие люди».

Эта версия о «колдовском» происхождении полтергейста мгновенно стала как бы родной для множества людей? страдающих от псевдополтергейстных проявлений. В.Н. Травин, автор статьи, был буквально атакован десятками телефонных звонков в день, сотнями писем от жертв псевдополтергейста. Звонившие и писавшие упорно не замечали, что в статье слово «колдун» было взято в кавычки. Авторитет Академии наук СССР, в системе которой работал В.Т. Исаков, автор версии о «колдовской» природе индуцированного полтергейста, всегда был достаточно высок среди потенциальных жертв псевдополтергейстных проявлений.

Что же они собой представляли, эти жертвы? Прежде всего, среди них были люди, и понятия не имевшие, в чем заключаются полтергейстные проявления, но придававшие излишнее значение некоторым событиям, странным с их точки зрения (в себе или своем окружении), имевшим вполне разумное объяснение. Вторую категорию жертв составляли душевнобольные, в основном с бредом физического или психического воздействия. Они упорно утверждали, что их недруги воздействуют на них либо лучами находящейся в соседней квартире специальной физической установки, либо своими мыслеизлучениями. Тут? как говорится, все ясно.

Но была и другая, правда, немногочисленная группа обратившихся, отнесение которых к категории жертв псевдополтергейстных проявлений вряд ли было бы справедливым. Все они действительно страдали от вполне реальных и, похоже, полтергейстоподобных проявлений? но также придерживались версии их «колдовского» происхождения. Приходилось тщательно разбираться в каждом конкретном случае.

Наиболее поучительным из них с точки зрения вскрытия психологических механизмов олицетворения полтергейстных проявлений, механизмов поиска и нахождения «стрелочника» служит письмо человека — условно назовем его И.И. Сидоров — из одного подмосковного города. Письмо от 4 февраля 1989 года адресовано прокурору этого города. Копию же письма И.И. Сидоров направил главному редактору газеты «Московский комсомолец»: «Мне нужна помощь. Это как бы само собой. Нужно погасить в стране нарастающее колдовство, от которого страдают люди, затем уничтожить колдунов, как главных врагов народа и перестройки.

Это не Барабашка. Это хищное зверье с черной дурной завистью, ненавистью. Их голыми руками не прощупаешь. Нужен строгий закон, без пощады карающий их. Прошу сообщить результаты раэбора материала». Так уж случилось, что разбираться в этом материале пришлось мне. Много часов провел я в беседах с И.И. Сидоровым, мы даже подружились и до сих пор поддерживаем это наше знакомство. Что же выяснилось? Если очень кратко, то «симптомы болезни», от которых реально страдают И.И. Сидоров и его близкие, складываются из признаков? характерных как для случаев так называемых беспокойных домов, так и для так называемых геопатогенных зон. А И.И. Сидоров, даже и не подозревая о такой возможности, во всех своих страданиях винит «колдунью» — свою престарелую соседку. Образ врага найден! Довольно долго я уверял И.И. Сидорова, что это не так, что скорее всего и его «колдунья» страдает таким же образом (их отношения не позволили мне достоверно выяснить это) и что один из возможных вариантов изоавления от этого — переселиться в другое место, но он твердо стоял на своем. И только лишь тогда, когда его соседка ушла, как говорится? в мир иной, а «симптомы болезни» остались, И.И. Сидоров наконецто признал мою возможную правоту.

Собственно говоря, поиски внешнего врага, внешних причин собственных неприятностей — обычная и весьма распространенная форма поведения как сообщества людей, так и отдельно взятого человека. В своем крайнем выражении она особенно ярко проявляется у определенных категорий душевнобольных: неизвестные им причины не' обычных или неприятных ощущений в теле, галлюцинаций, могущие затрагивать все органы чувств, что связано с внутренними патологическими процессами, протекающими в тканях их мозга, такие больные как бы проецируют во вне. Они ищут внешний источник своих мучений и не подозревают, что сами же являются «носителями» своих собственных страданий!

Итак, современный «просвещенный» человек обычно не верит ни в полтергейст, ни в нечистую силу — в последнюю особенно. Поэтомуто в роли «стрелочника» у него выступают не проявления полтергейста и не проделки целого сонма мифологических персонажей, а целенаправленные, закономерные действия своего же собрата — живого человека из плоти и крови, нередко обладающего особыми, например, «колдовскими» способностями.

Если же мы возьмем «не слишком просвещенного» человека наших дней или вообще человека, не обремененного грузом современной цивилизации, то в таком случае на роль «стрелочника» уже будут претендовать духи, божества, различные персонажи народной демонологии. Эти персонажи в фольклористике и этнографии обычно трактуются как персонифицированные, то есть олицетворенные, явления природы. Это — божества разных, 6 том числе и низших уровней иерархии. Каждому из таких персонажей свойственны свои специфические функции.

Интересна группа мифологических персонажей низших рангов, чьи функции в значительной степени схожи с «функциями» (или проявлениями) полтергейста — аномального явления, не находящего удовлетворительного объяснения в рамках современной науки. К этой группе следует отнести домовогодоможила, домовогодворового? банника, овинника, гуменника, кикимору, мокруху и ряд других персонажей народной демонологии.

Возьмем, например, мокруху. Этот персонаж, согласно поверью, оставляет мокрое место там, ще посидит. С другой стороны, одно из нередких проявлений полтергейста — необъяснимое появление мокрых пятен, луж или струй воды. Мне приходилось сталкиваться с такими случаями. Так, например, года два тому назад меня пригласили посетить одну московскую квартиру, в которой невесть откуда на полу, на стульях, табуретках появились лужицы воды, смачивались кресла, диван, постель и постельное белье, носимая одежда — брюки, платья, юбки. Созвонившись и получив приглашение приехать я, положив в портфель запасные брюки, отправился в путь. Приехав, а дело было в октябре, я застал такую картину: вся квартира представляли собой своего рода сушилку! Просушивалось все: матрацы, простыни, одеяла, подушки, наволочки, пододеяльники, покрывала, платья, брюки, юбки и прочее. Дело осложнилось тем, что отопления, как нарочно, еще не включили. Особо доставалось одиннадцатилетней Наташе. Коща она ложилась спать, приходилось неоднократно и безуспешно менять постельное белье: только что замененное на сухое, оно вдруг оказывалось мокрым! На запах же вода оказывалась обычной — московской водопроводной.

Во время рассказа и показа этих и других полтергейсгных проявлений все мы — Наташа, ее дядя, бабушка и дедушка, а также и я — сидели в одной комнате. Время от времени Наташа или ее дядя со смущенной улыбкой скромно удалялись из комнаты — около дюжины раз — и возвращались в других, сухих брюках (дядя) или юбочках (Наташа). Места, на которых они только что сидели? будь то диван, стул с мягкой обивкой или табуретка с пластиковым сиденьем — внезапно оказывались мокрыми. Однажды чуть не замочило дедушку. Он деликатно и с опаской присел на краешек табуретки — и вдруг на нащих глазах на другом ее краю все мы увидели узкую, в несколько сантиметров шириной, полоску воды. Спустя несколько дней фаза водного полтергейста закончилась? сменившись другими, не менее диковинными проявлениями. Запасные брюки мне, к счастью, на этот раз не потребовались. В данном случае эта предосторожность оказалась излишней, но не бессмысленной: я знал, что на первых этапах развития фазы водного полтергейста смачивается все и вся и лишь потом смачивание фокусируется на «носителе» таких проявлений и на принадлежащих ему вещах. «Носителем» в данном случае была Наташа, и феномен смачивания уже вступал в фазу сосредоточения на своем «носителе» и на принадлежащих ему вещах. Поэтомуто меня и не затронуло.

Бывая позже в этой же квартире, я не раз жалел об опрометчиво не взятых с собой запасных ботинках, зимней шапке, шарфе, перчатках: коечто оказывалось под струей воды из крана, коечто портилось, коечто на время оесследно исчезало. Но это уже были не мокрухины проделки: скорее, это было баловство домового или кикиморы, если судить по приписываемым этим мифическим существам функциям. Они буквально «выживали» меня из квартиры и однажды, испытав в течение примерно получаса свыше двадцати «нападений» на принадлежащие мне вещи я, сумев наконецто собрать в охапку залитые водой зимнюю шапку и ботинки, пальто без пуговиц, исчезнувший, а потом найденный втиснутым в рукав пальто причудливо — в виде «Чебурашки» — завязанный шарф, выскочил на лестничную площадку. Я вежливо отклонил любезное предложение искренне соболезновавших мне хозяев этой «нехорошей» квартиры вновь войти в нее, прямо на лестничной площадке привел в относительный, насколько это было возможно, порядок себя и свои вещи и, рассыпаясь в извинениях, тут же отбыл восвояси, испытывая муки от укоров совести, что оставил эту несчастную семью один на один со столь вредной нечистой силой.

Эта московская семья, в отличие от семьи из южного города, о которой я рассказала начале этой статьи, недавно прочитала о проделках «Барабашки» и была таким образом психологически готова к встрече с полтергейстом. Тем не менее по предложению Наташи все, что происходило у них в квартире, шутливо считалось проделками «Чебурашки». Постепенно в эту игру, незаметно для себя, включился и я. Сколь же живуче оказалось стремление к олицетворению аномальных явлений, хотя бы и в шутливой форме!

Но человеку далекого прошлого или современному человеку при столкновении с аномальным явлением нередко бывает отнюдь не до шуток. Даже и мне было совсем не весело, когда я, «выжитый» из «нехорошей» квартиры? стоял как неприкаянный на лестничной площадке с прижатой к груди охапкой своих вещей. А каково было в тот момент ее обитателям, временно лишившимся столь необходимой для них тоща психологической поддержки с моей стороны? Можно предположить, что для человека и далекого, и не столь далекого прошлого, столкнувшегося с проявлениями полтергейста, поверья о фантастических с современной точки зрения существах, производящих эти феномены, служили своего рода эквивалентом психологической поддержки. Эти поверья давали как непротиворечивое объяснение случившегося, так и способы противостояния или совместного, относительно бесконфликтного, проживания с этой нечистью. А это уже реальные знания, своего рода руководство к действию? облеченное, правда, в суеверную форму. И задача исследователя — найти в этих крупицах воплощенного народного опыта рациональное зерно.

В самом деле, каковы, например, функции, приписываемые домовому? О.А. Черепанова в книге «Мифологическая лексика русского Севера», изданной в 1983 году? так описывает эти функции: домовой «проявляет себя различными звуками — стуком, скрипом, вздохами и кряхтением, а также перемещением и пропажей вещей. Наваливается на спящего и „гнетет“ ночью, оставляет на теле синяки». Но все это характерно и для «проделок» полтергейста!

Полтергейстные проявления в русской крестьянской избе нередко не ограничиваются геометрическими переделами дома, а распространяются на двор и дворовые постройки. Поэтому, как пишет С.В. Максимов в книге «Нечистая, неведомая и крестная сила», переизданной в 1989 году, в народе считают, что есть домовойдоможил, обитающий в избе, и приданные ему в помощь домовойдворовой, банник, овинник (гуменник) и кикимора: «Вся эта нечисть — те же домовые, — пишет С.А. Максимов, — отличные лишь по более злобным свойствам, по месту жительства и по затейливым проказам».

А уж проказы бывают действительно более чем затейливые. Возьмем, например, кикимору. Чаще всего она проказит с веретенами, прялкой и начатой пряжей, причем нитки сучит не слева направо, как принято у людей, а наоборот. Бывает, что кикимора треплет и сжигает кудель? оставленную у пряжи без присмотра. Кикимора невидимо ходит по полу, сильно стуча при этом ногами, гремит посудой, бросает и бьет горшки и плошки, портит хлебы и пироги, кидается луковицами из подполья или изза печки, стучит вьюшками, крышками от коробов и под. Об этих и других проказах кикиморы пишут и О.А. Черепанова, и С.В. Максимов. А ведь все эти «проказы» характерны и для полтергейста!

Среди проказ домового и кикиморы, а также среди проявлений полтергейста имеется одно весьма любопытное общее: самозавязывание и саморазвязывание узлов. Сучение и прядение нитей, свойственное кикиморе

— из того же самого ряда, как и способность домового заплетать в косы волосы на голове человека, хвосты и гривы лошадей. Кстати, мой многострадальный шарф, завязанный наташиным «Чебурашкой», оказался скручен справа налево.

Да и проказы такого персонажа, как банник, мало чем отличаются от некоторых типичных проявлений полтергейста. С.В. Максимов пишет, что банник, в частности? может бросаться горячими камнями из каменки. Но камнебросательный полтергейст известен с незапамятных времен! Например, описано самопроизвольное камнебросание, датированное 355 годом нашей эры. В январе 1989 года самопроизвольное камнебросание наблюдали в кишлаке Спинз Шугнанского района Горно— Бадахшанской автономной области Таджикистана, о чем 7 марта 1989 года сообщила газета «Тоджикистон совети».

Итак, «стрелочники» найдены. Ими оказались, с одной стороны, реальные или предполагаемые склонные к колдовству живые люди из плоти и крови, с другой — различные мифические персонажи, запечатленные во многих фольклорных жанрах. Представляется интересным продрлжить анализ параллелей в проявлениях как полтергейста, так и этих персонажей в соответствии с приписываемыми им функциями.

<p>РАССКАЗЫ О СЛУЧАЯХ, ЛОГИКА КОТОРЫХ ЯВНО ВЫЗЫВАЕТ СОМНЕНИЕ

В 1987 году в Новосибирске вышла в свет необычная книга — «Мифологические рассказы русского населения Восточной Сибири». Это — составленный иркутским фольклористом В.П. Зиновьевым сборник быличек и бывальщин, собранных в 19661980 годах в Забайкалье и в Иркутской области. Книга содержит описание случаев? представляющих несомненный интерес для исследовате. лей аномальных явлений. И, видимо, не случайно для большинства из них эта книга стала как бы настольной. Не остался в стороне и автор этих строк, испытывающий давний интерес к феноменам полтергейста. При чтении ряда сюжетоь меня постоянно охватывало ощущение встречи с чемто уже давно известным и хорошо знакомым? в том числе и по личному опыту. Вот, например, быличка? записанная в селе Курумдюкан Читинской области в 1980 году. В ее основе — «событие, взволновавшее несколько соседних деревень», а потому и рассказ об этой истории на сюжет «Кикимора общается с людьми» записан от пяти человек (все случаи из книги В.П. Зиновьева излагаются в сокращении, но по возможности близко к оригинальному тексту):

— В одном доме, где жила мать с тремя дочерьми, появилась кикимора. Она отвечала стуком на вопросы. Послушать ее приходили не только местные жители, но и приезжие. Както узнавала, сколько чужих, сколько своих. Когда спрашивали, точно отвечала стуком. По просьбе выигрывала мелодию — стуком на половицах. Бросала в людей разными предметами: углем, ботинками, клубком пряжи. Нельзя же так жить. Хозяевам нет покоя. С помощью знакомого человека нашли в доме куколку и сожгли ее на костре. Все прекратилось.

Невольно вспоминается другая история с похожим сюжетом — «Барабашка» общается с людьми. «Барабашка» —главныйгероЙзнаменитоготелефильма «Ктотам?»? показанного на первой неделе января 1989 года, а также бесчисленных газетных репортажей. В результате этот весьма неоднозначный персонаж до сих пор пользуется поистине всесоюзной известностью. А тогда, 28 сентября 1988 года, автор этих строк вместе со своим коллегой В.Н. Фоменко пришел в гости к «Барабашке», который незадолго до этого незаконно «прописался» в одном из московских общежитий молодых строителей, в комнате, где проживали три подруги — Феруза, Флюза и Таня. Минут через 1^ начались стуки в пол. Я заметил, что стуки раздаются изпод ступней Ферузы. Приглядевшись внимательнее? увидел, что одновременно со стуками у Ферузы сокращаются сухожилия ступней: один стук — одно сокращение? два стука — два сокращения, стук изпод левой ступни — сокращаются сухожилия левой ступни и т.д. Стало неинтересно. Попросил всех присутствующих оторвать ноги от пола. При этом был уверен, что после этого все стуки прекратятся. К моему удивлению, стуки продолжались. Они глухо раздавались из матраца кровати, на котором сидела Феруза. Я также присел на эту кровать. К еще большему удивлению, синхронно с глухими стуками я ощутил отчетливые точечные прикосновения изнутри матраца, и так много раз. Уступил свое место В.Н. Фоменко — все слышат глухие стуки из матраца, а он сообщает еще и о таких же прикосновениях. Вновь занял свое место — то же самое. Под общий смех заглянул под кровать — убедиться, что там никого нет. В конце визита В.Н. Фоменко задал «Барабашке» серию альтернативных вопросов об исходе финального олимпийского матча по футболу, который должен был состояться через пять дней — 3 октября 1988 года. Ответы давались «обычным» способом: один стук — «да», два — «нет». Победа олимпийской сборной СССР по футболу и счет матча были предсказаны точно. А вот другая быличка, записанная В.П. Зиновьевым: — Инвалид Отечественной войны, несуеверный, вздумал построить себе новый дом. Сыновья строили, а он им указывал. И вот, как они спать лягут, в этом доме ночью такой тарарам поднимался^ будто ведра стукаются и переворачиваются, гром, шум ужасный стоит — спать невозможно. И так повторялось каждую ночь. Однажды отец не выдержал, накричал на сыновей, что они там ведра забыли, вот их ветер и гоняет по крыше, по чердаку. Они отца подняли наверх, осветили — а там пусто. Слезли, а все ведра стоят внизу. Плюнул отец с досады, пошел спать. Только в дом — на крыше опять началось. Так ничего они сделать и не смогли. Жуть стала брать всех. Продали дом и уехали.

И опять вспомнилась покожая история, о которой сообщила одна московская семья, прочитав в июльском номере журнала «Юный техник» за 1989 год интервью со мной:

— Мы решили написать о том, что у нас творилось в доме в деревне, где мы жили до пожара. Когда дом еще строился, то есть был совершенно новый, по ночам происходили странные вещи: коща все ложились спать, вдруг начинала капать вода, как будто в пустую чашку. И не только одни мы слышали эти звуки, за стенкой жилец? еще одна семья, то есть под одной крышей жили две семьи из нашей родни, они тоже слышали, как капает вода, или вдруг на «потолке» начинали ходить так, что прогибались доски, а коща поднимались на «потолок», то есть на чердак, то все прекращалось, а коща спускались, происходило все то же самое. Также в очень лунную ночь, в сарае происходило нечто странное: однажды привезли дрова и мы их сложили в поленницу, ночью мы вдруг услышали стук топора и звуки, напоминающие кряхтение, как будто ктото колет дрова, уже пожилой и е^у тяжело заниматься этим. Но на следующий день, когда мы вошли в сарай? дрова лежали так же, как и были положены раньше, то есть будто ничего не происходило. Также мы слышали разные звуки, слышали, как в стене пела птичка, мы переходили из комнаты в комнату и она как будто переселялась с нами, то есть перелетала, но как она могла петь и перелетать по очень тонким жердочкам из железобетона, а стены были не из дерева, а из шлака, почти примерно в ^0 см толщиной? Нам говорили, что это нас ктото предвещает о беде, но мы не верили, и вот 24 декабря 1977 года дома у нас начался пожар, дом сгорел и по сей день стоят только стены.

По мере дальнейшего чтения сюжетов, запечатленных В.П. Зиновьевым, вспоминались и другие аналогичные случаи, известные мне как по литературе, так и из личного опыта. Все это не могло не вызвать вопрос о соотношении фольклора и аномальных явлений. Неужели подобные, воистину необыкновенные, явления и происшествия не получают отображения в фольклоре? Подавляющее количество сюжетов, записанных В.П. Зиновьевым, он слышал от людей, родившихся в конце прошлого века или в начале текущего. Неужели все это только бабушкины сказки?

Из пояснительных текстов к книге В.П. Зиновьева следует, что сюжеты запечатленных в ней событий не имеют никакого отношения к действительности, поскольку «основу всех этих рассказов составляют вымысел, небывалое? фантастика». Былички расцениваютя только как «поэтические небывальщины». За «истинные причины, благодаря которым события или факты приобретают характер сверхъестественных», принимаются «болезнь, недомогание, вызвавшие состояние бреда или галлюцинации». Последнее — предложенное самим В.П. Зиновьевым объяснение рождения, по его словам, «рассказов о случаях? логика которых явно вызывает сомнение».

<p>У ЧЕРТА НА КУЛИЧКАХ

Действительно, логика именно рассказов о случаях полтергейста и так называемых беспокойных домов, подобных описанным выше, всегда вызывает сомнение, но лишь у слушателей и читателей. Пострадавшим от этих феноменов, их очевидцам и свидетелям обычно бывает не до сомнений. Их одолевают более конкретные заботы — как избавиться от подобной напасти, невзирая на всю невозможность и нелогичность случившегося.

Феномены полтергейста в своих крайних и необычных проявлениях способны оставить длительный след в сознании целого народа. Об одном таком случае поведал профессор Московского университета, этнограф и фольклорист И.М. Снегиреь. В книге «Москва. Подробное историческое и археологическое описание города», изданной в 186^ году, он описал весьма необычное событие, на которое, по его словам, «…намекает известная московская поговорка: у черта на Куличках». Событие это отражено в «Житии» преосвященного Иллариона (16321708)? строителя Флорищевой пустыни, впоследствии — митрополита суздальского и юрьевского. Само событие описано «по сказанию» его непосредственного участника и свидетеля — «самовидца» монаха Марка. Описываемый эпизод приходится на осень и зиму 1666 года. Место происшествия — нищепитательница (богадельня) при церкви Кивра и Иоанна на Кулижках, за Варварскими вратами, близ Ивановского монастыря, в Белом городе в Москве. В эту богадельню, ще жили старухи с сиротами и подкидышами? «…вселился демон, впущенный туда одним чародеем. Этот демон делал старухам разные пакости, не давал им покоя ни днем, ни ночью, сбрасывал их с постелей и лавок, кричал им вслух разные нелепости; на печи, на полатях и в углах стучал и гремел», швырялся камнями, сам оставаясь невидимым. Происходящее серьезно обеспокоило царя Алексея Михайловича: «…он велел священникам молитвами действовать против злокозненного духа; но они ничего не успели и только раздразнили его, так что он стал обличать их самих в разных беззакониях». 2 ноября 1666 года в Москву прибыли вселенские патриархи. Приближенные царя указали ему на преподобного Иллариона? «…который молитвами своими мог прогонять нечистых духов… Пять недель с двумя иноками там подвизался в молитвах Илларион» и, сколь не упорствовал этот «демон»? «…но молитвами преподобного совершенно был изгнан из богадельни». Чтобы убедиться в успехе, Илларион еще десять недель оставался в богадельне, после чего отбыл во Флорищеву пустынь.

Событие это, поразившее воображение жителей Москвы того времени, закрепилось в памяти поколений в выражениях «у черта на Кулижках (Кулишках)», «у черта на куличках», «к черту на кулички», «чертовы кулички» — в значении неведомо ще, куда. Нетрудно заметить, что в памяти русского народа сохранилось только место, ще произошло это «нелогичное» событие, а содержание последнего оказалось вытесненным, возможно, ввиду того? что «логика» этого события вызывала непреодолимое сомнение. Особое недоверие связано с феноменом невесть откуда звучавшего человеческого голоса. Однако, покопавшись в литературе, удалось обнаружить свыше 30 описаний подобных случаев за последние 800 лет, включая и XX столетие, когда от двух и до нескольких десятков человек были свидетелями аномальных голосовых и других необычных феноменов одновременно. Один из таких случаев наблюдался вскоре после события на Кулижках — в Нидерландах в 1668 году, другой незадолго произошел в Шотландии — в 16.54 году. Самый последний из известных мне случаев голосового полтергейста имел место в Ленинграде в 1989 году. Одному из исследователей — С.П. Кузионову, даже удалось сделать магнитозапись этих необычных голосовых проявлений.

События, подобные случившемуся на Кулижках, необычны, редки, но не единичны. Благодаря своей крайней необычности подобные события, запечатлеваясь в различных жанрах фольклора, остаются в памяти поколений. Так, например, А.Г. Леман в своей «Иллюстрированной истории суеверий и волшебства от древности до наших дней», изданной в 1900 году, упоминает о сюжете, запечатленном в исландской саге Гретта Сильного. Согласно саге, во дворе Торгальсштада завелась нечистая сила. Она даже начала разрушать дворы, ломать дома и вообще приносить много вреда: вылетали балки, все рушилось, развалился весь дом. Известны подобные же неистовые проявления полтергейста, при которых прогибается крыша дома, рушатся его стены, поскольку камни, из которых они сложены, сами собой срывались со своих мест.

При всем при этом, если отвлечься от объяснений, позволительных для XVII и более ранних веков («вселился демон, впущенный туда одним чародеем», «завелась нечистая сила» и пр.), и сосредоточиться на наборе феноменов и динамике их протекания, станет возможным отожествить необычные феномены на Кулижках и в Торгальсштаде с феноменами полтергейста.

Слово полтергейст в буквальном переводе с немецкого означает «шумливый дух» и, следовательно, отражает не природу явления, а его истолкование в духе народной демонологии. Последнее — предмет исследования фольклористики. Наш предмет исследования в данном случае — совокупность и динамика протекания феноменов, приписываемых полтергейсту или нечистой силе. Всем случаям полтергейста, независимо от того, когда и где они произошли, свойственна единая картина проявления феноменов, в то время как интерпретация или объяснение событий варьируют, в соответствии с эпохой, от проделок нечистой силы до проделок проказливого подростка. Таким образом? центральным становится феноменологический подход? что, в отличие от интерпретационного, дает более реальные шансы понимания происходящего. Напротив, сосредоточение внимания исключительно на интерпретационном подходе, что свойственно фольклористике, приводит к тому, что вместе с водой (интерпретация феноменов) выплескивается и ребенок (сами феномены).

В этой связи представлется интересным проследить, с использованием конкретного фольклорного материала? отображаются ли в нем реальные феномены полтергейста? и если да, то насколько полно это отображение? Будем при этом руководствоваться феноменологическим подходом, отрешившись от интерпретационного, при котором аномальные события традиционно приписываются проделкам различных персонажей народной демонологии — домовому, кикиморе, баннику, мокрухе и пр. — оставим эту область исследования фольклористике.

<p>ФЕНОМЕНЫ ПОЛТЕРГЕЙСТА В «ПОЭТИЧЕСКИХ НЕБЫВАЛЬЩИНАХ»

Сюжеты быличек и бывальщин, собранных В.П. Зиновьевым, стали своего рода испытательным полигоном для апробации феноменологического подхода. В связи с тем, что в этих сюжетах отражены самые разные аномальные явления, пришлось ограничить свою задачу анализом описаний случаев, соответствующих только так называемым беспокойным домам и полтергейстам. Всего было отобрано 20 случаев, соответствующих этим типам аномальных явлений. Описания этих случаев отличаются от общепринятых подробных отчетов об исследованиях конкретных случаев полтергейста и представляют собой краткие воспоминания рассказчика о событиях разной степени давности. За редкими исключениями большинство случаев недатировано. Место происшествия указано значительно чаще — называется конкретный населенный пункт. Сами же аномальные явления представлены, хотя и кратко, но достаточно живо и выразительно.

Рассматриваемые случаи имели место в занимаемых одной семьей бревенчатых домах, типичных для сельской местности. 12 домов были обжитые, 7 — новые, только что построенные. В последних аномальные события начинаются или сразу после вселения, или же препятствуют вселению и продолжаются в незаселенном доме. Один случай имел место в школеинтернате. Некоторые события происходят вне дома, например, во дворе.

Продолжительность аномальных событий варьировала от нескольких дней и месяцев до одного года; в некоторых описаниях продолжительность не указана, но представляется неопределенно долгой. В половине случаев аномальные события происходят исключительно ночью, остальные — в разное время суток.

Количество свидетелей аномальных событий как правило не менее двух. Лишь в одном случае был единственный свидетель. В 12 случаях очевидцев было несколько: иногда только члены семьи, но чаще к ним присоединялись посторонние свидетели (соседи, знакомые, отдельно живущие родственники). В семи случаях свидетелей было много, например, в одном случае — вся деревня, в другом — партизанский отряд, заночевавший в пустом доме? в третьем — ученики школыинтерната.

Объяснения аномальных событий в оригинальных текстах довольно разнообразны. В девяти случаях предполагаются злонамеренные действия магического характера. В частности, путем подкладывания магического предмета — «куколки» — напускают на дом мифическое существо — кикимору. Остальное — дело ее рук. В трех случаях аномальные события приписываются проделкам домового, в двух — связываются с умершими. Интерпретация событий в пяти случаях отсутствует. В отдельных случаях остается неясность. Так, в случае, ще летали предметы кухонного обихода, при разборке дома была обнаружена ртуть. Известно, что определенным образом заложенная под печку ртуть «ухает», то есть создает звуковые феномены. Сообщается, что плотники могут либо «навести нечистую силу», либо незаметно обеспечить реальные физические эффекты (звуковые). Поэтому аномальные явления как следствие конфликта хозяина со строителями дома могут иметь двоякую интерпретацию. Надо отметить, что аномальные звуковые и прочие феномены сообщаются и в тех случаях, когда дом строит сам хозяин.

В 18 случаях из 20 люди предпринимали активные действия, стремясь избавиться от напасти. В 6 случаях люди навсегда покидали беспокойные дома. Когда в эти дома въезжали другие жильцы, оказывалось, что аномальные явления в них продолжались. В одном из случаев аномальные явления последовали за семьей на новое местожительство, в другом — только за определенным членом семьи. Еще в одном случае явления прекратились после временного выезда хозяина дома. Во многих случаях жильцы дома активно искали причину аномальных происшествий — иногда сами, а иногда с помощью знающих людей; в 6 случаях была найдена «куколка», в одном — «злонамеренная» щбпка. Выбрасывание или сжигание этих предметов прекращало аномальные проявления. В некоторых случаях поиски таких предметов были связаны с разбором отдельных конструкций дома, в одном случае дом был разобран полиостью и перенесен на другое место.

Среди описанных в анализируемых случаях феноменов выделяется несколько групп. Группа звуковых феноменов наиболее многочисленна и разнообразна. Они наблюдались в 15 случаях. Среди них — стуки разной локализации (6 случаев); свист, вой, грохот (3); плач, храп, хохот (3); внятные человеческие голоса (3); звуки музыки и пляски (2); лай, вой собаки под кроватью (1). В 9 случаях наблюдались разнообразные формы движения предметов. В 3 случаях летали камни, кирпичи, в 2 — посуда, ложки. Различные предметы (клубок, ботинки, скалка) бросались в людей в 2 случаях. Плясали столы и стулья, крутились жернова, распахивались все двери — по одному случаю на каждую форму движения. В 9 случаях появлялись фигуры людей, бегали животные. В трех из них появлялись: мужик толстомордый, рыжий; верзила мохнатый; лохматый старик без рук. В одном из случаев рядом с хозяйкой дома лежал ктото невидимый; на ощупь по длинной косе она определила, что это девушка. В другом случае в окно увидели большую голую человеческую ногу, тут же по саду проехали двое в белом на тройке белых коней. И? наконец, имел место ряд феноменов, которые нельзя отнести ни к одной из перечисленных выше групп: в пище оказываются несъедобные вещи, пустые чугунки обнаруживаются в печке, на полу появляется лужа воды, с хозяйки «стягивает юбку», невесть кем гоняется скот, дом «ворочает», вода сама собой выплескивается из таза.

Для 8 случаев было характерно наличие только одного феномена. В 12 случаях проявлялось от двух до нескольких феноменов. Рассмотрим несколько конкретных случаев по каждой из двух групц.

Первая группа случаев (с одним феноменом):

1. Партизанский отряд заехал в деревню ночевать. На краю деревни стоит пустой новый дом, а рядом — старенькая избенка. Партизаны просятся ночевать в новый дом, а хозяиЬ говорит, что в доме жить нельзя, в нем чудится:

— Нас много! Ничего, ночуем. — Дело ваше.

Открыл хозяин дом, легли ребята на полу, захрапели. А один не спит. Слышит, музыка заиграла, пляска началась, чечетку выбивает. Вскочил он, стал будить других. Все насторожились, слушают: играет музыка, да так громко, и пляска идет! Зажгли лампу, и пока она горит — ничего, все спокойно. Как погаснет, опять начинается. И так до утра никто не мог уснуть.

2. Жили старик со старухой и невестка. Они сидят? разговаривают все. Вдруг полетели судомойки! Посуда летит, все летит! Просто бросается! Хватятся — никого нет. Вызывали когото, искали, ничего не могли найти. Избу разбирать стали — нашли ртуть. Она и выфигуривала всякую ерунду. Человек сидит — то судомойка прилетит, то ложка, то поварешка! А как это получилось, неизвестно.

3/ В большом пятистенном доме стало стучаться. Как сядут они вечером

— у них в стене стучит, стучит! Сильно так! Пошли, все взрыли — никаких нет ни дыр, ничего. А все стучит. Девочка, лет шести, стала в кровати в избе спать — под кроватью стало стучать. Крестная девочки взяла ее да унесла вечером к себе домой, положила с собой на кровать — так опять застучал? под этой кроватью. А у вих не стучит. Тогда они поняли, что, наверное, на девочку было пущено. Приглашали сначала попа, потом шаманку. Не помогло. Всю зиму простучало. Девочка как спичка стала: она не могла спать, когда стучится под ней. Куда ее ни положат — везде под ней стучит. Стуки были слышны снаружи дома и жители деревни часто собирались их слушать. Приезжий старик, уже гдето в марте, заинтересовался этим случаем и отвел беду (магическими действиями). Стучать перестало. Девочка поправилась, выроню.

Вторая группа случаев (более одного феномена):

1. Однажды вечером муж ушел играть в карты. Жена лежала на печке, а ребенок — в зыбке, рядом с печкой. Вдруг в двенадцать часов начинается стук — стучит и стучит. Стучит под полом. А ей все говорят, что это домовой ей чудится, стучит; ведь мужто кузнец…

Однажды она опять остлась одна. Видит, ктото вышел мохнатый — и такой верзила! Зыбку качает с ребенком? и хохочет, и хохочет! Лицо белоебелое, а сам весь чернущий. Вот так покачает зыбку и исчезнет. Позвала она сестру. Пришло время, он опять выходит. Бились они, бились, и перекочевали в другой дом. А потом в этом доме долгодолго никто не мог жить. А потом этот дом сгорел.

2. Напротив нас был дом. Старинная печь там стояла. Хозяйка в подполье полезет — ктото юбку с нее тянет? тянет. Вдруг стало бросать изза печки. Как трахнет — старику попало в голову. Приехал мужик к ним, сел чай пить, а камень как на стол угодит! То изза печки вдруг заяц выскочит, то щенок. Один дед говорит — тут клад есть. Они выехали из дому и стали рушить печку. В той печке кукла оказалась, как живая смотрит. Привели попа? иконы поставили, стали служить. Тогда утка вылезла, закрякала и ушла. Потом ничего больше не стало.

3. Вот что там произошло. Они уж привыкли и не обращали внимания. Лягут спать вечером — то табуретки запляшут, то столы. Один раз забыли таз с водой. И только легли, не успели еще уснуть, вдруг в этом тазу как зашлепается, зашлепается! Как кто купается в нем. Все вскочили, хозяин орет: кто где купается! в бочке ктото утонул что ли?! Зажгли огонь. Кругом таза наплескано. А потом разглядели мокрые следы маленьких копытец за печку. Вот, чудилось. Это было действительно.

4. Шел нищий по деревне. Зашел к одной хозяйке. Она говорит: — Некогда мне тебя угощать. Об пошел, да и сказал: — Попомнишь меня.

С этого дня и началось чудиться. Разговаривают на печи два голоса, называют друг друга Дунька и Акулька, а самихто не видно, и пакостят. Уйдут хозяева в поле, в еде оказыается всякая дрянь: зола, коровий кал. Масло в баню поставили, и там набезобразили. К зиме стали скот во дворе гонять. Утром кони в мыле, пена изо рта, косы в гриве. А потом вдруг придут и разговаривают: — Ты замерзла, Дунька?

— Да нет, а ты Акулька? — А самихто не видно. Позвали попа, народ в избе собрался. Поп пришел, молитву читает. А Акулька с Дунькой пустили с печки в попа скалкой. Поп перепугался, народ тоже. Как давай все из избы! Ступеньки крыльца оказались разобранными — все кубарем!

Так продолжалось примерно с год. Они в другой дом переехали, так Акулька с Дунькой тоже туда перешли. Б конце концов нашли в одной деревне (Лгаричка. Пришел он. Во дворе из поленницы вытащил две куклы. Вот вам? говорит, Акулька с Дунькой…

Как можно видеть, в этом случае, в отличие от большинства других, аномальные Эффекты проявляются не только в доме, но и во дворе и в бане. К тому же это второй случай из двадцати, в котором аномальные проявления следуют за людьми, что характерно для феноменов полтергейста.

Среди быличек и бывальщин имеются сюжеты, где аномальные явления происходят однократно. Эти случаи нс рассматривались, так как для феноменов беспокойных домов и полтергейстов характерна именно повторяемость аномальных проявлений. В виде исключения ниже приводится пример кратковременной, разовой полтергейстоподобной вспышки, отличающейся ранообразием феноменов и интенсивностью проявлений:

— Было это в году гдето в тридцать шестом. Пришла одна бабка вечером домой: «Вот я, — говорит, — домой зашла, на кровать легла, а кровать поехала, и разваливается кроватьто, а я на полу! И, главное, ничего нет, а меня как будто ктото бьет по голове, по всему… Форточка открылась, подушка сама распадается, перья летят из наволочки. Все летит, летит там. Потом слышится разговор? какието разговоры, потом музыка началась, главное, поют хорошо. И меня потом ктото взял за руку и ведет. Довели до печки, я в печкуто смотрю — а там человек сидит. Такой голый мужчина. Я от этой печки уйти хочу? а меня ктото держит. А потом — раз! — откудато огонь появился в печке. Он там в огне горит! Ему жарко, он сидит, улыбается. Ну, там горело, и вот он сидит там, и видно — горит. Весь почти сгорел, а лицо целое, не горит! « Вот она посмотрела на него и поседела вся. А потом она вырвалась, а рукава остались. И убежала. А потом пришли — а там все разбросано, кровать вся разбита, подушка тоже, угли еще теплые. И синяки были у нее, и вся поседела.

Рассмотренные в проанализированных 20 сюжетах случаи по набору феноменов, особенностям и динамике их протекания принципиально ничем не отличаются от реальных случаев так называемых беспокойных домов и полтергейстов, изученных и описанных многочисленными исследователями. Множество аналогичных случаев, с точным указанием времени и места события (часто со ссылками на местные газеты) приведено в издававшемся в 18811918 годах журнале «Ребус». Несколько десятков подобных «самопроизвольных явлений», начиная с 1661 года (в том числе и в русских крестьянских избах) описал в конце прошлого века А.Н. Аксаков в книге «Предвестники спиритизма за последние 250 лет», изданной в 1895 году. В ней он, в частности, привел подлинное судебное «Дело о явлениях, бывших в квартире начальника липцкой конноэтапной команды капитана Жандаченко и о пожаре, произшедшем вследствии оных 25 числя июля 1983 года в слободе Липцах». О липцких событиях свидетельствует и книга Ф.К. Зарецкого «Воспоминания очевидца загадочных явлений в слободе Липцах в 18521853 гг.»? изданная в 1897 году. Дело об этих явлениях (необъяснимые акустические феномены, самопроизвольные движения и бросания предметов, самовозгорания) рассматривалось в уездном и земском судах Харьковской губернии до 1856 года и было прекращено «за ненахождением причин необыкновенных явлений». Имеются и другие примеры судебных разбирательств по аналогичным делам — как у нас, так и за рубежом. Все они, как правило, прекращаются за ненахождением естественных причин таких событий или «преступников». В качестве примера можно привести решение Курмышского уездного суда Симбирской губернии от 28 февраля 1814 года «предать суду Божию» дело о невидимом голосе, необъяснимых стуках и бросаниях камней, кирпичей, лаптей, поленьев и прочего в избе вдовы Раздьяконовой. По существу тем же самым окончилось судебное дело по факту пожара и других аномальных проявлений в одной из квартир на улице Молдагуловой в Москве в 1987 году (самодвижение и самобросание предметов домашнего обихода, появление луж и струй воды, самовозгорания и пр.), которое вел опытный следователь И.А. Баринов. За ненахождением «преступника» дело о пожаре было прекращено. Квартира ранее была застрахована. Однако Госстрах до сих пор отказывается выплатить страховку, поскольку по условиям договора страхование от полтергейста предусмотрено в данном случае не было…

<p>АНОМАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ И ФОЛЬКЛОРИСТИКА

Еще Э. Лэнг (18441912) — английский писатель, историк, антрополог, этнограф, филолог, исследователь фольклора и аномальных явлений, обратил внимание на перспективность феноменологического подхода к проблеме фольклорного отображения аномальных явлений.

Именно такой подход почти 90 лет тому назад привел его к выводу о несостоятельности гипотезы английского психоисследователя Ф. Подмора, считавшего, что полтергейсгные происшествия обязаны лишь проделкам «маленькой шаловливой девочки». Лэнг первым обратил внимание на то, насколько схожи рассказы о таких событиях в разных странах и в различные времена, когда рассказчики не знакомы друг с другом и даже не подозревают, что подобное вообще может иметь место. Одновременно он показал, что некоторые из таких необычных явлений вообще нельзя никак воспроизвести — ни посредством обманного трюка? ни как бы то ни было еще. По Лэнгу, определенные сходные сюжеты в фольклоре могут быть обязаны сходным аномальным явлением, которые он называл паранормальщыми, супернормальными или неизвестной областью природы. В серии работ, изданных в последнем десятилетие прошлого века, Лэнг первым обосновывает положение о том, что аномальные явления могут лежать в самой сердцевине религиозных верований.

В лице Э. Лэнга мы имеем счастливый случай соединения в одном человеке фольклориста и исследователя аномальных явлений. Он — один из основателей английского Фольклорного общества, учрежденного в 1878 году и существующего в настоящее время. Он же с 1904 года — член английского Общества психических исследований, основанного в 1882 году и также дожившего до наших дней. В 1911 году Э. Лэнг был избарн президентом Общества психических исследований. По свидетельству профессора истории и фольклористики Р. Дорсона, директора Института фольклора при Индианском университете (США), Э. Лэнг стремился объединить парапсихические исследования, фольклористику и антропологию. Он даже пытался наладить связи между Фольклорным обществом и Обществом психических исследователей. Как заметил в 1968 году А. де Кок, один из биографов Э. Лэнга, даже в наши дни подобные попытки имеют мало шансов на успех. И все же это направление исследований проникло и в наше время.

Лэнг не был одинок в своих воззрениях на соотношения аномальных явлений и фольклора ни при жизни, ни после кончины. В 1911 году В. Баррет, его коллега по Обществу психических исследований, пришел к мысли о том, что широко распространенная вера в эльфов, фей, волшебников, гномов, домовых и прочих персонажей народной демонологии скорее всего покоится на проявлениях? свойственных полтергейсту. В 1931 году Де Весме, а в 1978 п)ду Р. Рейхбарт, наряду с критикой антропологических и этнографических интерпретаций так называемых сверхъестественных явлений развили и углубили оригинальные воззрения Э. Лэнга о роли аномальных парапсихических явлений в становлении религиозных верований. Уже в наше время известный исследователь неопознанных летающих о(л"ектов Ж. Балле в изданной в 1970 году в Лондоне книге «Паспорт в Магонию. От фольклора к летающим тарелкам» рассмотрел уфологические корни происхождения древних мифов и современного фольклора. В 1984 году американский парапсихолог Д. СкоттРого обратил внимание на то, что фольклористы в процессе сбора фольклорного материала нередко встречаются с описаниями паранормальных феноменов и даже — с самими феноменами. В январе 1985 года в Индии состоялась международная конференция на тему «Парапсихология: западные и восточные перспективы», где Т.Н. Шанкаранарьяна из университета Майсура представил доклад «Парапсихология и фольклористика». Автор этого доклада обратил внимание на то, что фольклор вращается вокруг концепции веры, верований. Поэтому верования в аномальное должно рассматривать в качестве основы большей части фольклора — «парафольклора» по определению Т.Н. Шанкаранарьяна. Подобные высказывания и примеры нетрудно продолжить, а хронологию можно довести вплоть до настоящего времени.

В отечественной «большой» фольклористике соотношение фольклора и действительности рассматривается преимущественно в рамках исторического и этнографического соответствия. Фольклор бесспорно считается одним из важнейших источников этнографических и исторических сведений. Так, например, И.С. Вдовий, исследуя исторические предания и героические сказания народов СевероВостока Сибири, пришел к выводу, что они «…содержат весьма обширный исторический и этнографический материал, в значительной своей части вполне надежный и точный». В.И. Чистов, анализируя под подобным же углом зрения соотношение фольклора и этнографии в целом? приходит к более обобщенному выводу: «Фольклор, бесспорно — один из важнейших исторических и этнографических источников». Об этом они пишут в сборнике «Фольклор и этнография», изданном в 1970 году.

Да позволит мне дорогой читатель решительно усомниться в том, что в фольклоре отображена лишь историческая и этнографическая правда! Ведь еще В.Я. Пропп отмечал характерную для всего фольклора заинтересованность необыкновенными происшествиями. Он же пришел к мысли, что даже самые фантастические образы фольклора имеют свою основу в реальной действительности и задача науки — найти эти основы. В приложении к проблеме фольклорного отображения аномальных явлений эти мысли В.Я. Проппа пока не получили должного развития в отечественной фольклористике. Правда, справедливости ради следует сказать, что и в нашей стране нашлись исследователи, изучающие проблему соотношения фольклора и аномальных явлений. Это — М.М. Агрест из Сухуми, москвичи М.Г. Быкова и А.К. Прийма, минчании В.К. Зайцев, С.С. Соловьев из Прибалтики и ряд других. Мне импонирует профессионально аргументированное мнение И.С. Лисевича, высказанное им на страницах второго номера журнала «Советская этнография» за 1976 год: «…время приносит все новые доказательства того, что фантазия мифов, сказаний и легенд питалась соками действительности, что у самых их истоков стояло нечто вполне конкретное и реальное».

С другой стороны, несколько позднее, в том же журнале была опубликована статья В.И. Санарова из Новосибирска, озаглавленная «НЛО и энлонавты в свете фольклористики» («Советская этнография», 1979, ? 2). В.И. Санаров пришел к выводу, что «…рассказы о НЛО и энлонавтах — это действительно типичные былички, тесно связанные с народными поверьями», что в современных условиях"… быличка полностью сохранила свою форму? поменялись ее «герои»: на место устаревших чертей и леших с телегами и тарантасами пришли энлонавты с их «летающими тарелками», или НЛО».

Как же В.И. Санаров пришел к такому выводу? В начале своей статьи он пишет, что не будет рассматривать «вопрос о реальности самих НЛО», что его будет интересовать «лишь повествовательная сторона с точки зрения фольклористики, т.е. устные рассказы о НЛО и энлонавтах как таковые». Он справедливо замечает, что проблема НЛО «имеет к фольклору самое непосредственное отношение, поскольку большинство сведений об НЛО основано на устных рассказах очевидцев». Позволительно спросить: очевидцев чего? Ведь вопрос о реальности НЛО В.И. Санаров не рассматривает! Вместе с тем он отмечает, что «зарегистрировано несколько сот тысяч рассказов о наблюдении НЛО». Здесь В.И. Санаров точен в передаче своей мысли: он говорит про рассказы о наблюдении НЛО, : а не о самих наблюдениях НЛО.

Таким образом В.И. Санаров весьма точно очерчивает предмет своего исследования: рассказы о наблюдениях за НЛО, именно рассказы! И тем самым оказывается в плену навязанной самим себе схемы. А дальше все пошло по общеизвестным канонам фольклористики, традиционно признающей, что в фольклорных жанрах могут отражаться лишь элементы исторической и этнографической действительности. Отказываясь рассматривать вопрос о реальности НЛО, В.И. Санаров тем .самым автоматически предрешает главный вывод своей статьи: все рассказы о НЛО и энлонавтах — «типичные былички».

А что такое былички? Э.В. Померанцева в книге «Мифологические персонажи в русском фольклоре» (Москва? 1975 г.) определяет былички как «рассказы о столкновении человека с потусторонним миром, рассказы не только о чемто необыкновенном, но необъяснимом и страшном». Но ведь в сознании многих феномены НЛО и полтергейста связаны с потусторонним миром, а сами явления нельзя не признать необыкновенными, необъяснимыми и страшными. По этим причинам значительно проще объявить эти явления несуществующими, нежели исследовать те весьма необычные проблемы, которые они перед нами ставят. Позиция тех, кто так поступает, напоминает поведение страуса, прячущего голову под собственное крыло при виде опасности.

Но в чем же видится опасность теми, кто органически не приемлет реальности аномальных явлений? Да в том? что признание этой необычной реальности резко ломает их устоявшиеся представления о действительности! А это и в самом деле страшно. Читатель, надеюсь, еще не забыл семьи из одного южного города, с описания мытарств которой я начал эту статью. Там, в этой семье, во избежание болезненной ломки сложившихся представлений о возможном и невозможном дошли до взаимных обвинений в колдовстве. То есть нашлитаки «стрелочника», «козла отпущения». Думается, что и в основе вывода, что все рассказы о НЛО и энлонавтах представляют собой былички — своего рода «поэтические небывальщины», могла лежать та же самая причина — неосознанная боязнь ломки своего мировоззрения. Здесь быличка, возможно, и выступает в роли своеобразного аналога, как бы заменителя того же самого «стрелочника». Ведь фольклористы предпочитают не рассматривать вопрос о реальности НЛО и полтергейстов, других аномальных явлений. Тем более их нельзя заподозрить в вере и в колдовство, и в нечистую саду. Что же остается? Профессионально обосновываемая убежденность в том, что в основе быличек лежат «вымысел, небывалое, фантастика». Подобная убежденность — ках бы психологический аналог того, что лежит в основе настойчивого, зачастую непреодолимого стремления «не слишком просвещенного человека» к поиску «стрелочника» — в лице то ли зловредной колдуньи, то ли различных персонажей народной демонологии. Реализовавшись, оно? это стремление, во всех трех случаях — безотносительно к тому, что признано «козлом отпущения»: колдунья, быличка в ее традиционном фольклористском истолковании? тот или иной персонаж народной демонологии —исправно служит своему предназначению, давая «правдоподобное»? то есть непротиворечивое в сознании тех, кто его выдвинул, «объяснение» аномальных проявлений — будь то НЛО с их энлонавтами, полтергейст, лохнесское чудовище, «снежный человек» или чтонибудь еще.

Фольклористы, возможно, упрекнут меня в том, что все рассказанные здесь мною случаи полтергейста — «типичные былички». Что ж, я не обижусь и отнесусь к ним с пониманием и должным сочувствием. В ответ я заявлю? основываясь на проделанной мною работе, что далеко не все былички и бывальщины покоятся на вымысле. В основе некоторых из них лежат реальные аномальные явления? в частности — полтергейст.

<p>Н. ЛОПАТЕНКО. ХИЛЕРЫ: НА ГРАНИ НЕПОСТИЖИМОГО

В 1939 году в одной из краснодарских научных лабораторий произошло событие, значение которого в ту пору не было должным образом оценено, что вполне естественно? не только в СССР, но и на Западе.

Завершив нелегкий цикл научных изысканий, супруги Валентина и Семен Кирлианы создали и заставили работать электронный аппарат, способный не только улавливать, но и фиксировать на пленку энергетическое поле живых существ. Камера Кирлиана открыла дверь в новый? удивительный мир исследований. Сделанные с ее помощью снимки красноречиво свидетельствовали: в природе существует целый ряд минералов, излучающих «флюиды» энергии. Но то были только подступы к главному…

Коща были проявлены снимки живых существ растительного и животного происхождения, выяснилось, что каждое из них обладает своим энергетическим полем, и сила его впрямую зависит оттого, какую ступень эволюции это существо занимает. Когда настал черед заняться аномальными явлениями в живых организмах, последовало новое открытие: всякий раз существование таких аномалий подтверждалось особенно активными выбросами энергии, и активность эта была напрямую связана с внутренним состоянием организма. Находится он в покое — об этом тут же сообщает меньший выброс энергии; сконцентрировался на чемто, напрягся — увеличивается и энергетическое поле. Но и на этом не прервалась цепь открытий — поистине очевидных и… невероятных, коща исследователи направили камеру на людей, страдающих определенными физическими недостатками. Отсутствующая у человека рука или нога столь отчетливо проявлялась в отснятом энергетическом поле, как будто и в самом деле существовала. Так было найдено и обосновано физическое истолкование природы фантомных болей, ведь давно уже было известно, что люди нередко жалуются на ощущение покалывания, рези, других неприятных ощущений в ампутированной руке или ноге. Этот энергетический спектр был назван полем, формирующим структуру формы, а излучаемая им энергия — оиоплазматической. Далее выяснилось, что поле, формирующее структуру формы, со временем идет на убыль вплоть до полного исчезновения — именно там, ще кощато появился «призрак» несуществующей конечности. То же происходит и с мертвыми организмами.

Камерой Кирлиана занялись всерьез, и наконец она смогла заглянуть в самые сокровенные глубины организма; появившийся к тому времени мето^ цветной фотографии превратился в важное средство диажостики. Пораженные болезнью зоны проявлялись на снимках в темных, непрозрачных цветах, их появление сопровождалось рваными клочковатыми потоками энергии, к тому же потоки эти были явно ослаблены. Новая теория родилась на основе анализа цвета и объема излучения различных участков тела. Считавшиеся до тех пор легендарными чакры — так в восточных сказаниях принято называть энергетические узлы, которые играют огромную роль в человеческом общении, — наконец оказались на виду, раскрывая перед изумленными исследователями век) иерархию своей энергоструктуры.

Да, открытие это не нашло в свое время достойного отклика даже на Западе, обычно чутко воспринимающем новейшую информацию. Европейская медицина стала к тому времени слишком ортодоксальным материалистом? чрезмерно заземленным для того, чтобы пойти по пути чисто энергетического исследования возможностей исцеления.

Тем временем с Востока стали приходить новые сведения: там нашлись смельчаки, всерьез занявшиеся акупунктурой. Их коллегиевропейцы недоверчиво покачивали головами — что они там, с ума посходили? Носятся с какимито иголками, будто в них — панацея от всех напастей… Это походило на шарлатанство. А новости продолжали поступать: сначала будто бы выяснилось, что этими самыми иглами можно блокировать или? наоборот, встряхнуть основательно нервную систему. Потом — что они являются и прекрасным обезболивающим средством, и, выходит, операции можно теперь проводить без химического наркоза, а это уже коечто! И, наконец? грянула новость, повергшая в смятение всех, кто полагал? будто все до единого пути сообщения нервной системы давно нанесены на карту человеческого организма, и дальнейшие открытия в этой области — ересь. Выяснилось? что весь эффект иглоукалывания строится совершенно на иных координатах, где располагается широкая сеть энергетических узлов и каналов; воочию убедиться в их существовании нельзя, а вот отыскать с помощью сверхчувствительной электронной аппаратуры — дело? как говорится, техники.

Спрос рождает предложение — и Китай начал экспортировать детекторы, которые, словно миноискатели, обнаруживали пораженные участки организма. Помещенные в ушную раковину, они издавали легкое жужжание — это и было знаком тревоги* к тому времени было уже установлено, что рисунок раковины — это как бы слепок человеческого плода, развивающегося в материнской утробе, где каждой точке соответствует определенный орган, а каждый орган посвоему жалуется на недомогание…

<p>ШОКОВАЯ МЕДИЦИНА

Западная медицина наконец избавилась от бациллы неверия, и с помощью Востока стала понемногу освобождаться от жесткого панциря излишнего прагматизма, но еще не настолько глубоко вникла в суть предмета, а именно — в этику и метафизику медицины. Как полагают на Востоке, здоровье есть результат гармонической связи внутреннего и внешнего мира

— и напротив: хвори, донимающие тело, происходят от надломленности духа человеческого. Роль духовного начала извечно состоит в том лишь, чтобы неустанно вносить гармонию, уравновешенность в общении человека с внешней средой, в познании им самого себя, своего назначения. Дух восстает, лишь когда иного выхода уже нет, — так гласят постулаты восточных врачевателей.

Напротив, на Западе искусство исцеления буквально напичкано военной терминологией. Врач здесь — солдат? его назначение — воевать, а поле битвы — беззащитное тело пациента. Но один в поле не воин, и в схватку с болезнью вступают целые подразделения высокотоксичных медикаментов. Стрельба ведется по верхам: редко когда удается вырвать недуг с корнем. Обычно, пережив серьезный шок от химических препаратов, организм пытается сам восстановить свои силы… А где их взять?

А ведь в совсем недавние еще времена, коща наша медицина, казалось, и не помышляла о высотах нынешней технологии, и далеко ей было до дегуманизации нашей эпохи, в те времена старый добрый семейный доктор был желанным — и слава богу, не слишком частым — гостем своего пациента. Одним присутствием своим, неторопливой беседой за чашкой чая внушал он доверие, укреплял дух, чем в немалой степени способствовал выздоровлению. Случалось обыкновенное домашнее чудо — чудо веры в знания, опыт, в саму личность врача, и оно во много крат усиливало действенность простеньких медицинских препаратов.

Известно, что колдуны, маги и чародеи и по сию пору — живые идолы для своих соплеменников, представителей так называемых примитивных народов. Совершенно очевидно и то, что лечат они нередко куда более эффективно, чем самые изощренные и весьма дорогостоящие средства, которые по карману лишь достаточно развитым странам мира. Не единожды предпринимались попытки объяснить, подвести солидную теоретическую базу под поразительные успехи пещерных практиков — всякий раз оезуспешно.

Знатоки разводят руками: ну, лечат — и все тут… Древние инки, ацтеки и майя проводили весьма сложные операции — чего стоит одна трепанация черепа! — пользуясь лишь остро отточенными каменными ножами? и ведь всякий раз обходилось без асепсии, без осложнений: об этом свидетельствуют останки доживших до благополучной старости их пациентов. Как ни в чем не бывало срастались кости, затягивались шрамы, восстанавливались мышечная и кожная ткани. Да и сегодня гдето там, в затерянных уголках страны «третьего мира^ пестуют своих пациентов, врачуют их, оперируют отнюдь не дипломированные медики, даже не практиканты, а — неловко и говорить — невежественные, темные люди, наделенные? однако, необычайным запасом духовной силы, и запас этот, заметьте, расходуется лишь во благо ближнему, и безоглядная вера в силу исцеления духом довершает чудо: болезнь не отступает, а изничтожается с корнем. Навсеща.

<p>ДЕЛО АРИГО: ОТ ЗАТОЧЕНИЯ — К ПРИЗНАНИЮ

Родился он 18 октября 1921 года. 11 января 1971 года погиб в автокатастрофе. Он заранее объявил точную дату своей смерти, и никто из друзей не удивился, узнав, что мрачное это предсказание сбылось день в день. С 1948 года он начал практиковать — оперировал всех, кто, по его мнению, в этом нуждался. Диагнозы ставил безошибочно. Правда? порой все обходилось и без хирургического вмешательства — и в этом случае лечение протекало успешно. Все удачи свои — а неудач, повторяем, не было — объяснял очень просто: что нужно сделать, какой дать рецепт, всякий раз ему подсказывали звездные, астральные эскулапы. Его операции, как и курс лечения, потрясали воображение и видавших виды специалистов.

Хосе Педро де Фреитес, известный больше среди поклонников его необычайного таланта по кличке Зе Ариго? жил в небольшом бразильском городке Конгонас Ду Кампу, в штате Минас Жераис. Туда и съезжались люди со всех концов света, чтобы избавиться от неизлечимых недугов. Как и водится в наше время, слава его докатилась не только до них, но и до прессы, страдающей лишь одним недомоганием — скажем так, излишней любознательностью. Здесьто и обрел Зе Ариго не только друзей, ной опасных недругов. Медицинская ассоциация и Районный совет врачей взяли сторону противников Зе Ариго, и, солидно организовав кампанию его травли, добились своего? упрятав Зе Ариго за решетку в 1958 году. Правда, Жуселину Кубичек — в ту пору президент страны — специальным указом немедленно вызволил его из тюрьмы? мотивируя это тем, что именно Зе Ариго вылечил его дочь от рака, когда светилы науки уже вынесли ей смертный приговор. Сам по образованию врач, Кубичек честно признал, что не в силах объяснить механизм исцеления смертельно больной дочери, но разве так уж важно всякому чуду навешивать бирку? Господь Бог наделил доброго человека высоким даром — будьте же благодарны им обоим за это!

Президентским декретом Зе Ариго разрешалось врачевать без какихлибо помех в течение десяти лет. Едва истек этот срок, он опять оказался в тюремной камере… Но это случилось всетаки через десять лет, необычайно насышенных неустанным трудом по спасению больных. В день он принимал сотни пациентов, не зная устали, не делая пауз. Оперировал чаще всего в состоянии транса, используя при этом первый попавшийся под руку режуший инструмент. Ковырялся в ране, чтото связывая, чтото отрезая, удалял опухоли, заговаривал кровь. Осталось немало любительских и вполне профессиональных рисунков? запечатлевших все стадии рубцевания ран — шрам зарастал в считанные минуты. Иногда — часы.

Иначе как чудесным исцелением такое и не назовешь — выйдя из его дома, паралитики, случалось, пускались в пляс… Правда, в особо сложных случаях, не рискуя, просто своим ходом отправлялись по своим делам как ни в чем не бывало. Глухие от рождения обретали мир звуков; Зе Ариго проделывал тончайшие операции на глазной сетчатке, простейшими лечебными препаратами лечил хронические заболевания. Нередко его операции наблюдали известные врачи. Все, что ему нужно было — нож (для разрезания бумаги ли, перочинный — неважно)? чтобы сделать надрез… едва коснувшись лезвием кожи. При этом пациентов он не усыплял, не держал под наркозом, но, находясь в доброй памяти, абсолютно контролируя ситуацию, они как один все утверждали, что не чувствуют никакой боли.

Терпение специалистов наконец лопнуло, и в 1968 году была создана специальная комиссия, состоявшая в основном из североамериканских «сверил», специализировавшихся в самых разных областях медицины. Часть их командировала НАСА, другие представляли интересы самых престижных университетов CULA. Комиссия в полном составе изучала методы Ариго в течение 17 дней, и за это время получила уникальную возможность пронаблюдать 100 (!) операций, на которых Ариго орудовал разве что не кухонным ножом. Записали его диагнозы — включая и те, которые Ариго давал по телефону. Опробовали рекомендованные им таблетки, снадобья, порошки, тщательно исследовали результаты всех операций. Делали обычные снимки, проводили инфракрасную съемку и, конечно, подвергли своего подопечного самому тщательному допросу. Но на все вопросы, увы, был всего один ответ: «Лечу вовсе не я, Бог это делает моими руками».

24 июля 1968 года комиссия собралась в РиодеЖанейро, в зале Музея современного искусства, и устами профессора Генри Андриха Пукарича был вынесен вердикт: Ариго —это ходячий вызов современной науке, это настоящая «Терра инкогнита» для медицины. Комиссия твердо (можно только вообразить, чего это ей стоило) настояла на однозначном выводе: Зе Ариго ни разу не ошибся ни в постановке диагноза, ни в избранной им методике лечения. Было решено: комиссия остается в Бразилии еще на пять лет, чтобы возможно подробнее ознакомиться с практикой последователей чудоврачевателя. Но этот лестный титул не спас Зе Ариго, не помогли ходатайства его высоких покровителей, включая и самого Генри Пухарича: вскоре он снова оказался в тюрьме. Ариго стойко принял этот удар судьбы, и в тюремной камере продолжая лечить. Жить ему оставалось три года — и он спешил делать людям добро.

<p>ФИЛИППИНСКИЙ «ПОТОП»

В семидесятые годы мир облетела весть: на Филиппинах творятся чудеса, местные врачи лечат абсолютно все. Несомненно, на этом тихоокеанском острове и в былыб времена, да и ныне живут люди, чье искусство врачевать обескураживает и самых смелых специалистов, но коммерческий бум, который устроили заезжие толстосумы из США, принес куда больше вреда, — чем пользы. К славе? которой уже были овеяны такие имена, как Алекс Орбито? Тони Аглаоа, Макатао, примазалось несметное число шарлатанов, нечистых на руку дельцов, фокусников, ловкачей. И все смешалось на Филиппинах… Словно грибы после обильного ливня, повсюду вырастали лавчонки, лавочки, лавки, сбивались в картели любители легкой наживы и, оставив свои визитки в фешенебельных отелях и бюро по туризму, приготовились в ожидании наплыва простаков. И они не заставили себя ждать. Это было настоящее долларовое наводнение — человек приезжал, едва нс с порога раскошеливался и, глядишь, уже собирался обратно? полный иллюзий о мнимом выздоровлении, а на его место заступал еще один, и еще, и еще… Вторая волна имела уже несколько иной оттенок: она выбросила на филиппинский берег потоки жалоб, угроз, судебных исков, заводились уголовные дела, когото спешно разыскивали? ктото ударился в бега… И аферы, аферы, аферы. Грязная волна полулегального бизнеса накрыла собой все, что творили добрые руки истинных целителей.

А стяжатели тем временем набили руку: случались среди них и такие, что могли оперировать, не пользуясь никаким инструментом — голыми руками извлекали больные, гниющие внутренности; правда, случались промашки — и тогда в урну летели совершенно здоровые органы… Но дельцы попроще не мудрствуя лукаво брались за нож — вот коща началась настоящая бойня: пациентов пачками отправляли в мир иной без всяких надежд на улучшение, и притом в сроки, пригодные лишь для того? чтобы сочинить первую строчку эпитафии, не более. Но это никого особенно не смущало: и впрямь выходило совсем как у «помощников смерти» на цивилизованном Западе. Вся разница — в благоустройстве операционной… ну еще? пожалуй, в элегантности манер и костюмов. Концовка дел тех и других «специалистов» была одной. Как, впрочем? и подоплека: бизнес есть бизнес.

В итоге «филиппинское наводнение» резко пошло на убыль, оставляя в душах людей, чудом избежавших насильственой смерти, лишь ужас и недоверие… Да, очень немногие теперь отваживаются на столь рискованное путешествие — как, в самом деле, отличишь истину от подделки, если и лучшие из врачевателей не могут представить вам диплом или хотя бы справку?.. Наверное? поэтому, пройдя сквозь тесный строй рекомендаций, они сами стали разъезжать по белу свету, следуя приглашениям пациентов. В таких случаях курс лечения они проводят гденибудь в наспех сколоченном сарае, подальше от любопытных глаз представителей властей и уж тем паче

— журналистов. Хотя некоторые из филиппинцев разрешают присутствовать на операциях всем желающим? но обычно это опятьтаки люди из круга пациента. Единственный инструмент врача — его руки. Надрез делается пальцами. Ими же извлекаются опухоли, изношенные внутренности, ими же закрывается рана. Рубец появляется через несколько минут. Иноща — часов. Здесь все, как у Зе Ариго. Никаких болей, инфекция исключена.

<p>ПАЧИТА, ВРАЧЕВАТЕЛЬ МЕКСИКИ

Ее звали Барбара Герреро Салас, и умерла она 20 апреля 1979 года в Мехико, коща ей исполнилось 79 лет. Врачевала до последнего дня. Теперь уже внук продолжает ее дело.

Возможно, она была самой даровитой искусницей в этом деле. Но главное, ей никто никогда не мешал, и во многом поэтому Пачита сумела осуществить операции, от которых у свидетелей голова шла кругом. Но те, кто видел? как Пачита пересаживала в тело больного органы и кости животных, рассказывают об этом шепотом, не без оснований полагая, что среди невольных слушателей найдутся и такие, что сочтут их за сумасшедших. Но существуют материалы — записи, рисунки и даже фотографии, подтверждающие все это. В одном Пачита не избегла участи Зе Ариго — она тоже стала в свое время объектом ученых исследований. Особенно ею заинтересовались американские и советские специалисты. Последние, кстати, делали ей весьма соблазнительные предложения, лишь бы заманить ее в Россию. Известно, что родина старых марксистов стоит сейчас во главе мировых исследований паранормальных явлений: наука «пси» служит ведь и военным целям.

Ни один из специалистов и здесь не обнаружил и следа подвоха, ни тени мошенничества: Пачита все делала безупречно и… совершенно непонятно, каким образом это ей удавалось. Немало было написано на эту тему научных докладов, созвано ученых советов, но, похоже, воз и ныне там: да и ще ему быть, если язык современной науки не настолько богат и демократичен, чтобы найти адекватные выражения тому, что отказываются видеть глаза? Если и среди светлых голов все еще популярно лукавое резюме «Этого не может быть, потому что не может быть никогда».

Пачита оперировала одним и тем же старым, ржавым ножом. Длина лезвия

— около 30 сантиметров. Обычно ей ассистировали, и среди помощников случались настоящие врачи, чаще всего — парапсихологи. Эти люди все вместе как бы объединяли в единое целое энергию своих биополей. Аргентинский исследователь парапсихологии Педро Романюк побывал на 30 операциях. И, по его словам, всякий раз, попав в мощное биополе, всей кожей «ощущал присутствие представителей внеземных цивилизаций». Порой Пачита работала в кромешной тьме, иногда, напротив, при сильном освещении. Но ни разу, сколько ее ии расспрашивали, она не могла толком объяснить, чем диктовалось то или иное ее решение. Так же, как и Зе Ариго, Пачита ощущала себя лишь посредником иной, высшей воли. Звала она эту волю Каутемок — по имени последнего императора ацтеков, с которым расправились испанские конкистадоры, принеся его в жертву своему богу. Каутемок, и еще целая когорта древних врачевателей — вот чьи тени стали источниками той силы, которую, по словам Пачиты, она вкладывала в свой нож.

Во время операции пациенты как бы впадали в легкую спячку, иногда безмятежные засыпали; другие бодрствовали, не ощущая никаких неудобств, не говоря уж о боли. Пачита пользовалась ватой и алкоголем. Вот легкое прикосновение лезвия — и на теле появляется глубокий надрез. И теми же руками, которыми она только что мыла посуду, с грязными ногтями, с кольцами? унизавшими пальцы, Пачита запросто начинала копошиться во внутренностях, извлекая плотные, темные куски зловонной опухоли и складывая их в сторонку. Извлеченная ткань тут же самовозгоралась, сублимировала без остатка. Для трансплантации она использовала органы молодого ягненка или его измельченные кости. И буквально на глазах изношенные позвонки обретали былую гибкость, пересаженные органы обретали совершенно человеческий вид… Да, здесь было отчего усомниться в реальности происходящего. Это был процесс необъяснимого энергетического преобразования, хотя, конечно, недостатка в различных теориях не было: возникали и сменяли друг друга термины — органическая энергия, нейтронная энергия, материализация, дематериализация…

Пачита оперировала всего два раза в неделю. Делала до 80 операций в день, и завершала его без малейших признаков усталости. Остальные дни консультировала, а то и просто одним лишь молчаливым своим присутствием расправлялась с не слишком серьезным недомоганием. И все же большая часть ее пациентов в мире цивилизованной медицины считалась «отработанным материалом» — речь шла лишь о сроках неминуемого конца. Существует целая книга записей, их сделали американские врачи, отправлявшие ей своих пациентов как к последней надежде на какойто успех. Каждая такая запись заканчивается лаконичным: «Полное выздоровление…» Надо признать, что профессионалы в США применяют к своим неученым коллегам куда более демократичные критерии, чем европейские специалисты.

Многое здесь непонятно, необъяснимо, но оно — есть? и от этого никуда не денешься. Чего стоит, к примеру? история с попытками снять на пленку операции Пачиты. Долгое время она как бы не замечала потуг операторов, и все их усилия пропали даром: пленка неизменно оказывалась засвеченной. Лишь однажды она сама дала разрешение на съемку, и только благодаря этому появились фотографии. Да, Пачита лишь однажды разрешила это сделать, за 2^ дней до своей кончины.

Завернутые в простыни, прооперированные ложились прямо на подстеленные на пол газеты. Через пару часов многие из них покидали дом Пачиты, не испытывая никакой надобности в провожатых. Но были такие, кому было еще трудно в одиночку добраться до дома. Им, как правило, приходится еще отлеживаться дватри дня, но уже в родных стенах. И ни разу — ни единого случая инфекционного заражения, никаких осложнений. Шрамы рассасываются бесследно.

История загадочного племени врачевателей не заканчивается на Пачите. Возможно, она, как и Зе Ариго, была в этом деле пионером конца нащего века. То, что делали они, что продолжают их последователи, не укладывается в теории и догмы науки, лишенной духовности. Кстати? на религиозной земле Бразилии то и дело появляются личности, мало в чем уступающие своему знаменитому земляку. К°йрос — один из них, и заметьте

— он уже создает свою школу без помех со стороны властей. Опыт — цена великих проб и ошибок… Возможно, появятся иные теории, откроется дверь новой науке, лишенной материалистическ^ предрассудков, и в зарождающейся эпохе она верой и правдой послужит новому человеку. Верой. И — правдой. Материализм и технократия — вот два рычага? подтолкнувших нас к самому краю ядерной пропасти. И не так уж глупо верить, что веяния возрождения станут исходить от истерзанного, полузатопленного корабля «третьего мира», от зреющей Индии, от бурлящей Африки, от пробуждающейся в муках рождения Латинской Америки. Речь идет ведь не об исключениях — напротив, о прочном, полном взаимного доверия и приязни объединении. Наука просто обязана быть универсальной, всеобъемлющей, воистину планетарной. А для этого она должна вместить в себя все бесспорные достижения Запада, и глубочайшую мудрость Востока, и мистический прагматизм «третьего мира». Другого ей не дано.

<p>СВИДЕТЕЛЬСТВО

Аннет Лесли — гражданка США, сейчас проживает в Бузнос— Айресе. : Пачита прооперировала ее в 1973 году с превосходным результатом. Она ^ рассказала о том, что с ней произошло на страницах испанского журнала «Масайя».

«Впервые я узнала о Пачите 16 августа 1973 года — в этот день мне довелось видеть ее за операцией. То, что она делала, меня так напугало, что со мной едва не случился нервный шок, от которого спасла меня… Пачита. Тому свидетель — моя подруга, медсестра Дора. Ночью мне приснилась предстоящая операция. 22 августа меня прооперировали, и в ту ночь я почувствовала себя необычайно спокойной, исполненной глубокой веры, потому что уже знала, что все это — мне во благо. Ассистенты Пачиты меня заранее предупредили, чтобы перед уходом на операцию все вещи в номере были расположены максимально удобно, потому что потом сил не хватит их перетаскивать с места на место. Я прихватила с собой бутылку спиртного? вату, простыню, пояс, и вместе с сыном пришла в дом Пачиты на три часа раньше условленного срока. И там настало такое ощущение, будто меня прямо с порога стали готовить к операции, и я почувствовала необычайный прилив бодрости.

Когда наступил наконец мой черед, Пачита уложила меня на кровать и, взяв нож, сделала надрез сантиметров в семь длиной прямо над позвоночником, недалко от бедра? и извлекла оттуда небольшую опухоль. То же самое она проделала и чуть ниже затылка — там тоже, оказывается) была такая же опухоль.

Мягко уговаривая меня, что надо бы уснуть, она сделала еще один надрез над позвоночником, но уже длиной сантиметров тридцать, так что кровь хлещет как из ведра. И показалось мне, что Пачита одним рывком извлекла на свет божий весь позвоночный столб. Я даже не услышала — скорее, почувствовала, как Пачита просит помощников зажать края раны, но никакой боли при этом не испытала. Дора и сын стояли рядом и видели все.

Пачита стала рукояткой ножа вбивать новые позвонки на место старых — лишенные кальция, изъеденные солью. Вот когда я почувствовала настоящую боль. А вот шейный позвонок Пачита уже не вбивала, а просто поставила на место изношенного, слегка надавив руками.

Странно, потом она позвала меня по имени, хотя я до сих пор не называла себя. Дора и сын и словом с ней не перемолвились.

Кровь страшно запачкала простыню. Но когда на нее стали лить спиртное, то оно испарилось, даже не коснувшись ткани ни единой каплей. То же самое произошло и с какойто жидкостью, белой, как молоко. Рана уже закрылась, ее всю обложили ватой и стянули ремнем. Потом уложили меня на пол, где я и провела около часа. Помню? как сильно билось сердце.

Потом меняс ложечки угостили кофе, помогли одеться? и весь следующий день я провела в отеле. Вечером рана на затылке немного закровоточила, но утром я всетаки приняла ванну, и сняла тампоны. Под ними едва заметны были шрамы — у бедра и затылка. Вечером стало намного лучше, я снова зашла к Пачите, и она упрекнула меня за то, что так рано решила избавиться от тампонов: ведь они? объяснила Пачита, помогают астральным существам «вести» меня дальше к полному выздоровлению.

Между тем, спина моя вдруг ощутила поистине юную гибкость, и мне доставляло несказанное удовольствие держаться прямо, — впервые за много лет. Более того, я начала испытывать в этом настоятельную потребность? будто ктото раз и навсегда запретил мне горбиться.

Глубокий покой разлился по всему моему существу, и не покидал меня еще три недели, пока не исчезли шрамы.

Мой персональный врач, доктор Фуш, освидетельствовал резкое улучшение состояния позвоночника (как никто, Фуш знал, в каком состоянии он пребывал совсем недавно), и сказал, что уже нет и самой причины, вызвавшей его болезнь, грозившую самым тяжелым исходом. Пачита полностью заменила мне три позвонка, удалив обе злокачественные опухоли…

Когда Хуан и Дора уже собирали меня в дорогу, в отель? рядом оказался аргентинский певец Лео Дан, которому Пачита полностью восстановила напрочь утраченную было роскошную шевелюру.

<p>А. ГЛАЗУНОВ. ЧЕЛОВЕК? КОТОРЫЙ СПАСЕТ МИР

Она уходила не оборачиваясь, маленькая, хрупкая и изящная женщина. Но мнето было известно, каким на самом деле сильйым и стойким человеком была Линда. И необычным. Теперь я знал о ней многое, но меня не покидало чувство, что самого главного о Линде я так и не узнал. И не потому, что она не пожелала открыться, нет. Просто этого главного и важного о себе Линда не знала и сама. История ее еще недолгой жизни, рассказанная ею сначала в письмах, а потом и при встрече, настолько фантастична? что я решил изменить ее имя и не указывать фамилии. Но то, что рассказ Линды не выдуман, я уверен, как и в том, что он еще не окончен.

<p>КРЕЩЕНИЕ

«Все началось с 1 января 1983 года. Я училась тогда на 4 курсе ветеринарного техникума. Поздно вечером писала конспект, а когда подняла голову, то увидела в комнате незнакомую женщину. Она стояла рядом, у стола? вся в черном. Лицо спокойное, а смотрит на меня с жалостью. „Бедная моя доченька, — негромко произнесла женщина, — горе тебя ожидает большое, готовься“. Кто вы?» — спрашиваю. «Твоя мать». У меня спина аж мурашками покрылась. Мать моя умерла при родах, я ее никоща не видела, даже фотографии не сохранилось. А женщина снимает с себя крестик и вешает мне на шею. «Носи его всегда», — говорит, погладила меня по голове и исчезла. Я вскочила, бросилась к двери, ведь помню? что запирала на ключ и засов задвинула. Так и есть. Привиделось все? Но тепло ее руки я до сих пор ощущаю…» — Хотите чаю? Конфеты есть… Так начался наш первый разговор с Линдой в комнате институтского общежития, ще она жила во время сдачи сессии. Первое знакомство с человеком, о котором я знал по письмам, как мне казалось, предостаточно. И возникшее сразу недоверие к тому, что Линда мне писала о себе.

И разочарование. И недоумение. Все эти чувства разом нахлынули на меня и выбили из колеи. Я даже сначала не понял, почему вдруг возникло у меня такое отношение к женщине, по виду больше напоминавшей школьницу. Гораздо позже до меня дошло: ту жизнь, которую описала Линда, она просто не могла прожить, физически бы не смогла вынести испытания, обрушившиеся на ее хрупкие? в прямом смысле, плечи — горе, жестокость и несправедливость. Может, поэтому я и представлял ее другой.

Несколько дней спустя я все же не выдержал и поинтересовался у Линды, откуда у нее оказалось столько сил? чтобы не только перебороть все невзгоды, но и сохранить душевность, доброту, уверенность в себе и веру к людям? Она ответила очень серьезно: — Мне помогал Бог!

Поразному можно отнестись к этим словам. Можно осудить, посмеяться, остаться равнодушным, наконец. Но меня они заставили задуматься. Не зря в Евангелие от Матфея сказано: «Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое, будь то в словах, будь то в деяниях». Линда с детства пила из доброго источника, если можно так выразиться. Очевидно, я никогда бы об этом и не узнал, если бы однажды с упреком не сказал ей, зачем она так много курит.

— На меня курение не действует, — засмеялась Линда. — Кстати, курю я не так уж и часто. Но мне это просто необходимо для здоровья…

Я подумал, что это шутка. Своим слабостям и привычкам мы всегда ищем оправдания, а если их нет, то отшучиваемся. Но я ошибся. Однако безобидное замечание о вреде курения позволило мне узнать то, о чем я никогда бы не догадался спросить. Зато теперь я могу сказать, что странности в жизни Линды начались отнюдь не 1 января 1983 года, а гораздо раньше.

Линда росла без матери, поэтому очень любила отца — художника, который частенько уезжал из дома на заработки. Тогда они жили в Ворошиловградской области. В память пятилетней Линды врезалась больница для инфекционных больных, вернее, высокий некрашенный заоор вокруг, за которым находились больные проказой? сифилисом, гепатитом, туберкулезом… А спустя год за этим забором оказалась и Линда. Ее привезла «скорая» с диагнозом «болезнь Боткина» — температура под сорок? суставы ломило, кожа желтая, отечность, боли в печени? которая оказалась здорово увеличенной. Лечили Линду жестоко —по 10 уколов в день, но улучшения не наступало. В палате вместе с ней лежал еще мальчик лет четырех, Сережа — худой, как скелет. Он фактически не вставал с постели, а однажды утром Линда не смогла его разбудить. Пришли врачи и унесли Сережу. Нянечка сказала Линде, что он заснул, его заберет теперь мама.

— Не бойся, ты скоро тоже заснешь, — со вздохом проговорила она, — и болеть ничего не будет.

Но Линда и не боялась, так как смерть для нее была довольно отвлеченным понятием. Не знала она и о том? что врачи ее уже приговорили, оставив надежды на выздоровление. Первый месяц Линду еще лечили, второй — лекарств на нее уже не переводили — неизлечима. Оставалось ждать.

После смерти Сережи Линда осталась в палате одна? дверь запирали на ключ — выходить не разрешалось. Поэтому Линда подолгу смотрела в окно, приводняв нижнюю раму — она открывалась легко, — за ним виднелось мрачноватое одноэтажное здание морга. Рядом с ним и забор был пониже, да больные обходили это место стороной.

В один из летних дней Линда также сидела у открытого окна, коща увидела, как через забор перелез парень. Он подбежал к окну, забрался в палату и, приложив палец к губам, чтобы она молчала, спрятался под кровать. Линда и испугаться не успела, потому как заметила, что за окном появился милиционер. — Девочка, ты никого не видела? — Нет, дяденька, — сказала Линда, — и ты уходи быстрей, а то заболеешь…

Она уже была рада такому происшествию и с нетерпением ждала, когда изпод кровати появится парень. Он вылез улыбающийся и, подмигнув ей, шепнул:

— Спасибо. Вот тебе за это гостинчик, — и протянул большой соленый огурец. — Больше ничего у меня нет. Ну, выздоравливай с богом, дочка.

Линда и опомниться не успела, как парень исчез за окном. Соленые огурцы она не любила и никогда не ела? а тут вдруг откусила и — съела весь без остатка. Он ей так понравился, что когда пришла убираться нянечка? Линда ее попросила принести ей соленых огурцов, помидор, картошки, хлеба. То есть то, что категорически запрещали врачи. Нянечка знала — жить Линде осталось недолго, потому и решилась нарушить этот запрет. Соленые огурцы, помидоры, вареную картошку она прятала под платье и тайно проносила в палату. Линда все съедала и не могла насытиться. Спустя неделю она заметила, что у нее уже не кружится голова, когда она нагибалась, но главное — Линда начала худеть, то есть стала спадать отечность, понизилась температура. Она уже сама мыла полы в палате, и когда это увидел врач, он просто не мог придти в себя от изумления. — Ее надо срочно лечить…

Неизвестно, что вышло бы из этого вмешательства врачей, если бы не приехал отец. Он просто взломал дверь палаты и прямо в больничной пижаме увез дочь домой. Отец стал лечить ее сам отваром из какихто трав, который был совершенно без запаха.

А дальше и совсем уже начали происходить чудеса. Вскоре приехал друг отца, врач, который осмотрел Линду и сказал, что организму девочки необходим никотин, ей надо курить. Отец с усмешкой молча протянул дочери сигарету. Линда неумело прикурила, затянулась горьковатым дымом и… даже ни разу не поперхнулась, не кашлянула, будто до этого курила.

Остается лишь гадать, что же стало причиной выздоровления Линды. Оно началось с подаренного ей соленого огурца. В тех местах в соления обязательно добавляют в виде специй лист кедра и каштана. Может, вся суть скрыта ! именно в этом? Кстати, кедр — дерево Линды… '

В те годы Линда была еще мала, чтобы задумываться : над тем, что с ней происходит. Но в память западало проч— ? но. Когда Линде исполнилось одиннадцать лет, с ней слу— ; чилось событие, которое, возможно, во многом определило ^ ее характер, сформировало как личность. ; Линда с ребятами частенько ходила на речку. На бе— 1 регу, неподалеку от того места, где они купались, стояла ; древняя, но действующая церковь. Несколько раз издали ^ Линда видела и седого настоятелябатюшку, как все его называли; тот жил отшельником. Но однажды, когда ре— ^ бята загорали на берегу и о чемто спорили, священник ; незаметно подошел к ним и, обратившись к Линде, сказал:

— Ты очень уж красноречива, дочка, пойдемка я тебе ; коечто покажу…

По дороге он, пристально глядя на Линду, поинтересовался, откуда у нее такой старинный католический кре— ^ стик. Линда рассказала, что этот крест отец берег именно для нее и крестили ее с ним. Но после крещения крестик ; кудато запропастился, сколько его не искали, найти не ' смогли. Тогда дедушка привез ей золотой, на цепочке. Однако, как только Линда повесила его на шею, она стала ( задыхаться, словно ктото душил ее. Линда рванула цепочку и вместе с крестом выбросила ее в окно. Отец тогда очень рассердился — как ты, мол, могла так поступить с подарком — и пошел в сад его искать. А нашел этот старинный католический, который столько времени не могли найти. Но золотой исчез…

Священник ничего на это не сказал. Они вошли в церковь, и батюшка вынес старинную толстую книгу. На обложке ее сверкал золотистый шар, внутри которого горел крест из червонного золота — точно такой же, какой носила Линда.

— Ты должна прочитать эту книгу за три ночи, — негромко проговорил священник. — Не побоишься приходить сюда ночами?

— Нет, — сказал Линда и вздрогнула, представив себе дорогу в темноте через степь до самого моста.

— Приходи около полуночи. На мосту я тебя буду встречать, — словно прочитав ее мысли, произнес батюшка.

И действительно, без четверти двенадцать, коща Линда торопливо подходила к речке, она увидела темный силуэт священника на мосту.

Они молча вошли в церковь, коща батюшка, заметив? как колыхнулись на окнах занавески, вдруг остановился пораженный. Перекрестившись, он повернулся к Линде и сказал:

— Это знамение. Пойдем в алтарь, дочь моя. — А мне можно? — вдруг испугалась она, зная, что это святая святых в церкви. — Тебе можно…

И все же Линда чегото боялась, однако, когда оказалась в алтаре, ей стало легко и хорошо. Это ей запомнилось четко.

Священник повел ее в маленькую комнатку со стенами? сплошь уставленными зеркалами, и даже дверь изнутри была зеркальной. Посреди комнаты стоял небольшой столик, на котором лежала книга с золотистым шаром и крестом на обложке. По углам стола — две свечи в стаканчиках на блюдцах.

Батюшка сказал, что если встать лицом к восходу солнца, то левый угол комнаты, где ты находишься — со стороны сердца — и есть красный угол.

— Запомни, дочь моя, — предупредил он, — если книга откроется тебе, ты ее обязательно прочитаешь. Ну, а нет? значит, не дано. — А вы прочитали ее?

— Нет, — помолчав, со вздохом произнес священник, — книга мне не открылась. Ну) с богом, дочь моя…

Оставшись одна, Линда уселась на единственную табуретку к столу и с волнением открыла книгу, да с такой легкостью, совершенно не ощущая тяжести толстой кожаной обложки. Но текст буквально расплывался перед глазами, буквы сливались. Однако это вскоре прошло, и она начала читать. На первой странице оказалась молитва? которую Линде вдруг захотелось переписать. Она увидела на столе блокнот и ручку, но почемуто не удивилась этому, старательно переписывая слова молитвы. И только закончила — вошел священник.

— На сегодня хватит, дочь моя, уже четыре часа утра? пора идти. Эту молитву тебе придется переписать еще трижды левой рукой. Не сейчас, а когда придет время. Ты это сама почувствуешь. Где бы ты не была, куда бы не поехала — бери молитву с собой, трудно станет — читай…

Линда и это запомнила накрепко, тем более, что вскоре знала молитву наизусть. (Забегая вперед, скажу, что первый раз она переписала молитву через год, второй — коща ей исполнилось 16 лет, третий — в 1990 году.) В течение последующих двух ночей Линда также тайком уходила из дома, добиралась до моста, где ее неизменно ожидал священник, а потом сидела в зеркальной комнате и читала старинную книгу. Днем же попрежнему ходила на реку с мальчишками.

Однажды спускаются они к речке и видят недалеко купающихся вроде бы женщин, а среди них батюшку во всем своем облачении с большим крестом в руках. Линду так и потянуло к нему, но ребята идти отказались. Коща она приблизилась к стоявшему по колено в воде священнику? между ними —откуда только взялся! — трижды пролетел голубь, потом взмыл вверх и закружил над ними. Батюшка окунул крест в воду и на голубя брызнул. Попал. Тот отряхнулся, и Линда ощутила на лице и шее упавшие с него капли воды.

— Ну вот, дочь моя, теперь ты понастоящему окрещенная…

Тоща Линда только удивилась его словам, но вспомнила о них спустя всего лишь несколько дней.

Однажды она поспорила с ребятами, что одна переплывет озеро в полночь. Знала, что на такое никто из них никогда не решился бы. Ведь речь шла о расчищенной части болота, вокруг которого такие страсти рассказывали? что ночью просто оказаться рядом считалось верхом смелости. Договорились, что Линда прыгнет в воду с дамбы? пересечет озеро, а ребята будут ждать ее на противоположном берегу. И ровно в полночь, когда на небе сияла огромная луна, Линда шагнула с дамбы в черную и страшную бездну. Вода оказалась теплой, но ее пробирала дрожь и сердце бешенно колотилось. Она, исступленно работая руками и ногами, поплыла к левадам, к чернеющим за— ; рослям камыша. От них до берега било уже совсем близко. Но когда Линда добралась до камышей, ее вдруг потянуло ко дну. Она отчаянно замахала руками, сопротивляясь той силе, что тащила ее вглубь. Линда хотела уже закричать? но голос пропал. И тоща она вдруг почувствовала холодные прикосновения по бокам, и ктото вынес ее через камыши к берегу — к тому месту, ще находились ребята…

Дома она обнаружила на правом и левом боку по яркому красному пятну в виде ладоней и явно чувствовала сквозивший от них холод. Обо всем случившемся Линда рассказала отцу. Он мрачно выслушал ее, потом погладил по голове и, неожиданно заплакав, попросил туда больше не ходить…

<p>ГРЕХИ НАШИ

«В ту ночь, коща приходила женщина в черном, уснуть я уже не могла. А наутро пришла телеграмма — отец лежит в больнице в очещ: плохом состоянии. В тот же день я уехала к нему. Отец болел давно, но не любил говорить об этом или жаловаться. В больнице я узнала, что у него рак груди, с постели он не встает и дни его сочтены. В палате, ще он лежал, двое умерли, и отец теперь находился один, он никого не хотел видеть, ждал меня. Я только вошла к нему, как он расплакался. „Вылечи меня, — говорит, — ведь ты можешь“. Тоща о его словах я серьезно не задумалась; не удивилась даже, не до этого мне было. Мой отец ведь рода княжеского, после революции его раскулачили. Он был очень умным человеком? знал семь иностранных языков; врач, художник, музыкант — он лечил людей, играл на пианино, аккордеоне? писал музыку и стихи. Но в его поведении много чего было странного. Отец часто ночами молился на непонятном мне языке, плакал, и еще я замечала, как он нередко сам с собой разговаривал. В больнице он мне рассказывал про мою мать, о жизни своей и все повторял: „Я грешен, скоро умру, на мне много крови, кто разделит мои тяжкие грехи…“ Я успокаивала его, говорила, что все его грехи готова взять на себя и отмолить. Отец брал мою руку и плакал…»

Да, отец Линды был довольно загадочной и странной личностью даже для дочери. Таким для нее он и остался. Линда знала о нем и слишком много, и одновременно ничтожно мало. По ее словам, отец был незаконнорожденным сыном одного из великих литовских князей, на окраине Каунаса до некоторого времени стоял их старинный родовой особняк. После раскулачивания отец эмигрировал за границу, жил в Америке, Италии. Во время войны оказался в плену. И хотя вроде бы ему и повезло — в концлагере он работал врачом, — на деле вышло все иначе. Фашисты знали, как сломить человека самой гуманной профессии, и заставляли его пристреливать ослабевших и больных пленных. Откажешься — умрешь сам…

Отец Линды был не только отличным врачом, но и талантливым художником. А однажды случай открыл ей еще одну сторону незаурядных способностей отца. Както за праздничным столом собрались учителя школы. Преподаватель английского языка начал хвастаться, что лучше него никто не может разговаривать поанглийски, кроме? разве, самих англичан. «А если вдруг такой человек нашелся бы?» — спрашивает отец. «Ящик водки бы ему поставил». Тоща отец поднимается и начинает бегло говорить на английском языке. У преподавателя того аж глаза округлились. Затем отец перешел на французский? немецкий, итальянский… До этого момента Линда даже не подозревала, что отец вообще владеет иностранными языками.

Но он бывал страшен, коща пил. А одиннадцатилетней девчонке — особенно. Произошло это в ночь с 12 на 13 января. Линда проснулась оттого, что пьяный отец крушил все в доме, а потом стал ломиться в ее комнату. Испугавшись, она со страху выбила окно и босая, в одной ночной рубашке выскочила на улицу. Куда и зачем бежала, Линда не думала, как и обжигающего снега поначалу не ощущала. И тут увидела идущего ей навстречу седого старика? бросилась к нему. Однако он погладил ее по голове и спокойно произнес:

— Не бойся, все будет хорошо. Пойдем, я отведу тебя домой. — Нет, — закричала Линда, — больше домой я не пойду.

— Ну что ты, все же будет хорошо, — старик взял ее за руку и повел.

В тот момент у Линды лишь мелькнула мысль, что она почемуто совершенно не чувствует холода. Коща они подошли к дому, отец стоял у калитки совершенно трезвый. Неодобрительно взглянув на Линду, сказал:

— Ты что, с ума сошла, простудиться хочешь? Быстро в дом, я кофе сварил.

Линда в нерешительности оглянулась на старика, но рядом никого не было и улица пуста.

На кухне отец налил ей кофе, но она отказалась, с недоумением поносившись на него — ведь знал, что она кофе не пьет.

— Тогда выпей парного молока, — предложил отец. Линда взяла кружку, в которой действительно было парное молоко. И это в три часа ночи! Не удивилась, мысли ее были заняты разбитым окном. Тут же призналась отцу — что теперь, мол, делатьто?

— Какое еще разбитое окно? — воскликнул отец. — Все нормально.

Лин^а срывается с места, вбегает в комнату и, ошарашенная, замирает на месте — окно действительно цело и невредимо. Ей вспомнились слова священника церкви) где она в зеркальной комнате читала книгу. Батюшка говорил? что именно в ночь с 13 на 14 января начинается праздник угнетения и зла молодых ведьм, которым не исполнилось 300 лет. Они слетаются к церквам и грызут замки. Бог опускается на землю к людям ровно в полночь, когда наступает 13 января, а уходит точно через сутки. И тоща вся нечисть слетается к церквам, и несдобровать тому, кто окажется рядом. В это время активизируются и колдуны. (Много лет спустя Линда узнала, что ночью 14 января был жестоко убит кемто и батюшка, и уже на мертвого ему надели ведро на голову.) Седой старик встретился Линде на улице ночью 13 января. Теперь она догадывалась, кто это мог быть, и почему все решилось таким чудесным образом…

Спустя десять лет, 13 января 1983 года, в палате, где умирал отец, Линда поставила елку. Ему было уже совсем плохо, он почти все время молчал. Когда же она собралась уходить, отец вдруг поднялся с постели. Это было настолько неожиданным для нее, что Линда даже не заметила откуда у него в руках оказались шприц и скальпель. А он протянул их дочери и с надрывом произнес:

— Ты родишь сына от второго брака. Запомни, он будет меченым и перевернет весь мир. Ты же станешь лечить людей…

Глаза его погасли, он разом сник, тело его обмякло, и тут, наконец, Линда опомнилась, уложила отца в постель. Вскоре он заснул…

Через неделю ей приснился соц: отец плыл на лодке и играл на аккордеоне. Потом появилась женщина в черном. Она только и сказала:

— Крепись, дочка, тебя ждет много испытаний. Утром Линда узнала, что отец умер. Тело покойного привезли домой и уложили на диван — так просил отец. Всю ночь Линда читала над ним молебен. Состояние ее было жуткое. Она все время слышала тяжелые шаги по комнате, чувствовала, как какаято сила не раз пыталась вырвать у нее из рук книгу, но Линда держала ее крепко. Рев вьюги на улице и раздававшийся чейто смех дополняли эту картину. Временами ее охватывал ужас, но потом исчезал, словно ктото прогонял его.

На второй день после похорон вечером Линда была в комнате одна, когда вдруг увидела отца — он стоял, облокотившись о косяк двери и молча смотрел на нее. Ночью ей снились кошмары. Затем она услышала голос: «Будь проклята, неси этот крест ровно три года. Если выживешь, то вернем твое счастье…»

Линда постоянно думала об отце, и когда становилось совсем невмоготу, очень хотелось его увидеть, он приходил к ней во сне. Ведь именно благодаря отцу Линда всерьез стала заниматься рисованием, музыкой, писала стихи. Некоторые были опубликованы в газете. После смерти отца рисовать бросила. Зато вскоре узнала, что ее стихотворение «Журавли» стало песней — киевский композитор написал на него музыку. И выбор был сделан — она решила поступать в Киевский театральный институт имени Карпенко Карого. Приехав в Киев, нашла того композитора, рассказала о своей мечте стать актрисой театра и кино, и он согласился ей помочь.

Они поехали в институт вместе, но Линда туда не пошла, с волнением ждала его на улице. Она даже не поняла? откуда вдруг появилась рядом цыганка. Пристально взглянула на нее своими пронзительными черными глазами и быстро проговорила:

— Ты, красавица, будешь дважды замужем. От первого мужа дочку родишь, но ее ты потеряешь. От второго — сына, его ты береги. Сама к тридцати годам великим человеком станешь, но в тридцать четыре — умрешь, если…

В этот момент чтото отвлекло Линду, она оглянулась, а когда снова повернулась — цыганки нигде не было. Но о ней Линда забыла уже через час, а на следующий день уехала домой, пораженная странными словами композитора:

— Тебе надо быть не актрисой, а врачом… Однако спустя несколько месяцев цыганка снова неожиданно напомнит Линде о себе. Но произойдет это в Ленинграде, коща Линда только сойдет с поезда. Та снова возникнет внезапно и бросит как бы мимоходом: — В недобрый час ты приехала, остерегись… Как наваждение какоето. Сердце забилось учащенно. В чемто цыганка была права, Линда и сама не понимала? зачем она согласилась поехать сюда. Вспомнила, как прибежала к ней мать ее мужа, сунула билет до Ленинграда — мол, езжай рожать к е° родственникам, так будет лучше. Линда сразу и не сообразила, что рожатьто ей еще рано, всего на четвертом месяце беременности. Да както сбила с толку, растрогала неожиданная доброта матери мужа. А ведь именно только она до сих пор не раз решала сыну расписаться с ней. Так что законным мужем Линда его и назвать не могла. А тут такая забота…

Но делать было нечего, и Линда пошла искать дом, где ей предстояло жить. Отыскала уже вечером, позвонила — ее тут ждали. От усталости Линда просто валилась с ног? поэтому на вопросы отвечала вяло. Ей отвели комнату, и она легла спать. Проснулась, как от толчка, мгновенно. Было темно, лишь в приоткрытую дверь пробивалась узкая полоска света. Но тут Линда услышала приглушенные голоса:

— …Может, лучше поговорить с ней, пусть родит, а уж о ребенке мы позаботимся. — Если б она умерла от родов, тогда другое дело. — Не бери грех на душу… — А я что, сестра платит, она и в ответе… О чем идет речь, Линда так и не поняла. Голоса смолкли, и ее снова сморил сон. Она не знает, сколько времени проспала, коща ее разбудила женщина.

— Вставай, быстро, тебе надо уходить, — она уже вытаскивала изпод кровати чемодан Линды. — Сооирайся? слышишь, а то беда будет, — женщина всхлипнула, размазывая по щекам слезы.

Линда, ничего не понимая, оделась, и они осторожно вышли на лестничную площадку.

— Ты на трехчасовой поезд успеешь, — торопливо проговорила женщина. — Но если на улице встретишь мужчину, беги. Ему заплатили, он и убить может. К остановке беги, к людям. Боже мой…

Линда выскочила на пустынную улицу, сгибаясь под тяжестью чемодана. Только перешла на другую сторону? как изза угла появился мужчина, а следом за ним старик с ребенком на руках.

— Ты что задумал? —^ содрогающимся голосом кричал старик. — Душу загубишь, оставь это дело. Сына бы пожалел, бандит…

Они приближались, а Линда смотрела на них и не могла сдвинуться с места. Неожиданно мальчишка вырвался из рук старика и бросился к Линде. — Папа, не трогай тетю, она моя мама… Линда очнулась. Она увидела, как в руке мужчины блеснуло лезвие ножа. Но в него уцепился старик. Линда вдруг поняла, что если она ничего не предпримет, в первую очередь пострадает мальчишка, повисший у нее на шее. Однако и убежать ей, беременной, с чемоданом и с ребенком, вряд ли удастся. Но иного выхода не было.

Как она добралась до вокзала, начисто стерлось из ее памяти. Подошел поезд, она села в вагон и тут снова уви дела того мужчину, рвущегося к поезду, которого с двух сторон удерживали сын и старик. Тоща в вагоне Линда и вспомнила слова цыганки: «Ты умрешь в тридцать четыре юда, если…» С тех пор это «если» не выходит у нее из головы.

Яз лысьмд. «3 марта я & мужем расписалась, а 15 родила дочь. Меня гнали ото всюду, унижали, насмехались. Меня называли пьяницей, хотя я вообще не пью, потом наркоманкой, а я сроду не видела наркотиков. Муж ушел в армию, когда дочери исполнилось шесть месяцев, и меня стали называть шлюхой. Мне никто не помогал, я до года оставляла ребенка дома одного, а сама уходила на работу. Потом отдала его в детский сад. Вернулся из армии муж? и к хору унижений прибавился еще один голос. А тут еще моя младшая сестра бросила учебу в училище, но чтобы я ей не говорила, отвечала одно: «Ты мне не мать». Но когда дело дошло до милиции, обвинили во всем меня, а родная мать сестры осталась в стороне. То есть, моя мачеха. Отец ведь второй раз был женат. На 160 рублей в месяц я одевала и кормила троих, тем более, что дочь часто болела. Я ночами выходила на улицу и с мольбой просила у Бога помощи…

Вскоре муж уговорил меня с ним развестись, чтобы он мог устроиться жить и работать в Ленинграде — отцу с ребенком, мол, это сделать гораздо легче. Потом он вызовет меня к себе, и мы снова заживем вместе. Полгода я ждала от него письма из Ленинграда, а вместо этого он стал писать заявления и жалобы в различные инстанции? чтобы меня лишили материнства. Меня много раз вызывали в суд, уговаривали, чтобы я письменно дала согласие на удочерение моего ребенка другой женщиной. Куда я только не обращалась — безрезультатно. Предсказание цыганки, что я потеряю дочь — сбылось…» Как в такой ситуации должен повести себя человек? Тем более молодая женщина, на которую свалились вдруг все напасти и у которой, если честно, не было ни родных, ни близких. Обозлиться на весь мир? Удариться в пьянство, дабы заглушить душевную боль? Таких примеров предостаточно. С Линдой этого не случилось. После того, как у нее обманом отобрали дочь, удар поистине жестокий, в самое сердце, чтобы выдержать в одиночку, нужно быть понастоящему сильным человеком, Линда не сломалась. Она призналась, что еще больше стала верить в Бога и у него просить защиты и сил, чтобы выдержать испытание, о котором она помнила постоянно. А оно должно было закончиться через три года, 21 января 1986 года. Не заоывала Линда и об отце. И он стал приходить к ней во сне, давать советы, о чем бы она его не спрашивала. Однажды он ей сказал, что хочет показать дом, где он живет. Они шли по зеленому лугу с густой и ровной травой? а вдали виднелся голубой лес. Посреди луга стоял небольшой домик, Линда вошла в комнату, в которой у стен? напротив друг друга, стояли две кровати, застеленные белоснежными покрывалами. Посреди комнаты — круглый стол и две табуретки. Показав на одну из кроватей, Отец сказал:

— Это я приготовил для тебя. Нравится? Линда ответить не успела, в комнате вдруг появилась женщина, вся в белом, на голове венок из белых цветов? а вокруг огненный шар. Да и вся она, как показалось Линде, была прозрачной. Женщина строго посмотрела на отца и тихо проговорила:

— Ее время еще не пришло. Она должна выполнить свой долг, родить сына, который спасет весь мир.

И тут она сняла с головы венок и бросила его на кровать. В тот же миг и кровать, и женщина исчезли…

Линда проснулась с чувством неодолимого страха, аж в пот бросило. С тех пор стала бояться темноты, свет на ночь уже не выключала.

В сны можно верить, можно не обращать на них внимания. Почемуто счастливый, устроенный человек, у которого все складывается благополучно и ему, как говорится, грех на жизнь жаловаться, снов видит меньше. Во всяком случае не помнит их, а уж поверить, что они могут чтото предсказать или на чтото повлиять в его реальной повседневности, не заставишь. Он уверен, что сам творит свою судьбу. Отчасти это так и есть. Но спросите неудачника, на кого заботы, невзгоды, болезни сыплются, как 1*з рога изобилия, и он, если захочет, с убежденностью расскажет вам о вещих снах. Может, и впрямь, как сказано в Библии, через испытание приходит вера?

Я знаю женщину, которая тяжело и долго болела. В конце концов врачи отказались ее лечить, отпустив срок жизни не больше месяца. И тоща она обратилась к Богу за помощью. Стала постоянно ходить в церковь, молиться? затем отправилась по святым местам, посещая храмы, раздавая милостыню. И однажды случай свел ее со знахаркой? которая лечила заговорами и молитвой. Пришла к ней. Та взглянула на нее и говорит: — Тебя оберегает сам Бог. Возвращайся домой. Женщина послушалась. Ц вот както снится ей, что она на лугу, а навстречу ей идет старец в белых одеждах? вокруг головы которого сияющий ореол. Она упала на колени, и он положил ей на голову руку.

А дальше, по словам этой женщины, произошло самое удивительное и необъяснимое. Она проснулась от ощущения покалывания во всем теле. Словно она находилась под током, каждая клеточка тела вибрировала. Продолжалось это довольно долго. Но с того момента она стала ощущать в себе все возрастающую силу. Болезни ее исчезли, однако она начала их чувствовать у других. И лечить своей энергией и молитвой. Уже больше десяти лет к ней идут страждущие, и всем она оказывает помощь.

Случай этот я вспомнил неспроста, нечто подобное случилось и с Линдой. Однажды поздно вечером она вдруг услышала голос. Он звучал еле слышно, как будто доносился издалека: «Сегодня ты будешь на небесах…»

В ту же ночь ей снилось, что она летит в какомто тоннеле (как в метро, по ее словам), по бокам его й)рели свечи, которые освещали путь. Потом все заволокло туманом, а затем Линда увидела озеро или море, на воде стоит большое кресло (может, трон?), в котором сидел седой старец — красивый, с величественной осанкой. От Линды к нему тянулась узкая, с метр шириной, дорожка? усыпанная белыми и бледноголубыми цветами. Откудато в воздухе появились порхающие голенькие мальчики со стрелами в руках, за спиной у каждого крылышки. Откудато донеслось пение — голоса тихие, вдохновенные, как в церкви поют. Линда опустилась на колени. Тогда старец поднялся, подошел к ней и положил руку ей на голову…

Когда Линда проснулась, на постели увидела яблоко. Она его тут же съела, даже не удивляясь, откуда оно появилось.

<p>ТРЕТИЙ — И ПОСЛЕДНИЙ

Както беседовал я с Верой КрумовойКочевской, болгарская ясновидящая вдруг замолчала, а через минуту заговорила совершенно о другом:

— Меня многие просят предсказать им судьбу. Но судьба каждого запрограммирована, и богам не дано изменить ее. Однако человеку даются варианты. И смерть можно отсрочить дважды, но третий раз — никогда. Мы приходим в этот мир голыми со страхом и криком. Когда же становимся личностями, в нас оформляются все оттенки видоизмененного страха: ненависти, зависти, злости — и формируется характер. Не от окружающей среды, а от микронных кассет, которыми заряжен наш мозг, и от того сока, в котором мы варимся, так называемого космического бульона. И когда человек пройдет все перипетии жизни, смерть наступает независимо от возраста. И чело век понимает, что уходит из жизни тоже голым — ни любовь, ни ненависть, которые владели им при жизни, к чему он стремился и чем наполнял свое существование, он оставляет здесь, на земле, в тех людях, которые его окружали. И тоща в нем начинает говорить разум — последняя кассета жизненного бульона: страдание от того, что он принес очень много бед близким и очень мало радости. И не важно, кем он был: рабочим, поэтом, главой государства? он — простой смертный…

0|1|2|3|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua