Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Николай Николаевич Непомнящий Необъяснимые явления

0|1|2|3|4|5|6|7|

Сходство с царицей Савской настолько явное, что если бы оно укладывалось в рамки традиционной хронологии, то было бы замечено уже давно; но на самом деле археологи в большинстве своем склоннк идентифицировать землю Пунт с территорией, лежащей на север от Синая. Пользующаяся большим научным авторитетом египтолог доктор Эва Даниэлус указывает на то, что морские обитатели, изображенные на рельефах дворца Хатшепсут, являются типичными представителями фауны Красного моря; в специальном археологическом журнале доктор А. Нибби доказывает, что в то время благовония были широко распространены в Палестине, и считает Северный Синай местоположением земли Пунт. В таком случае возникает следующий вопрос: если Хатшепсут путешествовала всего лишь в Синай, то почему она объявила эту экспедицию главным достижением своего царствования? Теория, предложенная Великовским, дает однозначный ответ: она посещала царя Соломона и именуется в Библии царицей Савской; кроме того, встреча была знаменательной еще и потому, что это был государственный визит правящего монарха Египта, а не правителя крошечного Савского царства, расположенного на юге Аравии.

Непререкаемая истина

Как много времени пройдет, прежде чем крупные археологи начнут широко обсуждать пересмотренную хронологию Великовского, не говоря уже о том, чтобы принять эту новую теорию, о пересмотре последовательности событий на Ближнем Востоке? Вместо того чтобы пересмотреть античную историю в соответствии с современными доказательствами и новой теорией, в музеях всего мира принято устанавливать археологические экспонаты раз и навсегда. Конечно, теории Великовского тоже был нанесен некоторый ущерб стараниями членов небольшой группы его фанатичных последователей и единомышленников в Соединенных Штатах, которые верят каждому его слову и, кажется, готовы объявить непререкаемой истиной любую написанную им фразу. Его идеи находят подтверждение даже в исследованиях ученых, придерживающихся ортодоксальной точки зрения, например доказательства, полученные в работе доктора Джона Бимсона. Суть их заключается в том, что приведенные в Библии описания различной участи, постигшей завоеванные города, – то есть предание некоторых из них огню или истребление жителей, – полностью подтверждаются археологическими изысканиями. Сходство настолько удивительное, что позже выдающийся египтолог И. Ахарони, который занимался славным образом доказательствами, поступившими из двух таких городов, пришел к заключению, что все существующие ныне учебники, касающиеся библейских времен, должны быть полностью переписаны. Но даже при этом он не смог поверить в то, что завоевания были осуществлены Иисусом Навином и израильскими племенами, потому что в соответствии с хронологией этими завоевателями должны были быть "некоторые другие племена", а иудеи "позаимствовали их достижения и присоединили их к своей истории".

Нельзя полностью согласиться со всеми предложениями Великовского или со всеми деталями, упоминаемыми в Библии, но в некоторых крупных областях предлагаемые им изменения обоснованны и чрезвычайно правдоподобны. Легко представить, что в конце XIX века египтологи могли в своих спорах остановиться на той датировке, которую позже предложил Великовский, и сегодня именно она была бы той схемой древней истории Ближнего Востока, которую они отстаивают. Сколько можно доверять когда-то поспешно предложенной, а ныне давшей трещину гипотезе, которая утверждает, что на самом деле не было Исхода, евреи не завоевывали Ханаанские земли, храм Соломона был непримечательным сооружением и что царица Савская правила незначительным маленьким государством? Как кажется, теория эта вызывает мало доверия. Исаак Ньютон предложил хронологию древней еврейской и египетской истории, основанную на библейских источниках, и результаты его работы считались убедительными вплоть до появления "Sothic-датировки", которая сразу изменила картину. В целом его хронология соответствовала той, которую сегодня безуспешно предлагает Великовский.

НОЕВ КОВЧЕГ ВОДОИЗМЕЩЕНИЕМ… 228 ТЫСЯЧ ТОНН?

На Ближнем Востоке, как и в других районах мира, легенда о катастрофическом потопе нашла достаточно широкое отражение в литературе древних времен. В шумерском клинописном тексте под названием "Сказание о Гильгамеше", относящемся к XXI веку до н. э., говорится о стародавнем наводнении, идентичном за исключением некоторых деталей тому, которое фигурирует в древнееврейской легенде о потопе и Ное. (В шумерском варианте предшествовавшие бедствию дожди продолжались только семь дней и ночей в отличие от сорока, по Библии.) В связи с этим возникают вопросы: было ли когда-нибудь наводнение такого масштаба в этом районе, плавал ли действительно Ной (или Утнапиштим) на ковчеге и послужило ли это причиной появления во всемирной мифологии темы потопа?

К разочарованию фундаменталистов, стремящихся доказать правдивость каждого слова Ветхого завета, и археологов, пытающихся утверждать, что легенды о потопе порождены каким-то стихийным бедствием местного значения, наиболее вероятный ответ на все это – тройное "нет". Что касается первого вопроса, то археологи начиная с XIX века тщетно пытались путем раскопок установить наличие в ключевых точках слоя, состоящего из оставшейся от потопа воды. Их изыскания были отмечены ложными успехами.

В 1928-1929 годах был поднят большой шум вокруг открытия известным английским археологом Леонардом Вулли глиняного пласта в городе Уре. Поскольку в некоторых местах его толщина достигала 37 метров, исследователь сделал следующий вывод: "Единовременное образование столь большой массы ила могло быть только результатом очень сильного наводнения". Находка датировалась примерно 3500 годом до н. э.

В окрестностях Ура следов такого наводнения найдено не было, и Вулли сам признал, что многие его жители пережили наводнение и что сам город хотя и пострадал, но выжил. Поэтому он вряд ли мог быть прообразом зоны бедствия, о которой говорится в истории с Ноем. Более поздние исследователи, такие, как Макс Малловэн, в прошлом директор Британской школы археологии в Ираке, предполагали, что историческим прототипом места катастрофы является Киш – из-за наличия там пластов, свидетельствующих о наводнении. Но и в данном случае возникали те же самые возражения. В Кише наводнением были повреждены некоторые стены, но другие остались нетронутыми, и цивилизация продолжала существовать практически непрерывно. Стены улиц, заявил ученый, оказались "достаточно крепки, чтобы защитить дома, поэтому там следы разрушений, причиненных наводнением, менее заметны, и, более того, в нескольких местах эти следы были предположительно устранены жителями". Используя его собственные слова, можно заключить, что это наводнение было "не вполне библейских масштабов".

Наводнения местного характера

В том, что касается происхождения вавилонских и древнееврейских мифов о потопе, археологические исследования месопотамских городов до сих пор оказывались безрезультатными. Наводнения там происходили довольно часто, часты они и до сих пор. В молитве Гудеи из Лагаша, относящейся к XXII веку до н. э., говорится о "разливающихся водах, …разрушающих города, словно волна прилива".

Двести лет спустя на глиняной дощечке были запечатлены свидетельства о потопе в Уре, "который стер границы между небом и землей". Сегодня в этих местах климат не намного отличается от тогдашнего, и, ведя речь о самом Вавилоне, Малловэн пишет" что "легко представить себе улицы города, омываемые водами Евфрата во время весеннего празднества". Наводнения там случались так часто, что местное общество, кажется, скорее свыклось с ними, чем рассматривало их как нечто из ряда вон выходящее" создающее у переживших очередной разгул стихии жителей представление о том, что они единственные существа, оставшиеся на Земле.

Гора Арарат

Отсутствие археологических доказательств резко снижает вероятность того, что Ноев ковчег когда-либо существовал и его обломки все еще можно отыскать. Однако недостаточное число доказательств отнюдь не явилось сдерхивающим фактором для многочисленных экспедиций, зиататсльное число которых объявляло о своих успехах. Их целью была обозначенная в Библии точка – гора Арарат (хотя по вавилонской легенде ею должна была быть гора Низир). Подъем по ее заснеженным и чреватым камнепадами склонам весьма труден, а на высоте 5165 метров кислородное голодание становится реальностью. Тем не менее предполагается, что в V столетии до н. э. халдейские священнослужители взошли на эту гору и соскребли асфальтообразное покрытие с деревянного корпуса ковчега. С тех пор туда никто не поднимался до 1829 года, когда французский исследователь Фредерик Парро достиг вершины Арарата. Он пришел к выводу, что находящееся там широкое и ровное плато было достаточно просторно, чтобы служить гаванью для ковчега.

Охота за сувенирами началась с 1876 года, когда лорд Брайс вернулся с Арарата с куском обработанного дерева, найденного им на высоте 3900 метров. В 1893 году "ковчег" видел несторианский архиепископ Нурри, который сообщил, что он "сделан из очень толстых темно-красных деревянных брусьев". В 1916 году его определенно видел на склоне Арарата русский авиатор В. Росковицкий. В 1953 году американский нефтяник сделал шесть больших и четких фотоснимков ковчега, но они исчезли после его смерти в 1962 году. Французский промышленник Фернан Наварра в 1955 году вернулся с Арарата с куском деревянного рангоута, а в 1969 году он же возглавил еще одну успешную экспедицию, обнаружившую там другие образцы дерева, отнесенные, с помощью углеродистого метода, к 3000 году до н. э.

Но были ли они от ковчега? И был ли вообще ковчег? Или куски дерева, найденные на горе Арарат, были остатками какого-то ритуального судна или сооружения, построенного на предполагаемом месте прибытия ковчега? Археологические раскопки не изменили точку зрения, согласно которой Всемирный потоп случился задолго до того, как цивилизация достигла такого уровня развития, при котором была способна оставить дошедшие до наших дней свидетельства. Как высказался на этот счет в "Бюллетене американской шкалы археологии" один из ведущих в Соединенных Штатах исследователей Библии, Джон Брайт, "мы должны рассматривать это как катастрофу, случившуюся давным-давно в каменном веке".

В то время как большинство ученых отвергает библейскую историю о Великом потопе и Ное просто потому, что "все эти животные не могли поместиться в ковчеге", некоторые приверженные библейской точке зрения фундаменталисты и археологи утверждают, что расчеты, основанные на приведенных в Библии цифрах, показывают возможность этого. В фундаменгалистском американском журнале "Чистая правда" говорится, что "критика Библии обычно цветет на почве, обильно удобренной неправильными представлениями. Согласно традиционным взглядам и популярной литературе, ковчег был чуть больше обыкновенного рыбацкого баркаса, неспособного противостоять малейшему шквалу".

Конечно, они правы, заявляя, что ковчег, описанный в Библии, был по любым стандартам крупным судном. Предполагается, "по он имел длину 300, ширину 50 и высоту 30 локтей. Даже при минимальном значении локтя это дает водоизмещение 43 тысячи тонн. При большей величине локтя последний показатель может составлять 66 тысяч тонн. А ковчег из вавилонского мифа был еще крупнее – он имел семь этажей-палуб в отличие от построенного Ноем и водоизмещение весьма сомнительные 228 тысяч тонн. Даже допуская, что достижения древних в кораблестроении были большими, чем это принято считать, представляется невероятным, что в Доисторические времена могло быть построено судно подобных размеров.

Обходя стороной вопрос о том, как Ной мог его построить, американские фундаменталисты утвержда" ют, что Ной взял на борт по две пары каждого "рода" (породы) "нечистых" животных и по семь пар из "чистых": всех тварей, в которых был "дух жизни". 70 процентов животного мира суши составляют членистоногие, и если отвести на каждую пару всех из известных ныне их разновидностей по 40 кубических сатимегров, потребуется помещение объемом 18 900 кубических метров. Размер макаки-резуса, которая легко может содержаться в клетке объемом 4,5 кубических метра, принимается за средний размер остальных обитателей суши – млекопитающих, птиц и рептилий, которых насчитывается около 18 тысяч разновидностей. Учитывая тот факт, что "чистые" животные (которых немного) грузились по семь пар, на ковчеге, помимо насекомых, должно было оказаться примерно 40 тысяч представителей фауны, требующих для своего размещения еще приблизительно 180 тысяч кубических метров. Таким образом, если принять на веру приведенные в Библии цифры, то общее пространство, необходимое для перевозки всех "тварей", должно было иметь объем 198 900 кубических метров, то есть лишь 45 процентов от объема всего ковчега при расчетах, основывающихся на минимальном значении локтя, и только немногим более 20 процентов, если в их основу положить большую величину этой меры длины. Комментарий фундаменталистов на этот счет мог бы быть следующим: зачем Ною понадобилось столько места?

ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП

Из всех мифов мира сказание о Вселенском потопе наверняка самое живучее и распространенное. Мысль о том, что великое наводнение уничтожило почти все человечество или, по крайней мере, значительную часть его, можно встретить в поверьях практически каждого народа. Давно уже замечено, что во многих мифах о потопе развитие событий происходит как бы "по общему сценарию". Так, Игнатиус Доннелли в своей книге "Атлантида", основываясь на сравнительном анализе преданий о 83 наводнениях, выделяет в них такие общие сюжеты:

а) предводитель народа был предупрежден о надвигающемся бедствии;

б) сам народ не придал значения этому предупреждению;

в) наводнению предшествовали космические явления;

г) предводитель спасается вместе со своей семьей либо на корабле, либо на высокой горе;

д) если речь идет о корабле, то он посылает птиц или животных, чтобы узнать, не отступила ли вода;

е) в конце концов он достигает суши, обычно горы, где находит других выживших;

ж) оставшиеся в живых идут на все, чтобы продолжить свой род.

Весь вопрос в том, повествуется ли в этих мифах об одном и том же реальном всеобщем катаклизме, или речь идет лишь о многих разных событиях местного значения. Выдали когда-нибудь катастрофа всемирного масштаба либо просто почти везде в то или иное время имели место периоды разбушевавшейся погоды? После того как в XIX веке ученые одержали победу над фундаменталистской церковной догмой, вторая точка зрения стала ортодоксальной. Действительно, вера в потоп представляется геологам столь же святотатственной, как биологам мысль о существовании Адама и Евы. В работе Дороти Б. Витальяно "Легенды Земли – их геологическое происхождение" приводится, наверное, самый убедительный современный довод в подтверждение этого: "Всемирный характер традиционных представлений о потопе можно объяснить очень легко, не прибегая к рассуждениям о широкомасштабном наводнении космического или любого другого происхождения, если помнить, что наводнения – во множестве – являются всемирным геологическим явлением". Перечислив возможные причины локальных наводнений, такие, как цунами (более известные, как направленные волны, вызываемые землетрясениями), автор делает выводя "С чисто геологической точки зрения нам следовало бы ожидать появления независимых друг от друга традиционных представлений о потопе почти в любом месте земного шара и почти в любые времена. Они порождаются катастрофическими наводнениями, вызываемыми совершенно естественными причинами, а из всех возможных причин наводнений лишь цунами способны повлечь за собой одновременное появление легенд о потопе в нескольких местах, находящихся на значительном удалении одно от другого".

Космическне явления

Анализируя различные пункты составленного Доннелли сводного сценария легенд о потопе, Витальяно находит их естественными и логичными. Что касается, например, пункта "г", она пишет: "…если как следует разобраться, то существует только два пути выжить при наводнении – подняться над потоками воды или двигаться по ним на каком-нибудь плавающем предмете".

Однако в этом логическом анализе не принимается во внимание, быть может, самый главный элемент мифа о потопе – космические явления, фигурирующие в пункте "в".

Почти во всех легендах причиной катастрофы выступает некое совершенно исключительное событие, не похожее, по крайней мере, на обыкновенное наводнение – коренные перемены климата, за которыми последовали изменения на солнце, или даже произошло его замещение на другое светило, как в буддистской мифологии, по которой "когда прошел долгий срок после прекращения дождей, появилось второе солнце". В то же время становился другим весь мировой порядок – все, что существовало до этого, разрушалось, и жизнь начиналась сызнова.

Но если такая космическая катастрофа действительно имела место, какой могла быть ее природа? Для христианских фувдаменталистов, которые отнюдь не сложили оружие в борьбе с научным рационализмом, ответ предельно ясен: это был потоп, посланный Богом. В точности как это описано в Библии. В своем подходе к этому они нисколько не отличаются от первых миссионеров XIX столетия, которые пришли в неописуемый восторг, узнав о существовании точно таких же, как у христиан, легенд о потопе среди примитивных народностей, которыми последние объясняли происхождение окаменелостей: "В доказательство того, что потоп некогда охватил всю землю, они рассказывают, что множество раковин и окаменевших рыб было найдено в глубине территории, на которой люди никогда не могли жить, а что кости китов были обнаружены высоко в горах". До потопа, говорят фундаменталисты, динозавры, мамонты и люди жили в одно и то же время, а различные слои окаменелостей, которым ортодоксальная геология приписывает десятки миллионов лет, были заложены, когда воды, залившие землю, отступили. Тогда более тяжелые животные, динозавры, первыми уходили в ил, образуя "ранний" слой, а за ними в порядке, обусловленном размерами и собственной тяжестью, проваливались мамонты и человеческие существа, оказавшиеся в "более позднем" слое.

Подобный аргумент совершенно не вписывается в рамки нормального научного анализа. И если ктото пытается доказать, что с чисто метеорологической точки зрения невозможно получить такое громадное количество воды из облаков, как невозможно и ее полное обратное испарение, тому отвечают, что при небесном вмешательстве возможно все что угодно. Поэтому рационалистам приходится выискивать иные катастрофические причины, вызвавшие великий потоп, и их главным козырем в этой игре является завершение последнего ледникового периода около 10 тысяч лет до н. э.

Жатва смерти ледникового периода

Никому не известно, что послужило толчком для таяния льдов. Как отмечал выдающийся океанограф и геолог Чезаре Эмильяни, "вопрос в том, растаял ли лед, придя в движение под действием собственного веса (механический коллапс), и поэтому повысилась температура, или темперапура повысилась, и поэтому лсд растаял? И если случилось последнее, что тогда вызвало столь быстрое повышение температуры?".

Сторонники И. Великовского утверждают, что причиной таяния льдов должна была стать катастрофа, связанная с резкими переменами планетарного характера, вписывающимися в модель Вселенной, принадлежащую этому ученому. Используя в качестве подтверждения своей концепции сложную смесь мифов и астрофизики, они полагают, что на Сатурне произошел космический взрыв, повлекший за собой коренное изменение климата и смещение орбиты Земли. Сатурн при этом мог быть источником воды для потопа, поскольку известно, что он сам состоит главным образом из воды.

Конечно, при этом произошли и явления необычные. Млекопитающие погибли на трех пятых суши Земли. В одной лишь Северной Америке их вымерло целых 40 миллионов. Данный катаклизм образно описывает профессор Френк Хиббен в своем труде "Пропавшие американцы": "Это не было обыкновенным угасанием смутно очерченного, временными рамками геологического периода, сроки окончательного угасания которого не ясны. Это была катастрофическая и всеобщая гибель таких колоссальных масштабов, что страшно даже вообразить". На Аляске это выглядело так, словно "весь животный и растительный мир внезапно застыл на месте в зловещей гримасе". В долине Юкона "свидетельства насилия настолько же очевидны, что и в германских лагерях смерти. Такие груды тел животных или людей просто не могут появиться по каким-либо обычным, естественным причинам".

Индейская легенда

Подобные хаотические обстоятельства, предшествовавшие таянию ледников, как нельзя лучше вписывались в многочисленные легенды о потопе. Весьма знаменателен тот факт, что у индейцев племени чиппева из штата Онтарио, предки которых пережили эти события, существует легенда, прямо указывающая на таяние снегов как на причину потопа. "В начале времен, в сентябре, был великий снег. Маленькая мышка прогрызла дырочку в кожаной сумке, в которой хранился жар солнца, и жар пролился на землю и растопил в одно мгновение весь снег. Талая вода поднялась до вершин самых высоких сосен и продолжала подниматься, пока не скрыла под собой даже самые высокие горы".

Связь между окончанием ледникового периода и происхождением потопа в прошлом всегда отвергалась учеными, поскольку, как пишет Дороги Витальяно, "эти изменения не только проходили гораздо медленнее, чем те, что могли породить традиционные представления о катастрофе, но и размах их в любом случае был куда меньшим, неспособным вызвать большое наводнение, фигурирующее в большинстве преданий". Однако в 1975 году было проведено ошеломительное по своим результатам исследование, в свете которых итальянка скорее всего не права, а причиной катастрофы объявлялась именно мифическая "угасшая звезда" – Сатурн, который воздействовал на уровень моря куда значительнее, чем считалось ранее. Глубоководные исследования шельфа в Мексиканском заливе показали быстрый подъем этого уровня, примерно на несколько десятков метров в год, приблизительно в 9600 году до н. э. Это должно было, по словам Чезаре Эмильяни, "вызвать широкомасштабное затопление низко лежащих земель, многие из которых были населены людьми. Явно это была громадная волна, вынесшая лед на более низкие широты и вызвавшая его быстрое таяние… Мы утверждаем, что это событие, несмотря на его великую древность в культурном отношении, может служить объяснением рассказам о потопе, общим для многих евразийских, австралийских и американских преданий".

КОПИ ЦАРЯ СОЛОМОНА

Если верить Библии, а не результатам обычных методов археологических исследований, то царь Соломон был баснословно богат. В Третьей Книге Царств говорится, что "в золоте, которое приходило Соломону в каждый год, весу было шестьсот шестьдесят шесть талантов золотых…". Описания различных драгоценных металлов и камней, а также других предметов роскоши и экзотических вещей явно указывают на то, что Соломон их вывозил, причем, очевидно, из дальних стран. На египетском барельефе изображены несметные сокровища, награбленные из храма и дворца Соломона преемником царицы Савской фараоном Тутмосом III.

Значительная часть этих сокровищ, как считается сейчас, в соответствии с перечнями, приведенными в Третьей Книге Царств и летописях, была из меди или бронзы. Широкомасштабная добыча меди велась в пустыне Негев, и недавно найденная египетская табличка Тутмоса III подтверждает: разработка меди осуществлялась там активно и во время, отвечающее пересмотренной хронологии Великовского.

Тем не менее местоположение мифических копей все еще окутано пеленой тайн и недомолвок. Библия предлагает соблазнительные, но крайне тонкие путеводные нити. В ней называется две местности – Офир и Фарсис. Офир был землей, откуда шло золото, а Фарсис был связан с отправлявшимся за ним кораблем. В той же Третьей Книге Царств говорится: "…и отправились они в Офир, и взяли оттуда золота четыреста двадцать талантов, и привезли царю Соломону". Корабль, привозивший золото из Офира, вновь упоминается в предании о визите царицы^авской в Иерусалим, также доставивший "из Офира великое множество красного дерева и драгоценных камней".

Таким образом. Библия не дает подсказки, где находился Офир, в ней лишь утверждается, что он существовал. Тексты, связанные с Фарсисом, на первый взгляд представляются более полезными, так как в одних из них говорится о кораблях, шедших в Фарсис, а в других – о кораблях из Фарсиса. Из Третьей Книги Царств следует, что Соломон отправлял экспедиции за золотом и драгоценностями в сотрудничестве с финикийцами, являющимися искусными мореходами, под предводительством Хирама 1, царя Тирского. Корабли выходили из порта Ецион-Гавер на Красном море. Там же указывается, что у Соломона был на море "…фарсисский корабль с кораблем Хирамовым; в три года раз приходил фарсисский корабль, привозивший золото и серебро, и слоновую кость, и обезьян и павлинов".

Но где был расположен Фарсис? В книге пророка Иезекииля говорится, что финикийцы вели там торговлю серебром, железом, древесиной и свинцом. Примерно через сто лет после Соломона, когда богатство Израильского царства значительно уменьшилось, Иосафат, царь Иудейский, предпринял попытку из Ецион-Гавера достичь Офира, но шторм разбил его корабли прямо в порту отправления. Еще одно (и последнее) библейское упоминание о Фарсисе содержится в Книге Пророка Ионы, который пытался бежать туда, когда с ним произошло его знаменитое приключение. Он заплатил за свой провоз в порту Иоппия, находившемся на Средиземном море, где стоял корабль, отправлявшийся в Фарсис. Таким образом, возникает ряд возможностей.

1. Существовало несколько мест под названием "Фарсис" (оно также может быть переведено как "плавильня"), которые все были связаны с пунктами, откуда Соломон вывозил минералы.

2. Древнееврейский историк Иосиф Флавий в 1 веке н. э. в переводе Ветхого завета отождествляет слово "Фарси" с названием известного порта римских времен – Тарсис. Его версия плаваний Соломона выглядит следующим образом: "…поскольку у царя было много кораблей в Тарсисском море, он приказал привозить всякого рода товары из самых отдаленных стран". Это может не противоречить первой версии, если предположить, что у Соломона был фарсисский (тарсисский) корабль, то есть специально для плаваний в Фарсис (на различные плавильни).

3. Однако поскольку Соломон был определенно связан с ведущими морскую торговлю финикийцами, третья версия, основанная на различных свидетельствах их истории, определяет Фарсис как Тартесс, древнее царство, находившееся возле Кадиса на территории современной Испании, ярко описанное древними греками как кладезь серебра. Известно, что финикийцы торговали с Испанией, а затем колонизировали ее, поэтому Тартесс вполне мог быть одним из источников полезных ископаемых, доставлявшихся к Соломону.

Тем не менее ни одна из этих трех версий (гипотез) не может быть полностью приемлемой. Тарсис, безусловно, мог служить одним из пунктов отправки руд, добывавшихся на побережье Черного моря, как и Тартесс мог поставлять свое серебро. Но как быть с обезьянами, слоновой костью, павлинами и неграми? Сбрасывая со счетов обезьян Гибралтара, можно утверждать, что ни Испания, ни Тарсис не могли быть возможными источниками всего этого товара. А почему кораблям Соломона нужны были целых три года, чтобы совершить плавание до одного из этих мест и обратно?

Значение слова "Фарсис" неясно, и если это название места, то, вероятно, оно находилось подальше и, возможно, речь шла о нескольких местах, а нс об одном. Раскопки в Махд-ад-Дхабаде в Саудовской Аравии обнаружили гигантский золотой прииск, действовавший во времена Соломона. Возможно, это был Офир, куда последний плавал с царем Хирамом (по Библии, цари сами туда не отправлялись, а посылали своих подданных).

Что же касается экзотических товаров, то Тартесс мог быть отправным пунктом для более длительных и рискованных морских путешествий вокруг Африки и предположительно Америки. Свидетельство древнегреческого историка Геродота о том, что финикийцы, выйдя из Красного моря примерно в 600 году до н. э. в южном направлении, смогли совершить плавание вокруг Африки и назад по Средиземному морю вдоль северных берегов Египта в дельту Нила, не вызывало ни малейшего недоверия у древних историков. Их путь лежал через Гибралтарский пролив, в непосредственной близости от Тартесса. Подобные путешествия могли предприниматься и во времена Соломона, в ходе которых корабли брали на борт обезьян, слоновую кость, павлинов и негров вместе с серебром из самого Тартесса, давшего название всем таким путешествиям в целом и типу кораблей, участвовавших в них.

Однако на этот счет имеется и другая гипотеза, которая может рассматриваться либо вместо предыдущей, либо дополнительно к ней. В наши дни существует больше свидетельств в пользу возможности совершения в тот же самый период путешествий в Новый Свет, чем против нее. Их маршрут мог пролегать в обратном направлении, из Средиземноморья в Атлантику через Геркулесовы столбы.

Множество гипотез выдвигалось относительно местоположения мифических копей Соломона. Новый взгляд на навигаторские способности древних мореплавателей позволяет с большой вероятностью предположить, что они находились в Центральной или Южной Америке.

ОПЕРЕДИВШИЕ КОЛУМБА

Недавно человечество отметило 500-летие открытия Америки Христофором Колумбом. Но давайте – в который уже раз – зададимся вопросом: был ли Колумб первооткрывателем Нового Света? Конечно, тут можно возразить: может быть, и были у него предшественники, ну и что из того? Ведь их открытия не произвели такого эффекта и не имели таких последствий, как плавания Колумба! Да, пусть плавали через Атлантику кельты, финикийцы, норманны, ходили через Тихий океан китайцы… А Новый Свет по-прежнему оставался неоткрытым… Утверждать так нельзя. И вот почему.

Многочисленные "мелкие" доколумбовы открытия Нового Света тоже оставили значительный след в истории. И свидетельство тому не только участившиеся открытия финикийских и кельтских письмен на скалах в Северной и Южной Америке. (Кстати, совсем недавно американский ученый Дж. Сэвой обнаружил образчики финикийского письма на каменных глыбах неподалеку от местечка Гран-Вилайя в 600 километрах к северу от Лимы, в Перу. А от андских вершин, где лежит поселок, ведут к рекам, впадающим в Амазонку, древние каменные дороги…)

Куда более значительные свидетельства контактов найдены специалистами, которые вроде бы и не занимаются связями между континентами и взаимным влиянием культур. Взять хотя бы искусство энкаустики (особого покрытия поверхностей предметов из воска и древесной смолы), которое возникло, как считают, в Древнем Египте за три-четыре тысячелетия до нашей эры и достигло расцвета в Древней Греции в V-IV веках до н. э. Советский исследователь Т. Хвостенко заметила, что и в Южной Америке, и на острове Пасхи в Тихом океане также применяли восковые краски, причем различные образцы американской энкаустики несут на себе влияние как древнеегипетской, так и древнегреческой энкаустики. Это утверждает человек, совершенно не заинтересованный в победе той или иной группировки – диффузионистов или изоляционистов – сторонников и противников доколумбовых контактов!

А табак! Ведь следы табака нашли в захоронении фараонов, но родина его – Латинская Америка.

А эвкалиптовое масло! Родина эвкалипта – Австралия, но попало оно в Египет задолго до начала нашей эры.

Словом, на вопрос: так кто все же открыл Америку? – мы можем утвердительно заявить: открывали многие и в разные эпохи, а Колумб поставил последнюю точку в многотысячелетней эпопее трансокеанских плаваний в Новый Свет.

498 лет назад впередсмотрящий Родригес де Триан первым увидел на горизонте неведомый берег. То был крошечный Гуанахини из группы Багамских островов неподалеку от сегодняшней Флориды. С тех пор – вот уже пять столетий – идут споры на тему: кто же был первым?

Проникая все глубже и глубже в дебри Центральной и Южной Америки, последователи генуэзского морехода восхищались совершенными пирамидами, многолюдными городами, величественными каменными дворцами и нс могли поверить, что все это создали сами "слуги дьявола", как окрестили жителей Нового Света первые конкистадоры. Корни всего этого нужно было непременно искать в Старом Свете. Те первые исследователи не могли допустить того, что сходные цивилизации возникали независимо в разных частях света – на территории сегодняшних Мексики, Гватемалы, Ближнего Востока, Египта… Ученые придут к этой мысли позже, через века, а пока все, абсолютно все похожее объяснялось "привнесением". Сама по себе эта теория, носящая название "диффузионизм", не лишена смысла, и мы поймем это, знакомясь с некоторыми предшественниками Колумба, но не будем возводить ее в абсолют.

Первыми в ряду гипотез, окружающих тему доколумбового открытия и колонизации Нового Света, идут местные американские версии о потопе, которые довольно тесно переплетаются с библейскими.

У майя действительно существовало предание о страшном наводнении, четырежды разрушавшем их города. Отголоски этого мифа прослеживаются на рисунках безвестного художника, имеющихся в так называемом Дрезденском кодексе майя. На самом деле в этой гипотезе не было ничего фантастического – подобные мотивы не обязательно было передавать друг другу из Старого Света в Новый: предания являлись отражением реальных событий, катаклизмов, происходивших за тысячелетия до нашей эры.

Потом испанский хронист Б. де Лас Касас первым выдвинул версию о том, что в Новый Свет переселились "колена Израилевы", после того как ассирийцы разгромили Израилево царство. У Касаса имелись для этого основания: элементы раннего христианства находили в религии майя и у других этносов Центральной Америки, и от этого трудно было отмахнуться. К тому же нечто похожее на кресты обнаруживали издавна в индейских храмах. Как тут не вспомнить и знаменитый Параибский камень из Бразилии, повествующий о плавании выходцев из Восточного Средиземноморья (о нем отдельный рассказ)? Некоторые современные исследователи в ироническом стиле отметают эти версии как "маловероятные". Но какие веские контраргументы они могут выставить против самой возможности посещения Нового Света жителями Средиземноморья в древности? Только лишь то, что культуртрегерство издавна считалось у наших ученых-этнографов страшным грехом, который позволительно было хулить со всех трибун и в каждой второй книге по этнографии.

Приблизительно в 335 году до н. э. греческий философ Аристотель предложил список 178 восхищающих его чудес, относящихся ко всякого рода явлениям в области истории и знаний об окружающем мире. Описывая чудо под номером 84, он замечает: "Говорят, что в океане за Геркулесовыми столбами карфагеняне нашли необитаемый остров. Там растут самые разные деревья, реки судоходны, есть необыкновенные фрукты всех сортов; много дней пути до этого острова… Людям не следует часто бывать на этом острове, вступать во владение землей и вывозить богатства карфагенян".

Традиционно мыслящий археолог, подытоживая этот абзац, указывает, что земля эта, без сомнения, относится к Англии, если Аристотель на самом деле когда-нибудь писал "такую чушь".

Мы не думаем, что Аристотель имел в виду Англию. Считаем, что он имел в виду Америку. Он был старательным ученым, обращал внимание на подробности. Если бы он имел в виду Англию, то упомянул бы необитаемый остров как место, где карфагеняне получали олово и янтарь. Мы также думаем, что он мог бы тогда гораздо точнее указать его географическое расположение. А ведь он просто указывает, что остров расположен на расстоянии многодневного путешествия.

Мы рассказали об этом для того, чтобы можно было наглядно проследить, насколько по-разному можно интерпретировать факты древней истории. Вообще тема Атлантики, легендарных островов на ней и, в частности, Атлантиды как "перевалочного пункта", связующего звена между двумя мирами – Старым и Новым Светом – слишком обширна и загадочна, чтобы пройти ее мимоходом, не связывая с темой доколумбовых контактов. Она еще ждет своих исследователей с непредвзятыми взглядами. Наиболее серьезно, как нам кажется, подошли к изучению феномена Атлантиды австрийский этнограф и лингвист Д. Вельфель, немецкий этнограф Л. Фробениус и некоторые другие ученые, их последователи. Нам представляется, что один из ключей к разгадке ее тайны и соответственно самых ранних контактов с Новым Светом лежит в изучении этносов так называемой Белой Африки, территории, занятой сегодня великой пустыней. Ведь именно в преданиях племен, населяющих, в частности, марокканский Атлас, есть отголоски преданий об Атлантиде.

Можно долго спорить, заставляя чашу весов колебаться в пользу той или иной версии, – здесь все осложняется тем, что в распоряжении специалистов пока что не так много данных, которые позволили бы поставить точку в спорах. Археология предоставляет аргументы то одной, то другой стороне. Примечательно то, что путешественники, такие, как Т. Хейердал или Т. Северин, моделирующие древние плавания, становятся сторонниками именно диффузии культур, тогда как кабинетные ученые тяготеют к изоляционизму. Это симптоматично.

Кто знает, куда заведут исследователей новые изыскания в области доколумбовых контактов. Давайте нс будем категоричными в выводах и проявим терпение к мнениям оппонентов. Используя опыт предшественников.

Давний, ставший уже традиционным спор на тему: кто же был первым?… Скорее всего, никто. Вернее, наоборот, все были первыми, ибо открывали для себя разные части Нового Света. По-разному относились к своим открытиям. А петом наступил 1492 год, и появился Колумб, который собрал воедино и использовал опыт предшественников. Кто же помог ему ступить на землю Америки?

Северная прелюдия

В 1477 году Колумб совершил путешествие на север. По некоторым сведениям, был в Исландии. По другим – не был. В Бристоле он побывал, это доказано, и к этому мы еще вернемся. Но вот плавал ли Колумб от Бристоля дальше на север? Известный канадский полярный исследователь Вильямур Стефанссон утверждает, что зима 1476/77 года в полярных областях была мягкой. В такие зимы парусникам без труда удается проникать далеко на север, до широты острова Ян-Майен.

Решительно никаких доводов у противников северной экспедиции Колумба нет. Спорно и загадочно другое – сумел ли он во время своего плавания к берегам Исландии получить важные сведения о выдающихся открытиях скандинавов в Западной Атлантике – плаваниях Лейфа Эйриксона, открытии Гренландии и поселениях там норманнов, о плаваниях и приключениях принца Мадока? (О них еще будет рассказ.) Кто еще мог поделиться с путешественником своим опытом плаваний в Новый Свет?

Теплая зима 1477 года шла к концу, когда ставший впоследствии знаменитым генуэзец возвращался из северного вояжа. Позади остались студеные моря и огнедышащие горы Исландии. Какие мысли бродили в голове морехода?

Но предположим даже, что Колумб не был в Исландии. "Существование земель в Арктике и Субарктике, найденных норманнами, отнюдь не было тайной для современников Колумба", – справедливо отмечает в послесловии к книге Дж. Энтерлайна "Америка викингов" Тур Хейердал. Об открытии Винланда, лежащего к западу от Гренландии, говорилось уже в "Географии Северных Земель" Адама Бременского в 1070 году, за 400 с лишним лет до плаваний Колумба. И даже если он не был в Исландии, то мог получить интересующие его сведения у побывавших там мореходов.

Норманны никогда не делали секрета из своих исследований в Винланде, всю важную информацию тотчас сообщали римской церкви. Колумб был ревностным католиком, разделяя как миссионерские амбиции церкви, так и прогрессивные ее географические воззрения. Этим и можно объяснить, почему он с таким упорством убеждал генуэзцев и королевские дворы атлантических стран прислушаться к его смелому утверждению: за Атлантикой есть земля, и путь до нее составляет четверть того расстояния, которое предполагают ученые мужи!

Дыхание Нового Света

В 1473 или 1474 году, когда Колумб начинал свою морскую карьеру, времена были смутные: на востоке свирепствовали турки, у итальянских берегов гуляли пираты. Португалия по-прежнему оставалась великой морской державой. До конца XIV века о ней в Европе знали мало – страна была обращена в сторону Атлантики, в то время плохо знакомой. К исходу века она перехватила эстафету морских экспедиций средиземноморских стран.

На рынки Лиссабона и Сагреша потекли караваны невольников. В 1419 году португальцы закрепились на Мадейре, чуть больше десятилетия спустя на Азорах. Острова эти, еще не обитаемые, но богатые лесом и пресной водой, лежали на ближних подступах пока не хоженных путей, что вели в "страну заходящего солнца".

На острове Мадейра Колумб бывал не раз. До 1472 года в Фуншале на улице Эшмерадду стоял его дом, где, по местным преданиям, он всегда останавливался. На Мадейре Колумб торговал книгами и картами. В те времена уже нетрудно было достать издания карт Птолемея и других ученых как древности, так и современных. Португальские годы стали для Колумба временем учебы. Правда, сам он не раз признавался, что неискушен в науках. Но все, что необходимо было для осуществления его планов, он изучал с рвением необычайным.

Какие же они, эти кирпичики, из которых строилось здание его уверенности? Что толкнуло в неведомое, в море-океан?

Сын Колумба – Фернандо и хронист Лас Кавас со слов мореплавателя рассказывают о том, что слышал Колумб от моряков. Некто Мартин Висенти поведал генуэзцу о том, что в 450 лигах (2700 километров) от мыса Сан-Висенте он подобрал в море кусок дерева, искусно обработанный каким-то явно не железным предметом. Другие моряки встречали на широте Азорских островов лодки с шалашами. Видели и огромные стволы сосен, приносимые к берегам западным ветром. Попадались трупы широколицых людей, явно не христианского обличья. Так мало-помалу давал о себе знать огромный материк на западе…

Рассказ о "неизвестном кормчем" (генуэзец встретился с ним на острове Мадейра в 80-е годы XV века), сообщившем Колумбу сведения о землях за океаном, мы обнаружили у Лас Касаса, а также у Гонсало Фернандеса Овьедо-и-Вальдеса в труде "Всеобщая и естественная история Индий". Некоторые утверждают, что этот капитан, кормчий, был андалусийцем; другие называют его португальцем; третьи – баском; иные говорят, что Колон (так в действительности звали морехода) находился тогда на острове Мадейра, а некоторые предпочитают говорить, что на островах Зеленого Мыса и что именно туда была отнесена его каравелла…

Лиссабон – колыбель атлантического мореходства европейцев. Именно здесь родились легкие каравеллы и тяжелые "науш редондуш", здесь учились европейцы морскому ремеслу. За похищения секретных морских карг рубили головы, тайны открытий оберегались сурово и бдительно. Не тут ли таится ответ на вопрос: почему молчал Колумб о своих беседах с северными мореходами? Он берег и множил эти крупицы знаний об Атлантике и землях, что лежали за ней!..

К Земле Трески

В Лиссабоне, городе, где Колумб провел годы учебы, на современной авениде Свободы в фешенебельном отеле стена просторного холла занята мозаичным панно: бородатый "морской волк" стоит на носу каравеллы и всматривается в туманную даль. Внизу надпись – "Жуан Кортереал. Открыватель Америки в 1472 году". За некие таинственные плавания его удостоили титула губернатора города Ангра на азорском острове Терсейра. Давайте попробуем разобраться в загадке Кортереала.

Документальное подтверждение его путешествия впервые было четко изложено в небольшой книге датского историка С. Ларсена "Открытие Америки за 20 лет до Колумба". Почему датского? Какое отношение имела Дания к португальским открытиям в Атлантике? Как выясняется, самое непосредственное. Оказывается (об этом свидетельствуют рукописи королевского архива), король Португалии Афонсу V дал санкцию на экспедицию, осуществлявшуюся двумя норвежскими капитанами – Дидриком Пайнингом и Гансом Пофорстом. В качестве наблюдателя при экспедиции находился Жуан Ваш Кортереал, представитель короля Португалии. Скорее всего именно он и был руководителем предприятия.

Первые попытки заполучить на португальскую службу скандинавских мореходов относятся еще к 1448 году – об этом пишет известный хронист Гомеш Эаниш ди Азурара. Он подробно рассказывает о том, как некий Валларт, датчанин, прибыл ко двору инфанта Энрике (будущего Генриха Мореплавателя) в Сагреше и был назначен главой экспедиции на острова Зеленого Мыса. Она закончилась печально. Известно, что Валларт и еще несколько человек команды были захвачены в плен местными жителями, и с тех пор их больше никогда не видели. Таких эпизодов Ларсен приводит множество. Так что, выходит, отношения с Данией были длительные и прочные. Смерть Генриха Мореплавателя не прервала этих контактов, а только подтолкнула к продолжению задуманного инфантом – поиску северо-западного пути через Атлантику.

Здесь мы подходим к самому загадочному месту в нашей истории. Король Афонсу решил финансировать эту экспедицию в надежде на то, что будет найден северный морской путь в Азию и Индию. Но не существовало никаких доказательств возможности этого путешествия. И вот нашли письмо Карстена Крипа, бургомистра немецкого города Киль, королю Дании Кристиану III. В письме, написанном 3 марта 1551 года, говорится, что его автор, Карстен Крип, видел карту Исландии с изображением неизвестных предметов, обнаруженных в этой стране. Далее утверждалось: карта подтвердила, что дед его королевского величества, Кристиан 1, послал экспедицию по просьбе короля Португалии к новым островам и материку на северо-западе.

Дедушка получателя письма правил Данией с 1448 по 1481 год. Не о Кортереале ли идет речь в том письме? История экспедиции Кортереала в Америку полна белых пятен по вполне понятным причинам: португальцы неохотно расставались со своими морскими секретами.

Итак, датский король послал двоих – Пайнинга и Пофорста. Пайнинг был пиратом, плавал под своим и британским флагами, занимал в Дании несколько значительных постов. В конечном счете он стал губернатором Исландии, возможно получив это место в качестве награды за участие в экспедиции Кортереала. Пофорст, близкий друг Пайнинга, тоже был пиратом.

Отправной пункт экспедиции неизвестен, хотя резонно предположить, что ее участники вышли из Норвегии или Дании и последовали к Исландии. Оттуда они пошли в Гренландию, а потом в Новый Свет. Судовой журнал не велся, и вычислить курс экспедиции удалось при помощи более поздних разбросанных в различных источниках свидетельств. Но тем не менее эти показания, хотя их и немного, убедительно доказывают факт присутствия Кортереала в Америке в 1472 году. Взять одно из них – знаменитый глобус Мартина Бехайма 1492 года. На нем живописно представлены не только Скандинавские страны, но и земли к западу от Исландии, которые имеют удивительное сходство с Новой Шотландией, Ньюфаундлендом и заливом Св. Лаврентия и которые традиционно именовались Землей Трески. До Бехайма такого глобуса никто не изготавливал. Но откуда он тогда получил эти сведения?

Удалось выяснить, что Мартин Бехайм, знаменитый немецкий астроном и картограф, женился в 1486 году на Жоане ди Мандо. Красивая девушка была сестрой зятя Кортереала – ди Утра, и молодожены поселились на одном из Азорских островов – Терсейре, которым управлял престарелый Кортереал. Бехайм жил там четыре года. Глобус сделан в 1492-м. Значит, в течение нескольких лет Бехайм жил по соседству с Кортереалом и, без сомнения, проводил много времени в беседах с губернатором, выслушивая и запоминая все самое интересное о далеких морях, которые тот посетил в 1472 году. Сравнивая глобус Бехайма с более поздней картой того же района, выполненной Джоном Кэботом, ученые убедились: первый – лучще! А что, если Колумб видел этот глобус незадолго до того, как отправился в Америку?

Судьба открытия Кортереала печальна. Экспедиция оказалась под такой завесой секретности, что об открытии никто ничего не узнал. Будь известия о вояже обнародованы, не пришлось бы человечеству праздновать 500-летие открытия Америки в 1992 году?

Загадочным моментом в этой экспедиции остается договор между Португалией и Данией, который предоставлял Кристиану 1 право на все земли, открытые во время поисков. Возможно, португальский король не догадывался о подлинном значении открытия новых земель, счел их никчемными. Но ситуация быстро изменилась, когда стали известны результаты плаваний Колумба. После 1494 года король дважды предоставлял исключительное право Гашпару и Мигелю Кортереалам, сыновьям Жуана, на "острова и материк", открытые отцом…

12 мая 1500 года король Мануэл подписал дарственную, по которой Гашпару Кортереалу и его наследникам предоставлялись длительные права на земли, которые он "за свой счет и на свой риск намеревался открывать заново или искать". Заметим, "открывать заново" явно указывает на то, что старый Жуан Ваш нашел-таки землю и что Гашпару намеревался найти ее снова и предъявить на нее законные права Португалии!

Во время своей третьей экспедиции в 1501 году Гашпару бесследно исчез. Год спустя Мигел отправился на поиски брата, а заодно и земель, обнаруженных им ранее. И перед тем как он ушел в плавание, король гарантировал ему такие же права, указав, что половина земель, найденных его братом, станет собственностью Мигела.

Дальнейшая судьба Мигела Кортереала тоже теряется в тумане столетий.

Атлантическое ннтермеццо

В начале нашего века вышла двухтомная книга американского колумбоведа Г. Виньо "Критическая история Христофора Колумба". В ней впервые высказывается предположение, что Колумб шел открывать не берега Восточной Азии, а острова Атлантики, о которых до него уже знали другие мореплаватели. Идея же о плавании в Страну великого хана зародилась, как представляет Вильо, уже после возвращения из первого путешествия. Через 20 лет эту теорию поддержал аргентинский историк Р. Карбия, а позже в ее пользу высказывались и другие ученые, в том числе и советские. Контрдоводы есть, но их не настолько много, чтобы отмести эту гипотезу, что называется, с порога. Каковы они? Верительная грамота великому хану, выданная за 11 месяцев до возвращения Колумба из первого плавания, – раз. Толмач, знавший восточные языки, прикомандированный к команде, – два. Пометки морехода на полях книг, им читанных, – три. Но не было ли это запланированной серией хорошо продуманных фальсификаций? Ради чего? Да ради того хотя бы, чтобы скрыть подлинные цели экспедиции – достичь богатейшей земли и ни с кем не делиться! Средневековые монахи были не так глупы, как это зачастую преподносится. На подготовку плавания они потратили килограммов десять золота. Но подсчитайте: по самым скромным подсчетам, за 300 лет владычества в Латинской Америке Испания вывезла оттуда столько ценностей, что их стоимость соответствовала трем миллионам килограммов золота. Было ради чего постараться, обеспечивая власть над Новым Светом!

Уже Аристотель в IV веке до н. э. сообщает об островах в океане по ту сторону Геркулесовых столбов. Вполне вероятно, сообщения древних и античных авторов покоились на сведениях об открытии Мадейры, Канарских и, может быть, Азорских островов. Как видно из книги ирландского монаха Дикуила (VIII– IX века), в монастырях читали сочинения древних авторов, отыскивая указания о далеких Счастливых островах. Остров Брандана "путешествует" по средневековым картам: на венецианском портулане (компасной карте) 1367 года он – на месте Мадейры, а на глобусе Бехайма – западнее островов Зеленого Мыса.

Еще одной загадочной точке на карте – Земле Бразил – повезло больше: она не исчезла с карт, как остров Брандана, а блуждала до начала XVI века, пока не превратилась в восточную часть Южноамериканского материка. Кстати, когда Педру Кабрал открыл Бразилию в 1500 году, он назвал ее Санта-Круш, и это название было признано повсеместно европейскими картографами в XVI веке. Но только не французскими! Они всегда называли ее именем Бразил. Это слово издавна применялось в описаниях ценных пород красного дерева. И именно так называли открытые задолго до португальцев земли в океане дьеппские купцы. (Еще один шаг к Колумбу.)

А были и остров Семи городов, и Ангилия. Эти миражи сыграли свою роль в истории географических открытий. Они казались Колумбу при составлении его проекта надежными этапами на пути к западу. А может, и не такие уж и миражи? Ведь привели же испанцев в XVI веке во внутренние районы Северной Америки именно поиски легендарных Семи городов…

Еще один поразительный момент. В десятилетия, предшествовавшие плаваниям Колумба, географические воззрения претерпели серьезные изменения, произошел как бы переход от правильных взглядов к неправильным. На картах наблюдаются удивительные превращения. Страны Восточной и Юго-Восточной Азии непомерно разрастаются, и их перемещают все дальше к востоку, то есть к берегам Западной Европы. Появляются несуществующие реки, горы, озера, фантастические страны.

Картографы основывались на практических данных – такой вывод напрашивается сам собой, он покоится на истории картографии – науки, неразрывно связанной с практикой и базирующейся на накопленном опыте. Причины ломки старых воззрений, считают некоторые исследователи, заключаются в целом ряде каких-то сообщений путешественников. Причем не одного, а многих. Картографов информировали о землях на западе, и они, приписывая их Азии, рисовали на своих портуланах.

"Индии" становятся ближе

Остров Бразил искали и купцы из Бристоля, центра рыболовства в Северной Атлантике. Торгуя в основном с Ирландией, купцы поначалу не ходили в дальние моря. Но в 60-е годы XV столетия они стали проявлять повышенный интерес к фантастическим островам в океане. Наверное, не случайно. Явно купцы получили интересные сведения от исландцев. То, что европейские картографы давно узнали о Гренландии, уже доказано. На карте 1467 года Клаудиуса Клавуса уже имеется множество местных названий населенных пунктов гигантского острова.

В свое время испанский историк Луис Андре Виньерас опубликовал письмо, найденное в государственном архиве Ивдий в Симанкасе, проливающее свет на историю открытия Америки. На испанском языке, без даты, оно было написано Джоном Дэем, англичанином, некоему официальному лицу – великому адмиралу, который оказался не кем иным, как гранд-адмиралом Кастилии Христофором Колумбом. Письмо свидетельствовало о хороших географических познаниях отправителя и доказывало, что между этими двумя людьми имела место переписка, обмен книгами и информацией о плаваниях английских моряков.

Данное письмо посвящено удачному плаванию из Бристоля неизвестного путешественника через океан в страну, которую Дэй называет Страной Семи городов. По многим характерным данным, и в том числе по большой пенсии, назначенной королем этому человеку по возвращении, можно определить и самого путешественника – Джона Кэбота, который в 1497 году обследовал значительную часть Ньюфаундленда и побережья материка. В письме, однако, говорится еще, что ранее путешественник совершал менее удачные вояжи из Бристоля. По данным Виньераса, это было в 1480, 1481 и 1491 годах. А может, и раньше?

Фобс Тейлор, профессор Института механики, специалист в области истории промышленности и торговли, обнаружил новые доказательства плавания бристольских мореходов в сторону Нового Света. Ор пришел к этому после изучения подробных коммерческих отчетов, включающих таможенные списки грузов, которые каждое судно ввозило в Бристоль и вывозило начиная с 1479 года.

Согласно декларации капитаны судов вели торговлю с Ирландией. Однако зачастую странный состав грузов и чрезмерно длительные плавания наводят на мысль о какой-то тайне.

Ф. Тейлор проанализировал характер грузов и рейсы судов. Вот типичный маршрут одного из кораблей ("Кристофера"), который принадлежал Моррису Таргату. Он отбыл из Бристоля якобы в Ирландию 17 ноября 1479 года и вернулся 11 марта 1480 года, то есть через 115 дней. Отчего же плавание "Кристофера" было таким продолжительным? Причиной его задержки не могли быть сильные ветры в Бристольском заливе, так как иные суда трижды проделывали за тот же срок рейсы к берегам Ирландии и обратно. Маловероятно, чтобы корабли ходили во Францию или Испанию, ибо такой груз – а это были пять тонн забракованного вина – везти туда все равно что отправлять в Ньюкасл шлак вместо угля. Одно из двух: либо Таргат проводил попусту время в поездках в Ирландию, либо он водил суда далеко на запад и осуществлял там свои необычные коммерческие сделки…

15 июня 1480 года судно Джона Дэя-младшего покинуло Бристоль и направилось в сторону острова Бразил, к западу от Ирландии, но вскоре вернулось, пострадав от непогоды. 6 июля 1481 года два судна "Джордж" и "Троица" из Бристоля, принадлежавшие Томасу Крофту, покинули порт, чтобы найти в океане остров под названием "Бразил". И таких вояжей было много. Об их результатах мы пока ничего не знаем.

Испанец Педро де Айала докладывал из Лондона в 1498 году королевской чете Фердинанду и Изабелле: "Эти из Бристоля уже семь лет посылают каждый год флотилии из двух, трех, четырех каравелл на поиски острова Бразил и Семи городов…"

Кому было выгодно плавание генуэзского морехода в "Индии"? Кто, зная или догадываясь о грядущих несметных сокровищах, поддержал искателя новых дорог? Колумбу помогали архиепископ толедский, кардинал Педро Гонсалес де Мендоса, хранитель казны короля Луис де Санганхель. Они были связаны с купцами и банкирами Кастилии и Арагона. И на вопрос: кому это нужно? – могли однозначно ответить: нам!

Западный путь на Восток… Не о нем ли грезили поколения генуэзских купцов, когда турки перекрыли дороги к Черному морю и захватили Константинополь? Именно эти люди одолжили кастильской короне деньги для снаряжения первой и второй трансатлантических экспедиций. Именно они впоследствии стали управлять торговыми домами в колониях Нового Света – "Индиях".

Король Фердинанд. Его в те годы волновали проблемы Неаполя и Сицилии, Сардинии и Алжира. Он гасил пламя крестьянской войны в Каталонии, тратил силы и средства на Гранаду. А деньги на сомнительное предприятие дал!

Королева Изабелла. Она была моложе и мудрее своего мужа. Мила и обходительна с нужными ей людьми. Острый ум и отличная память позволяли ей блестяще вести государственные дела. Колумб молился на нее всю жизнь.

Так кому же была выгодна экспедиция? Конечно же им, католическим королям, которые мечтали о великой кастильско-арагонской империи, владеющей чудо-городами в Китае, Индии… А может быть, и не Индии? Кто знал, что лежит там, за океаном?..

В дневнике Колумба мы обнаружили отсутствие колебаний при выборе маршрута, а также при самом передвижении в огромном, казалось бы, неведомом океане. Суда шли до Канар и оттуда на широте этих островов – к Новому Свету. То есть на всем протяжении маршрута они постоянно пользовались восточными пассатами и благоприятными течениями в океане. То был лучший для парусников маршрут в Атлантике.

Д. Цукерник, историк из Алма-Аты, замечает, что, двигаясь по неизвестному маршруту, кораблям следовало бы идти только в светлое время суток, а ночью либо останавливаться, либо замедлять плавание, чтобы не натолкнуться на остров или другую землю. Но каравеллы шли полным ходом днем и ночью, как будто кормчий был уверен, что никаких неожиданностей нет и не будет…

Колумб перед отправлением с Канарских островов вручил капитанам кораблей пакеты, написав на них, что вскрыть их можно только в случае разьединения бурей. Там было сказано, по Касасу, чтобы при отдалении судов на 700 лиг от Канарских островов они не двигались ночью. 700 лиг – это 4150 километров. Восточные острова Карибского архипелага находятся от Канар примерно на таком расстоянии… Откуда адмирал знал об этом?

Проблема возвращения домой встала перед участниками экспедиции в первые же дни плавания. Морские течения и пассаты пугали членов команды. Матросы думали, что они станут неодолимым препятствием для возвращения домой. Единственным человеком, сохранявшим спокойствие и невозмутимость, был Колумб. Он успокаивал моряков, уверяя, что обратно они поплывут тоже с попутным ветром.

Обратно флотилия шла на северо-восток и более двух недель уверенно продиралась сквозь ветры и волны именно в этом направлении. Там она попала в зону постоянно дующих западных ветров и течения, ими образованного. Затем суда круто повернули на восток ила большой скорости подошли к Азорам. То был лучший маршрут из Старого Света в Новый!

Друг детства Колумба и участник его второй экспедиции Микеле ди Кунес в письме от 15-28 октября 1495 года писал, что, когда Колумб заявил, будто Куба – это берег Китая, один из участников плавания с этим не согласился и большинство спутников тоже. Тогда адмирал прибег к угрозам и заставил людей произнести заранее подготовленную клятву, что они согласны с ним во всем и обязуются никогда не высказывать иных взглядов. Так руководители экспедиции распространили лживые сведения, будто бы открытые земли – Азия и цель экспедиции лишь достичь ее.

Варфоломе Колумб, брат и сподвижник Христофора, показал: "В те времена, когда брат ходатайствовал об этом (о плавании. – Авт.), над ним издевались, говоря, что он, наверное, хочет открыть Новый Свет". Ни в средневековье, ни в иное время Азия никогда не именовалась так…

За Геркулесовыми столбами

…"Приговор" Рихарда Хеннига, известного немецкого историка географических открытий, автора четырехтомного труда "Неведомые земли", был, казалось, окончателен. "Можно считать установленным, – писал географ, – что до сегодняшнего дня не появилось ни одного заслуживающего доверия доказательства пребывания на Американском континенте представителей Старого Света в античное время". Действительно, 40 лет назад для такого заключения еще были основания. Но время работало на оппонентов Хеннига.

В IV тысячелетии до н. э. на восточных берегах Средиземного моря возникли поселения земледельцев и рыболовов. Жизнь прибрежных деревень была неотделима от моря. Оно давало им пищу и даже краску – улиток-багрянок. С древних времен финикийцы зарекомендовали себя прекрасными мореходами. Они многое переняли у вавилонян и ассирийцев, например формы некоторых судов и далеко выступающий вперед штевень.

В свое время финикийцы узнали от греков, что на далеком западе, где море соединяется с океаном узким проливом, лежит удавительная страца, откуда привозят дорогие металлы – олово и серебро. Финикийцы поплыли туда – и завязали отношения с иберами. На Пиренейском полуострове возник Кадис – западный форпост финикийской державы. Позже их важным торговым пунктом стала Сицилия, вслед за ней появились фактории на Сардинии и Корсике. А в IX веке до н. э. возник Карфаген, сыгравший огромную роль в дальнейшей истории Средиземноморья. Порт, верфи, лес мачт, разноязычная речь все делало город крупным морским центром античного мира. Улучшалось качество судов, финикийцы старательно собирали сведения о далеких землях…

В VI веке до н. э. Египет стал постепенно терять былое могущество на Ближнем Востоке и в Африке. Все чаще порты государства открывались для греческих кораблей. В Средиземноморье зарождалась новая морская сила – греки. Желая поднять престиж страны, фараон Нехо II приказал финикийским мореходам, находящимся у него на службе, обогнуть с юга Африканский континент. Это было великим подвигом древних. Рассказ Геродога сохранил для потомков удивительные подробности беспримерного плавания. Известно науке и о походе карфагенского адмирала Ганнона к берегам Гвинейского залива, и об экспедиции Гимилькона к Оловянным островам в Британию. Побывали финикийцы и на Азорских островах…

…Штормы не редкость в этом районе Атлантики. Громадные пенистые мутно-зеленые валы обрушиваются с невероятной силой на берег, дробя и разрушая скалы, размывая песок… "В ноябре 1749 года, после нескольких дней шторма, была размыта морем часть фундамента полуразрушенного каменного строения, стоявшего на берегу острова Корву (в группе Азорских островов. – Авт.). При осмотре развалин найден гаиняный сосуд, в котором оказалось множество монет. Вместе с сосудом их принесли в монастырь, а потом раздали собравшимся любопытным жителям острова. Часть монет отправили в Лиссабон, а оттуда позднее патеру Флоресу в Мадрид…"

Так рассказывал об удивительной находке шведский ученый XVIII века Подолин в статье, напечатанной в издании "Гетеборгский научный и литературный коллекционер" и снабженной таким подзаголовком: "Некоторые замечания о мореплавании древних, основанные на исследовании карфагенских и киренских монет, найденных в 1749 году на одном из Азорских островов".

"Каково общее количество монет, обнаруженных в сосуде, а также сколько их было послано в Лиссабон, неизвестно, – продолжал Подолин. – В Мадрид попало девять штук: две карфагенские золотые монеты, пять карфагенских медных монет и две киренские монеты того же металла… Патер Флорес подарил мне эти монеты в 1761 году и рассказал, что вся находка состояла из монет такого же типа. То, что они частично из Карфагена, частично из Киренаики, – несомненно. Их нельзя назвать особо редкими, за исключением золотых. Удивительно, однако, то, в каком месте они были найдены!"

Да, клад североафриканских монет обнаружили на одном из Азорских островов, расположенном на пути между Старым и Новым Светом. Сам по себе факт примечательный. И неудивительно, что на протяжении едва ли не двух сотен лет его достоверность оспаривалась. Бельгиец Мес в интересной книге об истории Азорских островов считал находку явным вымыслом "ввиду отсутствия каких бы то ни было иодцающихся проверке фактов". Но временное отсутствие достаточных доказательств еще не дает права отрицать исторический факт, и крупнейший географ конца XVIII – первой половины XIX века Александр Гумбольдт нисколько не сомневался в подлинности факта, о котором сообщил Подолин, снабдивший, кстати, статью изображениями найденных монет (надо думать, они и, сейчас хранятся в какой-нибудь шведской нумизматической коллекции). Мес намекает на то, что Флореса ввели в заблуждение. Но с какой целью? Для чего нужен был такого рода подлог? Для славы? Сомнительно.

Энрике Флорес был выдающимся испанским нумизматом, авторитет его велик и по сей день – его нельзя обвинить в неопытности или недобросовестности. Нашлись и такие, которые просто-напросто утверждали, что монеты украдены в Лиссабоне у одного из коллекционеров, а историю с кладом на Корву придумали для сокрытия преступления. Но это ух слишком! Подобный метод, как справедливо отмечает Р. Хенниг, вообще может положить конец любым исследованиям в области древней истории, поскольку не исключена возможность обмана при любых археологических раскопках. Отметает эту версию и самое простое рассуждение: зачем понадобилось красть именно такие мелкие монеты – ведь из девяти штук только две были золотыми! Никакой уважающий себя вор никогда не стал бы рисковать ради подобной мелочи. Наконец, подлинность находки может быть доказана еще и тем, что в то время, то есть в середине XVIII века, ни один мошенник не смог бы правильно подобрать столь прекрасную серию карфагенских монет, относящихся к весьма ограниченному временному периоду – 330-320 годам до н. э.

Возникает основной вопрос: кто доставил на Корву древние монеты? Может, средневековые арабские или норманнские корабли? Видимо, все-таки нет. Трудно предположить наличие жгучего интереса к древним монетам такого низкого достоинства у моряков средневековья, который бы заставил их взять с собой в дальнее плавание лишний груз старых монет, не имевших тогда никакой ценности.

Напомним, Карфаген посылал корабли через Гибралтар в Атлантику вдоль африканских берегов, и один из таких кораблей мог быть отнесен восточным ветром на Корву. Так считал еще Подолин. Современные ученые с этим предположением согласны. Они исключают гипотезу о том, что сосуд с монетами попал на остров с остатками полуразрушенного и покинутого командой судна. Морское течение проходит от Азорских островов прямо к району Гибралтара, поэтому дрейф против течения исключается. Несомненно, остров посетил корабль с командой.

Итак, примерно в 320 году до н. э. карфагенский корабль прибыл на Азорские острова, и африканские мореплаватели оказались на пути между Старым и Новым Светом…

А Новый Свет, был ли он знаком древним? В книге "Вариа историа", вышедшей в 1701 году и вобравшей множество свидетельств различных авторов античного мира, можно обнаружить такие сведения. В 371 году до н. э. карфагеняне отплыли из Кадиса, взяв курс на заходящее солнце. После долгого плавания они обнаружили огромный остров. Там было множество растительной и животной пищи, протекала большая река, земля манила безлюдностью. Многие карфагеняне осели в этих местах, другие же вернулись на родину и доложили сенату о плавании. Сенат решил сокрыть в тайне эти сведения, дабы не привлекать внимание врагов к открытым землям. Вернувшихся путешественников, вытянув из них все сведения, убили. Этот факт, переданный, как считают ученые, Аристотелем, лишний раз свидетельствует о скрытности и изобретательности финикийцев, которые использовали подчас дьявольские методы для того, чтобы утаить достижения соотечественников. Может быть, поэтому мы так мало знаем об их открытиях?

Одни специалисты полагают, что "огромным островом" было Атлантическое побережье Северной Америки, другие называют Бразилию. Вот что пишет древний автор Диодор Сицилийский: "За Ливией на расстоянии многих дней плавания в океане лежит остров больших размеров. Земля там плодородна, гориста, и немало там равнин прекрасного вида. По ним текут судоходные реки. В древние времена этот остров оставался неоткрытым, так как был удален от остального обитаемого мира, и был обнаружен только в позднее время по такой причине: с древних времен финикийцы много странствовали в целях торговли, основали колонии в Ливии и в западной части Европы. Обследовав район, находящийся за Геркулесовыми столбами, они были отнесены ветрами далеко в океан. После долгих скитаний их вынесло на берег острова, нами упомянутого…"

И далее Диодор сообщает очень важный факт: "Тирийцы, опытные мореходы, намеревались основать там колонию, однако карфагеняне опередили их в этом…" Страна, по Диодору, выглядела так: "Там имеются деревянные хижины, с любовью построенные, с садами, в которых есть фруктовые деревья всех видов. Холмистая местность покрыта дремучими лесами. Жители много времени проводят на охоте. Есть у них и рыба, ибо берега их родины омывает океан".

Откуда древние черпали сведения для своих поэтических и исторических произведений? Из источников, не дошедших до нас, или брали их непосредственно у открывателей новых земель на западе?

В 1949 году американские газеты обошло сообщение о том, что 85-летний Ф. Бейстлайн, учитель из штата Пенсильвания, нашел камень с едва заметными знаками. Находка заинтересовала ученых из Корнелльского университета. Оказалось, надпись на камне финикийская. Подобные камни находили и в Огайо в 1956 году. В графстве Ланкастер еще в конце прошлого века нашли финикийские бусы, они и сейчас находятся в местном краеведческом музее. Несколько камней с надписями обнаружены на реке Роаноке в штате Виргиния. Короткий железный меч, по мнению археологов – финикийский, найден в графстве Брунсвик, на Атлантическом побережье США. Там же выкопана из земли небольшая плита-жертвенник.

Подытоживая находки, археолог Р. Боланд пишет, что причины финикийских вояжей в Америку нужно искать в войнах карфагенян с греками, которые велись с 480 по 275 год до н. э., а вернее, в их последствиях. Когда в 480 году Карфаген проиграл войну греческому военачальнику Гелону, тот предложил условия мира – отменить обычай человеческих жертвоприношений богам. Но для финикийцев это было невозможно – слишком тесно связывалась их жизнь с этим религиозным ритуалом. Наиболее фанатичные приверженцы культа покинули Карфаген, чтобы искать убежища в далекой стране, где они смогли бы жить привычной жизнью.

В свое время на прибрежной скале в штате Массачусетс было найдено изображение корабля. Сейчас оно скрыто под водой. Эксперты, изучавшие рисунок, считают, что он сделан местным жителем, видевшим у берегов финикийский корабль. Почему именно финикийский? Потому что на верхушке мачты у него виден рей. Норманны, ставя судно на якорь, спускали парус и рей. Средиземноморцы же обычно сворачивали парус и цепляли за рей. Таким образом, профиль судна становился похожим на букву "Т".

Эти данные появились сравнительно недавно и нс успели еще в полной мере стать достоянием исследователей, занимающихся трансатлантическими связями в древности. Другое дело – надписи на камнях, найденные в конце прошлого века в Бразилии…

Основой для споров, длящихся десятилетия, стало опубликованное в конце 80-х годов прошлого века в иллюстрированном журнале "Нову мунду" сообщение Ладислау Нетту, директора Национального музея в Рио-де-Жанейро, об удивительной находке на реке Параиба камня с надписью. Самой надписи никто не видел: все, кто говорил о ней, ссылались на копии. Вот что было написано на камне: "Мы, сыновья Ханаана, мореходы и купцы, были изгнаны из Сидона на этот далекий остров, гористую землю, которую приняли за обитель богов и богинь. На 19-м году правления Хирама, нашего царя, мы вышли в море на десяти судах и два года плыли вместе, огибая жаркую страну. Потом мы разъединились и, испытав опасность, прибыли сюда – 12 мужчин и 3 женщины, – на этот лесной остров…"

Из надписи явствует, что мореходы прошли от Суэца до южной оконечности Африки. У мыса Доброй Надежды их галеры разбросала буря, и одно судно, влекомое течением, попало в Бразилию. Но противники теории трансатлантических доколумбовых связей не верят в существование плиты. На ученого, отстаивающего ее подлинность, американского востоковеда Сайруса Гордона обрушивается град насмешек: в кабинете-де легко придумывать небылицы о древних плаваниях. При этом оппоненты забывают, что в нашем веке совершались сотни плаваний моряков-одиночек на лодках, плотах, и каноэ, без карты и компаса через Атлантику, причем люди выбирали самые трудные, обходные маршруты, так как существует опасность столкновения с океанскими лайнерами. Обыгрывая выдвинутые негативные заключения специалистов, оппоненты Гордона не очень-то охотно вспоминают статью известного немецкого ориенталиста К. Шлоттмана, появившуюся сразу же после находки бразильского камня. Она была напечатана в 1974 году в серьезном научном журнале. "Если это фальшивка, – заключает Шлоттман свой анализ надписи, – то злоумышленник должен был быть прекрасным знатоком финикийского языка и обладать большим эпиграфическим талантом, ибо отдельные черты надписи не только финикийские, а, несомненно, сидонские. Трудно предположить, что такой знаток диалектов финикийского языка живет в Бразилии, да и в Европе их, наверное, не так уж и много…" Вообще сомнительно, чтобы кто-то из тех немногих, кто владел тайнами пунического письма, мог пойти на изготовление подцепки. Однако до сих пор поддинность Бразильского камня не признана!

Дело с параибской надписью надолго затмило остальные находки на территории Бразилии. Между тем там было обнаружено еще несколько плит. Немец Шенхатен изучал их целых 15 лет и признал финикийскими. А летом 1978 года печать облетело такое сообщение: в Колумбии, в старом захоронении около местечка Самака в округе Бойяка обнаружены фрагменты терракоты с финикийскими письменами. Нашли их случайно местные жители, которые явно не намеревались никого обманывать…

Непрочитанная страница кельтской истории

Есть в истории человечества страницы, прочитать которые науке пока до конца не удается. Что подвигло на длинные, полные опасностей странствия по планете первых мигрантов эпохи палеолита и неолита? Что заставило передвигаться по Европе и Азии целые группы племен в начале нашей эры? Каковы были мотивы обширных миграций африканских народов банту по средневековой Африке? На эти и многие другие вопросы мы только-только начинаем получать ответы.

Но если картина основных перемещений крупных этнических групп хотя бы схематично, но все же начинает проясняться, то "мелкие" миграции остаются по-прежнему в тени. А между тем именно их значение очень велико для последующей истории того или иного народа. Один из возможных вариантов подобной малой миграции и ее последствия стали объектом нашего интереса. Поводом ддя обращения к этой теме послужила небольшая заметка, появившаяся несколько лет назад на страницах английской газеты "Дейли телеграф":

"…Согласно новым данным, полученным при изучении таинственных надписей на камнях в Новой Англии, – говорилось в заметке, – первым человеком, ступившим на землю Америки за тысячу лет до Колумба, был кельт – шотландец или ирландец. На заседании Эпиграфического общества Кембриджа, штат Массачусетс, обсуждался вопрос о пребывании кельтов в Нью-Хэмпшире и Вермонте. Самые важные свидетельства были найдены при археологических раскопках в местечке Мистери-Хилл в Северном Салэме, штат Нью-Хэмпшир, – надписи на языке огам, распространенном у кельтов. Доктор Барри Фелл, профессор Гарвардского университета, уже долгое время занимается переводом надписей и считает, что они относятся к периоду 800-300 годов до н. э. На т)дном из заседаний общества он высказал предположение: исходя из того что следы кельтов теряются здесь в глубине веков, можно считать, что они исчезли тут как самостоятельная этническая группа, смешавшись с местным индейским населением. Фелл и другие докладчики считают, что ранние кельтские поселенцы были потомками рыбаков, плававших в те времена в Атлантике. Вице-президент общества мистер Норман-Тотген заявил на это, что все надписи и сооружения созданы колонистами и фермерами в XVII– XVIII веках…"

Факт открытия кельтских письмен на территории США не новость для специалистов. Как и у всякой гипотезы, у этой тоже есть своя история. Ее сторонники утверждают, что кельты плавали в Америку до Колумба и оказали влияние на этническую среду и физический тип североамериканских индейцев. И доказательства тому – археологические находки и лингвистические совпадения в нескольких языках индейцев северо-востока Америки и у кельтов, легенды и предания местного населения. Оппоненты этой гипотезы категорически отрицают факт древних миграций и в большинстве своем основываются на одном положении, сформулированном Дж– Макинтошем в книге "Открытие Америки Христофором Колумбом и происхождение североамериканских индейцев", а именно: "Сходство между кельтскими и алгонкинскими (алгонкины – группа индейских племен Северной Америки. – Авт.) словами еще не означает, что индейцы – родственники ирландцев". Сторонники этого взгляда упускают из виду множество свидетельств в пользу кельтского присутствия в доколумбовой Америке и потому становятся необъективными. Да, действительно, из простых совпадений нескольких десятков слов в различных языках нельзя делать выводов об их родстве. Для доказательства последнего нужны более веские доводы, например генетическое родство, то есть регулярные сходства не только на фонетическом, но и на лексикограмматическом уровнях. Но все же…

Прежде чем перейти непосредственно к волнующей нас теме, остановимся на одном из пунктов, по которому скрестили копья противники и сторонники древних контактов. Речь пойдет о самой их технической возможности.

Часть ученых упорно настаивают на неспособности наших предков передвигаться по воде на значительные расстояния; они продолжают утверждать это даже после того, как Тур Хейердал и другие смелые исследователи доказали всему миру навигационные способности древнего человека и выносливость судов.

Но плавали ли по морям кельты? Вспомним описание морской битвы римлян с одним из кельтских племен, оставленное Цезарем: "Их суда были более плоскими, чем римские, нос поднят высоко, а корма приспособлена для ударов волн. Их суда целиком из дуба, а якоря снабжены железными цепями, паруса же – из крепких тонких волокон. Наши суда никак не могли повредить их корабли даже при помощи острых клювов, так велика была их сила…" Тут можно возразить, что это описание действительно только для рубежа нашей эры. Однако чтобы такие навыки развились, нужна была длительная мореходная практика, то есть база: мощные корабли кельтов, недоступные для римлян, не могли возникнуть на пустом месте.

Пути для древних кораблей в Атлантике достаточно четко определены течениями и ветрами. При выходе из Гибралтара или от юго-западных берегов Европы путешественников подхватывал южный рукав Гольфстрима и приносил в Вест-Индию – в Мексиканский залив, устье Миссисипи или во Флориду. При возвращении странники входили в северный рукав того же течения и шли по нему до Азорских островов, а от них попадали прямо туда, откуда пришли.

Другим маршрутом был путь через острова Северо-Западной Европы, Исландию, Гренландию, Баффинову Землю к Лабрадору. Плавали в основном на галерах – под парусами или на веслах. Этот вид судна был более плавуч и быстр, чем каравеллы Колумба и большинство кораблей первых послеколумбовых десятилетий. Галера, как полагают ученые, родилась в Черном море и азиатских водах задолго до того, как попала в Средиземноморье и Западную Европу. Одним из центров ее распространения была Колхида, и первые галеры выходили в Атлантику еще в третьем тысячелетии до нашей эры при древних египтянах…

Древние народы Западной и Северо-Западной Европы в определенной мере владели навыками астрономических наблюдений. В дальних плаваниях применялся компас из куска магнитного железняка, обычно метеоритного происхождения, вставленного в деревянную или тростниковую щепку, плавающую, в свою очередь, в чаше с водой. Древние норманны обнаружили, что кристалл кордерита имеет свойство менять цвет, будучи направленным в сторону солнца, независимо от того, видно ли оно или закрыто тучами. Такой прибор кельты могли позаимствовать у норманнов. Помощниками древних мореходов в океане были ястребы. Известно, что их брали с собой скандинавы, плавая в Исландию, использовали их и кельты. Эти птицы, выпущенные с корабля в Атлантике, держались в океане строго определенного направления – летели на остров Корву, один из Азорских островов. Именно поэтому арабы и португальцы называли эти острова Ястребиными, "асореш" по-португальски "ястребы".

Одним их пунктов повестки дня уже известного нам заседания Эпиграфического общества было обсуждение найденных надписей на огам. Огам – это не язык, а способ письма типа рунического, и возник он при более высоком культурном уровне людей, его создавших, чем руническое письмо. Во времена, когда на Крите распространилось линейное письмо В, кельтские суда уже плавали в Средиземном море. В своих странствиях кельты впитали множество культурных элементов, усвоили несколько систем письма. Огам был одной из разновидностей рунического письма, бывшего в употреблении у рыбаков и других прибрежных жителей Западной Европы. И вот надпись на огам обнаружена в Северной Америке, на противоположном берегу Атлантики…

По следам святого Брендана

Конец V века н. э. был суровым временем для Европы – войны, нашествия, междоусобицы заставляли людей искать пристанища в забытых Богом уголках Ойкумены. Одним из таких мест стала Ирландия, лежавшая в стороне от бурных европейских событий. Но остров был небольшой и всех страждущих вместить не мог. Перенаселение стало причиной того, что многие – и вновь прибывшие, и коренные жители – вынуждены были покидать остров. Жестокая необходимость эта не миновала и людей церкви. Для монахов, совершивших проступок, существовало такое наказание: провинившихся сажали в лодку и пускали в море на волю волн. Впрочем, находились отшельники, которых увлекала сама идея путешествия по волнам неведомого моря. Таким и был монах по имени Брендан. Как гласят хроники и легенды, он родился в 484 году в Ирландии в графстве Керри, хорошо учился, овладел основами астрономии, математики и навигации, много ездил по стране. В поездках Брендан собрал группу единомышленников. Они построили судно – курак – и вышли на нем в море.

Плавание было долгим и тяжелым. Первой землей на горизонте стал маленький остров с "потоками воды, низвергающимися с обрывов". Здесь странники нашли жилье и пищу. К этому описанию подходит остров Св. Килды из числа Гебридских островов. (Кстати, известно, что там существовало древнее ирландское монашеское поселение.)

Оттуда путешественники поплыли к другим островам: на одном были "стада белоснежных овец и реки, полные рыбы", на другом – "трава и белые птицы". По мнению исследователей, эти детали дают основание полагать, что Брендан и его спутники достигли островов Стреме и Воге из Фарерских островов.

Далее следовали два неопознанных острова: первый "с монашеством", второй с водой, которая "отупляет того, кто ее пьет". Сильные штормы увлекли курак Брендана на север, где он увидел "море как скисшее молоко" и "огромный кристалл". По-видимому, путешественникам повстречались битый лед и айсберг. Вскоре судно подошло к горам, "извергающим пламя, и красным скалам", "воздух там дышал дымами". По всей вероятности, то была Исландия. Шторм занес мореплавателей на пустынное побережье, где они жили некоторое время "в чреве кита", то есть укрывшись за толстыми ребрами китового скелета. Специалисты полагают, что пустынным побережьем, скорее всего, была Гренландия. После сильной бури и длительного плавания отважные путешественники оказались в "стране с солнцем, лесами и большой рекой, уходившей в глубь страны". Может быть, это было побережье полуострова Лабрадор и река Св. Лаврентия? Итак, если верить легенде, в IV веке состоялось плавание ирландцев в сторону Северной Америки. Но дошли ли они до нее?

Многие элементы ирлавдского эпоса позволяют предположить, что ко времени его появления уже были известны некоторые особенности восточного побережья Америки. Так, в эпосе упоминается "остров винограда", который густо порос кустарником, "все ветви его низко склонились к земле".

Возле восточного побережья Северной Америки действительно есть такие острова, и маловероятно, что эта деталь эпоса была рождена игрой воображения.

Правда, часть ученых считает Брендана лишь собирательным образом – вроде Одиссея или Синдбада-Морехода. Но легенды сохранили память и о других ирландских путешественниках. В "Книге коричневой кожи", автор которой жил около 1000 года, записано предание о Кондле Красивом, сыне одного ирландского правителя, находившегося у власти во II веке н. э. Однажды, бродя по горам, молодой Кондла встретил женщину. Та рассказала ему, что "ее дом – страна живых, где люди не знают ни смерти, ни неудач, где царит вечное веселье". "Пойдем со мной, – позвала она, – и ты никогда не состаришься!" Потом женщина исчезла, бросив принцу яблоко.

С тех пор Кондлу Красивого одолела черная тоска, он не ел, не пил, а только откусывал от того самого яблока, но при этом плод не уменьшался.

Через месяц незнакомка появилась вновь и повторила приглашение. "Красавец, –сказала она, – поплывем со мною на моем кураке в страну Боадаг. Там много богатств. Хотя она далеко и солнце садится, мы успеем достичь ее к ночи". И Кондла пошел с ней. Скоро лодка исчезла вдали. Легенда эта жива в Ирландии и поныне.

Плавание Мадока, принца Уэльского

Старые рукописи уэльских аббатств сохранили легенды о Мадоке, одном из известных представителей знати Уэльса середины XII века, попавшем в немилость, а потому решившем покинуть родные земли и создать колонию из своих единомышленников где-нибудь вдали от тирании правителей.

Тщательный анализ различных источников привел ученых к предположению, что корабли Мадока пересекли Атлантический океан и дошли до устья Огайо; беглецы мирно жили на побережье до тех пор, пока не начались стычки с местными индейскими племенами. Большинство валлийцев были уведены в отдаленные северные районы, а некоторые из них убиты на одном песчаном островке посреди реки.

Согласно легендам индейцев победившей стороной были краснокожие, побежденной – белые люди. В этом же районе археологи обнаружили щиты с изображениями русалки и арфы – атрибуты уэльских воинов. Там же найден надгробный камень, один из его фрагментов датирован 1186 годом.

Такова вкратце история одного из удивительных морских предприятий средневековья. На первый взгляд может показаться, что все здесь просто и ясно: беглецы из Европы переплыли Атлантику, высадились в Америке и постепенно растворились на необозримых просторах Нового Света. Но если бы все было так просто, наверняка прекратились бы споры, не выходили бы статьи и книги на эту тему.

Начнем с того, что многие не верят в подлинность самого Мадока. Но заглянем в старые книги. Первой опубликованной работой, где утверждалась истинность открытия Америки Мадоком, было вышедшее в 1583 году "Правдивое описание" Джорджа Пекэма. "Мадок покинул страну, – говорилось там, подготовил несколько судов с людьми и провиантом и отправился в путь. Он отплыл от берегов Ирландии на запад. После его возвращения появилось большое число басен и сказок, в которые многие верили. Рассказав об обширных и плодородных землях, он подготовил новые корабли и позвал с собой всех, кто хотел бы жить в спокойствии. Так что можно утверждать, что они были там задолго до испанцев…"

Через несколько лет известный английский путешественник и писатель Ричард Хаклюйт (его именем названо общество, издающее литературу о путешественниках) писал в пятом томе своих "Путешествий представителей английской нации": "Самое древнее открытие Западных Индий совершено Мадоком Овеном Гвинделом, принцем Северного Уэльса, в 1170 году. Прибыв в западные земли, он оставил там своих людей и вернулся с призывом к друзьям населить эти прекрасные безлюдные места". То же подтверждается двумя старинными манускриптами Каронского аббатства.

А как же все-таки с личностью принца? В Британском музее хранится рукопись 1477 года, в которой прослежена вся генеалогия валлийских семейств, и Гвинделов в том числе! Есть среди них и Мадок. Более того, время его жизни по рукописи совпадает с предполагаемым периодом экспедиции – 1170 годом.

Современные колумбоведы высказывают предположение, что адмирал знал о плаваниях Мадока и эти сведения помогли ему найти верный курс в Новый Свет. Недавно был прочитан любопытный манускрипт 1598 года под названием "Предполагаемые доказательства того, что испанцы не есть первые яткрыватели Америки". Вот что написано там на странице 33-й: "Франсиско Лопес дс Гомара в своей книге писал, что жители Америки задолго до испанцев знали, что здесь были христиане и они (докодумбовы христиане) не вели себя как захватчики, а следовали законам этих мест и говорили на местном языке. Для доказательства этого приведен факт, что принц Уэльский Мадок в 1170 году приплыл в Вест-Иидию и населил страну Мексику, которую потом завоевал Кортес". Через полвека датский ученый Хорниус писал: "Мадок со своими собратьями открыл и населил земли на Западе, и его имя до сих пор живет там".

Так или иначе, можно утверждалть, что Мадок все же существовал и плавал в Америку. Но есть ли доказательства его путешествия, кроме тех, которые мы уже привели?

То, что случилось с Мадоком после отплытия, не подтверждается документально. Из источников того периода удалось "выжать" следующее: "Приплыв туда во второй раз, принц нашел часть своих людей мертвыми из-за стычек с населением и климата". Некоторые ученые вообще утверждают, что корабли Мадока затерялись в море и сам он погиб. Их оппоненты выдвигают иное мнение: после двух разведывательных экспедиций были другие…

Но где тогда мог высадиться принц Уэльский?

В Алабаме, Джорджии и Теннесси археологи знают несколько фортов доколумбовых времен. До сих пор их происхождение не выяснено. В одном лишь сходятся мнения исследователей: крепости построены за несколько веков до Колумба. Олд-Стоун в Теннесси представляет собой неравносторонний треугольник из высоких неотесанных глыб, поднятых со дна притоков Дак-Ривер. Шестиметровые стены окружены рвом. Он похож на древние валлийские укрепления. Артур Гриффит, ученый из Кентукки, детально изучил развалины другого форта – Де Сото – и выезжал в Уэльс специально для того, чтобы сравнить их с родовым замком Гвинделов. Археолог отмечает, что приемы постройки обоих сооружений нагромождение на внутренней стороне рва глыб камня, обмазанных раствором из грязи, – идентичны. Важно также помнить, указывает Гриффит, что отождествление построек подобного типа затруднено тем, что почти все старые замки в Уэльсе испытали сильное норманнское влияние и восстановить их первоначальный вид чрезвычайно сложно. Но по ряду признаков – отвесные стены, узкие проходы, известковый раствор – совпадение отмечено полное.

Из района Де Сото уэльсцы, видимо теснимые местным населением, двинулись на северо-восток, в Джорджию. Здесь также встречаются аналогичные укрепления. Джон Хейвуд, историк прошлого века из Теннесси, утверждал, что сохранилось пять фортов в Сатгануге, построенных, по местным преданиям, белыми людьми. Можно предположить, что суда Мадока пришли во Флориду и именно отсюда в конце XII века валлийцы начали свое путешествие по территории Северной Америки.

Загадка "валлийских индейцев"

В 1621 году английский географ Джон Смит в книге "Генеральная история виргинской Новой Англии и островов вечного лета" впервые упомянул о "валлийских индейцах". Это стало как бы увертюрой к теме. С прибытием в XVII веке в Новый Свет выходцев из Ирландии, Шотландии и Уэльса свидетельства о встречах с этими людьми участились. В 1740 году в американском журнале "Джентльмен мэгэзин" появилось сообщение некоего Моргана Джонса, относящееся к 1686 году: "Когда я впервые увидел их (речь идет об индейцах племени манданов. – Авт.), то был убежден в их родстве с какой-то европейской расой, на такое сходство указывал и их язык… В 1660 году я со своими товарищами попал в плен к индейскому племени тускарора, готовому растерзать нас, когда я громко заговорил с ними по-валлийски. Однако позже они остыли и уже спокойно разговаривали со мной на этом языке, правда несколько испорченном".

В 1721 году патер Шарлевуа занимался изучением племен, живших в долине реки Миссури. Там он не раз слышал рассказы жителей о людях, у которых белая кожа и светлые волосы, особенно у женщин. Однако обнаружить это племя Шарлевуа не сумел. Через несколько лет исследователь де ля Верандри собрал средства и отправился на поиски загадочных людей. Проскитавшись три года по лесам, он остался жить среди индейцев майданов. Впоследствии он рассказывал, что их жилища расположены в чистеньких поселках с улочками и площадками, это бревенчатые срубы, на которые сверху насыпана земля. Эти, по выражению француза, светловолосые индейцы сообщили ему, что раньше жили далеко на юге, но вынуждены были отступить на север, теснимые врагами.

В английских архивах и Британском музее сохранилось несколько писем XVIII– XIX веков, авторам которых, пожалуй, не откажешь в беспристрастности. Вот строчки из письма Джона Крокэна, английского чиновника, датированного 1753 годом. "В прошлом году я узнал, – писал Крокэн неизвестному нам адресату, – что Вы собираете любую информацию о местных племенах и, в частности, о так называемых "валлийских индейцах". Вот некоторые данные. Французские поселенцы, жившие на западных берегах озера Эри, часто видели людей типа индейцев, но не похожих на них. Их около трехсот".

В 1805 году майор Амос Стоддарт, автор "Очерков о Луизиане", рассказывал о племени, люди которого имели светлую кожу, бороды и красные волосы. Некто Роберте утверждал, что в 1801 году встретил в Вашингтоне индейского вождя, который говорил по-валлийски так же бегло, будто был родом из Уэльса. Он объяснил Робертсу, что это язык его народа, который живет почти в 1500 километрах к северо-западу от Филадельфии. Вождь ничего не слышал об Уэльсе, родине валлийцев, но сказал, что у них есть предание, согласно которому предки его племени пришли из далекой страны на востоке, что лежит за Большой Водой. Потом Роберте спросил вождя, как им удалось сохранить язык, и тот ответил, что у племени есть закон, запрещающий детям учить любой другой язык, кроме родного. Это сообщение появилось в газете "Чаберс джорнэл" в 1802 году. Американский офицер Девис вспоминает, что, когда он развозил почту по Иллинойсу, некоторые служащие разговаривали по-валлийски с местными индейцами. Уорден рассказывает на страницах "Философско-медицинского и физического журнала" в 1805 году об уэльсце по имени Гриффит, попавшем в плен к "белым индейцам" шони. Пытаясь объяснить мирные цели своего путешествия, он обратился к ним на родном языке, и племя не тронуло его. К сожалению, Гриффит не смог выяснить историю племени, кроме одного предания, по которому родина этих индейцев – страна за морем.

Шотландский лорд Монбоддо, живший в XVII веке, отмечал, что до него дошли слухи о том, что на кельтских языках говорили даже во Флориде: он знал одного человека – шотландца, жившего среди диких племен во Флориде и говорившего с ними на родном языке, и индейцы понимали его. "Примечательно, – писал Монбоддо, – что их военные песни содержат не только отдельные слова, но и целые строфы из величественных стихов наших предков о войнах прошлых веков…" И наконец, письмо, сохранившееся в библиотеке Ньюберри (Чикаго). Когда уже известный нам А. Стоддарт готовил материал для своих "Очерков", то написал в 1816 году письмо губернатору Теннесси Севьеру с просьбой прислать какие-нибудь новые данные: "Судя по тому, что рассказывал мне губернатор Клейборн, Вы однажды видели какую-то древнюю книгу в руках у женщины племени чироки. Книгу эту передали откуда-то с западных берегов Миссисипи, а потом сожгли. Я сейчас как раз собираю материале древней валлийской колонии на этом континенте, основанной здесь, по некоторым данным, в 1170 году. Напишите мне…"

В октябре того же года Севьер прислал ответ: "В 1782 году я участвовал в кампании против нескольких племен чироки и еще тогда обнаружил следы старых фортификационных сооружений неправильной формы. Мне удалось расспросить о них одного старого вождя. Тот рассказал, что от предков им досталось предание, будто бы эти сооружения были построены белыми людьми, которые населяли земли, сейчас именуемые Каролиной. Несколько лет шла война между двумя народами. Потом они предложили обменяться пленными, после чего обещали покинуть нашу страну и не возвращаться больше. Потом они построили большие лодки и уплыли по реке. Они пошли по Большой реке (Миссисипи), потом по Грязной (Миссури). Сейчас здесь живут их потомки, но это уже не белые индейцы, а обычные, как остальные. Вождь также сказал мне, что у одной индеанки по имени Пег была древняя книга, полученная от индейцев с верховьев Миссури, и считал, что это валлийская книга. К сожалению, прежде чем я сумел ее добыть, ее сожгли в доме индеанки".

Чрезвычайно интересны наблюдения английского художника Дж. Кетлина, долго жившего среди индейцев майданов. "Я думал, – писал Кетлин в конце своей книги об индейцах, – что у майданов в быту и физическом обличье столько особенностей, что их можно рассматривать как остатки погибшей валлийской колонии, слившейся с племенем". Кетлин спустился по Миссисипи до одной заброшенной индейской деревни и проследил этапы постепенного перемещения ее жителей от Огайо к верховьям Миссури. Он же впервые обнаружил удивительное сходство лодок у манданов и валлийцев: и те и другие сделаны из сыромятной кожи, натянутой на остов из ивовых прутьев. Собрал Кетлин и предания индейцев. Они повествуют о том, что однажды в Кентукки пришел белый народ, "у которого были вещи, которых индейцы не знали". Но этих людей увели в неизвестном направлении и, видимо, убили.

Кроме лодок и жилищ, сходными оказались и некоторые музыкальные инструменты, например арфы. Керамика индейцев манданов, хранящаяся в музее Цинциннати, также очень похожа на раннюю керамику кельтов. Изготовляли индейцы и прекрасные голубые четких Примечательно, что именно такие четки делали древние жители Британских островов.

Кетлин записал у манданов фразу, смысл которой, определенный с помощью валлийского языка, сводится к следующему: "Великий Мадок – дух навеки". Сами манданы значение этой фразы объяснить не могли.

Раз уж речь зашла о языке мавданов, то нельзя не сказать о родстве валлийского языка с языками некоторых североамериканских племен. В конце XVIII века Джон Герти, житель мест, о которых идет речь, собирал слова манданов в надежде создать словарь их языка. До нас дошел удивительный список, состоящий из 350 сходных слов и даже фраз.

Основной аргумент противников взаимного влияния этих языков в том, что у них разная грамматическая и синтаксическая основа. Однако нетрудно предположить, что одинаковой основы для двух абсолютно разных языков и быть не может: валлийский развивался в Старом Свете, язык манданов – в Новом. Речь идет либо о заимствованиях, либо о так называемом тайном языке (или языке табу), который может храниться веками в секрете и использоваться только отдельными членами племени, 0бычно это самостоятельные слова и фразы, лишенные грамматической основы. И можно предположить, что язык "валлийских ивдейцев" и есть тайный язык манданов. Несомненно, в языках этих больше различий, чем совпадений, однако сейчас некоторые специалисты уже колеблются, можно ли объяснить все сходства лишь случайными совпадениями?..

Римляне в Новом Свете?

Этот сюжет навеян открытиями в области подводной археологии. Несколько лет назад бразильский ныряльщик обнаружил на дне бухты Гуанабара близ Рио-де-Жанейро два керамических якоря. Ученые определили их возраст – две с половиной тысячи лет. Прошел год или два, и у берегов штата Байя на двадцатиметровой глубине было обнаружено керамическое блюдо. Его возраст совпал с возрастом якорей.

Известный специалист в области подводной археологии Р. Маркс высказал предположение, что эти предметы принадлежали командам финикийских судов, потерпевших крушение у берегов Бразилии за несколько веков до начала нашей эры. Однако наряду с указанными находками со дна бухты Гуанабара вскоре были подняты две амфоры, без сомнения римского происхождения.

Часть специалистов, занимающихся историей трансатлантических контактов в древности, отвергают сам факт присутствия римлян у берегов Нового Света лишь потому, что в их распоряжении якобы имеются сведения о том, что найденные предметы из коллекции вещей, подаренных императору Бразилии Педру 1 сицилийскими властями в прошлом веке. При этом они не указывают, что находки в бухте Гуанабара – далеко не единственные подобного рода. Таким образом, в свете уже упомянутых открытий представляется весьма заманчивым взвесить шансы римлян в том, что касается дальних морских вояжей.

Имеются ли дополнительные доказательства? Некоторые сведения приводит в своей книге "Америка и Старый Свет в доколумбову эпоху" известный русский американист В. Гуляев. Речь идет об известной находке мексиканского археолога Хосе Гарсии Пайона в местечке Килиштлахуак в Центральной Мексике. В ацтекском погребении из-под трех слоев глинобитных полов он извлек странную головку из терракоты. Австрийский ученый Р. Хайне-Гельдерн отнес ее к типу римских статуэток рубежа II-III веков н. э. Другие предметы, найденные в том захоронении, относятся, по всем данным, к XII веку, то есть тоже доколумбова возраста. Обстоятельства обнаружения находки исключают возможность фальсификации.

Находка в Килиштлахуаке не единственная в ряду подобных… Известна эллинистическая терракотовая статуэтка из Каретаро, глиняный торс Венеры из Хуастеки (Мексика) и, наконец, клад римских монет IV века н. э., найденный на побережье Венесуэлы. Монеты, относящиеся к тому же периоду, были обнаружены и на побережье штата Массачусетс.

Естественно, эти находки не исчерпывают списка обнаруженных в Центральной и Южной Америке древнеримских предметов. О них неоднократно сообщали еще в прошлом веке крупнейшие географы А. Гумбольдт и П. Гаффарель. А в 1928 году один из посетителей принес в Американский музей естественной истории изготовленную из обожженной глины розового цвета фигурку с черной бородой. Он рассказал, что нащел ее рабочий-пеон на берегу реки Рио-Бальсас в Мексике. Фигурка своим видом совершенно не похожа на известные индейские типы. Она явно и не африканская, потому что на Черном континенте использовали для изготовления подобных статуэток в основном дерево, золото, бронзу и слоновую кость. Скорее, ее можно отнести к изделиям западноевропейских мастеров начала нашей эры и раннего средневековья. Имеется сходство и с месопотамской скульптурой, где часто фигурируют персонажи с бородками, выполненные из обожженной глины. Есть такие бородатые головы и в собраниях древностей из Индии и Китая.

Сотрудники музея выяснили, что аналогичные находки были и в других районах Центральной Америки. Интерпретировать их окончательно пока затруднительно. Так, известна ваза из района Шама (Гватемала). На ней изображены люди, причем часть из них явно не индейского типа, но зато они похожи на уже описанного нами бородатого мужчину. Радиоуглеродный анализ показал возраст находки – 500 год н. э. Об этом рассказал в свое время в американском журнале "Нэчурел хистори" Дж. Вайян, известный археолог.

Одним из аргументов скептиков продолжает оставаться утверждение, будто римляне были плохими мореходами и свои таланты направляли на строительство дорог и крепостей, не признавая морских путей. И в отличие от финикийцев игреков, им предшествовавших, они якобы не полагались на свой флот. Римские плавания-де оказались в хвосте их великой цивилизации. Однако достаточно лишь беглого знакомства с историей древнего судостроения и мореходства, чтобы стала очевидной несостоятельность таких взглядов.

Во времена правления Нерона, то есть в 50-60-е годы I века, на Агриппских озерах ежегодно устраивались шумные празднества. Огромные плоты и суда, увешанные гирляндами цветов, снозали по водной глади. К началу новой эры римляне достигли значительных успехов в строительстве большегрузных морских судов. Водоизмещение отдельных кораблей составляло 1200 тонн! В 40 году императору Калигуле понадобилось перевезти по морю из Египта обелиск сорокаметровой высоты. Для этого построили судно водоизмещением 1300 тонн. Обычно суда строили из кедровых, пихтовых или кипарисовых бревен. Часто корпус ниже ватерлинии обивали листовой медью или свинцом. Паруса были обычно полотняными. Трюмов в нашем понимании часто не было, пассажиры укрывались от непогоды и солнца под навесами.

Огромные зерновозы совершали регулярные рейсы между Александрией и римскими портами. Императоры предпочитали их быстрым галерам – так было безопаснее. Зерновозы брали на борт несколько сотен пассажиров и по размерам намного превосходили фрегаты XIX века. Наряду с грузовыми и пассажирскими существовал особый тип судов для перевозки диких зверей из Африки и Азии. Для того чтобы животные выжили и достойно показали себя на аренах цирков, их нужно было быстро доставить на место, а для этого требовались скоростные суда.

Широкое распространение получили у римлян либурны, подвижные и легкие в управлении корабли, использовавшиеся вначале пиратами для погони за добычей. Однако римские купцы отняли у пиратов их изобретение. После некоторых переделок либурны стали использоваться торговцами и военными в борьбе с самими же морскими разбойниками.

Римские мореходы ориентировались по звездам и знали направление ветров. Существовали и письменные инструкции капитанам – периплы, которые передавались из поколения в поколение. Среди известных – "Перипл Ганнона" (VI век до н. э.), "Перипл внутреннего моря Псевдо-Скилака" (IV век до н. э.), "Перипл Каспийского моря" (III век до н. э.), "Перипл Эригейского моря" безымянного автора (датируется I-III веками н. э.). Наверняка пользовались они и справочниками для плавания в Атлантике, но последние до нас не дошли. Таким образом, империя, вступившая в 1-ю Пуническую войну с эскадрой из 20 судов, прошла огромный путь. Римские горожане ели хлеб, испеченный из пшеницы, выросшей в Египте; рыбу, выловленную и высушенную в селениях близ Гибралтара; жарили пищу на оливковом масле из Северной Африки; пользовались медными горшками и сковородами, выплавленными в печах Массилии; пили вино с Иберийского полуострова. Женщины носили одежды из шелка, привезенного из Китая, украшали себя самоцветами из Индии и Цейлона, употребляли в пищу перец и пряности с Малабарского берега, ели греческий мед, а косметика их была из Аравии. Мебель делали из драгоценных пород африканского черного и красного дерева. Мрамор привозили из Малой Азии, а слоновую кость из Западной и Восточной Африки. Римские путешественники побывали с военными и торговыми целями во многих уголках Старого Света.

А в Новом Свете?

В коллекции Британского музея в Лондоне имеется рисунок, выполненный с деревянной фигурки римского легионера, доставленной в конце прошлого века с… Гавайских островов. Как она могла попасть туда? Английский исследователь В. Смит еще в начале века предположил следующий вариант разгадки. Как известно, римские торговые поселения существовали в Индии в I-III веках. Туда же приходили яванские суда, груженные перцем, который обменивался на римские золотые украшения. По некоторым данным, в Индии даже в древности имелся храм, воздвигнутый в честь императора Августа. Яванские мореходы – лучшие знатоки Индийского и Тихого океанов – наверняка были осведомлены о многочисленных островах и огромной земле, лежащих на восток от Явы. Они-то и могли доставить на Гавайи среди прочих изделий и товаров фигурку римского легионера. Прекрасные мореходы, свободно пересекавшие Индийский океан на отличных прочных судах (влияние яванской культуры отчетливо прослеживается на Мадагаскаре), эти безвестные колумбы наверняка плавали и по Тихому океану, пишет В. Смит в книге "Ранняя история Индии".

Еще один, более близкий нам по времени исследователь, француз Луи Маллере, обнаружил в 50-х годах в долине Меконга на территории сегодняшней Камбоджи развалины большого города II-VII веков. Там наряду с индийскими, китайскими и персидскими монетами были найдены и римские предметы, например золотые медали с изображением головы императоров Пия Антония и Марка Аврелия. Можно вспомнить китайские сообщения о том, что в 166 году в их страну прибыло посольство римского правителя Ан-Туана. Нетрудно догадаться, что речь шла о сыне Пия Антония Марке Аврелии, правившем в 161-180 годах. Именно там, на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии, римские мореходы могли получить сведения о материке, лежащем далеко на Востоке (нынешней Америке). С берегов Дальнего Востока, которые нередко посещали посланцы империи, отдельные римские артефакты, или даже суда Рима, или отдельные римляне на судах японцев и китайцев, малайцев и корейцев могли попасть в Новый Свет. "В океанских плаваниях первооткрывателей решающую роль играли не расстояния, а направления ветров и течений", – пишет Тур Хейердал.

Наиболее вероятный маршрут древних путешествий из этих районов Старого Света к берегам Центральной Америки – так называемый маршрут Урданеты, который идет с северным экваториальным течением от берегов Японии, следует южнее Алеутских островов вместе с преобладающими западными ветрами и огибает дугой западные берега Северной Америки от Аляски до Южной Калифорнии. Таким образом, замечает Хейердал, жители Малайского архипелага могли попасть в Новый Свет, не забредая в арктические снега.

Именно так можно объяснить находки римских вещей на Гавайях и в тех районах Мексики, которые более приближены к побережью Тихого, а не Атлантического океана.

Похоже, что римляне располагали сведениями о землях, лежащих в нескольких неделях пути за Гибралтаром. На хорошо оснащенных судах, рассуждает Хейердал, они обследовали западноафриканское побережье, побывали на Канарах, откуда на запад, к Новому Свету непрестанно движется широкая тропическая полоса воды и воздуха. История свидетельстаует, что европейские суда с прямыми парусами подчинялись этому властному течению, а в обратную сторону могли пройти только в более высоких широтах. Немногие из них, достигнув берегов Нового Света, нашли возможность вернуться обратно. Но те мореходы, которые вернулись, рассказали об огромном загадочном "острове", что лежит далеко в океане…

Африканцы выходят в Атлантику

Еще в раннем средневековье Ибн-Халдун, известный арабский историк, географ и путешественник, предупреждал мореплавателей: "Это огромное море без пределов, где корабли не решаются плавать, выпустив из поля зрения берега, ибо не знает никто, как там дуют ветры, не знают земли, которая была бы населена…" Как видно, мореплаватели средневековья не знали слов Ибн-Халдуна или же просто не испугались их.

В дискуссии по поводу исследований Хейердала, развернувшейся на страницах журнала "Латинская Америка" несколько лет назад, есть интересное для нас заключение специалиста из Института океанологии В. Войтова. Он не сомневается в том, что в случае отплытия из Экваториальной Африки были бы неплохие условия для плавания. Мореходы шли бы в полосе юго-восточного пассата с попутным южным пассатным течением. Для возвращения в Африку могли использоваться экваториальные западные ветры и экваториальное противотечение, направленное на восток.

Нет необходимости рассказывать вновь об "интернациональных" плаваниях из Старого Света в Новый на судах из папируса. Их уроки уже признаны в научных кругах. Нам предстоит взглянуть на более загадочные и спорные страницы африканской истории.

Познакомимся с выдержками из труда арабского ученого XIV века Аль-Омари: "Мы происходим из семьи, в которой монарший сан передается по наследству. И вот предшествующий нам правитель решил, что нет ничего невозможного в том, чтобы убедиться в наличии противоположного берега у моря аль-Мухит (Атлантический океан. – Ред). Одержимый этой мыслью и воодушевленный желанием доказать свою правоту, он приказал снарядить несколько сот судов, набрал для них комавды, присоединил к ним также много других судов, снабженных золотом, съестными припасами и водой в таком изобилии, чтобы все это могло удовлетворить потребности команды в течение многих лет. При отплытии он обратился к капитанам со следующей речью: "Не возвращайтесь, прежде чем вы не достигнете самой крайней границы океана или прежде чем не будут исчерпаны ваши съестные припасы и питьевая вода".

Они отплыли и долго отсутствовали. Наконец вернулось одно судно. Мы спросили кормчего этого судна, что же случилось, он ответил: "Государь, мы долго плыли, пока не встретили мощного течения, подобного реке. Я шел последним за другими судами. Все суда продолжали плавание, но едва подошли к этому месту, начали исчезать одно за другим. Мы так и не узнали, что же с ними случилось. Я же не захотел оказаться во власти этого водоворота и поэтому вернулся".

Султан не пожелал поверить этому сообщению и не одобрил поведение капитана. Он приказал снарядить 2000 судов, из которых одна половина была предназначена для него самого, а другая – для припасов и питьевой воды. Он доверил мне правление и со своими спутниками вышел в море аль-Мухит. При таких обстоятельствах мы видели его и других-в последний раз. Я остался неограниченным властителем государства".

Пусть читатель простит нам столь длинную цитату, но она стоит того, чтобы привести ее полностью. О ком же шла речь у Аль-Омари?

Английские историки прошлых веков и даже в нашем веке редко упоминают о том, что в раннем средневековье Западная Африка обладала высокоразвитой культурой. Город Томбукту с университетом и богатейшей библиотекой мусульманской литературы был крупным центром, куда сходились пути караванов, следовавших из многих уголков Старого Света. Кроме Томбукту, в древнем Мали был еще и Дженне, отличавшийся знаменитыми каналами, не уступавшими по красоте венецианским. Говорят, что хирурги здесь умели удалять катаракту и их познания в медицине были куда богаче, чем у европейских коллег того времени.

Абубакари II, как свидетельствуют хроники, отказался от политики расширения империи, и без того достаточно обширной, и обратил свой взор на огромный океан, омывавший его земли с запада. Примерно за 200 лет до Колумба ученые-географы из Томбукту утверждали, что мир имеет форму тыквы, и если двигаться в одном направлении, то можно, обогнув его, вернуться в исходную точку с другой стороны.

Уцелевшие источники – их, в сущности, единицы – позволяют утверждать, что правитель собрал по всему Западному Судану множество мастеров-корабельщиков, чтобы построить флотилию. Как прошла первая экспедиция, мы уже знаем от Аль-Омари. Вторую Абубакари решил возглавить лично. В 1311 году, возложив на своего брата Канку Мусу обязанности регента, король отплыл в неведомое. На сей раз не вернулся никто.

Перенесемся в Новый Свет. "В 1870 году в Северной Каролине, между Блю-Ридж и Аллеганскими горами обнаружена неизвестная стоянка. Находки подобного рода здесь не редкость, но эта стоянка не индейская, – писал "Журнал антропологического института Великобритании и Ирландии" в конце прошлого века. – Это керамика, резьба по дереву, рисунки на скалах. Человеческие фигурки все одного типа: закругленные, правильных форм, некоторые плоские, одежда прикрывает их с головы до пят. Одни находятся в явно возбужденном состоянии, другие сидят, третьи скачут без упряжи на животных, идентифицировать которых не представляется возможным. Некоторые животные хорошо видны это одногорбые верблюды, гиппопотамы, носороги… Найдены чашки и блюдца различных форм, многочисленные трубки, резьба которых не имеет ничего общего с аппалачской. Кажется, они сделаны металлическим предметом. Кто же их сделал?" Действительно, кто?

В третьем путевом журнале Колумба есть упоминание о том, что "адмирал хотел выяснить, правда ли все сказанное жителями". А жители рассказали следующее: "С юго-востока к нам приходил черный народ, он принес наконечники копий из металла под названием "гуанин", они состоят на 32 части из золота, 6 – серебра и 8 меди". Если открыть один из словарей африканских языков, легко обнаружить там слово "гуани", что на языках группы манде означает "золото". Простое созвучие? В записках путешественника по Африке начала XVIII века Босмана есть следующее место: "Золото, принесенное нам жителями, очень чистое. Но есть у них одно – искусственное, состоящее из нескольких частей, на треть оно подлинное, а в остальном серебро и медь. Стоит оно, конечно, дешевле, мы встречали его по всему побережью".

В записках Колумба сохранились интересные замечания, где адмирал сравнивает вещи, виденные им на гвинейском берегу, с американскими. В 1492 году, описывая Кубу, он сообщал: "Здесь много пальмовых деревьев, отличных от гвинейских". Не ошибся он и в идентификации дюгоней у берегов обоих континентов. Приметил и то, что жители Кубы довольно сильно отличаются от африканцев. Но вот что мы находим в его дневнике: "Здесь этого растения больше, чем там, на гвинейском берегу…" Речь идет о кассаве, подлинно американском эндемике (местном виде). Тот факт, что она росла по обе стороны океана, Колумб никак не прокомментировал. Может быть, он ошибся? Но ведь он узнал ее сразу, едва увидев. И если он не ошибся в сравнении антропологических типов жителей Кубы и Африки, в зоологических сравнениях, то почему в этом случае он должен был ошибиться?

Английский хронист Ричард Иден сообщает, что когда европейцы впервые прибыли в Новый Свет, они явно отличали длинные черные волосы индейцев от вьющихся волос мавров, встреченных ими там же.

Так как же быть с теми – каролинскими – находками?

М. Джеффриз тщательно изучил коллекцию находок и пришел к следующему заключению. Материалы (терракота, камень, дерево), формы и способы передачи движений, черт лица и фигуры полностью совпадают с приемами, применяемыми по всей Западной Африке. У фигурок из Америки такие же характерные плоские основания, как у большинства соответствующих находок в центре йорубской цивилизации – Ифе. Много примеров такого рода Джеффриз собрал во время своих африканских поездок. Трубки, упоминаемые им, не похожи на индейские. Специфику их создают многочисленные дырочки на том конце, куда засыпают табак. Джеффриз, купивший наугад несколько трубок у жителей долины Нигера, обнаружил их полное сходство с теми – каролинскими. Американский языковед, специалист по проблемам лингвистической интерференции Лео Винер доставил в 20-х годах три тома лингвистических совпадений в языках ивдейцев и африканцев. Еще один том добавил к ним в 1930 году француз Г. Ковэ. Основательное изучение лексики различных языков привело Винера к заключению, что "африканское влияние на американский континент не могло сказаться ранее XI века, так как множество встречаемых мандингских слов в доколумбовых пластах индейских языков носит явные следы арабского влияния". А американский ученый Г. Лоуренс сделал такой вывод: "Петроглифические надписи, обнаруженные в различных районах Западного полушария, полностью схожи с доарабскими системами письма мандинго и их соседей – номадов".

Португальский путешественник Валентин Фернандиш, литературное наследие которого приносит пользу географам и историкам, писал в 1506 году об "огромных каноэ, вмещавших до 120 воинов", а другой его современник видел лодки до б метров длиной, вмещавшие 60 человек. Француз Ж. Барбо упоминает о лодках 12-метровой длины. Строились они способом, мало изменившимся за столетия. "Они делали лодку из цельного ствола дерева, вырубая сердцевину железными рубилами, оставляя дно в два пальца толщиной и борта в один палец. Борта укрепляли подпорками. Делаются эти лодки из огромных деревьев в 17-18 обхватов" – так описывал их сооружение голландский путешественник О. Далпер. Английский историк Эдамс видел в XVIII веке лодки, каждая из которых вмещала по 180 человек, но могла перевозить и до тысячи рабов. В Сьерра-Леоне не раз отмечались крупные перевозки скота и провизии на больших баркасах.

До недавнего времени существовало мнение, будто кукуруза была завезена в Европу португальцами и голландцами из Америки около 1500 года, а из Испании взята арабами и затем распространилась по Африке.

Теория эта покоится на факте, что в самих названиях кукурузы, данных африканцами этому злаку, имеется элемент "белые люди", то есть речь якобы идет о португальцах. Совершенно иначе предстает перед нами эта проблема в свете недавних открытий.

Кабрал, португальский мореплаватель, возвращавшийся из Бразилии, не заходил на Гвинейское побережье в 1500 году. Веспуччи – тоже (1501). Голландцы и другие португальцы ходили в Бразилию гораздо позже. Между тем существует много свидетельств того, что кукуруза широко культивировалась на Гвинейском побережье в 1500-1506 годах. Незадолго до 1506 года португалец Перейра, плывя в Индию вдоль берегов Африки, видел маис в Сьерра-Леоне. И он не утверждал в своих записках, Как это было принято у португальцев, что именно они завезли маис в Африку, значит, у него не было для этого оснований. Недавно европейские ученые обнаружили кукурузу в захоронениях у бушонго в Центральной Африке и датировали ее 1360 годом. Появлением ее здесь бушонго скорее всего обязаны племенам нгуни, пришедшим в эту часть Африки из более северных районов континента. Это было задолго до появления рервых португальцев в устье Конго и тем более задолго до плаваний Колумба.

0|1|2|3|4|5|6|7|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua