Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Николай Николаевич Непомнящий Загадки сынов Атлантиды

0|1|2|3|4|5|6|

На острове Пальма совершались подношения богу Идафе в Кальдере. Островитяне приходили с дарами и

громко произносили ^“Говорят, что Идафе умрет” или: “Умрешь ли ты, Идафе?”. Жрецы отвечали: “Давайте все, что вы принесли, и он не умрет”.

Среди археологических находок на островах нередко встречаются фигурки всевозможных идолов. Сабен Бер-тло одним из первых сравнил их с аналогичными предметами, найденными в погребениях Северной Африки, а Д. Вёльфель позднее выявил в них также явные критские черты. В одной из комнат Кносского дворца А. Эванс в свое время обнаружил фигурку мужчины на подставке, воздевшего вверх руки с растопыренными пальцами. Схожую фигурку нашли на острове Фуэрте-вентура в местечке Айгина, правда, ее черты были несколько упрощены. В музее Лас-Пальмаса на Гран-Канарии хранится фрагмент маленькой глиняной статуэтки — торса женщины, обнаруживающей сходство с изделиями крито-микенской культуры.

У канарцев были, видимо, священные животные. Жрец имел отличительные регалии — высушенную козью или баранью голову, поднимавшуюся на шесте или носившуюся на шее. Такой же знак отличал и жрецов у древних берберов, поклонявшихся быку и барану — священным животным Египта и Сахары. Черепа буйволов, баранов и муфлонов всегда украшали стоянки древних ливийцев и пещеры, где жили неолитические племена Атласа.

Гуанчи почитали Луну, называя ее, согласно некоторым источникам, Сель (слово явно европейского происхождения!).

С особым почитанием относились жители островов к покойникам. А. Кадамосто отмечает, что останки старого правителя были символом достоинства нового. На его костях приносили присягу вассалы и воины. Тот же обычай наблюдался у некоторых африканских народов.

Канарцы верили в потустороннюю жизнь. На Тенерифе во время похорон молодые люди, очевидно в экстатическом состоянии, закалывали себя. Самоубийца должен был передать просьбы и мольбы живых умерше-

му вождю. На Гран-Канарии тоже случались подобные самоубийства. Здесь мужчины приносили пищу на могилы покойникам, а женщины — покойницам и проводили там ночь, как это делается на Сардинии, Мальте и в Северной Африке. Обожествление мертвых прослеживается также в Сахаре периода неолита.

Многие танцы канарцев носили культовый характер. Они бьши настолько оригинальными, что, когда однажды в Португалию доставили четырех канарцев, двор поразился изяществу их танцев. Впоследствии и Людовик XIV не раз танцевал на балах в костюме правителя острова Тенерифе…

Музыка и танцы были р'азвиты и распространены на островах, как и пластическое искусство, и рисование. Р. Верно в своем объемистом труде “Научная миссия на Канарские острова” приводит стихи канарцев. Первое трехстишие с Гран-Канарии, второе — с Ферро. Он дает их приблизительный португальский перевод следующего содержания:

1. “Будьте желанными! Эти чужаки хотят убить нашу мать. Сейчас особенно важно нам быть вместе. Брат, я хочу жениться, а потом мы погибнем”. 2. “Что вы принесли сюда? Кого привели? Что мне дадут молоко, вода и хлеб, если Агарфа не хочет иметь со мной дела?..”

Видно, что поэзия немного сентиментальна и печальна.

Часть канарцев после прихода европейцев была обращена в христианство. В архивах Ватикана имеются данные о том, что рабов, крещенных в христианство, вывозили на Майорку, а оттуда уже в качестве проповедников возвращали обратно на Канары.

Нам остается выделить основные этапы заселения Канар в древности. Пока ученые условно принимают гипотезу Э. Хутона, опубликованную им в трудах “Гарвардского африканского общества” в 1925 году?

Первое население появилось на островах в период неолита, предположительно это были долихокефалы низкого роста, брюнеты средиземноморской расы. При-

шли они с юга Марокко или, точнее, из Вади-Драа. Они привели с собой уже одомашненных коз и овец, принесли индустрию камня. Они не знали культурных злаков и гончарства, говорили на древнеберберском языке. Их социальная и религиозная организации довольно примитивны — поклонение божеству дождя и, возможно, изобилия. К войнам они не были приспособлены совсем. Эта культура сравнительно хорошо сохранилась на острове Ферро.

Второй приток мигрантов на острова состоялся, когда гончарное искусство уже распространилось по Северной Африке, а ячмень стал важной зерновой культурой. Эти пришельцы из Анти-Атласа и Атласа — брюнеты с несомненными монголоидными чертами — заселили в основном южные острова — Гран-Канарию и Гомеру. Центром их распространения в Африке являлась местность, прилегающая к заливу Габес в Восточном Тунисе, откуда они и двинулись на запад по отрогам Атласа. На Канары они принесли культуру ячменя, примитивное гончарное искусство, некоторые виды оружия. Именно этой группе обязаны острова распространением собак и обычая кинофагии.

В основном черты этой группы сохранились в населении острова Гомера. Говорили пришельцы на неберберском языке. Благодаря –ему и существует сейчас на острове язык свиста.

Одновременно со второй на острова проникла третья волна мигрантов. Она состояла главным образом из высоких светлокожих долихокефалов с длинными лицами и узкими носами. Их культура не несла новых элементов, однако они были атлетически сложены и весьма воинственны. У них сформировалось подобие кастовой организации (светлокожие — знать, темнокожие — скотоводы). Пришли они из района Марокканского Атласа. Сегодня это ближайший к Кагорам центр распространения “блондинов” в Африке. Люди этого типа осели на острове Тенерифе. Говорили они на древнели-вийском языке. На острове обосновались как своеоб-

разная военная аристократия. Их корабельное искусство было примитивным и через некоторое время забылось.

Четвертая волна захватила восточные острова — Гран-Канарию, Лансароте и Фуэртевентуру. Ее составляли представители так называемого средиземноморского типа, физическая характеристика которого определялась долихокефалией и узкими носами. Они принесли с собой более совершенные формы керамики, пин-тадеры, культуру пшеницы, а также нефритовые долота. Однако большинство их начинаний погибло, так как на островах не нашлось подходящих материалов. Этим людям острова обязаны совершенной религиозной организацией их жителей; некоторые черты их культуры носили явные европейские черты. Возможно, среди этих пришельцев были и эгейско-ливийские элементы (гараманты).

Конечно, кроме перечисленных основных миграций, имели место иные вторжения — арабов, поздних берберов, многочисленных пиратов, о которых упоминали еще монахи Бонтье и Леверье.

В целом же население Северной Африки (“Белой Африки”, по выражению некоторых этнографов и антропологов), которая, скорее всего, и являлась родиной канарцев, было преимущественно европеоидным, с незначительной примесью негроидов и представителей древнейшей койсанской расы.

Островные европеоиды обязаны своим происхождением доисторическим миграциям и арабскому вторжению в VII—XI веках. Волны древних миграций шли в основном из Восточного Средиземноморья. Эти прото-средиземноморцы основали древний берберский слой и традицию замкнутых европеоидных поселений Северной Африки. Пришедшие позже арабы подчинили их своему влиянию и практически .уничтожили во многих районах этот слой.

Почти одновременно с древними средиземноморцами Африканского континента достигли кроманьонско-

европеоидные группы из Западной Европы — через Иберийский полуостров и Гибралтар. Типично кроманьонские черты древних североафриканских скелетов, обнаруженных при раскопках, проявляются на стоянках в Мехта Афалу и в современном населении Северо-Западной Африки. Более чем тысячелетняя колонизация финикийцев, греков и римлян, имевшая значительное культурное и политическое влияние на “Ливию”, не привела к каким-либо существенным антропологическим сдвигам древнеберберского слоя. Таково мнение многих ученых.

ЖИВЫ ЛИ ДРЕВНИЕ гуанчи?

“На улицах Тенерифе мои друзья указывали на самых настоящих блондинок, мелькавших среди жгучих брюнеток. Да и вообще в разных уголках острова люди, которые знали, что меня интересуют гуанчи, часто внезапно обращали мое внимание: “Посмотри, настоящий гуанч!” И всегда это был неловок со светлыми волосами и голубыми глазами, совершенно отличный от канарцев испанского происхождения”.

Мы не случайно привели цитату из книги известного южноафриканского писателя Лоуренса Грина “Острова, не тронутые временем”. Этот автор входит в число тех немногих исследователей, которые признают, что не все гуанчи истреблены в ходе захватнических войн, часть их жива.

Среди обширной литературы о Канарских островах большое место занимают работы Доминика Вёльфеля. Это имя не раз встречалось на страницах нашей книги. Все его труды — удар по закостенелым представлениям о канарцах как об исчезнувшем народе. Субсидируемый крупнейшими научными обществами Европы, Вёльфель провел огромную работу в архивах Италии, Ватикана и Испании в поисках новых источников по истории островов.

Целью ученого было установить, как часть населения пережила катастрофу испанского завоевания и господства, в какой форме вошли древние жители в состав нового колониального населения островов. Это было возможно только благодаря анализу исторических источников, ранее неизвестных. Собранные им в архивах многочисленные документы позволили по-новому взглянуть на нынешнее население Канарских островов (после смерти ученого “Архивум канариум” перешел в собственность Кильского университета в ФРГ).

Остановимся на последствиях нормандско-испан-ского завоевания. По общепринятой версии, в войне с колонизаторами, длившейся до конца XV века, количество канарцев сократилось с двадцати тысяч до шестисот человек. Сражались они с величайшим мужеством, этого Вёльфель не отрицает. Но обнаруженные “нетронутые” манускрипты, в подлинности которых никто уже теперь не сомневается, сообщают, что политика искоренения населения архипелага проводилась далеко не так интенсивно, как принято было считать. Так, например, некоторые вожди гуанчей, сообщает ученый, яростно боровшиеся против завоевателей в течение многих лет, оказывались вдруг в лагере испанцев, заключали с ними союзы, почитались вместе со своими подданными как соплеменники испанцев…

“Материалы, найденные мной в архиве Симанкаса под Вальядолидом, — пишет ученый, — показали, что многие этнографические зарисовки часто противоречат друг другу, их авторы нередко дают волю воображению, но вот колониальная сторона дела освещена весьма полно”. Вёльфель нашел подтверждение сведениям, что пленных канарцев вывозили с островов, а потом они возвращались туда свободными. “По-моему, жестокость церкви по отношению к аборигенам сильно преувеличена, — делает вывод Вёльфель. — Например, европейские правители рассматривали оскорбление своего вассала Канарского происхождения как свое собственное…”

Церковь видела в жителях островов будущих христиан и потому достаточно милостиво к ним относилась. Характерен, например, такой факт. Один из наместников на Гомере — Эран Пераза-младший — заманил на свои суда в 1477 году около сотни гомерцев и продал их в рабство в Испании. Но за жителей заступился епископ Хуан де Фриас, который поехал в Испанию и обратился в придворный суд, к самому королю. Тот повелел показать ему канарцев, чтобы убедиться, действительно ли они настоящие христиане, и приказал отпустить их, одновременно отдав распоряжение разыскать бывших рабов по всему королевству.

Сколько канарцев уцелело после завоевания, сказать трудно. В начале завоевания численность воинов составляла пять — семь тысяч человек, а все население Гран-Канарии — двадцать тысяч. В XVI веке численность жителей на острове определялась десятью тысячами, из которых половина была чистокровными островитянами, а остальные — метисами. Важное значение имеет документ, приведенный Вёльфелем, в котором говорится: “Эрнандо де Поррас по заданию испанского гарнизона на острове поехал ко двору, чтобы просить помощи, ибо на острове так много канарцев, что они могут восстать в любую минуту”.

Некоторый свет на положение жителей проливает документ 1504 года, где" канарцам гарантируется защита от злоупотребления наместника.

Аналогичное положение складывалось и на других островах.

Бьера-и-Клавихо, скептически относившийся к живучести Канарской крови, ссылается на найденные им документы, согласно которым при поступлении на какую-либо должность податель прошения должен был предъявить свидетельство, что он не является потомком гуанчей. Но, отмечает Вёльфель, если и имело" место такое исключительное отношение, то только по отношению к потомкам проданных в Испанию рабов, а не' к свободным жителям островов. Иначе каким образам

I

можно было бы объяснить теснейшие переплетения судеб многих знатных испанцев и канарцев? Сомнительно в этом документе и само название “гуанчи”, ибо так именовали только жителей Тенерифе, а остальных островитян называли “канариос”.

Естественно, что инквизиция с недоверием относилась к новоиспеченным христианам, тут Бьера-и-Кла-вихо прав, но другой историк — Мильярес в своей работе “История инквизиции на Канарских островах” показывает, что она куда больше внимания уделяла крещеным евреям и их потомкам, берберским рабам, фландрским и английским еретикам, чем канарцам…

Хуже другое: именно Гран-Канария сильнее других островов ощутила значительный приток “чужой” крови из Африки, повлиявшей на тип населения в XVII— XVIII веках, особенно в районах плантаций сахарного тростника. Можно, конечно, оспаривать эти данные, однако результаты антропологических исследований подтверждают все сказанное Вёльфелем. Немецкий антрополог Б. Фишер обследовал в начале века несколько сотен солдат в казармах тенерифского гарнизона и нашел среди них представителей всех тех групп, которые были определены Э. Хутоном для древнего населения Канар. Черепа гуанчей, доставленные ему из пещер и музеев, подтвердили версию о живучести древней крови.

Испанский антрополог М. Фюсте сделал доклад на V Международном конгрессе по древнейшей и древней истории в Гамбурге, посвященный проблеме сохранения у современного населения черт древних жителей. Он обследовал в Канарском музее 958 черепов, около 400 полных скелетов и 362 современных канарца. Ученый сделал вывод: у сегодняшних жителей стойко сохраняются основные элементы расового комплекса населения, жившего до захвата островов. Важно то, что эти признаки обнаруживаются не спорадически, а являются устойчивыми. Отклонения, которые возникают, объяснимы большим количеством вариантов, прису-

щим древним антропологическим типам островов, говорит М. Фюсте.

Как же возник и получил развитие ложный взгляд на действительное положение вещей? Еще в середине XVI века хронист Франсиско Тамара убеждал читателей, что “гуанчей почти не осталось”. Через тридцать лет другой хронист, Джироламо Бенцони, сообщал, что “их вообще уже нет”. Бьера-и-Клавихо заявил в 1772 году, что “население (островов. — Н. Н.) вымерло в результате колонизации”. Но ведь Кадамосто ясно писал еще в середине XV века, что население островов состоит в основном из коренных жителей, которые плохо понимают друг друга из-за разницы в наречиях… И французский путешественник Ле Мер явно не преувеличивал, когда говорил: “Испанцы непременно хотели подчинить страну своей власти и отправили множество рабов в Испанию. Те же, кто остался в стране, цивилизовались и подчинились власти” (сведения 1645 года).

Таким образом, чье-то невнимательное, поверхностное наблюдение вызвало “цепную реакцию”. Настоящий ответ кроется в антропологии: коренное население не истреблено, а слилось с пришедшими испанцами, французами и другими европейцами. Расовые признаки доиспанского населения проявляются в сегодняшнем населении островов.

Многие народы, известные нам из истории, больше не существуют. Нет вавилонян и ассирийцев, лигуров и готов, этрусков… Но гибель народа еще не означает физического исчезновения его представителей. Для гуанчей, свидетельствуют ученые, это лишь частичный переход от одного антропологического типа к другому. В результате можно говорить о коренном населении Канарских островов как о живом народе, изучать его.

Сегодняшние канарцы и не подозревают, как много крови гуанчей течет в их жилах!

Часть четвертая

ИЗ АФРИКАНСКОЙ

КОЛЛЕКЦИИ ЛОУРЕНСА ГРИНА

ТАЙНЫ АФРИКАНСКОЙ МЕДИЦИНЫ1

Африка послужила развитию и хирургии в значительно большей степени, чем принято думать в цивилизованном мире. Век за веком, методом проб и ошибок черные лекари-колдуны делали сенсационные открытия. И происходило это в очень и очень давние времена, когда европейские врачи были не более чем безграмотными шарлатанами. Многие медицинские секреты Африки ныне уже известны. А сколько их, часто думаю я, так и остались неведомы белой науке?

Много лет назад, путешествуя по Бельгийскому Конго, я подружился с французским врачом, очень живым и любознательным человеком, никогда не упускавшим шанса проникнуть в тайны африканской медицины. Как-то раз на речной стоянке он заметил на берегу группу туземцев и пригласил меня посмотреть на одну, совершенно, на мой взгляд, невообразимую операцию. У пациента на предплечье был глубокий порез.

1 В этой части книги повествование будет вестись от лица известного южноафриканского писателя, путешественника и искателя приключений Л. Грина (1900—1972), автора более двух десятков книг и множества статей, вошедших в золотой фонд литературы о Черном континенте. Большая часть публикуемых материалов относится к 30—60-м годам нашего века Автор выражает благодарность Н Кривцову за предоставленные материалы

Его товарищи набрали крупных и страшно свирепых черных муравьев. Муравьев по одному помещали на рану. И тут же каждый муравей впивался челюстями в плоть, соединяя края раны. В конце концов рана оказалась зашитой так аккуратно, словно на ней поработала игла искусного хирурга. А заражение, спросите вы? В Конго об этом позаботится солнце.

Среди знахарей-колдунов есть люди, владеющие не только искусством врачевания травами, но и навыками хирургов и гипнотизеров. Где-то чуть более полстолетия назад сэр Рональд Росс удивил ученый мир своим открытием, — оказывается, малярию вызывают укусы москитов. Мне кажется, это открытие должно было бы появиться значительно раньше, поскольку еще с незапамятных времен об этом знали все дикари, населяющие Тропическую Африку. “Не стройте хижин там, где живут москиты, потому что москиты — это зло, от них кровь становится горячей”, — говорили мудрецы многих племен. Окажись в Африке хинная кора, местные знахари давно бы ее обнаружили. Нашли же они корни аконита — сильное потогонное средство, облегчающее страдания больного малярией. Умели они лечить и так называемые “черные воды” еще в те времена, когда большая часть белых умирала от этой болезни.

Вплоть до недавнего времени белые врачи лечили общий паралич, провоцируя у больного приступ малярии. Сэр Рональд Росс образно писал: “Микробы паралича и микробы малярии бьются друг с другом насмерть, затем пациента излечивают от малярии несколькими дозами хинина”. Африканские знахари могли сказать нашим ученым то же самое, только другими словами и очень давно — если бы только кому-нибудь пришло в голову спросить их об этом. Они отправляли своих парализованных наколото, где их кусали москиты.

Возвратный тиф, вызываемый укусом клеща спирилла, — еще одно заболевание, которое победили знахари. В районах, пораженных этим тифом, туземцы, куда бы

ни направлялись, всегда носили с собой своих “личных” клещей, позволяя им свободно разгуливать по всему телу и таким образом обеспечивая кровеносную систему природным антитоксином. Иными словами, они перманентно инфицировали себя в слабой, разумеется, степени, поскольку при этом заболевании наиболее неприятны ранние симптомы, затем боль утихает. Если бы они позволили себе излечиться полностью, то новый приступ сопровождался бы сильными страданиями.

Доктор Т. X. Дарримпл, состоявший на военной медицинской службе в Камеруне незадолго до второй мировой войны, очень высоко отзывался о мастерстве местных целителей. Так, он повстречал одного знахаря, которому удалось вылечить пациента с умственным расстройством, — случай, считавшийся всеми европейскими врачами безнадежным. Местным “докторам”, — писал он, — очень нравилось наблюдать операции, проводимые белыми хирургами, тем не менее они уверяли Дюлимпла, что могут достигать тех же результатов без хлороформа, с меньшим количеством инструментов и вообще без всей этой “показухи”.

В те же годы доктор Сесили Уильяме опубликовала в “Ланцете” статью о знахарях, которых успела хорошо узнать за девять лет работы на Золотом Берегу (современная Гана. — Н. Н.). “Многие способы излечения ведомы им, убедительны и результативны, — пишет она. — Они несомненно владеют эффективным способом излечения столбняка”. Метод лечения проказы маслом из семян шормугры, открытый белыми учеными в период между двумя мировыми войнами, тоже очень давно с успехом применяют африканские лекари.

За многие века до изобретения современной сыворотки черные знахари научились спасать человека, укушенного змеей. В этой области они до сих пор сильно опережают белую науку, поскольку умеют вырабатывать иммунитет у своих пациентов. Взгляните на ступни носильщика с Золотого Берега — именно эти люди чаще

других наступают на змей, — и вы обнаружите на каждой ступне между большим и вторым пальцами мелкие надрезы. Они наносятся через каждые несколько лет, и человек, укушенный змеей, выживает. Если бы можно было уговорить знахарей Тропической Африки расстаться со своими секретами, то лишь из описаний методов излечения от ядовитых змеиных кусов можно было бы составить толстый том.

Задолго до того, как в Европе узнали о свойствах радия, конголезцы излечивали ревматизм черной речной грязью. И там, и во Французской Экваториальной Африке (современные Габон, Конго, Центральноафри-канская Республика, Чад. — Н. Н.) женщины употребляли ту же грязь в самых разных целях. Например, носили ее в амулетах, если не хотели иметь детей. Наконец ученые снизошли сделать анализы этой грязи и обнаружили, что она радиоактивна. Радий не только облегчает боли при ревматизме, но и вызывает бесплодие. Покойный сенатор У. П. Стинкэмп, фигура в Южной Африке легендарная, тщательно изучил лечебные средства готтентотов и бушменов. Он долгие годы служил священником, но его так часто призывали на помощь, когда требовалось срочно медицинское вмешательство, что впоследствии он получил в США диплом врача. Мне запомнился один из рассказов Стинкэмпа. На ферме его отца, когда он был еще совсем маленьким мальчиком, работал цветной пастух по имени Биллем Пренс. Этот человек был знаменитым на всю округу лекарем, и Стинкэмп познакомился с некоторыми его лекарствами. Одним из них была высушенная перегородка желудка дикобраза, и Пренс успешно применял ее при лечении язвы желудка у человека. Годы спустя официальная медицина признала способ лечения желудочных язв экстрактом из свиных желудочных перегородок. Но как мог цветной (или его предки) сделать это открытие? Я полагаю, только лишь методом проб и ошибок.

Готтентоты применяли овечью шерсть для лечения

мно!их кожных заболеваний. Ланолин, хорошо известное современное средство, извлекают из сальных выделений на шерсти овцы, этот жир легко впитывается кожей.

Если вы страдаете повышенным давлением, вам лонжно быть известно лекарство под названием серпа-зил. получаемое из африканского растения Raur wolfia serpentma. Миссионеры давно уже сообщали, что туземцы используют это растение и получают прекрасные результаты. Лишь десятилетия спустя средство было признано официальной медициной.

В числе наиболее необычных африканских средств — лечение малярии паучьей паутиной. На протяжении веков знахари изготовляли пилюли из паутины определенных видов. В конце прошлого века, используя ту же паутину, испанский фармаколог Одива получил жаропонижающее средство под названием арахнидин, близкое по своим свойствам хинину.

Туземцы племени алур, издавна соединившиеся в верховьях Нила, лечили безумие, зарывая больного по горло в большой муравейник. Лишь недавно белые врачи стали использовать муравьиную кислоту в качестве тонизирующего средства и для излечения неврастении. Еще одно традиционно африканское средство — лечение хронического ревматизма укусами пчел. В средние века оно было известно и в Европе, а в XX веке вновь возродилось как старинное и испытанное.

Еще в незапамятные времена африканские лекари научились получать из улиток экстракт, которым обрабатывали носовую полость. Лишь несколько лет назад белые врачи стали применять экстракт глутамина из улиток под названием муцин для лечения насморков и 1арингитов.

Далеко не все растительные лекарственные средства могли соперничать с таким чудесным изобретением как пенициллин и сульфамидные препараты. Однако целый ряд издавна известных в Африке растений выдержали это испытание, в том числе и ромашка. Этот горький

тоник до сих пор можно отыскать в современной аптеке, вместе с бучу (баросмой), открытой готтентотами, гуммиарабиком, получаемым из акации, — еще одним традиционным африканским средством, используемым в качестве успокаивающего. В Мозамбике по сей день весьма ценится за свои тонизирующие свойства высушенный и измельченный корень калюмбы (артаризы пальмовой). Наркотики были известны в Африке задолго до того, как они появились в Европе, среди них — темно-зеленые морщинистые листья мандрагоры и семена страмония.

Миликилу, чудодейственное восточноафриканское снадобье, дают женщинам при родах. Оно обладает анестезирующим эффектом. Некоторые из танганьик-ских племен делают себе прививки на лбу и плечах из своей же собственной сыворотки от оспы. Эти же люди умеют также предотвращать приступы лихорадки укусом клеща спирилла. Их растительные препараты от головной боли, обнаруженные капитаном У. Хиченсом несколько лет тому назад, оказались столь эффективными, что теперь их применяют многие белые.

Любой африканский знахарь обладает целым арсеналом слабительных средств, в его сумке всегда полный набор трав с мочегонным и анестезирующим действием. Знахарям известен мужской папоротник, выгоняющий ленточного червя. Несварение желудка ,и скопление газов для них не проблема. Из рвотных и слабительных средств, открытых африканцами, можно составить длиннейший список. Полный список их ядов до сих пор, к сожалению, неизвестен.

Африканские знахари куда более искусные фармацевты, нежели хирурги. Однако и эта сфера медицины не ограничивается для них лишь вскрытием гнойников, фурункулов и кровопусканием. Так, среди масаев, живущих в Кении, встречаются “примитивные”-хирурги, умеющие вылущивать опухоль глаза, ампутировать конечности и удалять гланды.

Много лет назад доктор Фелкин видел в Уганде, как

один совершенно “дикий” туземец делал кесарево сечение, причем с очень успешным результатом. Я, правда, так и не понял, почему Фелкин не сделал эту операцию сам. Возможно, у него просто не оказалось при себе инструментов.

Пациентка, двадцатилетняя женщина, рожала первого своего ребенка, когда назрела необходимость операции. Ее одурманили сильнодействующим местным напитком, банановым вином. Перед началом операции хирург вымыл руки в алкоголе, им же протер живот женщины. Одним надрезом он рассек одновременно брюшную полость и полость матки. Кровотечение останавливали прижиганиями раскаленным железом. Лекарь извлек младенца и массировал матку до тех пор, пока она не сократилась. Для зашивания раны использовали хорошо заточенные металлические гвозди с намотанной на них крепкой ниткой. Эти гвозди извлекли к концу первой недели, а уже на одиннадцатый день рана совершенно затянулась. Всю эту процедуру доктор Фелкин описал во всех подробностях в “Эдинбургском медицинском журнале” (апрель 1884 года).

Еще в период неолита в Африке делали трепанацию черепа, чтобы снять повышенное внутричерепное давление в случае черепной травмы. И самое интересное, что некоторые пациенты умудрялись при этом выжить. Об этом свидетельствуют черепа, хранящие совершенно очевидные следы перенесенной операции. Вместо стерильных инструментов эти хирурги использовали осколки камней или вулканического стекла. Травы, огонь и спирт служили антисептиками. Полные сострадания родственники и друзья оперируемого собирались вокруг, пели речитативом и били в барабаны. Хирург призывал на помощь все свое умение и смелость, и уж наверняка, если пациент поправлялся, дело заканчивалось торжественным ритуальным танцем.

Дантисту опасаться особенно нечего, да и знахарские премудрости ему особенно ни к чему. Ведь, в конце концов, что может дантист без щипцов? Однако

“старорежимные” африканские знахари никогда не практиковали удаление зубов с помощью металлических инструментов, которыми оснащен цивилизованный дантист. Зато они успешно снимали зубную боль. Если зуб все-таки подлежал удалению, знахарь обычно применял различные известные только ему сушеные корешки, размолотые в порошок, постепенно разрушающие больной зуб, после чего он выходил по кусочкам, — процедура довольно утомительная. Зулусские и, вероятно, многие другие врачи знали также растение, которое убивало нерв.

Зулусы весьма ловко удаляли шипы и занозы, умели накладывать шины задолго до того, как на их земле появился первый белый человек. К сломанной конечности прикладывали собачью кость, кроме того, пострадавшему давали различные растительные препараты. Вообще среди зулусов немало замечательных лекарей. Я думаю, что первым южноафриканским знахарем, получившим признание в других странах, стал Джон Нембу-ла, зулус, окончивший медицинский колледж в Чикаго в 1891 году. Белый врач, знавший Нембулу, писал, что хотя тот и не блистал интеллектом, но за счет интуиции и мастерства не уступал своим белым коллегам.

Египет — родина многих цивилизованных видов и искусств и ремесел — был, по всей вероятности, свидетелем зарождения медицинской науки. Врачи, выросшие на берегах Нила, на несколько порядков превосходили знахарей, населявших весь остальной континент. Папирус 1568 года до н. э. сохранил целый список чудодейственных средств. Книги по медицине, найденные в гробницах, показывают, что египетские врачи выписывали пациентам мази и пластыри, пилюли и свечи. Мед и полынь, травы и ягоды можжевельника, фиги, тмин и настурция входили в число их препаратов. Одно из древнеегипетских средств, полученное из разновидности морского лука (семейство лилейных), по сей день используется в качестве мочегонного и отхаркивающего.

Одна за другой разгадываются и испытываются медицинские загадки старой Африки. Трудно судить, сколько их еще осталось, но было бы недальновидно исключать вероятность новых сюрпризов. В самом начале века священник А. Т. Брайант составил список из более чем двухсот растений, применяемых зулусами в медицине. “Нельзя отрицать, что порой туземный лекарь достигает успехов, иногда даже удивительных там, где все усилия европейских врачей оказались безрезультатными, — пишет он. — Средствам его несть числа и некоторые из них действительно помогают практически от любой болезни — физической, нравственной, умственной и социальной, коим подвержен человек”.

Доктор Микаэл Джелфэнд, работавший в Родезии (современное Зимбабве. — Н. Н.), встречал среди ма-шона немало лекарей и очень высоко отзывался об их уме и мастерстве. Зачастую секретами “нганга” овладевал его сын и следовал по стопам отца. Знахари мыслят в высшей степени логично, подчеркивал доктор Джелфэнд. Они тонкие психологи и великолепные ботаники. Они верят в свои методы и хотят помочь окружающим, а их пациенты невероятно к ним привязаны.

С другой стороны, доктору Джелфэнду не удалось отыскать ни единого местного средства от тех болезней, которые до сих пор не поддаются излечению средствами белой медицины. Он делает вывод: “Наши клиники забиты больными туберкулезом, раком, циррозом печени, диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями, хроническими нефритами, пневмонией, гипертонией, ревматоидным артритом, проказой, все эти недуги “нганга” лечили безрезультатно”.

Похоже на то, что дни знахарей сочтены и белая наука превзошла их в искусстве врачевания. И видимо, только в одной области африканский знахарь по-прежнему сохраняет первенство. Он всегда считался чародеем, и его пациенты настолько в него верили, что ему часто удалось вылечивать их лишь силой самой этой веры. Какой же он все-таки выдающийся практик!

Белые психиатры имеют все основания завидовать его умению. “Секрет вовсе не в воздействии вещества на вещество, лекарства на плоть, но в тех оккультных сферах, где разум действует на разум и разум — на плоть”, — заявил Брайант.

Африканским пациентам нравится видеть и осязать результаты лечения. И знахарь выдает эти результаты, действуя методами, могущими занять достойное место в любом справочнике или руководстве. Он четко диагностирует жалобы, вне зависимости от того, вызваны ли они врагами, бросившими в жертву камушки, или другими раздражителями. После соответствующей церемонии камушки, или шипы, или даже живые ящерицы разоблачены. Облегчение, которое испытывает при этом пациент, может сравниться в нашем мире разве что с созерцанием вырванного больного зуба или своего собственного аппендикса в банке со спиртом.

Когда все уже сказано и сделано, многие больные — равно и черные, и белые — предпочитают чудо научно обоснованному лечению. Африканский знахарь придерживается только тех методов и спекулирует лишь теми верованиями, которые достаточно широко были распространены в Европе прошлого века и живы и по сей день. Именно благодаря этим верованиям знахари так часто достигают успеха.

Лечение верой, где бы вы с ним ни сталкивались, вовсе не чудо. Это крайне простой пример власти разума над телом, снятия подсознательных стрессов, позволяющего телу самому преодолевать болезнь. Возможности лечения верой безграничны в определенных, разумеется, пределах. И африканские знахари знают это не хуже своих коллег из Европы и Америки.

ЦИТАДЕЛЬ КОЛДУНОВ

Колдовство — одна из древнейших на земле профессий. Африка, по всей вероятности, стояла у истоков этого мрачного и жестокого культа, Африка же и по сей день остается его оплотом. Дьяволы и оборотни, амулеты и заклинания средневековой Европы, суеверия и “сглаз”, бытующие по сию пору, пришли с Черного континента тысячи лет назад.

Колдовство никогда не теряло своей власти над африканцем. Куда бы вы ни направились — из Алжира в Кейптуан или из Дакара в Занзибар, — везде можно встретить чернокожих, которыми до сих пор владеет страх перед джиннами и демонами, колдунами и заклинателями, “нгогве” и “токолоше”. Во многих племенах смерть почти всегда считают результатом магических заклинаний врага. Миллионы людей до сих пор верят, что мать во время родов может произвести на свет божий только одно дитя, одну живую душу. Близнецы считаются душой, расколотой пополам. Они околдованы, и демон может легко вселиться в каждого из них, поскольку каждый — это “вместилище без души”. Еще совсем недавно умерщвление близнецов было распространено в Африке повсеместно. Нельзя с уверенностью сказать, что эта традиция не существует и сегодня.

Черная магия в Африке доминирует в каждой фазе жизни, и лишь немногие африканцы (вне зависимости от уровня образованности) перестают в это верить. Да и как может быть иначе, если многие вполне цивилизованные жители Западной Европы находятся во власти самых странных суеверий без малейшего на то основания.

Сегодня Африка живо напоминает нам об идеях и характере мышления наших предков, господствовавших во времена, когда в Англии и Западной Европе тысячи людей сжигали на кострах или отправляли на виселицу по обвинению в колдовстве.

Африканцы существуют в мире, населенном духами. И днем и ночью духи ревниво следят за ними, и африканец, нарушивший традиции своего племени, немедленно подвергается наказанию со стороны целой орды духов. Это и есть суть великой африканской религии, религии, разделяемой миллионами, вне зависимости от того, числятся ли они католиками, мусульманами или язычниками. Новообращенный использует свою новую религию, чтобы защититься от колдовства, зачастую стихотворные строки Корана применяются ими как заклинания. Христианские миссионеры сочиняют специальные молитвы и проповеди для тех, кто считает себя околдованным.

Белые, с долгим опытом жизни в наводненной колдунами Тропической Африке, часто говорят: “В колдовстве все же есть нечто большее, чем заметно глазу”. Иными словами, они, хоть и нехотя, признают наличие черной магии. Если бы они проанализировали каждое таинственное явление или случай с научной точки зрения, то наверняка обнаружили бы немало жестокостей, однако большая часть загадочного исчезла бы. Я помню, как описывал одного западноафриканского вождя белый чиновник, не лишенный наблюдательности: “У него сердце леопарда и нрав крокодила”. Таково колдовство. Оно возвращает нас в примитивный и безжалостный мир.

Время от времени вы неизбежно сталкиваетесь с чем-то необъяснимым в африканском колдовстве, с неким событием или случаем, с трудом поддающимся строгому научному исследованию, особенно в отдаленных от цивилизации уголках. Для решения такого рода задач зачастую приглашают самых заурядных врачей, когда на деле они должны были бы соединять в себе знания и талант как минимум целой группы ученых типа Фрейда. Обо всех подобных неудачах судачат на каждом углу, и оккультное объяснение охотно принимается небольшой группой оторванных от родины белых просто потому, что они не в состоянии установить истину. Это всякого рода таинственные истории в сильно приукрашенном виде попадают в Европу. Наиболее сенсационные из них рассказывают перед восхищенной и умирающей от любопытства публикой, не имеющей ни малейшего представления о том, что же такое африканский буш.

Примитивные племена безусловно знали способы убийства и самоубийства, до сих пор толком неизвестные белой науке. У австралийских аборигенов существует тайна “указующей кости”. По всей вероятности, уже довольно давно люди обнаружили, что человек может умереть от простой царапины костью. Они, конечно, ничего не знали о бактериальной инфекции, и их колдуны решили, что неугодных людей можно убрать, уколов костью. И такова власть этого гипноза, что “указующая кость” неизменно достигала своей цели. Когда люди убеждены, что это непременно произойдет, задача гипнотизера намного упрощается.

Такой степени совершенства белые гипнотизеры еще не достигли. Африканские колдуны понимают это очень хорошо — только так можно объяснить многие загадочные смерти, где следует исключить отравление и вскрытие не позволяет обнаружить истинную причину.

Одну из таких смертей зафиксировал сэр X. Р. Пал-мер, исполняющий обязанности губернатора провинции Бенуэ в Нигерии. Объезжая один из подопечных

ему районов, он услышал, что молодому туземцу из темени джукун, претендующему на роль вождя, грозит смерть, Палмер взял молодого человека в слуги. Прошло два года, к этому времени Палмер перебрался на север страны, в Майдугури. И вот слуга сообщил ему, что мать его тяжело заболела и что он должен непременно вернуться домой, в Иби.

Палмер вспомнил о его врагах и послал телеграмму одному чиновнику в Иби с просьбой проинформировать о ситуации. Чиновник ответил, что с матерью все в порядке, но вождь заболел. И Палмер запретил слуге ехать. Однако месяц спустя слуга все же настоял на своем и, распрощавшись с хозяином, отправился было в Иби. Палмер вспоминает, что в момент прощания молодой человек был в полном здравии. Однако тридцать минут спустя у слуги начался приступ, и он скончался. Палмер, уверенный, что причиной смерти было колдовство, попросил доктора У. Е. С. Дигби произвести вскрытие. Тот выполнил просьбу, но не обнаружил ни следов яда, ни каких-либо иных причин, приведших к столь печальному исходу. Оставалось одно объяснение — молодой человек умер от страха, вызванного гипнозом.

X. Л. Уорд Прайс, занимавший в течение многих лет ответственный правительственный пост в Нигерии, сам едва не умер от болезни, так и оставшейся для врачей загадкой В 1935 году он был в Ибадане и вдруг заболел, причем этому предшествовал целый ряд дружеских предупреждений, что его собираются отравить. На специальной службе в мечети за его здоровье молились три тысячи мусульман. В жертву были принесены козлы, овцы и коровы. Но, несмотря на все меры, улучшения не наступило. Врач Уорда Прайса разделял общее мнение, что тут замешаны некие злые силы. Власти решили перевезти Уорда Прайса в Лагос. Там он полностью выздоровел.

Иногда колдун может вызвать смерть от самовнушения. Он раздобывает какие-то предметы, относящиеся к

жертве, — обычно клочки ее волос или ногтей, — затем придумывает способ дать жертве знать, что он обладает ими и намерен использовать их, чтобы вызвать смерть. В мире, пропитанном суевериями, жертва сама участвует в этом зловещем процессе, участие обеспечивается ее глубокой верой в колдовскую силу знахарей. Один служивший в Сьерра-Леоне чиновник описывает следующий случай. Молодой человек, обучавшийся в Бо в школе вождей, внезапно тяжело заболел. До этого молодой человек оскорбил каким-то образом самого вождя, в ответ тот “наслал” на него порчу. Британским врачам, пытавшимся ему помочь, молодой человек сообщил, что сделать уже ничего нельзя. Раз уже сам вождь желает ему смерти, значит, он умрет. Пациенту вскоре стало так плохо, что врачи вызвали транспорт и отправили его к вождю — просить прощения. Прощение было получено, и очень скоро больной поправился.

В годы правления Мошеша, величайшего из вождей басуто, колдовство, следствием которого была гибель человека, каралось смертью. Мошешу, без сомнения, удалось обуздать местных злых колдунов, но их черное ремесло так и не исчезло. Вплоть до совсем недавнего времени в Африке были широко распространены ритуальные убийства, целью которых было завладение какой-то части тела жертвы, чтобы использовать ее затем в качестве магического лечебного средства.

Лейтенант М. К. ван Стаатен из Басутолендской конной полиции, расследовавший одно из таких убийств вскоре после ^второй мировой войны, сделал довольно необычайное открытие. Он обнаружил местное средство под названием “майме”, нечто вроде хлороформа, которое убийцы применяли для того, чтобы жертва спокойно следовала с ними к месту убийства. Было достаточно “майме” раз понюхать или сделать глоток. Далее жертва вела себя как послушный автомат и не была способна сопротивляться. Однако же это загадочное средство так и оставалось тайной, вплоть до процесса над Манапо Коенехо и тремя другими пре-

ступниками, которых в 1946 году судили за ритуальное убийство. Все четверо были приговорены к повешению. Очень и очень часто белых ученых ставят в туник вещества, широко распространенные среди местного населения. Профессор Дж. М. Уатт из университета в Уи-туотерсгренде описал случай, когда древесную кору, используемую зулусами как орудие убийства, исследовали на наличие в ней яда. Эксперты-лаборанты кипятили ее в воде, но экстракт оказался неактивным. И лишь когда на помощь призвали самого убийцу, секрет был раскрыт Он рассказал, что кору следует вводить в виде порошка Профессор Уатт указал также, что для идентификации дерева, с которого была снята кора, понадобилось целых пять лет. Это был до тех пор неизвестный ботаникам вид.

Повседневная практика во многих частях Африки — вершение правосудия путем различного рода испытаний И тут снова колдунам, выявляющим ведьм и злых духов, приписывается сверхъестественная сила. И действительно, порой колдуны умудряются устраивать столь драматичные и впечатляющие представления, что даже видавшие виды колониальные чиновники оказываются обманутыми.

За несколько лет до начала второй мировой войны группа британских охотников находилась в одном из глухих уголков Уганды, когда вдруг одного из носильщиков закололи ножом. Полиции поблизости не было, и расследование решили провести собственными силами. Грей, руководитель группы, с большой неохотой разрешил вождю местного племени позвать колдуна.

Собрались все жители деревни, и колдун приказал им по одному входить в хижину, где лежало тело убитого, и дотрагиваться до него. “Как только к телу прикоснется убийца, убитый тут же оживет и укажет на него”, — заявил колдун.

Стояла гробовая тишина. Похоже, даже белых удалось вовлечь в эту дурацкую мистификацию. Знахарь поочередно всматривался в каждого из туземцев и нако-

нец ткнул в одного пальцем и выкрикнул обвинение. Человек бросился бежать, но вскоре его поймали. И он сознался.

Грей отвел колдуна в сторону и спросил, как он узнал убийцу. Сперва колдун твердил что-то о неких волшебных силах, но Грей не отставал, и правда, в конце концов, выплыла наружу. Оказалось, что колдун посыпал мертвеца каким-то веществом, которое при высыхании становится белым. Он понимал, что только человек с чистой совестью не побоится дотронуться до тела. И вот единственный человек без белых отметин на пальцах оказался убийцей.

Аналогичного рода испытание наблюдал однажды на Ниле известный исследователь Африки Дж. X. Драй-?ерг и был совершенно потрясен. Восемь подозреваемых в убийстве расселись по кругу на корточках, перед

каждым лежал камень. В центре круга находился колышек с привязанной к нему на веревке курицей.

Колдун побрызгал курицу водой, пробормотал какое-то заклинание и велел птице искать убийцу. И тут же молниеносным движением отсек ей голову. Обезглавленная птица заметалась по кругу и упала на один из камней. Вскоре выяснилось, что она действительно указала на преступника. Драйберг настоял на том, чтобы колдун повторил представление. Повторяли раз десять, и всякий раз курица “выявляла” одного и того же человека. “Все сомнения отпали, — вспоминает Драйберг. — Это безусловно был какой-то фокус, но как он делается, разгадать так и не удалось”.

Самоубийство, в его европейском понимании, практически незнакомо западноафриканским племенам. Но многие туземцы обладают способностью заставить себя умереть, и наука имеет до сих пор лишь весьма смутные представления об этом феномене. Однако на этот счет существует так много примеров, что сомневаться в реальности данного явления не приходится.

В команде флотилии суденышек, которая отправилась вверх по Нилу, на помощь генералу Гордону в Хартуме (имеется в виду осада английских войск генерала Гордона в Хартуме в 1884—1885 годах во время мах-дистского восстания в Судане), было несколько гребцов из племени кру. Сначала они трудились на совесть. Однако вскоре затосковали по берегам родной Западной Африки и заявили своему офицеру: “Идем к себе домой”. Легли на дно лодок и вскоре умерли.

Еще один случай описывал сэр Хескет Белл, возглавлявший в Северной Нигерии карательную экспедицию против племени каннибалов. Было взято сорок пленных, их отправили в Минну, в тюрьму. Каждый день кто-нибудь из заключенных умирал. Тюремный врач доложил, что умирают они “по своей воле”. Беллу пришлось освободить оставшихся в живых и отпустить по домам.

Повсюду в Западной Африке можно встретить

людей, обладающих необъяснимой властью над животными. Возможно, старожилы побережья помнят еще священника “джу-джу” с Кросс-Ривер, который вызывал гиппопотамов из болота, дуя в тростниковую дудочку. Он никогда их не кормил. Другие тоже пытались дуть в дудочку, но безрезультатно, зато зову старика животные подчинялись беспрекословно.

Вообще фокус этот известен давным-давно. Еще в 1887 году на Золотом Берегу адмирал сэр Генри Кепел повстречал старую колдунью, которая могла вызвать крокодилов из реки. Это была дряхлая и совершенно слепая женщина, но, когда она стояла под деревом, что-то напевая в окружении живых цыплят, крокодилы выползали из воды и принимали угощение с кончика палки.

Капитан Ф. У. Батт-Томпсон, армейский офицер, долгое время прослуживший в Западной Африке, тоже занимался изучением магии. Он рассказывал мне, что видел в Сьерра-Леоне женщину, плавающую среди крокодилов и играющую с ними. Она же проделывала еще один трюк — ныряла в реку совершенно обнаженная и вскоре выходила из воды увешанная бусами с ног до головы. Этот офицер, автор известных трудов по африканской магии и колдовству, описывал и другие поражающие воображение фокусы. Так, один чародей, член тайного нигерийского общества, вливал себе в рот воду из колебаса, а затем выплевывал ее вместе с дюжиной живых рыбок. В Конго Батт-Томпсон видел человека из племени нкимба, которому стоило только потереть свой нос, как из ноздрей тут же начинали выползать блестящие красные муравьи (вы понимаете, надеюсь, что вызвать отвращение у африканских зрителей задача довольно сложная). И был еще один сенегалец, который мог заткнуть за пояс любого из европейских шпагоглотателей, протыкая себе горло мачете с широким лезвием.

Капитану Батту-Томпсону тем не менее сообщили, что подлинными мастерами магии были все же колдуны

далекого прошлого. Во время коронации короля государства Буллон Георга II в Сьерра-Леоне в 1827 году королевский колдун исполнил поистине выдающийся трюк. Погода стояла необычайно жаркая и безветренная. Так вот, магу удалось поднять ветер, который стал раскачивать ветви деревьев и разбрасывать лепестки цветов, устилавшие алтарь перед чрезвычайно довольным королем.

Естественно, западноафриканский колдун — отменный предсказатель погоды. Он знает, какой выбрать момент. Без всяких инструментов, изобретенных европейцами, он делает верные расчеты. Засуха и дожди, ураганы и молнии — все у него под рукой, и он знает, как вести себя, когда прогноз его оказывается верным. Он снабдит вас амулетом, отгоняющим злых духов на протяжении всей вашей жизни от рождения до смерти: это и кусочки янтаря, предсказывающие события, и шерсть нужного животного, которая помогает от сглаза.

Особенно славится тайнами Сьерра-Леоне. Губернатор сэр Лесли Пробин в 1909 году объезжал северные границы этой колонии вместе с молодым чиновником по имени Лейк. Где бы они ни останавливались, повсюду вожди племен находились в состоянии сильного нервного возбуждения. Не без некоторого нажима удалось узнать, что мудрецы из Тимбукту, искусные астрономы, предупредили в свое время предков этих вождей, что однажды в такой-то год в ночном небе появится огромная звезда и принесет неисчислимые беды. Раньше это их не беспокоило, так как предсказание было сделано очень давно, но роковой час близится, ужасные события произойдут уже совсем скоро, буквально через

год.

Это было в 1909 году, а в 1910-м появилась комета Галлея. Сьерра-Леоне охватил невиданный голод. Умер король Эдуард VII. Вскоре началась эпидемия желтой лихорадки. Простое совпадение, я полагаю. Но похоже,

астрономам в Тимбукту было все же кое-что известно о комете Галлея.

Негры Западной Африки верят, что некоторые отмеченные особой печатью люди могут превращаться в леопардов и других хищных животных.

Много лет назад в полицейском отделении Фритауна мне показали целый набор предметов, отмечающих принадлежность их владельца к обществу леопардов, — впечатляющее и довольно страшное зрелище. Тут было платье из шкуры леопарда, трехзубые ножи в виде ког-

тей этого зверя и “борфима” — нечто вроде медицинской сумки, которая должна была сделать ее владельца богатым и сильным. Это крайне опасная форма магии, связанная с убийствами, причем ни один белый представитель власти никогда не знает, где и когда произойдет кровопролитный ритуал и сколько жертв уне-сег.

Все действия общества леопардов настолько строго засекречены, что о самом существовании этого культа узнали лишь около ста лет тому назад. В местах, где ежегодно множество людей действительно погибает от зубов и когтей настоящих леопардов, трудно опреде-л;г^ растерзал ли человека хищник или же он погиб от р} к : бийц, имитирующих нападение леопарда. В Сьер-ра –Леоне найдены документы, описывающие случай со-жже:шя одного туземца своими соплеменниками “ Пор г Локкох в 1854 году “за то, что он превратился в леопарда”.

Лишь в 1912 году стали известны некоторые подроб-hogti! деятельности этого тайного общества, кое-что из материалов было опубликовано. Именно тогда сэр Уильям Брэндфорд Гриффит, некогда бывший главным судьей Золотого Берега, председательствовал на специальном судебном заседании по делу о целом ряде убийств, совершенных членами этого общества.

“Я побывал в разных лесах, но нигде мне не было так жутко, как в западноафриканском буше, — писал Гриффит. — Есть нечто такое в этом буше и его деревнях, отчего мурашки идут по коже. Кажется, что здесь, в буше, властвуют некие сверхъестественные силы, некий дух, стремящийся объединить животное и человека. Этот роковой дух, как бы источаемый всей окружающей местностью, вселяется в человека и руководит его поступками и традициями. Люди эти обладают замечательной способностью хранить свои тайны Ти не выдавать того, что не положено знать посторонним. Это результат существования целых поколений тайных обществ”.

“Люди-леопарды” были впервые объявлены вне закона в 1892 году в Сьерра-Леоне, позднее был наложен запрет и на все регалии общества — платья-шкуры и когти. В конце прошлого века колониальные чиновники обнаружили существование общества крокодилов, члены которого совершали убийства в районах, где было мало леопардов. А еще позднее на севере континента — общество бабуинов. Но и по сей день мы знаем крайне мало о мотивах совершавшихся ими убийств. Был ли это каннибализм в чистом виде или нечто иное? И единственное, чем ограничились в те времена, — принятием закона, запрещающего иметь шкуры крокодилов и бабуинов, равно как и другую ат-рибутику этих жутких культов.

Однажды полиция Сьерра-Леоне захватила примитивную подводную лодку, построенную членами общества крокодилов. Нос ее был вырезан в форме головы крокодила, в движение судно приводили короткие весла в виде лап животного. Конструкция была практически водонепроницаема благодаря обшивке из шкур, пазы которой были промазаны пчелиным воском. Команда насчитывала шесть человек, один из ее членов назывался “ловчим”, он сидел на носу рядом с “челюстями”, чтобы успеть схватить стоявшую где-нибудь возле берега жертву и затащить ее под воду. Сооружение это строилось в строжайшей тайне, предполагается также, что при спуске его на воду была принесена человеческая жертва. Когда этот рукотворный “крокодил” плыл по реке, на поверхности виднелась только его голова.

В период с 1907 по 1912 год убийства, имитирующие жертвы нападения леопардов, стали таким распространенным явлением, что, как я уже упоминал, был организован специальный судебный процесс. Арестовали свыше четырехсот человек, в том числе несколько вождей племен. Арестованных содержали в тюрьме каторжного режима под охраной западноафриканских пограничных сил.

Один из вождей обвинялся в убийстве сына. Мать еще одной жертвы должна была выступить в качестве свидетельницы. Но в каждом отдельном случае обвиняемые твердили, что убийства эти совершили леопарды, а не люди. Гриффит отметил также, что всего в нескольких ярдах от места, где заседал суд, были установлены ловушки для леопардов, а еще в миле от него пристрелили двух хищников.

Преодолев сковывающий страх, несколько свидетелей рассказали о церемонии посвящения в члены общества, о том, как их кололи особыми иглами, причем оставшиеся шрамы напоминали обычные для буша случайные порезы и царапины. Опознавали друг друга члены общества, особым образом выкатывая глаза. Описали они и сумку “борфима”, где хранились куски человеческого тела, кровь петуха и несколько зернышек риса. Клятву обществу произносили, положив руку на эту сумку, причем для того, чтобы она сохраняла свои волшебные свойства — обогащения и защиты, — необходимо было время от времени смазывать ее человеческой кровью и жиром. По этому поводу общество “трубило общий сбор”, на котором избирали “леопарда”, который должен был убить новую жертву, чтобы “накормить” сумку. После смазывания сумки тело убитого расчленяли на части, которые делились между членами общества. Считалось, что, если кто-либо из членов общества нарушит клятву, данную над сумкой, он не только потеряет свою земную жизнь, но и жизнь загробную.

Среди обвиняемых был житель острова Шербро по имени Даниэль Уилберфорс, выходец из семьи вождя, которого в свое время один американский миссионер посылал учиться в США. Он оказался способным учеником и получил сан священника, но, вернувшись в Сьерра-Леоне, пошел по прежней стезе и стал верховным вождем племени имперри. В период между 1899— 1905 годами в области, подвластной Уилберфорсу, было отмечено резкое возрастание активности общества лео-

пардов. Наконец, против Уилберфорса собрали все улики, и он предстал перед судом по обвинению в соучастии в “леопардовых” убийствах.

Уилберфорс подкупил ведущих негритянских адвокатов, которые весьма успешно провели защиту. Они доказали, что, поскольку Уилберфорс является американским гражданином, местный суд не имеет над ним юрисдикции. Тогда процесс перенесли в Бонт, где рассматривал уже чисто негритянский по составу суд. Однако единственное, чего удалось добиться, — это отстранения его от должности вождя имперри на том основании, что подсудимый — иностранец. И Уилберфорс снова занялся религиозной деятельностью и отбыл в США для чтения лекций. Его страстные проповеди принесли ему кругленькую сумму, которую он намеревался израсходовать на “миссионерскую деятельность” в Африке. Помимо всего прочего, он завел немало высокопоставленных друзей в Англии и даже был почетным гостем в парламенте.

Через несколько лет после своей триумфальной заокеанской поездки Уилберфорс снова возвратился в Сьерра-Леоне и стал путешествовать по стране в качестве проповедника. Однако, похоже, он был не в силах противостоять зову Западной Африки, побуждавшей его принимать участие в самых мрачных и таинственных церемониях, навлекших на него в свое время немалые неприятности. Поэтому, когда сэр Уильям Брэндфорд Гриффит председательствовал на процессе 1912—1913 годов, Уилберфор снова был задержан в связи с исчезновением девушки в сезон уборки риса. Согласно показаниям свидетелей, Уилберфорс получил свою долю тела жертвы.

И снова Уилберфорса оправдали, но на этот раз он 5ыл выслан из страны в Либерию. Пока шел суд и еще несколько лет его имя скрывалось, и поэтому он смог возобновить свою миссионерскую деятельность, не вызвав при этом возмущения общественности. Колониальные чиновники, видевшие его в суде на свидетель-

ском месте, не в силах были понять, как такой образованный человек, страстный и умный проповедник, знаток классической музыки мог быть членом общества леопардов. В том, что он виновен, сомневаться не приходилось, однако и прямых доказательств его вины тоже не оказалось.

Другим злодеям, представшим перед судом, повезло меньше. Пять членов общества были приговорены к публичному повешению, многие другие — к длитель-

ным срокам тюремного заключения. “Деятельность “леопардов” удалось на какое-то время приостановить, но я сомневаюсь, что самой организации смогли переломить хребет”, — заявил сэр Эдвард Миэуэзер, губернатор колонии.

В последний раз взрыв активности общества леопардов наблюдался в Нигерии в округе Калабар в 1945— 1947 годах. В разных местах были обнаружены тела более чем пятидесяти жертв, у всех были вскрыты яремные вены. В течение долгих лет в этой стране не слышали об обществе леопардов — и вот страшный первобытный культ возник снова.

Рядом с изуродованным телом каждой из жертв находили отпечатки лап хищника. И снова полиция оказалась не в силах отличить жертву, павшую от когтей зверя, от жертвы “людей-леопардов”. Три белых офицера и около двухсот констеблей-африканцев участвовали в борьбе с членами тайного общества. За головы убийц обещали большие награды, был введен комендантский час. Сельским жителям предписывалось не покидать своих хижин после четырех часов пополудни, поскольку все убийства совершались обычно в сумерках Однако же “леопарды” настигали свои жертвы даже в непосредственной близости от полицейских патрулей и, похоже, сделали одного из констеблей своим соучастником. У некоторых убитых были вынуты сердце и легкие. Другие тела выглядели так, словно их действительно грыз зверь. Среди погибших было много маленьких четей

Были произведены сотни арестов, в конце концов восемнадцать человек приговорили к смертной казни через повешение. Сначала предполагалось, что казни >улут публичными, чтобы показать народу, что “люди-1 опарды” никакие не сверхъестественные существа. Однако затем власти решили, что на казнях могут присутствовать только вожди местных племен.

Поистине странная и жуткая история. Белые, долгое время прожившие в Западной Африке, со всей серьез-

БРОСАЮШИЕ КОСТИ

“Gooi kookwater waar daat goelery is”. Да, в этой аф-риканерской поговорке есть большая доля мудрости. “Плесните кипятка туда, где есть колдовство”. Большинство тех, кто “бросает кости” и занимается другими видами черной магии, это мошенники. Кипяток превращает многих духов в обычных ошпаренных людей.

Тем не менее все больше ученых теперь признают, что человеческий разум способен на такие подвиги, которые невозможно объяснить никакими законами. Существование телепатии уже было доказано профессором Райном. Существует также масса свидетельств в пользу ясновидения — способности видеть вне пределов обычного зрения.

Проявление этих способностей не ограничивается только белыми людьми, исследуемыми в лабораторных условиях. В Южной Африке существовали долосгуйе-ры — “люди, которые бросают кости”, — за тысячи лет до того, как там появился первый белый человек. Это загадочное искусство пришло из пещер Европы с бушменами и было передано готтентотами.

Я как-то наблюдал за этим магическим ритуалом, который исполнял старый чистокровный готтентот, всю жизнь проживший вдали от цивилизации. Вместо костей

ностью уверяли меня, что на церемонии посвящения между каждым новым членом общества и настоящим леопардом действительно устанавливается “кровная” связь. Когда этот человек умирает, находят мертвым и леопарда, и наоборот. Вещь, казалось бы, неправдоподобная, однако отрицать все это не просто, если^вы долго прожили в тех местах, находились под воздействием всей той обстановки. Вспомните, что говорил Гриффит, хладнокровный и трезво мыслящий судья: “Я побывал в разных лесах, но нигде мне не было так жутко, как в западноафриканском буше”.

он пользовался овечьими внутренностями и предсказал мне счастливое и удачное путешествие, наподобие того, что говорят наименее изобретательные предсказатели в европейских городах. Это ничего не доказывало, и я часто жалею, что я не придумал тогда, как бы устроить строгую проверку способностей того старика и заставить его отработать полученный им от меня табак. Однако я слышал много рассказов о способностях долосгуйеров, и некоторые из них выглядят вполне правдоподобными.

Как правило, кости для гадания берутся из позвоночника некоторых мелких животных, но, бывает, используют рога и копыта. Некоторые колдуны предсказывают будущее с помощью четырех костей, другим их требуется в десять раз больше. Для той же цели могут служить кусочки слоновой кости и косточки дикорастущих плодов. Вы разглаживаете песок, дуете на кости и бросаете их перед собой как игральные кости, и они образуют собой какой-то рисунок. Обычно кости используют, чтобы найти пропавший скот, хотя причина смерти и болезни также может устанавливаться с помощью костей. В дикой местности долосгуйер предсказывает и удачную охоту. Бушмены полагаются на кости чуть ли не каждый день в своей жизни, и иногда бушмен может беспокойно подняться посреди ночи и посоветоваться с костями, нет ли поблизости львов.

Преподобный С. С. Дорван, который очень хорошо знал обитателей Калахары, провел целое исследование искусства бросания костей. Он сказал, что лишь единственный раз в жизни встретил в пустыне женщину, которая умела пользоваться гадальными костями. Это почти исключительно мужское занятие.

Вскоре после первой мировой войны двое констеблей полиции Юго-Западной Африки как-то преследовали угонщиков скота в районе Гобабиса, когда им повстречалось стойбище бушменов. Низкорослые бушмены были настроены дружелюбно, и констебль Энтони Пеброу дал им табака. На следующий день старый бушмен предложил “бросить кости” и– таким образом “уви-

деть”, чем закончится их погоня. Пеброу был настроен скептически, но согласился.

“Я вижу, как вы входите в большие заросли, когда солнце едва встало, — объявил бушмен, изучая расположение костей. — В том месте много бушменов. Будьте осторожны: я могу видеть стрелу, втыкающуюся в живот вашей лошади”.

Размышляя над этой ободряющей информацией, Пеброу поскакал дальше со вторым полицейским и цветными проводниками. На следующий день на рассвете они действительно попали в полосу густых зарослей, и Пеброу заметил несколько бушменов, бегущих в укрытие. Он поскакал галопом за ними буквально под градом отравленных стрел. Одна стрела скользнула по шлему Пеброу. Вскоре после этого его лошадь рухнула на землю и умерла. Пеброу обнаружил стрелу.

У Пеброу были и другие возможности познакомиться с долосгуйерами, поскольку он заинтересовался этим искусством и никогда не пропускал случая проконсультироваться с ними. Одно предсказание, поразительное по своей точности, было сделано вскоре после того, как он обручился. Он и его невеста встретили старого пастуха-{огтентота, и Пеброу попросил его погадать для них на костях. “Кости упали в разные стороны, — сказал пастух. — Вы никогда не поженитесь”. Так оно и вышло.

Л. Р. Брейтенбах, прокурор в трех провинциях Южно-Африканского Союза, не раз имел дело с долос-1]>йерами и признался, что часто они ставили его в тупик. Он считал, что самыми искусными были представители народности шангаан из Трансвааля. Когда кто-либо обращался к одному из них, он называл свою пену, говорил клиенту, в каком кармане у того лежат деньги, и часто даже описывал цель его визита.

В 1919 году, когда Брейтенбах работал в дистрикте Бегал, он отправился к долосгуйеру с фермером, который во время пахоты потерял четырех волов. Старый долосгуйер Янневайне описал четырех пропавших волов и посоветовал искать их “в стороне, где восходит

солнце, у тропы, что около двух гор”. Конечно же там и паслись заблудившиеся волы.

Самая драматическая встреча у Брейтенбаха произошла в Северном Трансваале, когда девушка обратилась к колдуну по имени Джилонго с просьбой бросить кости. Она временно работала машинисткой, так как машинистка, работавшая в суде постоянно, была в отпуске в Дурбане. Они заперли дверь, чтобы судья не смог их застать за занятием черной магии, а затем Джилонго изложил свое мнение.

“Девушка сидит не на своем собственном стуле, а на чьем-то чужом месте, — начал Джилонго. — Владелец этого стула сейчас находится где-то около большой воды. Я думаю, она больна. Она такая белая. Это нехорошо”.

Когда долосгуйер говорит, что он закончил, он обычно не разрешает задавать вопросов, и Джилонго было невозможно заставить продолжить. Вскоре после этого из департамента юстиции пришла телеграмма, где временно нанятой машинистке предлагалась постоянная работа. Девушка, находившаяся в Дурбане, уволилась из-за смерти своей матери.

Совпадение? Возможно. Но есть другая история, которую должны помнить многие бывшие солдаты, побывавшие в Тобруке. Солдат-зулу бросил кости 20 июня 1942 года, незадолго до германского наступления, и предсказал поражение. Все подробности были проверены и записаны преподобным Джеймсом Чаттером, старшим капелланом Второй Южноафриканской дивизии. (Я летел на Ближний Восток на том же самолете, что и Чаттер, но я избежал участи попасть в плен.) Тот зулу заявил: “Придут мкизе и изгонят всех нас отсюда”. Солдаты-африканцы словом “мкизе” (возможно, оно произошло от слова “мкайзер”, как в годы первой мировой войны) называли немцев. В то время как-произносилось это пророчество, Тобрук считался неприступным, но еще до зари эта крепость в пустыне пала.

Те, кто изучает историю зулусов, могут вспомнить

знаменитый случай, когда это чудовище Чака тихо убил ночью свою мать1 .

Затем он собрал всех долосгуйеров и попросил их найти убийцу. Колдуны назвали несколько имен, но в конце концов один опытный старик прошептал с уважением: “Нкосинкулу, ты убил ее сам”. Чака велел казнить лживых пророков, а того старика назначил своим предсказателем.

Покойный ныне полковник X. Ф. Трью из южноафриканской полиции, один из тех людей, которые снабжали меня самой ценной информацией, рассказывал, что он специально изучал методы долосгуйеров. Он считал, что многие проявления их искусства можно объяснить разветвленной системой осведомительства, ибо у этих людей есть повсюду свои шпионы. И тем не менее были случаи, которые полковник Трью был не в состоянии объяснить.

В начале нашего века в Габероне Трью встретил до-лосгуйера и услышал настолько поразительную историю об этом африканце, которую решил проверить во всех подробностях. Говорили, что долосгуйер бросил кости для майора Берда в то время, когда войска под командованием полковника Пламера продвигались к Мафекингу, стремясь снять осаду с города (имеется в виду осада бурами Мафекинга во время англо-бурской войны. — Н. Н.). Майору было очень сложно заставить долосгуйера сообщить то, что показали кости, но под нажимом африканец сказал, что увидел майора Берда лежащего мертвым, лицом вниз, с девятью пулями в теле. Он описал и местность: песчаную прогалину, окруженную зарослями.

Капитан “Пагги” Мэннинг из Южноафриканских полицейских сил, а позже командующий лагерем по подготовке полицейских подтвердил все, что рассказывалось в этой истории. После сражения у Раматалабамы

' Совершенно необоснованное утверждение автора. Чака безумно любил свою мать и, когда она умерла от болезни и старости в далеком краале, прошел за ночь семьдесят километров. — Н. Н.

майора Берда нашли в точности в таком положении, как сказал долосгуйер: лицом в песок с девятью пулями в теле.

В области телепатии многие тысячи примитивных туземцев проявляют необъяснимые способности. Один мой друг вырос на ферме в Южной Родезии. Его семья покинула это место в 1927 году, но ферму так и не продала. Двадцать два года спустя его брат, не сообщив об этом заранее, вернулся обратно и разбил лагерь у разрушенного дома, желая оживить воспоминания детства. Только он расположился, появились три пожилых туземца и поприветствовали гостя. Это были бывший повар, слуга и главный пастух. “Как поживает молодой хозяин?” — поинтересовались они, сияя от удовольствия.

Молодому хозяину пришлось потратить немало времени, чтобы выяснить, как они узнали о его появлении. Они пришли из резервации, находящейся довольно далеко от этого места, и никто не мог сообщить им, что один из членов семьи возвращается на покинутую ферму. Они не могли объяснить этого. “Мы знали, — отвечали они на все вопросы. — Мы знали”.

Мой друг полковник Трью подробно и со всеми необходимыми ссылками записал один случай во время восстания зулусов 1906 года. Трью разговаривал с сыном сэра Теофила Шепстона на ступенях преторий-ского клуба, когда мимо проходил старый зулус. “Есть ли сегодня какие-нибудь новости из Зулуленда?” — спросил Шепстон. Зулус ответил, что предыдущим вечером произошло сражение в ущелье Маме, что предводитель восстания Бамбата убит, а его импи полностью разбиты. Трью сразу же пошел к правительственному чиновнику, который следил за ходом этого восстания, однако тот ничего не знал. Но спустя два часа телеграмма от губернатора Каталя подтвердила рассказ зулуса.

Говорят, что смерть генерала Гордона в Хартуме обсуждалась на базаре в Момбасе и других местах, лежащих более чем в двух тысячах миль к югу, уже на сле-

дующий день. Во время любой африканской кампании новости разлетались по континенту подобным же таинственным образом. О восстании Лобенгулы в 1893 году стало почти мгновенно известно туземцам на обширных территориях Южной Африки.

Ныне покойный Оуэн Летчер, южноафриканский писатель и путешественник, часто рассказывал о происшествии, случившемся с ним самим во время путешествия по дикой местности в Северо-Восточной Родезии в 1911 году. Он находился среди людей из племени банда и как-то ночью услышал стенания женщин. Они сказали ему, что их мужья, служащие в частях королевских африканских стрелков в Сомали, были только что уничтожены в бою. Через шесть недель Летчеру подтвердили этот рассказ.

Возможно, самый знаменитый случай телепатии у туземцев произошел во время англо-бурской войны, когда большое число бурских военнопленных находились в лагере на острове Святой Елены в тысяче семистах милях от Кейптауна. А. Дж. Уилльямс, служивший тогда в Королевском армейском медицинском корпусе, оставил запись об этом случае, а люди, которые могут подтвердить его отчет, еще живы до сих пор.

Как-то перед утренней зарей Уилльямс услышал, как бурские пленные в лагере Дэдвуд поют, согласно обычаю, гимны. Затем пение прервалось, и он увидел, что они разбились на группы и что-то возбужденно обсуждают. Флаг над лагерем был приспущен. Уилльямс спросил их, что случилось. Оказывается, их слуги-африканцы (которые вместе со своими хозяевами отпра-ьились в ссылку из Южной Африки) сказали им, что j мерла жена президента Крюгера.

Комендант лагеря позвонил по телефону на телеграфную станцию около Джеймстауна, но такого сообщения не поступало. Немного позже тем же утром пришла, однако, телеграмма, подтвердившая информацию о смерти госпожи Крюгер.

НАУКА ИЛИ КОЛДОВСТВО?

Вода в Кару, этих пустынных плато в Капской провинции, часто ценится больше, чем золотая жила. Мне однажды рассказывали про фермера, который специально давал своим ручным бабуинам свою соленую пищу, а затем отпускал их на волю, чтобы посмотреть, где они будут рыть землю в поисках воды.

В каждом районе Кару есть свой ватервейсер — человек, который может находить подземные источники воды, — чей ивовый прут двигается, указывая водный поток под испепеленным солнцем песком. На это, по крайней мере, надеется обеспокоенный засухой фермер. Наука это или колдовство? Никто не сможет объяснить вам, почему прутик в руках лозоходца сгибается и выворачивается. Это явление столь же простое, как и инстинкт голубя возвращаться в родную голубятню, и столь же труднообъяснимое.

Было время, когда поиски воды с помощью лозы считали занятием незаконным: лишь человек, вступивший в сговор с сатаной, был, как тогда полагали, способен на это. Сегодня этот вид деятельности стал –гораздо более уважаемым. И если скважина, как обещал лозохо-дец, дает воду, тот становится общественным благодетелем, который получает весь свой гонорар до последнего

пенни. Ну а если воды не оказывается, значит, либо бурили не так, либо скважина недостаточно глубока. Иногда фермеру просто не удается получить удовлетворения, назвав неудачливого лозоходца мошенником: задолго до того, как бурение скважины заканчивается, ло-зоходец уже скрывается за горизонтом.

Люди, которые могут под землей найти источник воды, порой значительно различаются как по нраву, так и по степени своего мастерства. Большинство из них — честные люди, убежденные, что они обладают способ-ностю находить воду, а иногда и скрытые от глаз предметы. Действительно — и это сейчас общепризнанно, — лоза в их руках может реагировать на подземные воды. И лишь только, когда вы пытаетесь найти этому объяснение, вы сталкиваетесь со старой загадкой. Существует много различных теорий на этот счет, но ни одна из них не считается полностью убедительной.

Возможно, лишь один человек из трех, получив нужную подготовку, может стать лозоходцем. Я однажды нанимал лозоходца, который пользовался собственным буром. Он нашел воду на моем участке, но на несколько большей глубине, чем предполагал. Поэтому он уменьшил сумму вознаграждения. Такие люди, которые видят результаты собственной работы, накапливают большой опыт, и по характеру местности, деталям рельефа, уже известным источникам, расположению деревьев и другой растительности — то есть всему тому, что и является в действительности самой надежной подсказкой, — могут определить, где надо искать подземные воды. Они продолжают использовать свои прутики, но говорят, что больше полагаются на свой практический опыт, нежели на таинственные повороты лозы. Во всяком случае, они проводят все свое дело от начала до конца и готовы ответить за возможную неудачу.

Несомненно, люди, способные “видеть” воду под толщей грунта, были среди тех, кто сошел на берег с “Драммедариса” вместе с Ван Рибеком, основателем юлландской колонии на мысе Доброй Надежды в

XVII веке. Путешественник Барроу почти два века назад писал о встрече с ирландцем, который мог находить воду на плато Капской колонии. Этот человек, пользуясь лупой, в которой был пузырек воздуха, “поражал голландцев своими способностями”. Он говорил фермерам, что этот пузырек был каплей воды, обладающей способностью реагировать на родственное вещество, и поворачивался к нему, как бы указывая на невидимую жидкость. Он просил Барроу не разоблачать его.

Тем не менее, действительно, есть лозоходцы, которые “попадают в цель” там, где квалифицированным ге^:оь>м со всем своим оборудованием ничего найти не уд. :тся. Но, честно говоря, бывает и наоборот. Давайте т'.\< огьодаем за ними в работе и посмотрим, возможно ли лрийги к какому-то мнению относительно их вызывающего споры искусства.

Как правило, южноафриканские лозоходцы предпочитают пользоваться раздвоенным прутом из плакучей ивы, хотя для этой цели подходит и мимоза, и айва, и сухожилия молодого петуха. Я слышал про одного немецкого лозоходца, который пользовался колбасой. Некоторые лозоходцы работают босиком, чтобы обеспечить прямой контакт с таинственными силами, другие носят подбитые гвоздями ботинки. Резиновые подошвы, видимо, изолируют лозоходца от электромагнитного поля — если, конечно, таковое существует, — которое и должно приводить прут в движение.

Лозоходец держит руки перед грудью ладонями внутрь, сжав палочку так, чтобы “рогатка” смотрела вверх. Он ходит туда-сюда по вельду в поисках скрытого источника воды, и, когда он приближается к нужному месту, прутик поворачивается вниз в сторону, противоположную привычному действию мышц запястья. Иногда прутик ломается. Некоторые лозоходцы клянутся, что прутики порой двигаются с такой силой, что сдирают кожу с ладоней.

Член Королевского общества сэр Рэй Ланкастер за-

являл, что странное поведение прутика лозоходцев объясняется усталостью мускулов и их неожиданным и непроизвольным расслаблением, которое наступает при определенном состоянии нервной системы, когда внимание сконцентрировано на поиске, и подсознательный контроль за мускулами приостанавливается. А бесхитростный исполнитель (таковым его считал Ланкастер) этого действа думает, что происходит самопроизвольное движение прутика.

Однако теория Ланкастера рушится, когда лозоходец демонстрирует тот же странный “рефлекс нахождения невидимой воды” и без помощи прутика. Металлический шарик, подвешенный на нитке, указывает на подземную воду задолго до того, как возникает усталость мышц. Поэтому современная наука признает возможность существования определенного вида “излучения”, идущего от невидимого источника воды. Лозоходец испытывает легкое изменение тонуса мышц руки, а прутик просто усиливает эту реакцию.

Некоторые лозоходцы уверяют, что их руки сильно дрожат и лицевые мышцы сокращаются, когда они проходят над водой. Щекотка в ступнях — еще один симптом. Отмечалось некоторыми и ощущение удушья. Но исследования способности находить подземную воду, “видеть сквозь толщу земли” никогда не были особенно тщательными и глубокими. Природа “излучения”, которое действует на лозоходца с той или иной силой, все еще остается тайной. Вы можете называть это электричеством, если хотите, или космическими лучами. Наука не знает.

Редко можно услышать о лозоходцах-женщинах. В анналах этого странного искусства часто фигурируют священники и простые мальчишки. Всего несколько лет назад воду для города Уиллоумор обнаружил священник Я. Я. Энгельбрехт. Он предсказал, что скважина глубиной пятьсот футов1 будет давать пять тысяч гал-

1 Английский фут равен 12 дюймам = 0,3048 метра. — Ред.

лонов1 воды в час, и обещал взять на себя расходы по бурению, если он окажется неправ. Но оказалось, что он был почти полностью прав. Этот священник голландской реформатской церкви считает, что практически под любой фермой есть подземный источник, который может давать как минимум пять тысяч галлонов в час, и верит, что Южную Африку можно превратить в рай для фермеров.

В 1949 году фермеры Намакваленда большие надежды возлагали на двенадцатилетнего цветного мальчика Давида Бранда. Свою репутацию он приобрел в результате успешного нахождения скрытых под землей источников воды не только в Намакваленде, но и в безводных пустынях Бушменленда и Юго-Западной Африки.. Давид был пастухом на ферме Яна Тилли ван Никерка, расположенной около Гамупа. Он впервые продемонстрировал свое искусство случайно, когда однажды с сыном своего хозяина Корнелисом был на просторах вельда. Корнелис потерял в песке деньги и пули. Как только Давид услышал об этом, он прямиком вышел на нужное место и нашел все, что потерялось.

Необычные красновато-карие глаза Давида “увидели” воду на значительной глубине после того, как на ферме иссякла одна из скважин. Фермер углубил скважину еще на несколько футов, и появилась вода. Давид также заявлял, что способен видеть содержимое желудка больных телят. Позже он говорил Корнелису, что он может видеть людей насквозь и что эти способности пугают его. Поэтому он сторонился людей, доверяясь только Корнелису. Все это звучит фантастично, но Давид Бранд действительно заготовил много сюрпризов для скептиков. Он обнаружил воду на одной ферме в Бушменленде, где все предыдущие попытки добиться этого бурением скважин были неудачными. На другой ферме он вообще не обнаружил признаков воды. После этого бурильщики из государственной службы сверлили скважины до глуби-

Английский галлон равен 4,546 литра. — Ред

ны четырехсот футов, пытаясь найти воду. У них это окончилось безрезультатно.

Мне представляется крайне интересным сравнить не столь давнюю деятельность Давида Бранда в Намакваленде с информацией о молодых людях, способных “видеть” подземную воду, в Европе несколько веков назад. Вы обнаружите одни и те же детали. “Этот ребенок может видеть сквозь землю источники и бочки с водой, как бы глубоко они ни находились”, — говорится в записях о четырнадцатилетнем Жане Паранге из Марселя (1772 год). “Он видит воду так же, как мы видим вино в бокале”. Можно также обнаружить истории о людях, “способных видеть насквозь”, которые могли поставить диагноз — будь то подагра, ревматизм, невралгия или болезнь сердца — столь же легко, как и обнаружить подземные запасы воды. И многим из знаменитых в прошлом людей, “видящих воду”, приписывалась способность находить потерянные и спрятанные предметы, какой обладал и маленький Давид Бранд из Намакваленда, который даже и знать не мог об этих замечательных случаях в дальних странах.

В последние годы самым знаменитым молодым человеком, который мог “видеть воду”, был Питер ван Яарсвельд, рыжеволосый “мальчик с глазами, как рентген”. В том, как он обнаруживал воду или полезные ископаемые, в действительности нет ничего нового, но такие люди, как Давид Бранд и Питер ван Яарсвельд, встречаются далеко не так часто, как те, кто пользуется прутиком.

Ван Яарсвельд заявляет, что он видит на земле луч света, похожий на свет луны, падающий через оконное стекло. Этот луч колеблется таким образом, что мальчик может проследить расположение подземной водной артерии. Он идет вдоль одной из них до тех пор, пока она не пересекается с другой, а затем втыкает палку там, где может быть обнаружен самый большой запас воды. Он чувствует подземные водотоки так остро, что может идти над невидимой водной артерией даже в

темноте. Во время работы Питер ван Яарсвельд ходит словно во сне, приволакивая обе ноги и устремив взгляд в землю. Он становится бодрым лишь тогда, когда “видит” воду. Питер берет двадцать пять фунтов за каждый обнаруженный им подземный источник, и бывало, он зарабатывал по триста фунтов за пару дней. Но даже после обычного дня работы у него начинает болеть голова. Это — плата за обладание “глазами, как рентген”.

Лозоходцы, ищущие металлы, обычно держат в руках или на кончике своего прутика образец металла, который они хотят найти. Они признают, что с золотом иметь дело всегда сложно, кроме тех случаев, когда оно в виде соверенов, зарытых неглубоко от поверхности земли. Они говорят, что необходимо сконцентрироваться на металле, ловить его “ответ” и “настроиться” на образец перед тем, как выйти на поиски металла. Серебро, если оно присутствует в больших количествах, вызывает у лозоходца острую боль в ступнях. Нефть оказывает свое воздействие на локти. Некоторые лозоход-цы утверждают, что в их тело через ступни входят “волны”, когда они проходят над водой.

К воде чувствительны многие люди, но способность указывать на скрытые от глаз металлы проявляется сравнительно редко. Один, хоть и довольно слабый, ключ к разгадке этой большой тайны можно найти, изучив опыт лозоходцев, которые способны находить и металлы, и воду. Все они заявляют, что должны сконцентрироваться на объекте поиска до того, как начнут свою работу. Лозоходец, ищущий воду, не почувствует богатейших залежей руды, находящихся прямо под его ногами. Он должен повторить все с самого начала вновь, сконцентрировавшись на конкретном металле, если ему необходимо этот металл обнаружить.

А как человек, способный “видеть” сквозь –землю, может осознать, обладает ли он этим даром? Возможно, многие люди проживают свою жизнь, так и не обнаружив свои способности в этой области. Оом Пит Мей-

бург, старый “водяной волшебник” с северо-запада Капской провинции, как-то однажды, когда ему было четырнадцать лет, находился среди вельда около При-ски. Вдруг палочка, которую он нес, резко прогнулась вниз. Это потрясло его, и он бросился домой рассказать о случившемся отцу. Его отец догадался, что мальчик был прирожденным лозоходцем, и опыты подтвердили его правоту. В данном случае интересно отметить, что Пит Мейбург не концентрировал специально свое внимание ни на чем, когда его палочка указала на действия в его теле каких-то сил.

Питеру ван Яарсвельду было шесть лет, когда он как-то увидел, как его отец на ферме Бургерсдорп в Капской провинции рыл колодец в том месте, где воды не было “видно”. До этого момента маленький Питер считал, что любой мог “видеть” подземные воды. Он тоже пережил потрясение, когда до него дошло, что он отличается от остальных людей. Его отец сначала ему не поверил, но когда бурение ничего не дало, он решил посоветоваться со своим маленьким сыном. Питер указал ему нужное место. Позже он укрепил свою репутацию тем, что нашел золотое кольцо, потерянное его учительницей в куче песка.

Люди, способные “видеть” воду, жалуются, что они не могут спать спокойно, когда их постель оказывается над обильной подземной водной артерией. По словам лозоходцев, часто таинственные боли и недомогания вызывают водные источники, находящиеся под комнатой, где сидят или спят эти чувствительные люди. Чтобы избавиться от этого, необходимо застелить пол толстым слоем газет или древесно-стружечными плитами.

Некоторые лозоходцы быстро устают. Если они пользуются прутом более трех раз в день, их усилия начинают вызывать болезненное ощущение. Другие говорят, что их способность к “видению” воды покидает их время от времени, но оно всегда возвращается к ним. По-настоящему чувствительный лозоходец не только

находит воду, но и называет глубину и количество галлонов, которое даст в час скважина, и будет ли вода пресной или солоноватой, и тип грунта, через который должен пройти бур.

Ученые сделали все возможное, чтобы расставить ло-зоходцам ловушки, им удалось выявить множество мошенников. Но по-настоящему честный лозоходец поставил перед учеными столько загадок, что они не в состоянии их разгадать. И лозоходец — человек, который должен знать об этом искусстве все, — сам, к сожалению, находится в полном неведении, как и лучшие ученые мира.

ЧИТАЮЩИЕ ПО ДЫМУ

Способны ли африканские дикари читать чужие мысли? Я считаю, что да, и многие странные истории о телепатии и провидении являются правдой. Подобные вещи, похоже, среди примитивных народов случаются чаще, чем в цивилизованном обществе. Тому есть яркие и убедительные свидетельства.

Впервые я столкнулся со способностью к телепатии, которую демонстрировал маленький клан бушменов, живущих в Калахари у границы Бечуаналенда. Считается, что пустыни располагают к появлению того, что называют “психической осведомленностью”, ибо в их бескрайней тишине нет никаких отвлекающих факторов. Я был там вместе с ныне покойным Дональдом Бейном — знаменитым проводником по Калахари и другом бушменов. Как-то днем я увидел в отдалении столб дыма и сказал Бейну, что горит буш.

“Это не пожар в буше”, — ответил Бейн. Он подозвал старого бушмена, говорившего на африкаанс, и мы спросили его об этом дыме. Бушмен сказал, что несколько его людей были на охоте и что они упустили антилопу гемсбока и убили двух спрингбоков недалеко от сухого русла реки Носсоб. Они также собрали ко-

решки и мед. Мед был особенно кстати, так как теперь они смогут сварить крепкое пиво.

Я внимательно наблюдал за дымом, но так и не видел ничего, что могло бы позволить предположить о подаче каких-то сигналов. Он поднимался прямо в безветренное небо без перерывов. “Как это делается?” — спросил я.

Старый бушмен был в замешательстве. Затем Бейн объяснил мне, что так называется “радио Калахари”, — это не какая-то бушменская кодовая система наподобие азбуки Морзе, а нечто более загадочное. “Они просто смотрят на дым, и послание приходит к ним”, — сказал

Бейн.

После долгих подробных расспросов старого бушмена я сделал вывод, что дым — это скорее “знак выхода на связь”, а не какой-то сигнал, несущий информацию. Он означал, что охотники, находившиеся вдали, что-то просто хотели сообщить. Затем все концентрировались на этом дыме, и вскоре некоторые люди знали, что происходит, и сообщали об этом другим. Одни могли “читать дым”, другие — нет. Бейн считал, что дым в данном случае служит для бушменов тем же, что и кристалл для ясновидцев. Пристально глядя на дым, они как бы вводят свое сознание в нужные рамки, что позволяет принять послание. Но это делалось посредством чтения мыслей, а не подачей сигналов дымом.

Иногда по “радио Калахари” приходят очень сложные послания, и они доходят слишком быстро, чтобы это можно было объяснить существованием примитивной сигнальной системы. Бейн также уверял меня, что дым даже не обязателен и что члены бушменских кланов часто общаются на больших расстояниях и без него. Много лет спустя я прочел описание того, как используют дым австралийские аборигены. “Я делаю дым для того, чтобы другой человек знал, что я думаю, — объяснил один из них. — И он тоже думает, и таким образом он думает мои мысли”. Это было удивительным подтверждением того, о чем говорил старый бушмен. Примитивные люди на разных континентах общаются друг

с другом посредством абсолютно одних и тех же методов.

Свидетельств чтения мыслей было записано, проверено и подтверждено так много, что совпадения могут быть исключены. Мне бы очень хотелось разгадать эту глубокую тайну. В качестве объяснения' предлагалась “вибрация мысли”, но вряд ли какой-то вид физической энергии может исходить из сознания, так же как при телепатии, и доходить до сознания другого человека с такой силой, чтобы воспринималась та же мысль.

Телепатия — это нечто подсознательное. Это не требующее усилий общение, которое может в состоянии сна действовать столь же эффективно, как и в другое время. Английский философ и математик Э. Н. Уайтхед считал, что события составляют основные компоненты реальности и что во Вселенной все соединено друг с другом. Хирург и исследователь телепатии Кеннет Уол-кер, исходя из той же теории, доказывал, что “телепатия — это феномен, который обнаруживают в примитивной форме как чувство осознания того, что происходит на расстоянии во всех живых организмах”. Американский физик профессор Бэнеш Хоффманн считает, что механизм телепатии такой же, как и у силы притяжения, которая проходит через все препятствия. “Она может быть физической или она может быть чем-то странным, подчиняющимся законам распространения, которые выходят за пределы пространства и времени и ведут себя образом, совершенно незнакомым для науки”, — заявляет Хоффманн.

Если эта тайна телепатии когда-либо будет разгадана, то, возможно, это будет сделано с помощью примитивных народов и, вероятно, в одной из пустынь Африки. Кеннет Уолкер подчеркивал, что “экстрасенсорное восприятие” (научный термин, обозначающий телепатию, ясновидение и подобные феномены) очень распространено среди примитивных народов. Это народы, у которых более древняя часть мозга все еще работает

по-старому и дает знания о том, что происходит в любых других местах.

Цивилизованные люди доказали существование телепатии, но они не были в состоянии разгадать суть самого ее процесса. Дикарь же может пользоваться этим удивительным секретом. Все, что я пока могу сделать, — это привести некоторые примеры телепатии в Африке — из легенд и из реальных случаев.

О многих событиях туземцам, вероятно, стало известно благодаря телепатии — особенно о войнах и других несчастьях и бедах. Победа вождя Кетчвайо над полковником Дернфордом под Изандлваной во время зулусской войны, говорят, стала известна по всему На-талю быстрее, чем на то был способен любой из видов связи, имевшихся сто лет назад. Когда же Кетчвайо наконец был все же побежден, он в качестве пленника находился в Кейптауне, но к нему относились там достаточно доброжелательно. Р. К. Сэмюэлсон, который был приставлен к Кетчвайо в качестве переводчика, вел дневник и записывал сны и предсказания Кетчвайо. Позже Сэмюэлсон стал выдающимся членом департамента по туземным делам в Натале, и его дневник — вполне достоверный документ.

Однажды в сентябре 1881 года Кетчвайо заметил Сэ-мюэлсону: “Прошлой ночью мне приснилось, что я вернулся на свой трон в Зулуленде. Мои отец и мать так много целовали меня, что я даже почувствовал горечь вокруг рта”. В другой раз Кетчвайо показал на комету над Столовой горой и заявил: “Это знак того, что королева вернет меня на мой трон в Зулуленде”. И действительно, спустя два года ссылка Кетчвайо завершилась, но ни сон, ни комету не стоит принимать во внимание. Но вот запись в дневнике Сэмюэлсона, от которой не так-то легко отмахнуться. “12 сентября 1881 года. Королю приснилось, что Масумпа сдался и в Басутоленде воцарился мир”. Масумпа, третий сын вождя басуто Мо-шеша, поднял восстание против правительства Капской колонии, и на подавление восстания были направлены

очень крупные силы. Масумпа атаковал Масеру во главе своей армии из пяти тысяч человек и был на войне уже около года, когда Кетчвайо рассказал Сэмюэлсону свой сон. Оснований считать, что Масумпа был готов сдаться, не было. Масумпа отказывался от плана урегулирования, который предлагал губернатор колонии сэр Хер-кьюлес Робинсон. Тем не менее развязка пришла совершенно неожиданно, и 13 сентября до Кейптауна дошла новость о том, что Масумпа принял предложение капских властей. “Странным в этом сне было то, что он приснился до того, как король или кто-либо из нас узнал о капитуляции Масумпы”, — записал Сэмюэлсон.

Среди драматических эпизодов англо-зулусской войны была и часто описываемая смерть Луи Наполеона, сына Наполеона III, которого называли “имперским принцем”, возможного будущего короля Франции. Он отправился в разведку с офицером и шестью солдатами, но зулусы застали их врасплох, и принц был смертельно ранен, когда пытался сесть на лошадь. У. Т. Стел, ярый спиритуалист, всегда считал, что всю эту трагедию увидела в кристалле императрица Евгения задолго до того, как ее сын даже реЩил отправиться в Южную Африку.

Гибель транспорта для перевозки войск “Менди” в Ла-Манше во время второй мировой войны часто приводят в качестве примера того, как новости распространяются среди туземцев при помощи телепатии. Он затонул после столкновения, и сотни черных южноафри-канцев (направлявшихся во Францию в качестве рабочих на военных объектах) утонули. Некоторое время эта трагедия хранилась в тайне, пока не был составлен полный список погибших, и лишь затем генерал Бота сде-лал первое заявление в парламенте. Согласно часто публиковавшейся в печати легенде, множество женщин-Оанту оплакивали своих мужей задолго до того, как появилось официальное сообщение о трагедии.

Подобные истории могут быть, а могут и не быть полностью правдивыми. Ученый, исследующий телепатию, совершенно справедливо потребует письменные

свидетельства людей, на которых можно положиться, с указанием даты и точного времени, подробный отчет человека, узнавшего о трагедии, находясь за тысячи миль от того места, где она произошла. Но легко быть сильным задним умом. Я не могу полностью ручаться за историю с “Менди”, но я могу привести несколько менее сенсационных случаев, рассказанных мне наблюдавшим их человеком, чьим словам я полностью доверяю.

Это было 12 апреля 1912 года, когда мой друг майор П. К. Лоренс сидел в засаде на льва неподалеку от казарм аскари (солдаты-туземцы в колониальных войсках. — Н. Я.) в Порт-Херальде в Ньясаленде. Как только протрубили “отбой”, майор Лоренс уложил льва. На следующий день Лоренс встречал поезд из Блантай-ра. Из него вышел знакомый ему плантатор и заметил: “Я слышал, вы убили отличного льва прошедшей ночью, Лоренс”. Изумленный майор подробно расспросил плантатора, и тот заявил, что его слуга-африканец сообщил эту новость ему до того, как поезд ушел со станции Блантайра ранним утром.

Блантайр расположен в ста десяти милях1 от Порт-Хе-ральда, а после того как телеграфная контора на станции Порт-Херальд закрывалась в пять вечера, никаких обычных средств связи между двумя этими пунктами не существовало. Майор Лоренс тут же спросил начальника станции-индийца и убедился, что телеграфная контора была закрыта и заперта в обычное время. Плантатор спросил своего слугу, как он узнал про льва, но слуга всего лишь пожал плечами и ответил: “Я просто знаю, бвана”.

Еще один случай, о котором поведал мне майор Лоренс, произошел во время рождественских праздников 1912 года, когда его часть была расквартирована в Зомбе, административном центре Ньясаленда. Он отправился с приятелем к холмам Нкулу в двадцати милях к северу от Зомбы на охоту.

“Мы вышли в пять утра, и, чтобы избежать несчаст-

1 Английская миля (сухопутная) равна 1,609 километра. — Ред.

ного случая, я со своим охотником-туземцем направился на восток, мой друг Джек свернул на запад, — начал майор Лоренс. — В 10.10 утра я присел отдохнуть на камень и стал наблюдать за бабуинами. Мой охотник попросил у меня спички, так как он нашел пчелиное гнездо и хотел их выкурить оттуда. Он вернулся через несколько минут, возвратил спички и заявил: “Бвана Джек застрелил самку куду” (антилопы). Я спросил у него, как он это узнал, и он дал мне обычный ответ: “Я просто знаю”.

Поскольку мы находились на высокой гряде, я подумал, что он мог услышать звук выстрела и догадаться, что это была антилопа. Мы пошли дальше и вернулись в лагерь к пяти вечера. Джек пришел десятью минутами позже, и он был изумлен, когда я сказал ему, что он застрелил самку куду. Мы всегда старались не стрелять самок, и Джек объяснил мне, что он целился в самца, а самка просто выпрыгнула вперед в тот момент, когда он нажал на курок. Это было примерно в одиннадцать часов.

Когда мы сверили свои записи, то обнаружили, что он был примерно в двенадцати милях к востоку от лагеря, в то время как я на таком же расстоянии на запад. Звук выстрела нельзя было услышать на такой дистанции”.

И наконец, был эпизод, происшедший во время первой мировой войны, — его майор Лоренс тоже в состоянии подтвердить точной ссылкой на источник. Отделение королевских африканских стрелков и ньясаленд-ских добровольцев отправилось на север в Каронгу, в то время как майор Лоренс остался в Зомбе для подготовки новобранцев. Вечером 9 сентября 1914 года туземные женщины в казармах королевских африканских стрелков в Зомбе начали причитать. Когда майор Лоренс стал выяснять, что случилось, ему сообщили: они оплакивают своих погибших мужей. Сообщивший об этом также добавил, что во время боя погибли и несколько белых офицеров.

На следующий день пришла телеграмма от офицера, командующего войсками в Каронге. В ней сообщалось о двух стычках с германскими войсками и приводился

список потерь. Было убито несколько белых офицеров. Также погибло и было ранено большое число аскари.

Случаи, описанные майором Лоренсом, могут показаться незначительными в сравнении с теми историческими событиями, известия о которых, как говорят, распространялись благодаря телепатии. Тем не менее я думаю, что они более ценны, чем многие другие драматические истории, потому что они воссоздают подлинные ситуации из жизни в африканском буше. Я не могу объяснить эти случаи из жизни кадрового армейского офицера в Ньясаленде простым совпадением. Это была подлинная телепатия.

Еще одним источником информации, которому я абсолютно доверяю, был ныне покойный Фрэнк Браунли, судья, член знаменитой миссионерской семьи Браунли из Кингуильямстауна в Капской провинции. Фрэнк Браунли и его предки понимали внутренний мир африканца гораздо лучше, чем большинство белых в их время. Я всегда считал за честь, что такой авторитет, как Фрэнк Браунли, читает мои книги из года в год и пишет мне длинные письма с удивительно доброжелательными комментариями по поводу моих работ, обогащающими мои познания в тех сферах, которые я затрагиваю. Я очень дорожу его письмами.

Один случай, который убедил Браунли в существовании у некоторых туземцев способности к ясновидению, произошел в то время, когда он охотился в Калахари. К его костру пришел старый бушмен, разгладил песок и “бросил кости”. Спустя некоторое время бушмен сделал свое предсказание: “Через два дня вы двинетесь на север. Вы пробудете там некоторое время, и с вами ничего плохого не случится. Но потом вы двинетесь на юг в большой спешке, и не в фургоне, запряженном ослами, в котором путешествуете сейчас, а на машине”.

Браунли намеревался отправиться в путь через два дня, но о своем решении он своим слугам ничего не говорил. Он двинулся в путь, стал лагерем у источника На-мкауб и отослал свой фургон, приказав вернуться через

месяц. Пока он был у Намкауба, пришел посыльный-бушмен с почтой, и Браунли стало известно об одном деле, которое требовало срочного ответа по телеграфу. Он находился в двухстах милях от ближайшей телеграфной конторы, и ему пришлось ждать прибытия своего фургона с ослами, прежде чем он мог отправиться в путь.

Спустя месяц фургон, запряженный ослами, добрался до его лагеря. Браунли отправился на юг с максимальной скоростью, на которую были способны ослы. Но он не успел уехать далеко, когда его догнал автомобиль. Старый бушмен оказался прав до мелочей.

Свидетелем необычайного провидения стал Фрэнк Браунли в его бытность судьей. Владелец гостиницы в поселке с женой собирались провести уик-энд на побережье, и муж отложил двадцать пять фунтов на предстоящие расходы. Деньги украли. Полиции не удалось поймать вора, и поэтому за советом обратились к местному прорицателю.

Выслушав внимательно все подробности, прорицатель заявил, что деньги (все, кроме одного фунта) спрятаны под большим камнем у истока ручья, который протекал поблизости. Прорицатель назвал и вора — слугу из гостиницы. Эта информация оказалась при проверке верной, и вор сознался. Браунли был уверен, что прорицатель не знал о краже до того, как к нему обратились за помощью.

Я часто обсуждал проблемы телепатии и другие подобные загадки с доктором Б. И. Лаубшером, который одно время был штатным психиатром в кейптаунской больнице для душевнобольных. Доктор Лаубшер изучал искусство прорицания у туземцев Транскея и написал научную работу, озаглавленную “Пол, обычаи и психопатология — исследование южноафриканских туземцев-язычников”. Он пришел к убеждению, что кроме широко распространенного обычного шарлатанства у туземцев можно встретить проявление подлинного ясновидения. И он привел в качестве примера прорицателя, обнаружившего украденный скот, который находил-

ся за шестьдесят миль, и назвал имя вора. Доктор Лауб-шер не смог найти какого-либо привычного объяснения таким способностям.

Научные исследования показали, что телепатия и ясновидение строятся на одних и тех же принципах у совершенно разных людей, будь то профессора или бушмены, англичане или африканцы. Существует такое явление, как “кризисная телепатия”, которая включается, когда находящиеся вдали друзья или родственники больны или умирают, а иногда и в связи со счастливыми событиями — такими, как рождение ребенка.

Некоторые из случаев, с которыми я имел дело, не прошли жесткой научной проверки, столь необходимой исследователям. Меня не очень удовлетворяют такие примеры, и я поверю в то, что люди говорят или пишут на языках, которых они не знают, только тогда, когда смогу полностью убедить себя в том, что не было надувательства или самообмана. Точно так же я до сих пор сомневаюсь насчет существования дара ясновидения. Предчувствия могут основываться на совсем не загадочных вещах, таких, как здравый смысл. У меня у самого бывали предчувствия. Дж. У. Дани, автор книги “Эксперимент со временем”, заметил: “Если бы предвидение было бы реальностью, то это была бы такая реальность, которая разрушила бы полностью всю основу наших сложившихся представлений об окружающем мире”. Дани верил в предвидение и верил в то, что он доказал его существование математическим способом. И все же я сомневаюсь.

Но телепатия, кажется мне, — явление другого рода. Оно, возможно, связано с эмоциями и, конечно, не есть что-то сверхъестественное. Я уверен, что мы стоим еще только на пороге знаний о человеческом рассудке. Мысль — это загадка. Когда нам смогут объяснить, каким образом мы думаем, чтение мыслей перестанет быть тайной.

Необразованные африканцы обладают шестым чувством, не только указывающим им нужное направление в незнакомой местности, но и сообщающим им о при-

сутствии людей, которых они сильно хотели бы увидеть. Каждый, кто жил в диких частях Африки, знает об этой способности. Некоторые называют ее инстинктом, другие рассматривают как психический феномен. Наиболее любопытный, причем абсолютно достоверный пример поведал мне не так давно X. Ф. Вариан, выдающийся строитель железных дорог, среди заслуг которого и линия из Лобиту в Конго.

В 1907 году Вариан завершил работу в Родезии, связанную со строительством железной дороги, и поехал в отпуск в Англию. Ему предлагали работу в Судане, Перу, Аргентине и Анголе. Он решил принять предложение из Анголы и сел на корабль, идущий в Лобиту. Он распрощался с Родезией, и никто там не знал о его новом назначении.

Несколько месяцев спустя после прибытия в Анголу он расположился лагерем на реке Кубал, далеко в глубине страны. К нему подошли два крайне худых, в изорванной одежде африканца и заговорили на “кухонном кафрском”, который он в последний раз слышал в Родезии.

“Разве вы не знаете меня?” — спросил один из этих истощенных пугал. С трудом Вариан признал в человеке Антонио, его личного слугу во время работы в Родезии. Его спутник оказался бывшим мальчиком при кухне у Вариана в Родезии.

Эти двое пешком прошли пол-Африки с твердой целью вновь найти Вариана. Они вышли с нижней Замбези примерно в то время, как Вариан решил уехать из Лондона в Лобиту. Они переносили лишения и голодали во время долгого пути, но их вера не поколебалась, и в конце концов они нашли своего бывшего хозяина, как будто наверняка знали это.

“Вновь и вновь, в разное время я подробно расспрашивал Антонио, пытаясь разгадать тайну, — говорил мне Вариан. — Я пытался выяснить, почему он пришел и что привело его ко мне. Я до сих пор нахожусь в тупике. На все вопросы Антонио отвечал: “Мое сердце сказало мне”.

ГОВОРЯШИЕ БАРАБАНЫ АФРИКИ

Бум… Тап… Бум! Огромный резонатор Африки передает древний сигнал, неизменный на протяжении веков. Настойчивый, монотонный, иногда нервирующий. Но когда все другие звуки душных джунглей стираются в памяти, этот дьявольский барабанный бой остается в ней. Барабаны Африки нельзя забыть. Они отбивают ритм бесконечной драме, разыгрывающейся на Черном континенте. Барабаны Африки, обращающиеся как человеческие голоса к дальним горизонтам, одно из ее чудес.

Я слышал барабаны на Западноафриканском побережье от Сьерра-Леоне до Бомы. Путешествуя вдоль всего течения Конго и лежа бессонными ночами под москитной сеткой, я вслушивался в таинственные звуки, которые взлетали и падали, трепетали и содрогались в лесу. И в Восточной Африке я снова слушал этот бой и вспоминал суахильскую поговорку: “Когда на Занзибаре играют на барабанах, танцует вся Африка до Великих озер”.

Ни одно рождение или смерть в Тропической Африке, ни одна охота или война не обходятся без того, чтобы барабанный бой не разнес новость от деревни к деревне. Белые люди называют его “лесным телегра-

фом”. Это весьма яркое название для системы связи, которая передает любую информацию через пространства, где никогда не видели телеграфного провода.

“Вначале Создатель сделал Барабанщика, Охотника и Кузнеца”, — гласит народное предание одного из крупнейших западноафриканских племен. Западная Африка, вне сомнения, родина самых искусных барабанщиков. Их барабаны действительно умеют говорить. “Лесной телеграф”, о котором существуют тысячи рассказов, — это не миф, хотя лишь в самые последние годы упорные белые исследователи открыли принципы, на которых основана передача информации при помощи барабанов.

Барабанщики — важные персоны в Западной Африке, и во многих племенах у них нет никаких других обязанностей. У барабанщиков есть и свой собственный бог, а именно “Человек на Луне”. Когда бывает полнолуние, можно увидеть этого бога, держащего палочки над барабаном. Когда палочки падают, барабанщик умирает. О значении барабанщика можно судить по тому факту, что ряд западноафриканских народов верит в его способность отправлять послания к их предкам — в мир духов.

“Роум, роум, роум! Бум, тап, бум!” Послушайте первобытные музыкальные фразы, извлекаемые из барабана, а ваш чернокожий слуга сможет объяснить их смысл. Ни один праздник, или похороны, или танцы не могут проводиться без барабанов. Совершенно справед-

либо говорят, что барабаны — это граммофон и оркестр африканца, его радио, телефон и телеграф.

В жестокие старые дни новый городской барабан “окроплялся кровью” с приношением человеческих жертв, так как считалось, что барабан не сможет говорить, как надо, пока он не услышит голос человека в предсмертной агонии. Один вождь с берегов Нигера так гордился своим исполинским барабаном, изготовленным по его приказу, что велел принести в жертву мастера, чтобы тот не смог сделать лучший барабан для другого, племени.

Такие барабаны могут представлять опасность для новичка: вибрация настолько сильна, что отдача при ударе палочки о кожу может вывихнуть барабанщику плечо.

Насколько далеко разносится звук сигнального барабана? У водопадов Стенли на Конго некоторое время назад был барабан, чей бой некоторые люди могли слышать и понимать в Якоте — двадцатью милями (более тридцати двух километров) ниже по течению. Я думаю, что этот редкостный барабан поставил своеобразный рекорд для Африки. Конечно, только вода могла способствовать тому, чтобы звук преодолевал такое расстояние, ибо некоторые типы местности, наоборот, ослабляют голос барабана. Пять миль днем и семь ночью — это, вероятно, средний радиус действия сигнальных барабанов. Жаркий воздух несет звуки вверх, вместо того чтобы распространять их вширь, поэтому барабанщик, обращающийся к слушателям, находящимся вдалеке, должен посылать свое послание на рассвете или в ночные часы.

Когда идет передача информации от одного барабанщика к другому, преградой для “разговора” может служить не только расстояние, но и языковые барьеры. О знаменитом путешествии Стенли вниз по Конго в 1877 году местные жители были оповещены барабанными посланиями, которые покрыли тысячу миль, опережая самого исследователя. Это был один из тех редких

случаев, когда был зафиксирован и, без сомнения, подтвержден радиус действия “лесного телеграфа”.

Другой замечательный пример действия “лесного телеграфа” на еще большем расстоянии был зарегистрирован в Бельгийском Конго (современный Заир. — Н. //.) во время первой мировой войны, когда генерал-губернатор получил сведения Бельгийских вооруженных сил, участвующих в боевых действиях в Восточной Африке, переданные с помощью барабанного боя. Подробности о сражении и потерях дошли с весьма большой степенью точности и значительно быстрее, чем по официальным каналам связи.

Необходимо, конечно, обратиться к событиям, имевшим место много лет назад, чтобы найти достоверные свидетельства насчет барабанов. Радиоприемник, это несомненное благо последних десятилетий для отдаленных форпостов цивилизации, затрудняет проверку действия “лесного телеграфа”, ибо его наличие дает вполне очевидное объяснение тому, как новости достигают затерянных в африканской глуши мест.

Хорошо известный охотник Арчел Расселл находился в африканской деревне около верховьев Конго в четырехстах милях от ближайшей телеграфной конторы в то время, когда в Америке шел поединок Джефф-риз — Джонсон за звание чемпиона мира по боксу. Он заявил, что узнал о победе боксера-негра через четырнадцать часов после того, как он отправил своего противника в нокаут. Новость дошла при помощи барабанов — никакого другого возможного вида связи не было — и распространилась по огромным территориям, нанеся сильный урон престижу белого человека.

Еще раньше произошло одно событие, которое произвело глубокое впечатление на туземцев, — смерть “Великой белой королевы”. Сообщение о смерти королевы Виктории дошло до Западной Африки по телеграфу без задержек, но то, как новость, выстукиваемая на барабанах, неслась вдали от телеграфных линий от побережья в глубь континента, было исключительно

данью мастерства барабанщиков. Множество чиновников узнавали ее от своих слуг за дни и даже за недели до того, как приходило официальное подтверждение.

Существует интересная легенда о том, что новость о сдаче англичанам Хартума стала известна в Сьерра-Леоне в тот же день. Я не вижу причины сомневаться в ее правдивости, ибо туземцы Западной Африки должны были хорошо знать о войне в Судане и внимательно следить за ходом боевых действий. Стоит напомнить, что через Сахару шел старый караванный путь, и Хартум не был незнакомым городом для многих племен Западной Африки.

Капитан Р. С. Рэттрей, ведущий специалист по барабанам ашанти, брал уроки игры на барабане и был, возможно, первым белым человеком, который обнаружил, что система передачи информации не представляет собой некую африканскую азбуку Морзе, а является воспроизведением гласных, согласных, ударений и пунктуации. Это как бы лингвистическая музыка. Азбука Морзе оказывается на поверку примитивным изобретением по сравнению с тональным языком барабанов.

По словам Рэттрея, послания выстукивались через всю страну ашанти на расстояние двухсот миль так же быстро, как телеграмма. Все войска ашанти можно было созвать из одного конца страны в другой в течение нескольких часов после объявления войны.

Барабанщиков ашанти называют “божественными барабанщиками”, и они, вероятно, самые искусные из этих музыкантов в Африке. Они занимают важное положение при ашантийском королевском дворе, и на них лежит ответственность за содержание хижин жен вождя в должном состоянии. В стране ашанти женщинам никогда не позволяют прикасаться к барабанам, а барабанщик не может переносить свой барабан с места на место из-за странного поверья, что, сделав это, он сойдет с ума. Определенные слова никогда нельзя включать в послания, передаваемые с помощью барабана: среди

табу — любые упоминания о крови и черепах. В прошлом барабанщику, который совершал грубую ошибку, передавая послание своего вождя, могли отрубить руки. Эта традиция изменилась, и сегодня — да и то только в самых отдаленных местах — неосторожный барабанщик может расстаться лишь с ухом.

В некоторых племенах барабанам поклоняются, как богам, и им совершают подношения из пальмового вина и домашней птицы. Когда барабанщик умирает, его душа переходит в барабан. Любовь к барабанному бою, должно быть, уходит в те далекие времена, когда в Западной Африке появились первые люди. Английский путешественник Джобсон писал по этому поводу еще в XVII веке:

“Ни один из этих барабанов не стоит без применения и дела, потому что у них существует обычай: каждую ночь, после того как они наполнили свои животы, отправляться в этот Двор Стражи, разводить костры посреди дома и снаружи и устраивать вокруг них барабанный бой, пение, гиканье, которые обычно продолжаются до рассвета”.

Одно из самых впечатляющих выступлений барабанщиков, когда-либо имевших место в Западной Африке, было устроено по приказу султана Сокото, когда через его владения в Нигерии строилась дорога, дабы губернатор, сэр Фредерик Лугард, мог нанести ему визит. На строительство дороги султан направил десять тысяч человек, и в каждой группе был барабанщик. На одном участке строительства все рабочие собрались, чтобы разбросать кучу песка по высохшему руслу реки. Вместе собрались и пятьсот барабанщиков, дирижером у которых был человек с военным барабаном. Они отстукивали на своих барабанах безупречный ритм, и армия рабочих выполнила свое задание в рекордное время.

Некоторые из современных способов применения барабанов были изобретены белым человеком для удовлетворения его собственных нужд. Так, миссионеры собирали свою паству посланиями, передаваемыми бара-

банами. Типичный пример этого привел мне священник католической церкви, который создал фермерское поселение и хотел созвать соплеменников тамошних жителей из отдаленных мест, чтобы те спустились вниз по реке и помогли выжигать траву. И они пришли в нужное время и соответствующим образом экипированные — с пальмовыми ветками, чтобы ими тушить огонь, когда необходимая территория будет очищена от травы.

Один молодой канадец, который в межвоенные годы добрался из Каира до Кейптауна за пять месяцев (потратив при этом всего двадцать фунтов стерлингов), описал мне еще одно остроумное применение барабанов. Он проходил в Бельгийском Конго через участок в десять миль, по которому строилась новая дорога. По ней могла проехать по ширине только одна машина, и поэтому рабочие-туземцы вдоль дороги поставили барабанщиков, чтобы те давали сигнал о прохождении по ней машины.

Торговцы используют барабаны для обмена информацией с отдаленными лавками. Одному знакомому мне человеку удалось сообщить своему коллеге-торговцу, что пришла телеграмма, в которой его просили отправиться в Лондон первым же кораблем. Ему, конечно, пришлось адаптировать некоторые наставления, и из “лайнера” сделать “одно большое каноэ”. А “Лондон” на язык барабана можно было передать лишь как “большая деревня, которая принадлежит белому человеку за большой водой”.

У автомобилистов в некоторых пустынных районах Африки имелись свои причины быть особенно благодарными барабанщикам. В конце 50-х годов двое братьев-французов наладили транспортировку грузов на автомобилях в районе Стенливиля. Один из них как-то остановился в сотне километров от этого города, когда проколол шину, и оказалось, что он не может обойтись без посторонней помощи. Его брат прибыл на следую-

щий день с “новым колесом”, о котором было сказано в послании, переданном барабанщиками.

Я знаю и о более серьезных происшествиях, когда гораздо более сложные послания отправлялись по “лесному телеграфу”. Двое профессиональных охотников на слонов как-то поссорились с наглым вождем и стали опасаться за оставленные в лагере ниже по реке ружья и слоновую кость. О затруднительном положении, в которое они попали, было сообщено в “разговоре на барабанах”, и их имущество спрятали дружественно настроенные туземцы до того, как его смог захватить вождь.

Барабаны не могут выразить идеи или передавать имена, с которыми туземцы не знакомы. Вы не можете попросить барабанщика вызвать на связь, допустим, мистера Симпсона до тех пор, пока Симпсон не получит туземное прозвище. Барабанщик смог бы, возможно, преодолеть трудности, выстучав эквивалент в виде “Шимишоно” (так туземцы произносят фамилию “Симпсон”). Но его задача была бы гораздо проще, если бы господин Симпсон носил очки и прихрамывал при ходьбе, ибо в этом случае любой туземец в радиусе сотен миль слышал бы об этом человеке.

Капитаны речных пароходов на Конго с помощью барабанов отправляют сообщения каждый день. В качестве топлива на колесных пароходах используются дрова, и барабаны сообщают на бункеровочные станции вдоль реки о том, когда прибудет судно и сколько дров будет ему необходимо. Мое первое личное знакомство с сигнальными барабанами произошло во время путешествия на пароходе по верхнему Конго и чем-то напоминало театральное представление. Мы остановились у небольшой фактории, когда дело уже шло к вечеру. Серый и едкий дым от дюжины костров плыл над нашими палубами в то время, как пассажиры-африканцы готовили на берегу свою сушеную рыбу. “Здесь мы останемся на ночь”, — спокойно объявил капитан-бельгиец, когда мы сидели с ним под двойным навесом, потягивая холодное пиво.

Затем донеслось слабое “топ-бум-топ”, которое неслось по золотой поверхности реки благодаря дыханию вечернего ветерка. “Сигнальные барабаны”, — сказал капитан лениво. Минутой позже он вышел из этого расслабленного состояния, так как перед ним возник чернокожий матрос, быстро говоривший что-то по-французски.

“С нами разговаривали барабаны, — сказал мне капитан. — Нас ждут ниже по течению — там белый человек с женой и ребенком, все они больны и спешат в больницу в Альбертвиль. Дай Бог, чтобы мы не сели на песчаную отмель во тьме, ибо нам нужно плыть двадцать миль, чтобы подобрать их”.

Пронзительный визг сирены, и вот мы уже пошли зигзагами вниз по реке, а колесо за кормой перемалывало мутную воду. Через несколько часов мы плавно подошли к берегу, где из темноты неясно вырисовывались очертания миссионерской станции. На борт поднялся бородатый священник-католик в белой мантии. “Хорошо, что вы здесь, — воскликнул он. — Управляющий шахтой и его семья форсированным маршем движутся сюда и очень скоро будут здесь”.

Они вышли из мрака пальмового леса — жидкая колонна людей, появившаяся в слабом свете наших палубных фонарей. Первым шел высокий человек в изорванной в клочья одежде цвета хаки, его трясло, а к белому лицу прилила кровь. Затем шел гордый и неутомимый оруженосец. Следующей была мачила — нечто вроде носилок с откинутым навесом, — поэтому я смог увидеть истощенную женщину и болезненную маленькую девочку. (Зачем, подумал я, мужчины привозят свои семьи в эту жестокую страну?) В конце двигалась длинная цепочка носильщиков с грузом на головах: жестяные коробки, лагерное оборудование, свертки с пищей, детские игрушки в корзине. Когда они подошли к борту парохода, некоторые из них легли на землю в полном изнеможении. Это, конечно, была гонка во имя жизни, “описанная” барабанами, гонка, в которой все

0|1|2|3|4|5|6|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua