Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Юрий Николаевич Морозов Как Соловей стал разбойником

0|1|

Сами герои – командир экспедиции Илья Богатырев, инженер Добров и биолог

Алеша – своими именами подчеркнуто напоминают былинную троицу. Естественно,

что и сразиться им пришлось с противником под стать былинному… Это –

ящер, который своим свистом парализовал жертвы. Илья Богатырев не только

окрестил чудовище Соловьем-разбойником, но и победил его, вовремя вспомнив

эпический способ, – выстрелом в глаз. А инженеру Доброву не составило труда

разгадать секрет оружия венерианского Соловья: "Это был ультразвук".

Не будем смущаться формой подачи идеи. В конце концов, мысль сама по себе

разумна. Сходство результатов свиста Соловья-разбойника с проявлениями

ультразвука – и в еще большей степени, добавлю от себя, инфразвука –

достаточно очевидно, чтобы стать предметом серьезного обсуждения.

Напомню известные факты. При облучении ультразвуком мелкие животные

сначала проявляют беспокойство, затем впадают в шоковое состояние и умирают

– это свойство звука сверхвысокой частоты успешно используется для борьбы с

грызунами. У людей слабый ультразвук вызывает недомогание, усталость,

головокружение, расстройства нервной системы; сильный ультразвук, по

некоторым данным, может привести к параличу или смерти. Люди, подвергнутые

воздействию инфразвука, ощущают дискомфорт, безотчетный страх, теряют

равновесие; наконец, и инфразвук может быть смертелен. Более того, он

способен вызвать сотрясение и разрушение твердых объектов.

В начале тридцатых годов выдающийся американский физик Р.Вуд сделал для

сценического эффекта особую органную трубу, издающую очень низкий, почти

неслышный звук. Первое же применение этой трубы в спектакле дало

потрясающий – в прямом и переносном смысле – результат. Вот как описывает

случившееся сотрудник Вуда и его биограф В.Сибрук: "Последовал эффект вроде

того, который предшествует землетрясению. Стекло в канделябрах…

зазвенело, и все окна задребезжали. Все здание начало дрожать, и волна

ужаса распространилась на Шэфтсбюри авеню". За последние годы много писали

об экспериментах марсельского ученого В.Гавро по созданию инфразву-кового

ружья. При испытании такого аппарата даже на малой мощности по потолку и

стенам помещения поползли трещины…

Главная же отличительная черта инфра– и ультразвука состоит, как

известно, в том, что они практически не слышны для человека, хотя их

излучение может сопровождаться и слышимым звуком – например, тем же

свистом, ревом и т.п. Иначе говоря, человеческая смерть, разрушение зданий

и прочие инфра– и ультразвуковые эффекты показались бы непосвященному

наблюдателю беспричинйыми либо, в крайнем случае, ему было бы трудно

объяснить их тем звуком, который слышен.

Но ведь это, если вдуматься, отличает и свист Соловья-разбойника.

Былинный персонаж издает звук, который не оглушает, не "бьет" сопутствующей

ему струей воздуха, а люди почему-то умирают, падают, дома трясутся и т.д.

Налицо видимая, точнее, слышимая причина и видимые следствия, а ясной,

понятной обыденному сознанию, детерминирующей связи между ними не видно;

сказителям пришлось домысливать ее самостоятельно.

Что же до результатов свиста, то цитаты из былины прямо-таки просятся в

качестве иллюстраций пагубных возможностей звука сверхнизких и сверхвысоких

частот. Особенно впечатляют параллели с действием инфразвука, который, в

частности, у человека поражает органы равновесия тела. "Ой еси ты, Илья

Муромец, уйми ты Соловья-разбойника, не можно мне от ево свисту в тереме ни

стоять, ни сидеть", – молит князь Владимир в одной из редакций рукописной

повести, и эта фраза замечательно передает то понимание эпизода, которое

угадывается в вариантах былины. Не от внешнего, четко обозначенного и

ощущаемого "удара" попадали наземь киевляне, а от внутреннего расстройства

организма, внезапно появившейся неустойчивости, каким-то нс-постижимым

образом вызванной свистом Соловья. "Не можно" стало находиться в

вертикальном положении – и все тут.

В ультра-инфразвуковую модель легко, без малейшего нажима вписываются

почти все эффекты соловьиного свиста: вибрация зданий, реакция коня,

разнообразные оттенки состояния людей, от чувства страха и потери

равновесия до шока и гибели. Этим рассматриваемая гипотеза безусловно

привлекает. Однако не оставим без внимания оговорку: почти все эффекты.

Действительно, по крайней мере, один исконный для сюжета мотив – от свиста

клонятся леса – недвусмысленно указывает на действие сильного ветра. В

стройной на вид гипотезе обнаружился первый изъян, который, правда, вряд ли

грозит обернуться для нее роковым. Можно ведь предположить, что

инфра-ультразвуко-вое воздействие на мир (разумеется. взятое лишь во

внешних проявлениях, без понимания его истинной природы) было приписано

персонажу где-то на полпути от мифологического Змея к былинному

Соловью-разбойнику и не вытеснило полностью в арсенале его средств

древнейшие способности "бурного" чудовища. При туманности предыстории

образа это предположение не опровергнешь, хотя и не докажешь, но нет особой

необходимости углубляться в данный вопрос, потому что для оценки

"ультра-инфра-гипотезы" он не является решающим. Настоящие трудности встают

перед ней в иной плоскости.

До сих пор мы нс задавались вопросом об источнике инфра– или ультразвука,

другими словами, о том, кто или что может стоять за фигурой самого Соловья.

В принципе прототипом Соловья-разбойника могло быть либо живое существо,

либо техническое устройство, которое уже народная фантазия сделала

одушевленным. Прикинем сначала правдоподобность первой версии. Ультразвук

излучают многие представители животного мира, используя его обычно для

локации, хотя и высказывались мнения, что дельфины и кашалоты с помощью

ультразвуковых импульсов способны поражать других обитателей моря. Как

недавно установлено, некоторые животные, например слоны, обмениваются

инфразвуковыми сигналами. Таким образом, мысль о существовании некоего

издававшего ультра– или инфразвук лесного зверя, может быть, реликтового,

последний экземпляр которого был подстрелен, скажем, в начале нашего

тысячелетия, сама по себе не абсурдна. Но нам, следуя былинному описанию,

пришлось бы еще допустить, что это животное: а) своим ультра– или

инфразвуком могло убивать людей; б) излучало инфразвук, заставлявший

дрожать дома. Это уже настолько превосходит возможности, которые

демонстрирует животный мир, что я не уверен, согласятся ли биологи

обсуждать такое предположение даже в качестве научно-фантастического.

Вторая версия в этом отношении кажется реалистичнее: все, что натворил

своим свистом Соловей, близко к возможностям современной техники. Но именно

современной – для Древней Руси подобная техника немыслима. Остается только

позвать на помощь, как водится в таких случаях, пришельцев из космоса.

Кстати, еще в– 1970 году востоковед И.В.Можейко, более известный как

писатель Кир Булычев, придумал эту версию (Соловей – пришелец с

ультразвуковой сиреной) в качестве примера заведомой чепухи, до которой

можно докатиться, если не придерживаться в интерпретации памятников

прошлого строго научной методы. Что ж, фигура инопланетянина, сидящего на

дереве и убивающего оттуда всех проходящих и проезжающих мимо него землян,

действительно способна вызвать скептическую улыбку. Да и само пребывание на

Земле гостей из космоса отнюдь не доказано, так что ссылки на них – дело

рискованное…

Ко всему прочему, мы снова упираемся в отсутствие внебылинной (по

происхождению) информации о Соловье-разбойнике, точнее, о его

предполагаемых прототипах. Если бы существовало в реальности животное или

устройство, обладавшее столь необычными звуковыми качествами и наводившее

ужас на людей, сведения о нем, весьма вероятно, отразились бы не только в

былине, но и в источниках, более восприимчивых к конкретике фактов –

преданиях, легендах, исторических сочинениях и т.п. Но и предания, и сказки

о Соловье, как мы видели раньше, так или иначе восходят к былине, а

летописи о "прото-Соловье" молчат.

Кстати, это обстоятельство не позволяет принять еще одну оригинальную

трактовку образа Соловья-разбойника. Ее предложил историк Г.И.Босов,

исследовавший очень интересное явление – архаический язык свиста, которым

пользуются для дальней связи многие народы. Поясню: это не какая-то

простенькая система условных сигналов, овладеть коси может любой из нас, а

своеобразная имитация с помощью свиста звуков обычной речи. Отметив, что

свист такой мощи, слышимый порой на расстоянии до 14 километров, у близко

стоящего человека вызвал бы болезненные ощущения, автор провел

напрашивавшуюся параллель: люди, владеющие этим языком, "могли бы

померяться свистом с легендарным Соловьем-разбойником русских былин, в

образе которого, может быть, нашли отражение какие-то смутные воспоминания

о "свистящих" лесных племенах, некогда живших в муромских лесах". С

названием лесов историк немного напутал, но в принципе его идею стоило бы

даже обсудить, если бы не полное отсутствие данных о том, что какие-то

древнерусские племена использовали язык свиста. А разве, к примеру,

составитель "Повести временных лет", расписывавший "звериньские" обычаи, по

которым жили вятичи и другие лесные племена, упустил бы возможность

подчеркнуть, что и переговаривались они, яко птицы?..

Конечно, аргументы такого рода всегда оставляют лазейку для сомнений: нет

соответствующих сведений сегодня, но, может быть, они появятся завтра? И

главные, самые весомые соображения, заставляющие преодолеть искус более или

менее экстравагантных интерпретаций свиста Соловья, основаны все же на

другом. На фактах, относящихся к сфере художественного мышления.

"Ищите аналоги!" Такую заповедь можно смело поставить рядом с требованием

учета всех вариантов фольклорного произведения. При внешней пестроте

фантастические образы и мотивы у разных народов обнаруживают высокую

степень типологической повторяемости, сходства. Это вызвано повторяемостью

жизненных ситуаций, общностью людской психологии и глубинных законов

фантазирования. И зачастую ощущение необычности, странности образа, которое

испытываешь, "уткнувшись" в этот образ при его анализе, начинает

рассеиваться по мере накопления широкого сравнительного материала.

Не буду останавливаться на аналогах природных эффектов свиста

Соловья-разбойника, хотя в мировом фольклоре можно подобрать массу примеров

того, как земля дрожит, море волнуется, деревья ломаются от крика богатыря,

топота богатырского коня, звука выстрела из лука и т.п. В конце концов,

соответствующая сторона деятельности Соловья не породила у нас недоуменных

вопросов. Затронем лучше мотивы, по которым сомнения остались.

Есть ли, например, параллели к сотрясающему, разрушительному действию

свиста на постройки? Сколько угодно. Один пример читатели могут назвать и

без моей помощи – это библейский рассказ о падении стен Иерихона от звука

труб и голосов осаждавших город (Книга Иисуса На-вина, 6:4, 19). Но

возьмите для сравнения хотя бы фразу из вьетнамского мифологического

сказания: "В гонг ударят в доме Дам Зи – стропила обрушатся, бронзовый

барабан загремит – столбы покосятся". Принципиально иная культура, даже

"фактура" мотива другая, а представление о возможностях звука то же, что и

в Библии, и в былине.

Однако более всего показательна, с моей точки зрения, повесть Джанни

Родари "Джельсомино в Стране лжецов" – про мальчика, которого природа

наделила голосом невероятной силы. Фантазируя на тему, аналогичную

былинной, современный писатель во многом пришел к чрезвычайно схожим

результатам.

Смущавший нас в былине акцент на сотрясающем действии звука присутствует

и в фантазии современного сказочника, но уже с откровенной ссылкой на

аналогичное действие бури. Для былины эту смысловую связь мы были вынуждены

додумывать гипотетически.

А пагубное действие звука на людей? И по этой части в международных

художественных параллелях нет недостатка. У меня нет здесь возможности

рассматривать подробно эти произведения, останавливаться на фактах – каждый

из них заслуживает отдельного разговора и, вероятно, особого исследования.

Да и задача моя состоит в другом. Приведенная выше беглая и очень неполная

сводка типологических параллелей к деяниям былинного чудовища сама по себе

является важным аргументом. Второго Соловья-разбойника в мировой

словесности нет, но принципиальные элементы, из которых слеплен этот образ,

ей известны. Разумеется, это не делает автоматически ясной всю картину

свиста Соловья-разбойника, но, по крайней мере, дает основание считать, что

она восходит не к каким-то экстраординарным явлениям действительности

(которые, надо думать, были бы локализованы в пространстве и времени), а

родилась на почве неких вполне тривиальных жизненных обстоятельств, в

результате типовых, многократно повторявшихся – у разных народов, в разные

эпохи – ходов творческой мысли. Остается понять, как именно…

Предварительная, не снявшая всех вопросов гипотеза на сей счет набросана

в предыдущей главе. Может быть, кто-то предложит лучшую?

Рис. 2. "Соловьиные места" на карте Древней Руси Леса: А – Брынские В –

Брянские Места, с которыми связывали деятельность Соловья-разбойника:

1 – р. Смородиновка, с. Девять Дубов

2 – р. Смородинка, городище СоловеНня

3 – с. Соловиевка

4 – п. Языково

– Наиболее вероятный маршрут Ильи Муромца

0|1|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua