Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Александр Михайлович Кондратов Погибшие цивилизации

0|1|2|3|4|5|6|

Знаменитый санскритолог Макс Мюллер еще в прошлом веке показал, что наименования многих редкостных товаров, привезенных библейскому царю Соломону, имеют индийское происхождение (например, сандаловое дерево, слоновая кость, обезьяны, павлины). Позднее было доказано, что слова эти не «арийские», а дравидийские, то есть принадлежат к языку коренного населения Индии.

Царь Соломон жил около тысячи лет до н. э.; вторжение арьев в Индостан произошло пятью веками раньше, а в развалинах городов древнего Двуречья, которые уходили в глубину времен на добрые двадцать веков по сравнению со временем арийского завоевания, были найдены предметы несомненно индийского происхождения! Задолго до эпохи, описываемой в «Ригведе», существовали связи между Двуречьем и Индией. Доказательства этого нашлись и в самом Индостане. И не просто связей, а хорошо налаженной торговли между двумя великими цивилизациями — шумерской и древнейшей цивилизацией Индии, открытие которой, как уже говорилось, можно, пожалуй, считать самым крупным археологическим открытием нашего века.

Впрочем, первые следы «доарийской» (протоиндийской) культуры были найдены еще в начале прошлого столетия, когда при сооружении железной дороги вблизи индийского селения Хараппа были найдены руины какого-то погибшего города. Английскую компанию не интересовали древности, и остатки древнейшего поселения пошли на укрепление железнодорожного полотна. Только через сто лет, в 1921 г., началось изучение руин под руководством индийского ученого Рей Бахадур Дайя Рам Сахни. Правда, от древнего города мало что осталось: хищность английских подрядчиков нанесла им больший ущерб, чем разрушительная сила времени.

К счастью, почти в это же самое время другой индийский археолог, Р. Д. Банарджи, нашел следы подобного же города в 650 километрах от руин Хараппы, в местности, именуемой «Мохенджо-Даро», то есть «поселение мертвых». Раскопки обнаружили огромный город, хорошо распланированный, с широкими улицами, с превосходной системой канализации. Дальнейшие работы показали, что по этому же плану строились и другие города, найденные археологами. Раскопки и исследования продлили историю долины Инда на две тысячи лет вглубь. Существовавшее мнение о том, что индоарийцы пришли около середины 2-го тысячелетия до н. э. в совершенно дикую страну и что все сколько-нибудь значительное в индийской культуре было создано ими, оказалось абсолютно ложным — так оценивает раскопки в долине Инда современная наука.

Протоиндийская культура была современницей Египта и Шумера и по праву может считаться третьей древнейшей цивилизацией на нашей планете. И если по возрасту она немного уступала египетской и месопотамской, то по территории распространения в 2 раза превышала территорию Египта эпохи Древнего царства и в 4 раза — Шумера!

<p>«Индское» становится «индийским»

Древнейшую цивилизацию Индии первоначально называли «индской». Действительно, «и северная столица», город Хараппа, и «южная столица», Мохенджо-Даро, и Чаяху-Даро, и Амри, и ряд других мелких поселений того времени находились в долине реки Инд. Но целая серия открытий археологов показала, что цивилизация была все же не только индской, но и индийской. Ее города и поселения простирались далеко на восток и юг от долины Инда — возле нынешней столицы Индии Дели, в районе полуострова Катхиавар и даже в долине Ганга! Неподалеку от современного огромного порта Бомбея найдены развалины древнейшего в мире портового сооружения: город Лотхал, чья окружность достигала трех километров, имел порт с входным и выходным каналами (которые частично были обложены жженым кирпичом).

Здесь, в Центральной Индии, происходил оживленный процесс ассимиляции хараппской культуры племенами охотников и собирателей, с незапамятных времен заселявшими Индию. Для них кончался период каменного века: кочевые племена постепенно стали переходить к земледелию и скотоводству. Границы цивилизации неуклонно расширялись. Работы археологов (ведущую роль в них играют блестящие исследования ученых Индостана, возглавляемых директором археологической службы Индии Гхошем и директором археологической службы Пакистана Кханом позволяют шаг за шагом приоткрывать ту завесу тайны, которая скрывала происхождение древнейшей цивилизации Индии. После первых сенсационных находок в долине Инда казалось, что Мохенджо-Даро, Хараппа и другие города возникли неожиданно, «на пустом месте», что им не предшествовали другие, более ранние поседения, более ранние культуры каменного века. Но ныне археологи Индии и Пакистана находят все новые и новые доказательства того, что процесс развития и появления древнейшей цивилизации Индии шел столь же долго и мучительно, как и в долине Нила и Двуречья.

Древнейшая цивилизация Индии рождалась в упорной борьбе с природой, так же как египетская и месопотамская. Джунгли и их хищные обитатели истреблялись или покорялись воле человека. Деревья шли на топливо для обжига кирпичей, из которых возводились города и селения. Могучий слон, дикий буйвол и горбатый бык зебу приручались человеком. Оросительные каналы обуздали стихию великой реки. Место джунглей заняли пашни. «Высокая урожайность полей и создание ирригационной системы были той экономической основой, на которой сложилось раннеклассовое общество древней Индии… В основе развития общества здесь лежали те же закономерности, что и в других странах Древнего Востока», — пишет археолог В. Масон.

Так же как и в Египте и Двуречье, здесь произошло разделение общества на классы имущих и неимущих, выделилась могучая каста жрецов; пиктографические знаки-рисунки стали иероглифами, передающими звуковую речь; начался расцвет торговли, ремесел, искусства, пауки (заслуга изобретения нашей десятичной системы счисления принадлежит древнейшим математикам Мохенджо-Даро и Хараппы!).

<p>Специфически индийская…

«Индия в третьем тысячелетии с ее в высшей степени своеобразной и самобытной цивилизацией может смело выдерживать сравнение с Египтом и Вавилонией, не уступая им в техническом отношении. Совершенно очевидно, что цивилизация пустила глубокие корни в индийскую почву. Индийская цивилизация является прекрасным примером приспособления человека к специфическому природному окружению в том виде, который мог явиться лишь результатом многолетнего упорного труда. И человек выдержал здесь испытание: цивилизация носит специфически индийский характер и является основой современной индийской культуры», — пишет Гордон Чайлд, крупнейший специалист по археологии Древнего Востока.

«Арийское завоевание Индии» — это определение не соответствует действительности. В течение многих лет (а может, и столетий) продвигались кочевые племена арьев по территории Ирана и Индостана, и не они несли высокую культуру в Индию, наоборот, арьи были настоящими «дикарями» по сравнению с той древней цивилизацией, которая уже десятки столетий существовала в долине реки Инд.

Строительство судов, система канализации, выращивание хлопка и гороха, льна и ячменя, пшеницы и финиковой пальмы, развитое гончарное производство и другие упомянутые выше культурные достижения были унаследованы кочевниками-арьями от древнейших жителей долины Инда. Даже религия арьев подвергалась сильному влиянию неарийского населения. Культ воды, омовения и очищения был одним из главных культов древнейших людей долины Инда — об этом наглядно свидетельствует большое количество бассейнов и ванн, обнаруженных археологами при раскопках первых городов Индии — Мохенджо-Даро, Хараппы, Чанху-Даро, Лотхала, Калибангана, созданных по крайней мере за две тысячи лет до того, как первый «ариец» ступил на территорию Индии. Ведийский бог Шива в образе владыки зверей изображен на печатях Мохенджо-Даро. А это значит, он также унаследован, ариями от древнейших жителей долины Инда.

Свастика была священным символом арьев. Нацисты сделали ее символом «арийского превосходства». Но раскопки древнейших городов Индии показали, что даже этот «арийский символ» принадлежит отнюдь не легендарным завоевателям-арьям, о которых говорят «Веды». Археологи нашли десятки печатей с изображением свастики, печатей, возраст которых на добрую тысячу лет старше арийского вторжения. Кочевые племена арьев восприняли древнюю культуру Индии.

Вместо заброшенных древних городов были воздвигнуты новые — Таксила и Мадрас, Дели и Бенарес и многие другие. Но культурная традиция, самобытная индийская цивилизация уходят корнями в глубь веков, к древнейшей культуре Мохенджо-Даро и Хараппы, наследниками которой стали прежде невежественные кочевники-арьи. Принципы архитектуры Индии берут начало в постройках Мохенджо-Даро, Хараппы и других древнейших городов, которые найдены (и несомненно, будут еще найдены) на территории Индостана. Национальная одежда мужчин и женщин, традиции земледелия и ремесла, украшения и палочки для подведения глаз сурьмой, гребни из слоновой кости, даже виды развлечений (например, бой петухов или игра в кости) современных индийцев восходят к отдаленным тысячелетиям протоиндийской цивилизации. К этим же временам относятся такие специфические черты религии индуизма, как фаллический культ, почитание великого бога Шивы, ритуал очищения водой, а также, вероятно, учение йогов и тантристов — древнейших религиозных сект Индии. Связь с позднейшей культурой Индии несомненна и ясна. Зато до самого последнего времени был окутан туманом неизвестности важный и, казалось, неразрешимый вопрос: кем же были творцы протоиндийской культуры?

<p>Языки и знаки

Вопрос этот точнее можно сформулировать так: на каком языке они говорили? Или еще точнее, каким языком пользовались жрецы и торговцы, оставившие иероглифические надписи на печатях, керамических изделиях и амулетах? Нет нужды говорить, сколько ценнейших сведений могли бы извлечь историки и лингвисты даже из таких коротких надписей. Знаки протоиндийского письма удивительно четки, но сколь туманен был вопрос о языке, который скрывают эти знаки!

Споры ученых — антропологов, археологов, этнографов, историков, лингвистов, палеографов — о языке и происхождении создателей древнейшей культуры Индии начались с самых первых дней сенсационных и поразительных открытий в долине реки Инд. По мнению Джона Маршалла, руководившего раскопками Мохенджо-Даро, его жителями были дравиды. Некоторые исследователи приписывали создание культуры Мохенджо-Дапо и Хараппы племенам мунда — древнейшему населению Индии. Ведь еще за много лет до открытия цивилизаций долины Инда исследователи подчеркивали, что везде в Индии, где в смешанное ныне население входят все три элемента (арийский, дравидский и мунда) первыми поселениями можно считать племена мунда. Однако многие факты заставляли предполагать, что и дравиды и мунда были населением пришлым. Племена мунда распространены главным образом в Восточной и Центральной Индии, а в западной части Индостана не встречаются; они являются самым восточным форпостом родственных им по языку народов Камбоджи, Ассама (мон-кхмерская группа языков). Дравидов многие исследователи склонны рассматривать как пришельцев, появившихся в Индии сравнительно недавно, в 1-м тысячелетии до н. э.

Были высказаны гипотезы о том, что язык печатей — индоевропейский, ибо культура долины Инда создана первой волной индоевропейцев, пришедших в Индостан за 20–25 веков до арьев.

Дравиды, мунда, индоевропейцы — эта «большая индийская тройка» предполагалась самой вероятной, но кроме нее какие только народы не выдвигались в качестве создателей протоиндийской цивилизации! Шумеры, эламиты, хурриты, критяне, кеты (маленький народ, живущий в верховьях Енисея), сапотеки (жители Южной Мексики), тибетцы, буришы (обитатели хребта Гиндукуш) и, наконец, легендарные атланты!

Но пожалуй, самыми сенсационными были работы венгерского лингвиста Ховеши, где сопоставлялись знаки протоиндийского письма и значки письма кохау ронго-ронго с острова Пасхи. (Справедливости ради следует отметить, что впервые это сходство было отмечено не Хевеши, а чешским знатоком письмен Ч. Лоукоткой еще в 1928 г.; однако, публикуя свои спорные и неожиданные выводы, Хевеши не сослался на известные ему исследования Лоукотки, и потому сопоставление это вошло в историю науки как гипотеза Хевеши.)

По мнению Хевеши, едва ли не половина всех иероглифов совпадала! Сопоставление Хевеши вызвало бурную полемику ученых, поддерживающих или опровергающих гипотезу венгерского лингвиста.

Полемику эту ныне можно считать завершенной. Хотя письмена Мохенджо-Даро и Харапны, так же как и значки кохау ронго-ронго, еще не дешифрованы, все «попытки связать их между собой могут только еще больше запутать проблему и лишить нас надежды достигнуть в будущем каких-либо результатов», — справедливо решили специалисты по древним письменам.

<p>Формула «языка икс»

Сенсационные гипотезы, сопоставления с другими письменами, привлечение известных языков для дешифровки текстов, язык которых неизвестен… Все эти пути кончались тупиком. Необходимо было тщательное изучение самих текстов, выявление их внутренней структуры, сочетаемости данного знака с другими, данной группы знаков с другими группами. Одним словом, сначала нужно выявить законы языка самих надписей и только потом уже сопоставлять эти законы «языка икс» с другими, известными языками мира. Этой работой и занялись советские исследователи, привлекшие в помощь «электронных филологов» — кибернетические машины, которые провели все необходимые подсчеты для нахождения формулы «языка икс».

Каждый иероглиф был обозначен определенным числом; надписи поступали в электронную память машины в виде набора этих чисел. Затем по заданной программе машина отыскивала в текстах повторяющиеся сочетания знаков: им, очевидно, должны были соответствовать какие-то единицы «языка икс»: морфемы, слова, устойчивые сочетания слов. В принципе такой поиск можно было бы проделать и вручную, но он занял бы очень много времени. Дошедшие до нас тексты содержат около шести с половиной тысяч знаков; чтобы просмотреть, встречается ли какой-то иероглиф в сочетании с другим, отличным от него, повторяется ли где-либо еще это сочетание, нужно просмотреть все тексты, нее менее 6500 знаков. Различных иероглифов в протоиндийских надписях около 400, значит, нужно проделать этот просмотр столько же раз. Шесть с половиной тысяч по четыреста — это более четверти миллиона. Но ведь повторяться могут сочетания и трех, и четырех, и более знаков; чтобы отыскать их в текстах, необходимо проделать не один миллион «просмотров», а отнимут они несколько лет. Для машины же, делающей десятки тысяч операций в секунду, этот поиск займет считанное время.

Анализируя повторяющиеся сочетания знаков, можно найти, какие из иероглифов передают корневые, знаменательные, а какие служебные, грамматические морфемы. По отношению к корневым грамматические частицы могут быть либо префиксами (т. е. стоять перед корневой морфемой), либо суффиксами (после корневой), либо, наконец, инфиксами (вклиниваться внутрь, как, например, во многих кавказских или индейских языках). Анализ полученных на машине материалов показал, что «языку икс» свойственна суффиксация. Круг кандидатов сразу же сузился. Отпали языки мунда, язык древнейших жителей Передней Азии — хаттов и целый ряд других живых, существующих и поныне и «мертвых», вымерших вместе с народом языков и языковых семей, которым свойственны префиксы, а не суффиксы.

И тем не менее число претендентов на «протоиндийский престол» было весьма и весьма велико. Ведь суффиксы есть и в санскрите, и в дравидийских, и в полинезийских, и в тюрко-монгольских, и, наконец, в славянских языках! Дальнейший отсев претендентов был сделан с помощью синтаксиса. Если область морфологии — анализ повторяющихся групп знаков, то область синтаксиса — анализ связей грамматических показателей знаков между собой. Весь необходимый формальный поиск этих связей был проделан также электронно-вычислительной машиной. На первом, «морфологическом» этапе велся просмотр «вплотную», знак (или группа знаков) к знаку. На втором, «синтаксическом» этапе машина просматривала сочетания одного знака с любым другим через заданный интервал в 1, 2, 3, 4 и более знаков (вплоть до конца надписи). Изучив синтаксические связи в «языке икс», можно было сопоставлять их с оставшимися претендентами — с синтаксисом индоевропейских, дравидийских, тюрко-монгольских, полинезийских и других языков. И это сопоставление показало: единственной семьей языков, чья структура совпадает со структурой «языка икс», может быть только дравидийская!

<p>Дравиды и убаидцы

Раскрытие «тайны за сотнями печатей», языка протоиндийских текстов, быть может, позволит приоткрыть завесу и над другой, не менее трудной загадкой — происхождением древнейших обитателей Двуречья. Знатоки шумерского языка, к своему удивлению, обнаружили, что в нем имеется целый ряд слов иного, не шумерского происхождения. Ныне же выясняется, что эти слова могут быть объяснены дравидийскими корнями!

Ур, Урук, Ниппур — эти названия древнейших городов не могут быть истолкованы по-шумерски. А по-дравидийски слово «ур» означает «поселение, город». Слова, обозначающие различные профессии, имеют общий суффикс «гap» (типа русского «ель»: учитель, писатель, сеятель, ваятель), не толкующийся по-шумерски. Зато по-дравидийски он превосходно толкуется: это означает «рука», т. е. «делатель». (Правда, здесь необходима крайняя осторожность: суффикс «кар» с тем же значением имеется и в индоиранских языках.)

Древнейшее название реки Тигр (это слово не шумерское) звучит как «Идиглат»; «ид» означает «река», «вода». Быть может, название реки Инд восходит к тому же корню? Ведь чередование «н» и «нд» в дравидийских языках встречается очень часто и имеет то же самое значение «река, вода». Кстати, непонятные позднейшему населению, говорящему на других языках, названия рек (например, Дон, Ганг) также имеют первоначальный смысл «вода» или «река» («дон» означал «вода» на языке скифов, «ганга» — «вода» в языках группы мунда).

Самуэль Крамер, первым из исследователей доказавший существование дошумерского языка в Двуречье, назвал этих древнейших жителей «убаидцами». Теперь есть основания считать загадочных «убаидцев» дравидами. Вернее, считать родственными убаидский и дравидийские языки, ибо с давних пор и лингвисты и антропологи считают непреложной истиной тот факт, что родство языков еще не доказательство родства рас. Индия и ее древнейшая цивилизация дает убедительнейший тому пример.

Антропологически дравиды родственны племенам мунда-кола, хотя и говорят они на разных языках. Язык создателей Мохенджо-Даро и Хараппы, как показывают результаты дешифровки печатей, дравидийский; в то же время последние работы антропологов убеждают в том, что облик жителей этих городов стоит ближе к жителям Средиземноморья, чем к дравидам. Черепа убаидцев почти тождественны черепам создателей протоиндийской культуры и по всем признакам включаются в «средиземноморскую подрасу», типичнейшими представителями которой являются обитатели Кавказа. Многие лингвисты находят сходство дравидийских и кавказских языков; в то же время черепа древнейших обитателей долины Нила, бадарийцев, удивительно похожи на черепа дравидов, а французским лингвистом Е. Хомбергером не так давно выдвинута гипотеза о родстве протоегипетского языка с дравидийскими. Но лингвисты считают, что ближе всего к языкам дравидов стоит финно-угорская семья, включающая в себя языки эстонцев, венгров, финнов, марийцев, манси и других народов, антропологически не имеющих ничего общего с дравидами.

Мы видим, что загадка следует за загадкой, проблемы родства языков перерастают в проблемы древнейшего расселения человечества, вопросы лингвистики сплетаются с вопросами антропологии, причем данные этих наук во многом расходятся. Решить эти загадки могут только дальнейшие исследования, в которых, несомненно, примут участие специалисты не только в различных областях знания, но и из различных стран, и в первую очередь из той великой страны, где родилась одна из трех древнейших цивилизаций нашей планеты, — Индии.

<p>От долины Инда до острова Крит

Более двух тысяч лет назад индийский царь Ашока впервые в истории объявил войну войне. Миролюбие и ненасилие — это неотъемлемая черта индийского народа, индийской культуры. Самая древняя цивилизация Индии, по всей видимости, была исключительно миролюбивой. «Мы не находим здесь большого количества военного оружия и изображений боевых сцен, которые могли бы свидетельствовать о междоусобных конфликтах между городами-государствами, как в Месопотамии, или о существовании войска, с помощью которого какой-то один царь, подобно тому как это было в Египте, подчинив себе других, достиг внутреннего мира в стране», — констатируют археологи. Внутренний мир достигался, очевидно, не силой оружия, а совсем иными путями. И не только внутренний мир, но и внешний: главным «оружием» протоиндийской цивилизации в ее победах над первобытными племенами кочевников и охотников Индостана была торговля и культурные достижения, а не военная сила. Творцы Мохенджо-Даро и Хараппы не вели кровопролитных битв и с другими государствами древнего Востока. Торговый и культурный обмен морскими и сухопутными путями между ними процветал в течение многих сот лет. С Шумером этот обмен начался уже в III тысячелетии до н. э., затем сюда «подключается» и Египет. Торговля служила не только переброске товаров, но и перемещению людей. Так, искусные мастера могли путешествовать с места на место, обосновываясь там, где они находили рынок сбыта для изделий своего ремесла, как это практикуется на Востоке в наши дни. Это создавало широкие возможности для обмена идеями. Три цивилизации сливали воедино свой культурный капитал. Совсем недавно, в начале 60-х годов нашего века, индийский археолог С. Р. Рао открыл Лотхал, древнейший порт мира, который служил посредником между Мохенджо-Даро, Хараппой и другими городами долины Инда и городами-государствами Шумера. Несколькими годами ранее датские ученые обнаружили «передаточный пункт», связывающий Индию и Двуречье. Он находился на островах Бахрейн в Персидском заливе. Там, на «островах ста тысяч могил», на «островах смерти» — этими словами современные жители называют Бахрейнские острова, — была открыта своеобразная цивилизация, которая сочетает в себе черты протоиндийской и шумерской цивилизаций. Античные историки с восхищением писали о морском походе полководца Александра Македонского, Неарха, проделанном от берегов Индии к устью Тигра и Евфрата. Но оказывается, трасса Индия — Двуречье была освоена древнейшими мореплавателями Индостана за добрые 20 столетий до Неарха! Степи Средней Азии на востоке, Малабарское побережье на юге, горы Афганистана на севере — таковы были пределы странствий древнеиндийских купцов-путешественников. На западе же они, возможно, проникали не только в Двуречье или Египет, но и торговали с древнейшей цивилизацией Европы — минойской, центром которой был остров Крит.

<p>Эгеида
<p>Открытие Эгейского мира

Многолюдные города Древней Греции и Малой Азии, где рождались легенды и мифы о великих героях Ахилле и Гекторе, хитроумном Улиссе — Одиссее, рассказы о кровопролитной борьбе троянцев и греков, запечатленные лирой Гомера… Сто лет назад все это представлялось поэтическим вымыслом эллинов, чистой фантазией. Реальная же история греков, а вместе с ними всей европейской цивилизации начиналась с эпохи, зафиксировапной античными историками, — с XII в. до н. э.

Человека, поверившего Гомеру, звали Генрихом Шлиманом. В двенадцать лет начался его нелегкий жизненный путь: сначала мальчик для поручений, затем приказчик в деревенской лавочке, потом корабельный юнга, посыльный в банкирской конторе, конторщик, торговый агент крупных фирм, наконец глава собственной фирмы. «Небо чудесным образом благословило мои торговые дела, и к концу 1863 г. я увидел себя владельцем такого состояния, о котором не отваживался мечтать в самых честолюбивых своих замыслах», — записывает Шлиман.

«В силу этого я отошел от торговли, решив целиком посвятить себя научным занятиям, которые всегда меня чрезвычайно привлекали». Мечта найти гомеровскую Трою не покидала Шлимана с раннего детства, он пронес ее через всю жизнь, и эта мечта сбылась! «Когда я в 1832 г. в десятилетнем возрасте преподнес отцу в качестве рождественского подарка изложение основных событий Троянской войны и приключений Одиссея и Агамемнона, я не предполагал, что тридцать шесть лет спустя… я предложу вниманию публики целый труд, посвященный этой теме».

Раскопки Шлимана известны всему миру. Стены древней Трои, богатейший золотой клад, «Львиные ворота» в Микенах, масса золотых изделий в царском погребении. Два десятка лет продолжались раскопки под руководством Шлимана — и перед изумленным миром предстала древняя культура Эгейского мира, колыбель европейской цивилизации.

Шлиман безоговорочно верил Гомеру, и эта вера привела его к успеху. Но увлеченность любителя-археолога Шлимана, к сожалению, не избавила его от грубейших археологических ошибок, которые и по сей день ставят ему в вину ученые. Ведь на месте гомеровской Трои, как показали позднейшие раскопки (сначала их вел немецкий археолог Дерпфельд сразу после смерти Шлимана в 1890 г., а затем через сорок лет детальные исследования провела американская экспедиция), находилось ни много ни мало девять городов, последовательно сменявших друг друга! Шлиман же, одержимый розысками гомеровской Трои, не мог об этом предполагать…

Древний город, который Шлиман счел гомеровской Троей, оказался на доброе тысячелетие древнее знаменитой Троянской войны; гораздо древнее были и «златообильные Микены».

А на острове Крит английский археолог Артур Эванс открыл города, еще более великие и древние. Здесь находилась колыбель европейской цивилизации, здесь возникла минойская культура. Египет, Двуречье, Индия, Крит — такова «большая четверка» самых древних государств земного шара, самых ранних цивилизаций планеты.

<p>Владыки моря

Греческие мифы донесли до нас сведения о гигантском лабиринте, где обитал сказочный Минотавр — чудовище с головой быка и телом человека.

Раскопки Эванса сделали легендарный лабиринт реальностью. Описание его заняло четыре объемистых тома! Гигантский дворец царей Кносса был главным центром могучей Критской державы, средоточием ее административной, художественной, хозяйственной и политической жизни. Площадь дворца-лабиринта достигает 16 000 квадратных метров; своеобразные колонны, суженные снизу и расширяющиеся вверху, поддерживают крышу; стены украшены изумительными по мастерству фресками, освещают которые световые колодцы-шахты, проходящие через все здание сверху донизу; превосходная система канализации и водоснабжения обеспечивает огромное сооружение водой.

Неподалеку от дворца расположены монументальные гробницы владык Крита, а также жилища знати, которые в миниатюре повторяют царский дворец (подобно тому как египетская знать стремилась повторить пирамиды фараонов). В глубине дворцов разместились многочисленные ремесленные мастерские замечательнейших критских мастеров, кладовые, хранящие в огромных, в рост человека, кувшинах зерно, оливковое масло, вина.

Египетская, месопотамская и индийская цивилизации родились в долинах великих рек. Цивилизация Крита, возникшая на острове, естественно, во многом от них отличалась. И главное отличие состояло в том, что государство Крита было великой морской державой. Еще в каменном веке начались строительство морских кораблей и дальние плавания по Эгейскому морю. А во времена расцвета Критской державы флот правителей Кносса не имел себе равных во всем древнем мире. Весельные и парусные корабли, легкие галеры и мощные грузовые суда бороздили волны Средиземного моря. Они достигали берегов Египта и Испании, Босфора и Гибралтара. Возможно, что они выходили в Атлантический океан и первыми из европейцев побывали на Мадейре и Канарских островах (за четыре тысячи лет до эпохи «великих географических открытий»!). Критские мореходы и торговцы поддерживали тесные контакты с Египтом (Кефтиу, то есть Крит, очень часто упоминается в папирусах страны пирамид), с Двуречьем (на Крите найдены характерные месопотамские печати-цилиндры), а может быть, и с третьей великой цивилизацией — протоиндийской, где мореходство и торговля тоже были развиты.

Благодаря мощному флоту правители Крита смогли распространить свое владычество на окружающие страны. Греция и острова Эгейского моря, часть Сицилии и Сирии платили дань «владыкам моря», как называли критян античные историки. И как всех владык, морских или сухопутных, их постигла единая судьба: угнетенные народы свергли владычество критян и «огнем и мечом» прошлись по владениям деспотов. Греческие племена ахейцев вторглись в Южную Грецию, достигли Крита и разгромили его города. А затем пришельцы-варвары усвоили культуру побежденных и приняли эстафету культуры, заложив основу эллинской цивилизации. Судьба — Египта, Двуречья, Индии — закономерная судьба всех рабовладельческих цивилизаций — повторилась и в Европе, еще раз подтверждая, что не «великие народы», не географическая среда, не расовая принадлежность, не мудрость правителей, а объективные законы истории решают в конечном счете судьбы мира.

Критскую цивилизацию с полным правом можно назвать матерью европейской цивилизации. Здесь, на Крите, родилось искусство фресковой живописи, которое, воспринятое греками, было унаследовано впоследствии Византией, а затем благодаря гению великого Джотто легло в основу европейской живописи.

Великие боги Эллады — громовержец Зевс, Гера, Посейдон, Дионис, Артемида — были богами пантеона ахейцев, наследников (и разрушителей!) критской цивилизации. Строительная техника эллинов и архитектура колонн, блестящее мастерство керамики — все это восходит к древним мастерам Крита.

И — снова перед учеными встал вопрос: кем были люди, давшие цивилизацию Европе? На каком языке они говорили? Что скрывают их письмена, в большом количестве найденные на Крите?

<p>Загадки крито-микенских письмен

Первоначально лингвистам-дешифровщикам было ясно, что древнейшие жители Эгейского моря, Малой Азии, Сицилии, Италии, Испании, Франции не говорили на языках индоевропейской группы. И поэтому считали, что при попытках прочитать древние надписи с острова Крит следует исходить из того факта, что язык этот может быть любым, но только не «арийским», а уж тем более не греческим. Ведь именно греки-ахейцы разгромили цивилизацию Крита и Микен.

Уже Артур Эванс смог установить три вида (и три этапа) развития древнекритского письма: первый — «рисуночные знаки» на печатях, чей возраст равен 40–45 векам; второй — развивавшееся на их основе «письмо А» (1750–1450 гг. до н. э.); третий, и последний — «письмо Б»; его памятники были обнаружены не только на Крите, но и на территории материковой Греции — в Микенах и Пилосе.

В 1931 г. была сделана попытка прочесть крито-микенские письмена с помощью языка обитателей Пиренейского полуострова басков: вдруг язык критян окажется родственным баскскому? Позднее привлекались и другие неиндоевропейские языки, с помощью которых дешифровщики хотели прочесть загадочные тексты, но все эти попытки были безуспешны.

А может быть, язык критян все-таки был индоевропейским? — все чаще стали задаваться мыслью исследователи.

Чешский ученый Бедржих Грозный сделал в 1949 г. попытку прочитать крито-микенские знаки, сравнивая их со знаками хеттов, шумеров, жителей долины Инда, финикийцев, древних киприотов. Однако к успеху она не привела, ибо, по мнению большинства исследователей, в одной письменности не могут сосуществовать знаки, общие со столь различными (к тому же исторически и географически отдаленными друг от друга) видами письма. На деле у Грозного получился весьма странный язык: в нем смешались самые разнообразные элементы. Содержание же текстов, вычитанное Грозным из табличек, было лишено ясного смысла.

И все же дешифровка загадочных письмен продвигалась, несмотря на все неудачи отдельных исследователей. Болгарский академик Георгиев привел в ряде своих работ веские доказательства того, что язык письмен острова Крит индоевропейский, но не греческий, а особый, «минойский». Греческий ученый Ктистопулос, подсчитав частоту крито-микенских знаков, смог определить, гласными или негласными являются некоторые из них (по позиции в начале, середине или конце слова). Английский лингвист Каули установил, что за словом «женщина» (оно обозначалось рисуночным знаком, смысл которого был понятен, хотя, на каком языке его читать, оставалось неизвестным) следуют две различные пары знаков — написание слов «мальчик» и «девочка».

В 1943–1950 гг. американский математик Алиса Кобер провела исследования загадочных письмен Микен и Крита под новым углом зрения: составив таблицу из устойчивых сочетаний знаков, она смогла обнаружить окончания для мужского и женского рода, а также установить грамматические окончания. И хотя до самой своей смерти (в 1950 г.) Кобер не удалось прочитать с полной уверенностью хотя бы один слог или слово, начало реальной дешифровке крито-микенских письмен было положено.

Ключ к письменам был найден в 50-х годах молодым английским ученым Майклом Вентрисом, продолжившим изыскания Алисы Кобер. На основе подсчетов повторяемости знаков и сочетаний одного знака с другим, умело используя достижения других исследователей, Вентрис смог в сентябре 1951 г. составить «сетку», которая включала все основные знаки критского «линейного письма Б». Из 88 различных знаков в «сетку» попало 66.

Какой же язык укладывается в «сетку»? Над этим вопросом Вентрис работал в течение следующего 1952 г. Сам исследователь с давних пор был убежден, что «языком икс» является этрусский. Но тщетны были все попытки втиснуть в неумолимую и неопровержимую «сетку» формы этрусского языка. 1 июня 1952 г. Вентрис задался вопросом, который сам назвал «легкомысленным отклонением от дела»: «Не могут ли кносские и пилосские таблички быть написаны по-гречески?»

Сам исследователь был абсолютно убежден, что греческий язык постигнет судьба этрусского. Но вскоре эта убежденность сменилась не менее сильным изумлением: греческий язык превосходно укладывался в «сетку»!

Чем дальше шли исследования Вентриса, тем больше греческих слов он получал. Правда, многие эти слова звучали странно, ведь язык, на котором они написаны, древнее гомеровского на несколько сот лет!

Вентрис не был специалистом по истории греческого языка. Иногда он не узнавал тех или иных греческих форм, так как ему не приходилось раньше иметь дела с архаичным греческим. Ведь пройдя путь до гомеровского, классического языка, эти формы успели видоизмениться. На помощь молодому исследователю (Вентрис по образованию был архитектором) приходит языковед Джон Чедвик, специалист по древнейшим греческим диалектам. Объединенными усилиями блестящий дуэт «дешифровщик — филолог» публикует в 1953 г. чтения 65 знаков и формулирует правила орфографии крито-микенских текстов.

Один за другим крупнейшие специалисты в области древних письмен и греческой филологии признают правильность выводов Вентриса и Чедвика (в том числе и те, кто выступал ранее с собственными теориями, как, например Георгиев и Ктистопулос).

Десятки ученых из разных стран включаются в исследования (важную роль сыграли работы советского ученого О. Я. Лурье) критико-микенского письма. Но, к сожалению, в их рядах нет самого Вентриса — блестящий дешифровщик трагически погиб в автомобильной катастрофе 6 сентября 1956 г.

Обратимся же теперь к другим загадкам «Эгеиды», стран восточного Средиземноморья, где рождалась европейская цивилизация, чтобы вернуться затем снова к «белым пятнам» культуры и письменности острова Крит.

<p>Третья великая держава Востока

Еще в XVIII в. путешественники по Малой Азии с изумлением обращали внимание на древние памятники, покрытые изображениями и загадочными знаками. В XIX в., когда археологи раскопали древние города Двуречья, а Шампольон нашел ключ к иероглифам Египта, в Малой Азии были обнаружены новые памятники и письмена, не походившие ни на месопотамские, ни на египетские.

В ноябре 1872 г. ирландский миссионер Уильям Райт, живший в то время в Сирии, привез из древнего города Хамата в Константинопольский музей камни, покрытые иероглифами. Здесь он снял с камней гипсовые слепки и отправил их в Лондон, в Британский музей. Перед этими слепками в музее подолгу простаивал молодой английский востоковед Арчибальд Генри Сейс, пытаясь проникнуть в тайну письмен, не похожих на рисуночные египетские знаки и клинопись Двуречья. А осенью 1880 г. ученый прочитал в Лондонском обществе по изучению Библии сенсационный доклад «Хетты в Малой Азии», в котором доказывалось, что в глубокой древности на территории Турции и Сирии существовала могущественная держава, которая была соперницей Египта и Двуречья, — третья великая держава древнего Востока!

Первоначально доводы Сейса вызывали сильные сомнения востоковедов: шутка ли сказать, речь шла об открытии целой цивилизации! Сейса прозвали в прессе «изобретателем хеттов». Но о державе хеттов говорят документы Египта и Двуречья, о хеттах упоминает Библия.

«Нанял против нас царь израильский царей хеттейских, и египетских, чтобы пойти на нас», — говорит библейская «Книга Царств» (глава 7, стих 6), повествуя о чудесном освобождении Самарии.

«Цари хеттейские», по свидетельству Библии, настолько могущественны, что стоят на одной доске с египетскими фараонами. После раскопок Ниневии и Вавилона ученые стали с большим доверием относиться к показаниям Библии, рассматривая ее как источник по истории древнего Востока. «Сыны Хетта» — «хеттеятте» неоднократно упоминаются на ее страницах. Может быть, действительно по соседству с Палестиной находилось какое-то большое и сильное государство?

Египтологи подтвердили это предположение: на стене гигантского Карпакского храма, воздвигнутого фараоном Рамзесом Великим, высечен мирный договор, заключенный с хеттским царем Хаттушилом. Да, действительно, хетты были «на равных» с великими правителями Египта. Кто же этот таинственный народ? Где он жил? На каком языке говорил? Где была хеттская столица? Какова культура хеттов? И какая судьба постигла некогда могущественный народ, о котором остались лишь смутные упоминания в Библии и храмовая надпись в Кариаке? Эти вопросы, вставшие перед учеными много лет назад, настойчиво требовали ответа. И ответ могли дать лишь тщательные и долгие поиски.

Напряженный труд археологов принес свои плоды: столица Хеттского государства была обнаружена возле турецкой деревушки Богазкей; глиняные таблички, найденные в древних руинах, убедительно говорили, что именно здесь находилась столица «правителей Хатти», могущественных хеттов! А вскоре произошло событие, «которого никто не ждал и не рискнул бы даже предвидеть», как писал о том руководитель раскопок Гуго Винклер. «20 августа, после двадцатидневной работы, пробитая в горном отроге брешь продвинулась до стены первого участка. Под ней была прекрасно сохранившаяся табличка, имевшая весьма многообещающий вид. Один взгляд — и вся моя накопленная годами выдержка вылетела в трубу. Передо мной лежало то, о чем (конечно, в шутку) могли мечтать как о даре небес». Текст таблички был копией знаменитого договора между фараоном Рамзесом Великим и хеттским царем Хаттушилем, выбитого на стене Карнакского храма, только на этот раз о мире говорили не египетские иероглифы, а вавилонские клинописные знаки!

«Смотри, я, правитель хеттов, вместе с Рамзесом-Мериамоном, великим властителем Египта, пребываю в мире добром и в братстве добром. Да будут дети детей правителя хеттов в братстве и мире с детьми детей Рамзеса-Мериамона, великого властителя Египта, причем они будут в нашем состоянии братства и нашем состоянии мира. Да будет Египет вместе со страной хеттов в мире и братстве, как мы, вековечно. И не случится вражды между ними вековечно» — гласит этот первый в истории дошедший до нас мирный договор. (Кстати сказать, он оказался действительным: с той поры египтяне и хетты не воевали друг с другом.)

Это была действительно редкая находка: открытие, сделанное некогда в Египте, нашло свое подтверждение здесь, в сердце Малой Азии. «Эта встреча чудесна, как сказочная судьба героев 1001 ночи», — писал обычно скупой на слова Гуго Винклер, пораженный своим удивительными открытием. Кроме знаменитого договора в развалинах хеттской столицы был найден богатейший архив — целая библиотека, состоявшая из 20 тысяч глиняных табличек. Таблички эти были испещрены клинописными знаками, такими же, как и знаки письмен Двуречья. Ученые могли читать их, но… понимали далеко не все! Большая часть текстов была написана на аккадском (вавилонском) языке, хорошо известном языковедам. Этот язык был на Древнем Востоке своего рода «латынью», международным языком науки и дипломатии. Но многие тексты скрывали какой-то другой язык. Какой? Вывод напрашивался сам собой: конечно же, хеттский!

Представьте, что вы читаете книгу на неизвестном языке, но написанную русскими буквами. Как понять текст? Самый верный путь — найти родственный «языку икс» язык и с ого помощью понять текст. Но какой же из известных науке языков нужно привлечь, чтобы найти ключ к загадке хеттов?

Естественно было предположить, что таким языком мог быть какой-нибудь из многочисленных и своеобразных языков и наречий Кавказа, ведь именно там сохранились с древнейших времен языковые традиции, именно там прослеживается глубокая связь с древними культурами Малой Азии. Но тщетны были попытки исследователей открыть «кавказским ключом» тайну хеттского языка. Столь же безуспешны были поиски других «ключей-языков» — египетского, шумерского, древнееврейского, даже японского, астекского и языка инков Перу!

И все-таки ключ был найден. Причем открытие было настолько неожиданным, что первоначально редко кто мог поверить ему: уж слишком «легким» оказался этот ключ. Сравните сами: хеттское слово «дулуга» означает «долгий, длинный». Как похожи они по звучанию! Хеттское «вадар» и русское «вода» имеют одинаковое значение, так же как и хеттское «хаста» и русское «кость», хеттское «небис» и русское «небо». Хеттский язык оказался родственным русскому! И не только русскому, но и английскому, немецкому, греческому и другим языкам индоевропейской семьи.

Стоит только сопоставить хеттское «эцца», немецкое «эссен», латинское «эдере», греческое «эдеин», древненемецкое «эцден» и русское «есть» или хеттское «вадар», немецкое «ватер», английское «water», древненемецкое «ватар» и русское «вода», чтобы наглядно убедиться в этом родстве. Ранее считалось, что самые древние тексты на индоевропейских языках дошли до нас в поэмах Гомера и в древнейшем индийском эпосе «Ригведа» — в источнике, который, как полагает большинство ученых, сложился в середине 2-го тысячелетия до н. э. Открытие тайны хеттского языка позволило ученым глубже проникнуть в тьму времен вплоть до XVIII в. до н. э. Этим временем датируется древнейший хеттский, а следовательно, и индоевропейский памятник письменности, так называемая надпись царя Аниттаса. Тайну хеттского языка удалось раскрыть гениальному чешскому ученому Бедржиху Грозному вовремя первой мировой войны.

Вскоре после того как Грозный прочитал клинописные тексты на хеттском языке, выяснилось, что клинописными знаками записаны не только хеттские, но и другие тексты на других языках Малой Азии — палайском и лувийском. И оба этих языка оказались очень близкими к языку индоевропейцев-хеттов (они состояли примерно в таком же родстве, как русский, украинский и белорусский).

Хеттский, палайский и лувийский языки образуют особую ветвь индоевропейских языков, получившую по древнему названию Малой Азии — Анатолия — наименование «анатолийская». Эта семья пополнилась затем и новыми языками. Но пополнение пришло отнюдь не сразу. Многим десяткам исследователей пришлось порядком покорпеть над расшифровкой древних текстов и языков Анатолии.

Англичанин Сейс первым из ученых попытался прочитать загадочные знаки, но его постигла неудача. И не только его одного — на протяжении шести десятилетий тщетными были попытки проникнуть в смысл иероглифов Малой Азии. Первые реальные сдвиги в дешифровке произошли лишь в 1930 г., когда ученым из различных стран — Италии, Германии, США — удалось найти иероглиф, передающий понятие «сын» (а в связи с этим разгадать генеалогию хеттских царей), выявить типичную для многих древних надписей «формулу проклятия» в адрес тех, кто посмел бы повредить надпись (это помогло выяснить строй предложения), определить правильное чтение глагола «делать» (что помогло впоследствии определить язык текстов). Исследователи смогли установить много географических названий, имен богов и царей. В 1932 г. к работе над дешифровкой иероглифов подключился Бедржих Грозный, столь успешно исследовавший язык хеттских клинописных текстов. К началу второй мировой войны ученые смогли установить чтение целого ряда знаков, передававших слоги, а также составить представление о склонении и спряжении языка иероглифических текстов. Но данных было слишком мало, чтобы с достаточной уверенностью определить, на каком из языков они написаны.

Осенью 1947 г. на холме Каратопе («Черная гора») археолог Боссерт нашел несколько длинных надписей, сделанных частью иероглификой, а частью финикийскими письменами. Это была «билингва»[1] — содержание обеих частей совпадало! После этой находки дешифровка иероглифов Малой Азии двинулась вперед семимильными шагами. Причем к радости и удовлетворению исследователей чтения знаков и грамматические формы, установленные ранее на основе анализа структуры текстов, в основном подтвердились. Двуязычный текст из Каратепе, таким образом, был не началом дешифровки (как Розеттский камень для Шампольона), а ее желанным подтверждением и завершением.

Данные «билингвы» подтвердили оспаривавшееся ранее предположение о том, что язык иероглифов Малой Азии также индоевропейский. Правда, он несколько отличался от хеттского, но состоял с ним в тесном родстве и входил равноправным членом в анатолийскую ветвь индоевропейских языков.

Ближе всего к языку иероглифических текстов стоит лувийский язык. Вот почему правильно называть иероглифические тексты Анатолии не «хеттскими иероглифами» (как это делается в популярной, а порой и в научной литературе), а «лувийскими иероглифами».

<p>Лидийцы, ликийцы, карипцы

В Восточной Турции в последние годы идут интенсивные раскопки города, который своим великолепием может соперничать с лучшими городами Древней Греции и Рима. Это Сарды, столица Лидийского государства, резиденция царя Креза, богатство которого вошло в поговорку. Археологи обнаружили и вскрыли погребальный холм царя Гига, при котором началось стремительное выдвижение Лидии в ряд могущественных государств древнего Востока. Причину этого расцвета историки видят в том, что при царе Гиге были открыты богатые месторождения золота и введены в обращение монеты. С помощью звонкого золота лидийские правители смогли содержать большую армию наемников. Но ни золото, ни наемные войска не помогли лидийцам противостоять натиску Персидской державы: в VI в. до н. э. правитель персов Кир захватил Сарды и покончил с Лидийским государством. С тех нор и вплоть до XX в. о Лидии почти ничего не было известно.

Раскопки в Сардах первоначально были начаты в 1910–1913 гг., однако и сегодня археологам предстоит еще немало работы. Но загадки лидийского языка уже не существует: за короткий срок и на очень скудном материале ученым удалось расшифровать письмена лидийцев и проникнуть в их смысл. Язык подданных Креза оказался родственным языку хеттов и относится к упомянутой анатолийской группе индоевропейских языков (это открытие сделал итальянец Пьеро Мериджи).

К этой же группе был отнесен после более чем столетних исследований и язык Ликии, страны, расположенной на юго-западном побережье Малой Азии. Первоначально шли дискуссии о том, следует ли считать ликийский язык сильно изменившимся индоевропейским, или же он должен быть отнесен к другой семье языков, например кавказской. И только после работ того же Мериджи чаша весов решительно склонилась в пользу первого предположения, а «анатолийская ветвь» пополнилась еще одним языком — линийским.

Долгое время оставались загадкой для исследователей письменность и язык каров, или карийцев, жителей юга Малой Азии. Считалось, что язык этого загадочного народа уж никак не мог быть индоевропейским — недаром он был синонимом «непонятности» у древних греков! Дешифровка карийского письма была особенно важна потому, что, согласно преданиям, именно карийцы были древнейшим населением Эгейского мира. И лишь совсем недавно, в 60-х годах, молодому советскому лингвисту В. В. Шеворошкину удалось с помощью разработанной им оригинальной методики дешифровать письмена карийдев.

Собственно говоря, дешифровка карийского письма не была главной задачей исследователя. Целью его работы было установление законов чередования гласных и согласных звуков в любом языке мира. Отрывок текста, записанный алфавитным письмом (при этом не важно, какой алфавит и какой язык исследуются), разделяется на отрезки по три буквы в каждом. Затем, сопоставляя «тройки» букв, можно разделить все алфавитные знаки на два класса: гласных и согласных.

Русский, хеттский, санскрит, греческий и другие языки мира были подвергнуты этой процедуре, и везде деление на гласные и согласные оказалось безошибочным. Но ведь эти языки хорошо известны исследователю. И тогда началось изучение карийской письменности, о которой единственным сведением было то, что она алфавитная.

Самая большая карийская надпись (так называемая надпись из Кавна) была разделена на «тройки»; затем были выделены столбцы с одинаковыми знаками по краям и в середине и сопоставлены друг с другом. В результате сопоставления карийские знаки были разделены на «класс гласных» и «класс согласных». Вслед за этим начался второй этап дешифровки — отождествление букв того или иного класса со звуками.

Греческие тексты донесли до нас немало карийских имен. Подсчитав частоты употребления в этих именах той или иной буквы, передающей гласный звук, исследователю удалось отождествить их с гласными буквами карийского алфавита, имеющими примерно такую же частоту. Отождествление согласных было более трудным делом, во-первых, потому, что и число их превышает количество гласных, а во-вторых, потому, что в греческой транскрипции карийских имен согласные могли искажаться (чего нельзя сказать о гласных). Сопоставляя между собой отдельные слова и отрывки текста и комбинируя это сопоставление с данными по частоте согласных, Шеворошкин в конце концов сумел правильно отождествить все буквы карийского алфавита.

Чтение текстов стало возможным, но на каком языке они написаны? В ряде слов встречались сходные окончания — очевидно, это были грамматические формы. Как правило, на первом месте в предложении стоит существительное-подлежащее, на втором — глагол-сказуемое. Было логично распространить эту схему и на неизвестный карийский язык. Грамматические окончания разделились на падежные формы имен существительных и на формы спряжения глаголов.

И после этого разделения грамматических частиц сразу стало ясно сходство грамматики карийского языка с грамматикой хеттского! Какое бы сильное влияние ни испытал язык, как бы сильно ни менялась лексика, его грамматические формы никогда не заимствуются. Поэтому Шеворошкин с полным правом мог считать, что карийский язык родствен хеттскому и также входит в анатолийскую ветвь индоевропейских языков. С этим выводом согласились и советские и зарубежные специалисты. И хотя содержание надписи из Кавна во многом еще неясно (известно только, что в ней прославляются некие люди за совершенные ими доблестные дела), принадлежность карийского языка к индоевропейской семье ни у кого не вызывает теперь сомнений.

Карийский язык был «последним из могикан» среди неизвестных языков Передней Азии. После дешифровки Шеворошкина стало ясно, что 3–4 тысячелетия назад территория древней Анатолии была заселена племенами, говорившими на индоевропейских языках. Легендарные троянцы, с которыми воевали греки, по всей видимости, говорили на языке, близком хеттскому. (Так, например, имя царя Приама толкуется по-хеттски как «Прийама» — «первый, исключительный».)

Дешифровка карийского письма, установление законов языка карийцев позволяют перекинуть мост к берегам Греции, ибо карийцы были связующим звеном между хеттами и близкими к ним народами и греками. Карийский язык позволяет провести интереснейшие параллели между анатолийскими языками и языком, который до сих пор остается загадкой для исследователей, — языком этрусков.

<p>Язык этрусков — индоевропейский?

Если у колыбели древнегреческой цивилизации стоит цивилизация Крита и Микен, то у колыбели римской культуры стоит погибшая культура этрусков. Этруски владели почти всем Апеннинским полуостровом, воздвигали города и некрополи, которые своим богатством спорят даже с египетскими пирамидами. По свидетельству древних римлян, именно этруски создали «римский» тип жилого здания с крытым двориком в центре дома, именно этот народ впервые стал планировать градостроительство, ввел водосточную и канализационную систему. Успехи этого трудолюбивого народа, в кузнечном деле позволяли ему вести обширную торговлю металлами и металлическими изделиями почти со всеми средиземноморскими державами той эпохи. Замечательные памятники этрусского искусства и по сей день продолжают восхищать любителей прекрасного. История этрусков неразрывно связана с историей западноевропейской культуры. И тем не менее этруски и по сей день продолжают оставаться загадкой для ученых.

Когда и откуда пришел этрусский народ в Италию? На каком языке он говорил? Вот два неразрывно связанных друг с другом вопроса, на которые не могут пока что дать ответа археологи, историки, лингвисты, дешифровщики. Впрочем, речь идет не о дешифровке письмен этрусков, если следовать точному смыслу этого слова. Дело в том, что письмена этрусков дешифрованы, и любой читатель, заинтересовавшийся этим загадочным народом, за весьма короткое время сможет овладеть этрусским алфавитом (который был заимствован этрусками у греков) и довольно свободно читать тексты… не понимая в них ни единого слова. Впрочем, утешением для читателя пусть послужит то обстоятельство, что примерно в таком же незавидном положении находятся и крупнейшие лингвисты мира. Уже в XVIII в. ученые смогли читать письмена этрусков, но какой язык скрывают они — на этот вопрос и до сих пор нет однозначного ответа.

Великий Геродот, которого справедливо считают отцом истории, утверждал, что родиной этрусков является Малая Азия. Дионисий Галикарнасский, современник императора Августа, считал, что этруски ниоткуда не приходили, а с незапамятных времен населяли Италию. «Малоазийцы или автохтоны?» — эта проблема обсуждалась во времена Римской империи. Обсуждается она и по сей день.

Этрусский язык не похож ни на один из языков народов Средиземного моря — это отметили уже римские историки. С той поры лингвисты делали не одну попытку установить родственные связи загадочного языка: его сближали с языком пиренейских басков, с южноиндийскими языками дравидов, с языками Кавказа и Америки, даже со славянскими языками. Но все эти сопоставления неубедительны. Названия числительных — один из самых устойчивых элементов языка. Археологи обнаружили игральную кость этрусков, на которой вместо цифр стояли заменяющие их слова — числительные, очевидно от 1 до 6. Но и по сей день не удается отождествить ту или иную цифру с тем или иным словом (за исключением слова «ки» — 3).

И все же завеса тайны над этрусским языком начинает приподниматься. И к удивлению лингвистов, этот язык обнаруживает все больше и больше черт, роднящих его с хеттским и другими анатолийскими языками Малой Азии! Таковы, например, грамматические показатели этрусского, близкие к анатолийским, и даже само название этрусков, которое напоминает целый ряд названий городов в Малой Азии, например ликийского города Труса.

Правда, расхождений между этрусским и анатолийскими языками тоже очень много. Скорее всего, язык этрусков является не родным, а «двоюродным» братом анатолийских языков (так считает крупнейший специалист в области изучения этрусского языка в нашей стране А. И. Харсекин), а возможно, этот таинственный язык является самостоятельной ветвью индоевропейских языков, отделившейся в отдаленные времена от языка-основы.

<p>«Прорыв через Кавказ»

Итак, и язык «линейного письма Б», и лидийский, и фригийский, и карийский, и, по всей вероятности, язык этрусков — все они принадлежат к индоевропейской семье. Народы, говорящие на анатолийских языках, обитали в Малой Азии уже пять тысяч лет назад. А что было раньше? Кто жил в Малой Азии и в Средиземноморье до прихода индоевропейцев? Или, может быть, индоевропейцы всегда обитали в этих местах и им, собственно говоря, неоткуда было приходить?

Вопрос о прародине индоевропейцев волновал уже первых филологов, обнаруживших поразительное сходство древнеиндийских, германских, славянских, греческих, латинских слов. Несмотря на полтора века кропотливых изысканий, его нельзя считать решенным и поныне.

Леса Литвы, степи Монголии, дно Атлантического океана, болота Ирландии, джунгли Индии — где только ни пытались найти индоевропейскую прародину! Но наиболее вероятными кандидатами были степи Восточной Европы и Средней Азии, причем предпочтение отдавалось вторым. Однако последние исследования археологов и главным образом лингвистов заставляют предположить, что именно на причерноморских пастбищах паслись стада, принадлежавшие легендарным арьям. Отсюда ушли в разные времена и в разные стороны прапредки греков, индийцев, иранцев, латинян, хеттов, славян, литовцев, германцев.

Вероятнее всего, первыми начали путь носители анатолийских языков — чем иначе объяснить, что уже в 3-м тысячелетии до н. э. они появились в Малой Азии? В течение почти тысячи лет происходил процесс смешения и скрещивания пришельцев-индоевропейцев с коренным населением. Особенно интенсивно происходил он в период становления великой хеттской державы.

Собственно говоря, само название «хетты» не хеттское. Оно заимствовано от хаттов, предшественников хеттов (сами хетты называли себя «неситами»). От «народа Хатти» говорившего на языке, не имевшем ничего общего с индоевропейскими, переняли хетты-неситы умение плавить железо, научились основам земледелия и наряду с культурными достижениями (как это было и в Индии с арьями) включили в свой пантеон древних хаттских богов. В религиозных текстах и в памятниках изобразительного искусства хеттов часто изображается сражение богов со змеем — этот миф не хеттского, а местного, хаттского, происхождения. Точно так же к древнему населению Малой Азии восходит миф о воскресающем и умирающем боге; хетты унаследовали его от хаттов, а затем этот образ повлиял на христианский миф о воскресении (наряду с мифами о греческом Дионисе, египетском Осирисе, вавилонско-шумерском Таммузе, финикийско-сирийском Адонисе).

В последние годы лингвисты все увереннее начинают отмечать сходство языка хаттов с языками жителей Западного Кавказа — кабардинским, абхазским, абазинским, адыгейским. Некоторые ученые считают, что предки абхазцев и адыгейцев заселяли прежде и территорию Малой Азии, откуда они были впоследствии вытеснены индоевропейскими народами. Другие исследователи, напротив, считают, что в 3-м тысячелетии до н. э. Кавказ с его исконным населением (о котором сохранились легенды в абхазском фольклоре как о народе «ацаны») подвергся вторжению хаттов-пришельцев из Малой Азии. Вопрос этот пока что не решен, ясно только, что между населением Кавказа и Малой Азии с давних времен существовало языковое и культурное родство.

Талантливые грузинские лингвисты Г. И. Мачавариани и Т. В. Гамкрелидзе провели целый ряд интересных работ, посвященных сравнению и сопоставлению индоевропейских языков и языков Южного Кавказа (грузинского, сванского, занского). Выяснилось, что когда-то эти языковые семьи находились в тесном взаимодействии. Об этих связях говорят и культурно-исторические данные, например образ бога-солнца, встающего из-за моря; этот образ мог возникнуть лишь на берегах Каспийского или Черного морей, а не в самой Малой Азии.

Следы взаимодействия языков Кавказа с индоевропейскими позволяют проследить пути древнейшего расселения индоевропейцев. Сложные и своеобразные кавказские языки (лингвисты насчитывают около 150 кавказских языков, диалектов и говоров) послужили благодатным материалом для создания интереснейшей гипотезы о древнейшем населении Европы.

<p>Иберия в Испании и на Кавказе

В Великобритании, неподалеку от города Солсбери, находятся удивительные сооружения: гигантские монолиты Стоунхеджа, высеченные из камня. Их возраст и происхождение до сих пор во многом остаются загадкой. Подобные сооружения есть и на территории Франции — это «дольмены», сооружения в виде гигантского ящика из больших каменных плит (одна из этих плит весит 40 000 килограммов и доставлена по крайней мере с расстояния 30 километров!).

В Армении и Грузии можно увидеть своеобразную разновидность этих древних монументов, так называемые витапы — огромные, до пяти метров высотой, изображения рыбы. «Дольмены», сходные с французскими, находят на Черноморском побережье Кавказа. Быть может, все эти доисторические сооружения созданы одним и тем же народом? Языковая принадлежность древнейшего населения Европы по-прежнему остается загадкой. Множество разноязычных народов населяет Европейский континент в наши дни; множество языков и народов было в Европе и во времена античности. Но сквозь языковую чересполосицу Южной Европы можно проследить удивительную общность между языком басков, древнейших жителей Пиренейского полуострова, и языком населения Кавказа.

Язык басков до сих пор остается загадкой для лингвистов, он стоит совершенным особняком среди других языков Европы. Ни числительные, ни местоимения, ни самые основные слова лексикона баскского языка не имеют аналогий среди индоевропейских языков, которые, словно море, разлились по всей Западной Европе и окружили маленький островок — Басконию, страну басков.

Древняя Испания называлась Иберией. Примерно в это же время на территории Кавказа существовало государство Иберия. Древнее баскское слово «предок» звучит как «аба», а по-грузински (вопреки всем индоевропейским языкам) слово «дед» звучит как «бабуа». По-баскски слово «голова» обозначается «буру». Реконструкция в древнем грузинском показала, что когда-то «бура» обозначало «покрывать голову», «буру-ли» — «крыша» и «та-бурв-а» — «жертвовать деньги на погребение» — понятие, которое восходит к еще более архаичному обороту «класть деньги в качестве подарка на голову умершего». Таким образом, «археология языка» приводит нас к совпадению ряда слов языка басков и Древнейшего грузинского! С другой стороны, грузинский язык (а вернее, картвельские языки: грузинский, сванский и занский — три самостоятельных языка Грузии), так же как и языки Западного Кавказа, в свете последних исследований имеют родственные черты с языком хаттов, народа, жившего в Малой Азии, у которого хетты переняли цивилизацию. Язык государства Урарту, могущественной державы Ближнего Востока в IX–VI вв, до н. э., оказался родственным языку хурритов, основавших царство Митанни, которое затмило величие Ассирии и Вавилона и стало одной из самых могучих сил древнего мира.

Между страной басков и Передней Азией лежит Средиземноморье. Среди названий рек, островов, селений, гор этого огромного района, имеющих индоевропейское происхождение, уже давно замечены «белые вороны» — названия, которые никак нельзя объяснить законами «арийских» языков. Например, названия Коринф, Тиринф, Закинф и ряд других древних городов Эгеиды имеют окончания «нф», которые встречаются и на Балканах, и на юге Италии, и в Сицилии. Суффикс «нф» явно неиндоевропейский. В Малой Азии есть названия со сходный окончанием «нд». Таким образом, от Кавказа до Сицилии протягивается единая цепь «доарийских» названий, вероятно она может продолжиться и далее на запад, к Испании.

Проблема родства языка басков с кавказским — одна из увлекательнейших проблем лингвистики. Баскский язык, его диалекты еще недостаточно хорошо изучены лингвистами. Только начинается исследование современными точными методами многочисленных языков Кавказа. Пока что не доказано даже родство всех кавказских языков между собой. А поэтому сравнение, где одно баскское слово сравнивается с кабардинским, другое с грузинским, а третье с аварским, выглядит не очень убедительно.

Ряд лингвистов категорически высказывается против «баскско-кавказской» гипотезы. Другие лингвисты, в том числе крупный советский кавказовед профессор Чикобава, считают, что вопрос о связях языка басков с языками Кавказа имеет положительное решение. Сущность проблемы, пожалуй, лучше всего охарактеризовал крупнейший знаток баскского языка в нашей стране Ю. В. Зыцарь: «Баскско-кавказское родство возможно. Утверждать, что его нет, так же преждевременно, как утверждать, что оно есть».

И быть может, в решении этой проблемы поможет дешифровка письмен Крита, о которых шла речь в начале этой главы и которые по сей день остаются непрочтенными. На первом месте среди загадок Крита стоит так называемый Фестский диск.

<p>Таинственный диск из Феста

Более полувека назад, в 1908 г., итальянские археологи, проводившие раскопки вблизи критского города Феста, обнаружили круглую глиняную плитку, покрытую рисуночными знаками. До сей поры ни в одном месте мира не удалось обнаружить памятников письма такой формы, выполненных такими знаками. Диск из Феста является уникальным, он задал исследователям задачу, которая и поныне далека от решения. Рядом с таинственным диском (он был найден в одном из боковых строений дворца минойской эпохи) лежала разбитая табличка с надписью, сделанной критским «линейным письмом А». Поэтому диск из Феста был датирован археологами тем же временем, что и табличка, — примерно 1700 г. до н. э. Профессор Чедвик, друг и соратник Вентриса, обратил внимание исследователей на то, что надпись диска не вырезанная, а «штампованная», она сделана с помощью различных деревянных и металлических «штампов» и является, таким образом, предтечей современного гравирования и печатания. Было бы трудно поверить, отмечает Чедвик, что изготовление набора из 45 различных штампов-знаков было сделано только для того, чтобы оттиснуть одну-единственную надпись на диске. Можно предполагать, что имелись когда-то и другие, аналогичные диску из Феста тексты. Но где следует их искать?

Логичнее всего предположить, что на самом Крите. Однако диск сделан не из критской глины. Среди рисуночных знаков на загадке из Феста имеются изображения лодки, топора, орла, шкуры, лопатки каменщика, розетки, вазы, дома. И чаще всего повторяется в надписи знак, изображающий мужскую голову в уборе из перьев. Этот знак напоминает головные уборы древних жителей Малой Азии. Поэтому некоторые исследователи склонны считать, что и сам диск завезен из юго-западной части Анатолии.

Но, ссылаясь на эту же голову в уборе из перьев, другие ученые предполагают, что родина этого украшения — Северная Африка, третьи считают, что Греция, четвертые, что Северная Америка. Высказывались гипотезы о том, что этот уникальный диск является последним памятником письменности платоновской Атлантиды. Французский исследователь Омэ даже «прочитал» текст Фестского диска и нашел, что там говорится о какой-то катастрофе и гибели народа.

0|1|2|3|4|5|6|

Rambler's Top100  @Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua