Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Александр Михайлович Кондратов Адрес - Лемурия

0|1|2|3|4|5|

Известный советский геолог В. В. Белоусов, решительным образом отвергая «дрейф континентов», писал о том, что «необходимо вернуться к старой идее Гондваны и считать, что материки, входившие в последнюю, соединялись между собой в конце палеозоя и начале мезозоя временными полосами суши и мелкими морями и что впоследствии такие «мосты» опустились». Белоусов приводит и «конкретные данные, указывающие на более широкое распространение суши в южном полушарии в гондванское время по сравнению с современностью», а именно:

1. Кристаллические массивы Бразильского и Гвианского щитов в Южной Америке, западной и восточной окраин Экваториальной и Южной Африки, острова Мадагаскар, Индостана и западной Австралии, безусловно, «распространялись первоначально далеко за пределы соответствующих материков и, следовательно, столь же далеко за пределы их распространялась и континентальная кора».

2. В Южной Африке система Карру (мы уже упоминали ней, говоря об извержениях вулканов Гондваны 150–160 миллионов лет назад, когда, согласно сторонникам «дрейфа континентов», начался распад сверхматерика на отдельные плиты) на востоке обрезана Индийским океаном, причем мощность этой системы возрастает в направлении к океану. Вероятней всего, что и на дне Индийского океана тянется ее продолжение. «То же касается и Капской системы, слагающей Капские горы и состоящей преимущественно из пород континентального происхождения», — пишет Белоусов.

3. «Там же, — продолжает он, — в Южной Африке, верхнекаменноугольный ледник Наталя спускался из центра оледенения, находившегося на территории Индийского океана к востоку от Дурбана».

4. На Фолклендских островах, в Южной Атлантике, были обнаружены породы того же, верхнекаменноугольного возраста (порядка 300 миллионов лет), принесенные ледником со стороны Атлантического океана.

5. В Австралии центр того же «гондванского» оледенения находился южнее материка.

Новейшие исследования позволяют увеличить этот список аргументов в пользу «утонувшей» Гондваны. На островах Южно Атлантики обнаружены были породы материкового происхождения: аргумент в пользу того, что острова являются обломками былой суши. О материковой коре, найденной в Индийском океане в районе острова Кергелен и Сейшельских островов, мы уже говорили…

Но означает ли это, что существование сверхматерика Гондваны доказано? Разумеется, нет, ибо гипотеза об океанах, возникших на месте былых материков, которую несколько десятков лет назад считали убедительной большинство геологов, в том числе и советских, в наши дни вызывает гораздо больше возражений, чем та картина, которую рисует гипотеза «тектоники плит».

Есть и третья точка зрения на Гондвану и ее судьбу. Согласно этой точке зрения, которую разделяют многие видные зарубежные и советские ученые, сверхматерика Гондваны просто напросто… не было. Ни в мезозойскую эру, ни 300 миллионов лет назад, ни в эпохи, отделенные от нас миллиардами лет. Ибо очертания материков и океанов в основных своих чертах не менялись на протяжении всей истории Земли. Мы не будем повторять доводы сторонников теории постоянства (или перманентности) океанов и материков, а отошлем читателей к книге доктора географических наук О. К. Леонтьева «Дно океана» (1968).

<p>Гондвана и Лемурия

Окончательный ответ на вопрос о реальности и судьбах Гондваны даст лишь будущее. Ибо в современных науках о Земле как полагает — и не без оснований! — канадский геофизик X. Вильсон, происходит научная революция, соизмеримая с той, что проделала теория Коперника. «Гондванский вопрос» находится в авангарде этой революции в геологии. Победа в этой революции, вне всякого сомнения, будет за истиной. Но какая из трех современных теорий права? Или, быть может, в конце концов сторонники трех противоположных точек зрения выработают некую общую, более «широкую» теорию, которая сумеет объяснить все факты, а не отдельные их «блоки»?

Сложность проблем, стоящих перед современными учеными, пожалуй, могут хорошо иллюстрировать два примера, взятые из различных областей знания, но касающиеся одной и той же темы — существования Гондваны. Мы говорили о листрозавре, остатки которого были найдены на Землях Гондваны: в Индии, Южной Африке, Австралии и, наконец, в Антарктиде. Но доказывает ли это существование сверхматерика? Листрозавры обнаружены и в Китае, чья территория никем и никогда не включалась в состав Гондваны, а в 1973 году советские ученые обнаружили его остатки в районе реки Ветлуги, в Восточной Европе. Получается, что это животное было широко распространено на всех материках, за исключением Америки. Значит ли это, что Новый Свет был уже в ту пору отрезан от остальных материков океанами? Или просто-напросто остатки листрозавров в Америке пока не обнаружены?

Так же обстоит дело и с другим древним земноводным — лабиринтодонтом. Представители этой группы, просуществовавшей почти 150 миллионов лет, до конца триасового периода, найдены в Африке и в Гренландии, на Мадагаскаре и на Шпицбергене, в Китае и Австралии, в Европе, и, наконец, в 1968 году в 500 километрах от Южного полюса, в горах Центрального Трансантарктического хребта, новозеландский геолог-полярник Питер Баррет находит остатки лабиринтодонта во льдах Антарктиды! Как видите, лабиринтодонты вездесущи и находки их остатков не могут служить веским аргументом в пользу существования Гондваны. Но и в том случае, если ученые имеют дело с типично «гондванскими» животными (например, только в Африке и в Бразилии найден мезозавр, ящер, живший на мелководье и не способный пересекать вплавь большие — пространства океана), почти невозможно ответить на вопрос, каким образом шел обмен фауной: через «мосты» суши или благодаря континентальному «дрейфу».

Вот пример из другой области. На XX Международном геологическом конгрессе в Мехико был сделан доклад, называвшийся «Австралия и Гондвана». Его автор, австралийский геолог К. Тейхерт, утверждал: «За последние 20 лет установлено, что главная первоначальная предпосылка, на которой базировалась концепция материка Гондваны, уже не правомерна», ибо «какие-либо предположения о распространении в прошлом Австралийского континента в западном направлении через область современного Индийского океана опровергнуты. Если западнее и существовал ограниченный материк Гондваны, Австралия никогда не составляла его часть».

Что дало Тейхерту повод для столь категорического утверждения? Да тот твердо установленный факт, что на территории Западной Австралии не существовало гондванской флоры глоссоптерид, о которых шла речь в начале этой главы. Зато тут обнаружен мощнейший, толщиной в три, пять, шесть километров пласт иных отложений, преимущественно морских, возрастом в 150 миллионов лет, в 300 миллионов лет, в 500 миллионов. Там, где сейчас находится Западная Австралия, полмиллиона лет назад был не древний материк Гондвана, а океан!

Но был ли это современный Индийский океан, вот в чем вопрос. Сторонники дрейфа материков полагают, что нет. По их мнению, еще до начала распада Гондваны между Мадагаскаром и Австралией существовал «Протоиндийский», т. е. «первоиндийский», «первичный Индийский» океан, вернее, небольшое, окруженное почти со всех сторон сушею, наподобие нынешнего Средиземного или Черного, море. В. В. Белоусов и другие приверженцы теории затонувшей Гондваны, как вы помните, считают, западное побережье Австралии «внутренним морем» сверхматерика, наряду с Сомалийской котловиной или Мозамбикским проливом. А сторонники постоянства материков и океанов не видят ничего удивительного в том, что некогда Западная Австралия была залита морем, а затем стала частью Австралийского континента. Ибо, по их мнению, океаническая кора устроена проще материковой и геологическое развитие нашей планеты состоит в последовательном сокращении площади океанов и неуклонном возрастании площади материков.

Вероятно, из приведенных примеров вам стало ясно, насколько непросты и неоднозначны ответы на многие вопросы, связанные с проблемой Гондваны, и насколько зыбким и спорным, при ближайшем рассмотрении, становится то, что казалось «очевидными фактами», добытыми той или иной наукой. Вот почему мы не можем дать окончательный ответ на вопрос, стоящий в заголовке этой главы: «Где ты, Гондвана?»

Но кто бы ни оказался прав в споре о сверхматерике — сторонники ли дрейфа континентов, перманентности ли океанов или их противники, считающие, что на дне этих океанов лежат затонувшие материки, чья гранитная кора «базифицировалась» и превратилась в океаническую, — в любом случае остается в силе гипотеза об «Атлантиде Индийского океана», стране или архипелаге, лежавшем между Индией и Африкой и погрузившемся в воды океана.

Гипотеза эта была выдвинута еще в сороковых годах прошлого века. Тогда же было предложено и наименование «Атлантида Индийского океана». По названию удивительных зверьков, давших первый толчок к рождению этой гипотезы, «Атлантиду Индийского океана» стали именовать Лемурией.

<p>Глава третья <p>Лемурийская колыбель
<p>«Эти первые лемурийцы были некрасивы…»

«В Индии есть Золотые горы, недоступные грифонам и драконам, и есть еще в ней Каспийские горы, и между ними и морем Александр Великий покончил с Гогом и Магогом, людьми свирепейшими, сыроядцами и укротителями диких зверей. В Индии сорок четыре области, и что ни область, то люди в ней разные: есть там горцы, ростом в два локтя, и они вечно воюют с журавлями. Рожают они на третьем году, а старятся на восьмом… А в другой области живут макробии, и ростом они в двенадцать локтей, и промышляют они охотой на грифонов, а у тех грифонов туловища, как у льва, крылья же и когти орлиные… И есть люди, у которых женщины рожают щенят… и народ, в котором все безголовы; глаза у этих созданий на уровне плеч, чуть, пожалуй, пониже, а вместо ноздрей и ушей в груди по две дыры…» Такое описание чудесных индийских людей — плод фантазии безымянного францисканского монаха XIII века, помноженной на фантазию античных и восточных средневековых авторов. В нашем столетии оно звучит как курьез. Но вот другое описание, принадлежащее не наивному монаху-францисканцу, а человеку весьма начитанному, образованному, живущему в XX веке… «Эти первые лемурийцы были некрасивы; их колени и локти не выпрямлялись; они были совершенно не развиты; мозг их был чрезвычайно мал по объему; головы их большей частью были яйцеобразные, с большой нижней частью, с выдающейся челюстью; у многих вместо лба было нечто похожее на колбасу; цвет кожи был синевато-коричневый, одна из первых рас отличалась синеватым оттенком», — пишет Чарлз Ледбитр, один из известнейших деятелей «Теософического общества». Рост лемурийцев, продолжает он далее, равнялся десяти метрам. Однако их «самыми чистыми потомками» являются… жители Андаманских островов и пигмеи Центральной Африки, т. е. самые малорослые народы Земли!

Лавры теософов, видимо, не давали покоя представителям секты розенкрейцеров, считающих себя наследниками «древнего мистического Ордена Розы и Креста». Они, вслед за теософами, включили жителей Лемурии в свою схему развития человечества и написали о ней уйму такого вздора, перед которым бледнеют все вымыслы средневековых авторов с их «песьеголовцами» и «грифонами» и фантазии теософов.

Но оставим в покое мистификаторов-мистиков. Обратимся к реальным лемурам и гипотетической затонувшей земле, названной в их честь Лемурией.

Геоморфологическая карта дна Индийского океана.

1 — горные сооружения и микроконтиненты, где, возможно, и располагалась гипотетическая Лемурия; 2 — срединно-океанический хребет.

<p>Знакомьтесь — лемуры

Древние римляне верили, что души людей, умерших из-за нанесенного им оскорбления, или омраченные тяжкими грехами, не находят последнего прибежища в подземном мире. По ночам он являются в наш мир и мстят живущим. Такие души именовали ларвами, а самыми активными из них считались лемуры. В честь лемуров в определенные дни мая устраивались специальные обряды, именуемые лемуриями.

Когда европейцы столкнулись с удивительным миром Мадагаскара и прилегающих островов в Индийском океане, они обнаружили там многочисленных животных, которых стали именовать «лемурами». В самом деле: животные эти вели ночной образ жизни, глаза их светились в темноте, голоса напоминали плач человека, а сами существа выглядели, как невероятная помесь человека, кошки и медвежонка! Местные жители рассказывая фантастические легенды об этих существах. На Коморских островах считают, что «лемуры молят солнце не палить слишком сильно в течение дня, и это убеждение основывается на поведении самих животных: ощутив на себе первые лучи, они просыпаются, встают на задние лапы и, растопырив передние, наслаждаются утренним теплом». Одни народности Мадагаскара считают лемуров потомками проклятого племени, другие обожествляют лемуров, хоронят их трупы с ритуальными церемониями, а попавших в ловушки животных лечат, а затем выпускают на волю.

В течение многих десятилетий открывали ученые многочисленных представителей лемуров, обитающих на Мадагаскаре. Вот лемур монгоз. В течение первых трех недель после рождения детеныши монгоза висят на брюхе матери, потом переходят на спину, а пятинедельными начинают двигаться самостоятельно. Вот черный лемур, достигающий 70 сантиметров в длину; самки черных лемуров не черные, а рыжие, с белыми волосами на ушках и белыми же «усами». Вот лепилемуры, или резвые лемуры, питающиеся листьями. Самки переносят крохотных младенцев, держа их во рту. Вот микроцебус, или карликовый мышиный лемур, размером с крупную мышь. Вот сифака, или хохлатый индри: когда он встает на задние лапы и поднимает передние, он ростом с невысокого человека. Хвост сифаки почти атрофирован. Зато огромным хвостом, раскрашенным в черно-белую, как у зебры, полоску, обладает катта, кошачий лемур. Он размером с кошку и передвигается по деревьям с лихостью обезьяны. Причем хвост служит своеобразным балансиром во время прыжков с ветки на ветку. Различаются мадагаскарские лемуры также и голосами. Пронзительные крики мышиных лемуров почти не воспринимаются человеческим ухом, ибо основная часть их звукового спектра лежит в области ультразвуков. Зато сифаки обладают могучими голосами.

Зоологи относят лемуров Мадагаскара к нескольким подсемействам, настолько разнятся между собой обитатели одного острова: собственно лемуры, мышиные лемуры, индри, внутри которых опять-таки были выделены группы и подгруппы (например, имеется семь различных видов лепилемуров). Около двухсот лет назад на Мадагаскаре был обнаружен самый удивительный представитель этого семейства — ай-ай, или руконожка. У жителей острова она вызывала суеверный ужас. Представьте себе существо с горящими глазами, круглой головой, на которой торчат уши с голыми ушными раковинами, сосками, расположенными в области паха, и длинным, тонким, подвижным средним пальцем на лапах, напоминающим усохший палец мертвеца. Этим «мертвым пальцем» руконожка орудует всю ночь, доставая различных насекомых из-под древесной коры.

По ископаемым остаткам установлено, что самый крупный лемур обитал на Мадагаскаре несколько тысяч лет назад. Это был так называемый мегаладапис — лемур размером со взрослого человека, передвигающийся на двух ногах — и в то же время обладающий длинным хвостом и огромными круглыми глазами, характерными для всех лемуров, ведущих ночной или сумеречный образ жизни.

<p>Контуры Лемурии

Остров Мадагаскар — настоящее царство лемуров. Здесь и обитает 35 видов! На Коморских островах, между Африканским континентом и Мадагаскаром, обитают два вида лемуров — монгоз и черный маки. Один вид обитал когда-то на Маскаренских островах. Ближайшие родственники лемуров живут в Индии и Юго-Восточной Азии. Еще в 1684 году Жан де Тевено описал живущего на острове Шри-Ланка тонкого лори, зверька с необыкновенно большими глазами, похожего на мадагаскарских лемуров, но почти бесхвостого, имеющего длинные конечности с сильными цепкими пальцами. Позднее знаменитый натуралист и естествоиспытатель Бюффон назвал лори целое семейство, которое вместе с лемурами образует подотряд лемуроидных (а те в свою очередь, является самостоятельной ветвью отряда приматов, к которому относимся и мы, люди).

Тонкие лори живут на юге Индии и на острове Шри-Ланка. В Индии, на острове Калимантан, а также на Индокитайском полуострове обитают их ближайшие родичи — толстые лори. Подобно своему «тонкому» собрату, толстый лори медленно, бесшумно передвигается по ветвям деревьев на четверенькам охотясь за насекомыми. «У этого животного очень длинные шейные позвонки, на седьмом позвонке торчит шиповидный остистый отросток, выступающий на спине, как спрятанный в шерсть рог, — пишет Ж.-Ж. Петтер в статье «Наши родственники — лемуры». — Животное в позе угрозы прижимает голову к брюху и выставляет противнику позвонковый гребень и свою роговую шпору». Помимо насекомых, лори питаются яйцами мелких птиц и даже их птенцами, но в основном их пища растительная (листья и плоды).

О том, что на Африканском материке водятся животные, похожие на мадагаскарских лемуров и южноазиатских лори, европейская наука узнала лишь в прошлом веке. Правда, еще в 1704 году В. ван Босман сообщал о зверьке потто, живущем Западной Африке. Но лишь в 1830 году появилось научное описание этого африканского лори, которое было сделано по нескольким экземплярам, раздобытым в Сьерра-Леоне. В 1859 году в Эдинбург было прислано два зверька из Нигерии. А вслед за тем появились научные работы, из которых явствовало, что открыт новый вид лори: арктоцебус, или калабарский потто (или как называет его местное население, «ангвантибо»).

Наконец, в Африке была открыта еще одна форма лемуроидов, так называемые галаговые лемуры. «Эти маленькие животные покрыты густой шерстью, у них небольшая круглая мордочка, крупные уши и очень большие сближенные глаза. Их длинный хвост помогает им при прыжках», — пишет Петтер.

Тогда же, в прошлом веке, стали складываться основы современной геологии, палеонтологии, палеоантропологии. В ископаемых слоях, относящихся к началу нашей, кайнозойской, эры имеющих возраст 60–70 миллионов лет, были обнаружены костные остатки лемуров, предков современных, причем не только на Мадагаскаре или в Южной Азии, местах их нынешнего обитания, но и в Центральной Азии, Западной Европе и Северной Америке. Лемуры и их родичи оказались не только одним из древнейших видов млекопитающих, но и одним из самых распространенных!

Где была родина лемуров? И почему именно на Мадагаскаре, в относительно однородной природной среде, на одном острове сформировалось такое разнообразие видов лемуров? Как бы ни был велик этот остров, все же его размеры недостаточны, чтобы стать «колыбелью лемуров», — может быть, Мадагаскар лишь часть обширного континента, ныне затонувшего? Впервые это предположение высказал французский исследователь Жоффруа Сент-Илер. Вслед за ним, в середине прошлого столетия, крупный английский зоолог Ф. Склэтер подробно обосновал гипотезу о Лемурии, материке, существовавшем на месте нынешней части Индийского океана, между Индией и Мадагаскаром.

Гипотезу о Лемурии, материке, бывшем родиной лемуров, остатком которого являются Мадагаскар, Маскаренские, Сейшельские, Коморские острова, поддержали, в той или иной мере совершенствуя ее и видоизменяя, француз Эмиль Бланшар, немец Оскар Пешель, англичанин Альфред Уоллес — тот самый Уоллес, которому, наравне с Дарвином, принадлежит честь открытия законов эволюционного отбора.

Первоначально Уоллес горячо поддерживал гипотезу Склэтера о Лемурийском материке, главным доказательством ее правильности считая фауну Мадагаскара. Затем он пришел к выводу, что вряд ли Африка, Мадагаскар, Шри-Ланка, Малакка и Сулавеси соединялись огромным массивом суши. Однако Уоллес допускал существование в Индийском океане затонувших земель, облегчавших связь Индии с Малаккой, с одной стороны, и с Мадагаскаром — с другой. «Если, что весьма вероятно, Лаккадивские и Мальдивские острова являются остатками большого острова или указывают на то, что Индия некогда простиралась далее на запад, — писал он в «Тропической природе», вышедшей в 1891 году, — если, далее, Сейшельские острова, обширная отмель на юго-востоке и группа островов Чагос представляют собой остатки другого, более обширного пространства суши, расположенного в Индийском океане, — то у нас получается сближение берегов этих стран, совершенно достаточное, чтобы объяснить известный обмен летающими формами, вроде птиц и насекомых, препятствующее, однако, обмену млекопитающими».

По мнению французского географа Элизе Реклю, Мадагаскар является остатком затонувшего в Индийском океане материка. «Между тем как океанские острова крайне бедны млекопитающими, Мадагаскар обладает не менее, как 66-ю их видами, чем в достаточной мере и доказывается, что этот остров был некогда материком», — писал Реклю в XIV томе своего капитального труда «Земля и люди», посвященном «океану и океанским землям». Соотечественник Реклю, геолог Э. Ог полагал, что «полуостров Индостан, Сейшельские острова и Мадагаскар представляют собой обломки континента, который занимал место теперешнего Индийского океана (или части его)». После провала этого материка, названного Огом Австрало-Индо-Мадагаскарским, образовалась впадина в восточной части Индийского океана.

Гипотеза о Лемурии находила не только сторонников, но в убежденных противников. Однако лишь исследования океанского дна последних лет принесли данные, позволившие поднять дискуссию о затонувшей «Атлантиде Индийского океана» на новый уровень. «Предположение о существовании Лемурии возникло в 40-х годах прошлого века на том основании, что иначе нельзя было объяснить распространение типичных индийских растений и амфибий (среди них особенно показательны лягушки, которые никак не могли мигрировать морским путем), пресмыкающихся и млекопитающих (например, лемуров или полуобезьян) в Индии, Юго-Восточной Азии и на островах Индийского океана включая Мадагаскар, — пишет советский геолог и палеоантрополог Ю. Г. Решетов. — Долгое время это предположение носило гипотетический характер. Но в последние годы появились геологические данные, позволяющие считать, что такой материк действительно существовал».

В монографии «Природа Земли и происхождение человека (1966) Ю. Г. Решетов, опираясь на факты, добытые океанографией, палеонтологией, палеоантропологией, приматологией, геологией в последние годы, приводит ряд доводов в пользу реальности материка Лемурии. Лемурия сыграла очень важную роль в становлении древнейшего человечества, ибо она была колыбелью приматов, — таковы выводы этого исследователя. Но прежде чем обратиться к ним, давайте сделаем небольшой экскурс прошлое, в эпоху, пограничную между двумя эрами — эрой ящеров, мезозойской, и эрой млекопитающих, современной кайнозойской эрой.

<p>Гибель «завров» и триумф «териев»

«Планета ящеров» — такой была Земля сто миллионов л назад. Ящеры господствовали на суше: закованный в костяную броню стегозавр, величиной превосходящий слона, мозг которого был не больше, чем у котенка; трицератопс с головой, составляющей треть всего тела (но немногим умнее стегозавра); ходящий на двух лапах шестиметровый цератозавр с рогом на носу; бронтозавр, длиной до 18 метров и весом свыше 20 тонн; диплодок, чья длина — с хвостом — достигала 27 метров. Под стать этим травоядным исполинам были и хищники во главе с тиранозавром-рексом (греческое «заурос» означает «ящер», латинское «рекс» — это «царь», слово «тиран» в переводе не нуждается. Это самое большое изо всех когда-либо живших на Земле хищных существ: его пасть была длиной в метр, зубы, загнутые назад, в 15 раз превосходили величиной человеческие, весил он больше, чем слон, передвигался на двух ногах и мог бы достать головой окна нынешнего четырехэтажного дома (однако мозг этого «тираноящера-царя» весил 500 граммов, т. е. столько, сколько весит мозг новорожденного ребенка).

Ящеры завоевали море: ихтиозавр, «рыбоящер» с зубами крокодила, мордой дельфина, плавниками кита, хвостом рыбы и головой ящерицы; плезиозавр, у которого были ласты тюленя, длинная змеиная шея и голова змеи (подобно тюленям, плезиозавр мог выползать на берег); владыка морей мозозавр, ловкий и гибкий, как змея, имеющий в длину 12–14 метров и вооруженный зубами, способными раздробить панцирь черепахи.

Воздушный океан также покорился ящерам. Властелином его стал птеранодон, тело которого обладало самыми совершенными аэродинамическими свойствами.

И вот все эти страшилища, летающие, прыгающие, плавающие, бегающие, вымерли. Вымерли очень быстро, а если мерить время масштабами геологии и эволюции жизни на Земле, почти мгновенно. Почему? Более двух десятков гипотез предложили ученые, пытаясь объяснить гибель ящеров. Тут и «дрейф материков», и внезапное похолодание, и расширение Земли, и эпидемия, и эволюционный тупик, в который зашли сверхспециализированные ящеры, и процессы бурного горообразования, и смена растительного мира, и конкуренция млекопитающих и, напротив, отсутствие конкуренции (а, стало быть, и естественного отбора), и скачкообразное повышение солености Мирового океана, и вспышка сверхновой звезды, облучившей биосферу губительными для «завров» космическими лучами, и несовершенство способа размножения… Как бы то ни было, ящеры, «завры», во главе с «ужасными ящерами», динозаврами, вымерли, а властелинами Земли стали «терии», млекопитающие звери.

Гибель «завров» остается загадкой и по сей день. Почти столь же загадочным представляется и неожиданный «взлет» млекопитающих. На историческую арену, в кайнозойскую эру, они вступают в развитых формах, видах, специализированных отрядах. Сложиться все эти разновидности могли лишь за многие миллионы лет развития. Где же были млекопитающие в эпоху царствования ящеров? Где находится их колыбель?

Находки остатков млекопитающих в слоях мезозойской «эры ящеров» очень редки. В древнейших же слоях нынешней, кайнозойской эры есть несколько самостоятельных отрядов «териев»: сумчатые, насекомоядные, лемуры, грызуны, древние хищники — креодонты, древние копытные — кондиляртрии, имевшие много признаков хищников, и другие отряды.

Разумеется, такому многообразию должна была предшествовать длительная эволюция. Где она происходила? Дж. Т. Грегори в статье «Позвоночные животные в геохронологической шкале» высказал предположение, что длительная эволюция млекопитающих проходила в течение всей мезозойской «эры ящеров» где-то вне хорошо изученных континентов, к которым можно отнести Европу, Северную Америку, Азию, Африку. Но, с другой стороны, следует исключить из кандидатов на «колыбель млекопитающих» Австралию и Южную Америку. В Австралии обитает только одна разновидность млекопитающих — сумчатые, все другие отряды развиться тут, стало быть, не могли. Млекопитающие Южной Америки очень специфичны, причем среди них нет лемуров — ни ископаемых, ни «полуископаемых», ни живых (зато есть «самое необычное животное современности», ленивец, его «полуископаемый» родич, гигантский ленивец милодон, длиной в шесть метров и высотой превосходивший слона, который вымер несколько тысяч, а то и сотен лет назад).

Из материков, существующих ныне, остается Антарктида. Здесь, как показывают исследования последнего времени, в течение многих сотен миллионов лет существовала пышная растительность и обитали различные виды примитивных ящеров (вспомните листрозавра и лабиринтодонта, о которых мы говорили в связи с «гондванским комплексом»). Быть может, климат Антарктиды был все же более суровым, чем на остальных материках? Если это так, то теплокровные млекопитающие имели преимущества перед ящерами. В Антарктиде они заняли господствующее положение, тут сформировались различные их отряды и отсюда, в ту эпоху, когда шестой континент соединялся «мостом» суши с Южной Америкой, млекопитающие двинулись покорять остальные пять материков.

Однако камнем преткновения для этой интересной гипотезы являются все те же лемуры. — Ископаемые лемуры найдены Африке, Европе, Азии, Северной Америке, но в Южной Америке их до сих пор не удалось найти. А ведь именно на территории Южной Америки должны были вступить млекопитающие, покидая свою «колыбель», Антарктиду (да и на территории самой Антарктиды не найдено остатков древних млекопитающих; впрочем, ледяной материк еще слишком мало изучен, — вспомните недавнюю находку в его недрах костей лабиринтодонта!).

Быть может, гипотеза о «лемурийской колыбели» поможет решить загадку происхождения высших млекопитающих?

<p>От ящера к лемуру

Млекопитающие существовали на протяжении всей «эры ящеров». И за все сто пятьдесят с лишним миллионов лет мезозойской эры ни одному млекопитающему не удалось перерасти даже бобра. Это были маленькие, размером с мышь, животные, сохранявшие черты не только своих «предков», ящеров, но и земноводных, «предков ящеров».

В Австралии дожил до наших дней потомок древнейших млекопитающих — яйцекладущее млекопитающее утконос. Подобно ящерам, он откладывает яйца, а затем выкармливает молоком вылупившегося из яйца детеныша. Точно так же ведет себя другое «живое ископаемое» Австралии — ехидна.

Следующий шаг был сделан сумчатыми. Детеныши сумчатых животных рождаются недоразвитыми, а дальнейшее их созревание происходит в материнской «сумке» в течение нескольких месяцев. Типичный пример тому — кенгуру. Животное размером со взрослого человека рождает кенгуренка длиной… в три сантиметра. А затем в течение восьми месяцев носит его в своей «сумке», пока крохотный детеныш не превратится в зверька, способного вести самостоятельный образ жизни.

Австралию недаром называют «страной сумчатых». Ибо здесь отряд сумчатых, оказавшись в полной изоляции от остального животного мира, в течение 50 миллионов лет проделал путь эволюции, параллельный пути остальных млекопитающих на других континентах. В Австралии есть сумчатые белки и сумчатые кроты, сумчатые муравьеды и сумчатые волки, сумчатые крысы и сумчатые кролики, вернее, кроликоподобные существа. Но не «путь сумчатых» оказался магистральным путем развития млекопитающих, а путь так называемых плацентарных.

Первые плацентарные млекопитающие были насекомоядными. Они, в свою очередь, происходили от древнейших сумчатых, пантотериев. Плацентарные млекопитающие были более приспособлены к борьбе за существование, чем сумчатые и яйцекладущие, поэтому они вытесняли их отовсюду, со всех материков: лишь в Австралии сохранились яйцекладущие и расцвели сумчатые (ибо здесь не было высших млекопитающих), да кое-где на других материках доживают свой век последние из сумчатых — например, американские опоссумы. От примитивных насекомоядных около сотни миллионов лет назад произошли и первые приматы, родословное древо которых венчает «хомо сапиенс» — человек.

Представление о древнейших приматах дают тупайи — небольшие, похожие на белок зверьки, обитающие и по сей день в Индии и Юго-Восточной Азии. Тупайи еще настолько похожи на обыкновенных насекомоядных, что специалисты до сих пор ведут спор о том, куда их отнести — к приматам или насекомоядным. Впервые тупайю описал врач У. Эллис в 1780 году. Но лишь в XX веке было доказано родство тупайи и лемуров.

Лемуры входят в подотряд просимий, или полуобезьян, наряду с другим подотрядом — антропоидов. Антропоиды — это обезьяны, которых знаменитый античный врач, анатом и физиолог Клавдий Гален называл «смешными копиями» людей, и мы, люди.

<p>Колыбель приматов?

Около ста миллионов лет назад нынешние острова Мадагаскар, Маскаренские, Коморские, Сейшельские были объединены в общий массив суши. Возможно, что эта суша соединялась «мостом», находящимся на месте нынешнего Аравийско-Индийского хребта, с другим массивом суши, объединявшим полуостров Индостан, остров Шри-Ланка, Мальдивский и Лаккадивский архипелаги. Индостан же был отделен от остальной Азии средиземным морем Тетис, располагавшимся на месте теперешних Гималайских гор. Таким образом, вся эта суша являлась огромным островом-материком Лемурией, большая часть которого сейчас покоится на дне Индийского океана.

Лемурия лежала между двумя тропиками — Козерога и Рака и, естественно, климат здесь был тропический. Там, где горные гряды не позволяли влажным массам морского воздуха проникать в глубь материка, образовывались саванны. Здесь, главным образом в южной части Лемурии, развились гигантские нелетающие птицы, чьи потомки дожили на островах, обломках затонувшего материка, почти до наших дней. Вспомните трехметрового эпиорниса Мадагаскара и дронта Маскаренских островов. Помимо дронта на Маскаренских островах существовали и другие виды нелетающих птиц, например, водяная курица, ростом превосходившая человека.

Но основная часть Лемурии была покрыта влажными тропическими лесами, напоминающими те, что сейчас существуют в Юго-Восточной Азии. Тут наряду с яйцекладущими и сумчатыми появился новый отряд насекомоядных — небольшие зверьки, жившие на деревьях. Из Лемурии эти зверьки попали в Азию, где оказались в самых разнообразных экологических условиях. Приспосабливаясь к ним, они дали начало всем высшим млекопитающим, причем важнейшим центром их эволюции стала Центральная Азия.

Однако на территории самой Лемурии и прилегающей к ней Индии, покрытых густыми тропическими лесами, древние насекомоядные продолжали жить на деревьях. «Все более и более приспосабливаясь к лазанью по ветвям деревьев и лианам, эти зверьки в конце концов приобрели развитые пятипалые хватательные конечности. Быстрое перепрыгивание с ветки на ветку в погоне за насекомыми усовершенствовало их зрение, а употребление в пищу съедобных растений изменяло биохимию организма. Некоторые из подобных зверьков стали передвигаться прыжками при более вертикальном положении туловища, и их задние конечности сделались более мощными и длинными, — пишет Ю. Г. Решетов в монографии «Природа Земли и происхождение человека». — Так, между 100 млн. и 70 млн. лет назад и возникли пер вые приматы… От них началась все ускорявшаяся во времени эволюция, приведшая к появлению разумной жизни на Земле». Произошло это уже в новой и последней эре геологической истории нашей планеты — кайнозойской.

Современные тупайи, питающиеся насекомыми, живущие на деревьях или в кустарнике, умеющие прыгать, бегать по земле и лазать по деревьям, лучше всех сохранили черты древнейших приматов. Но уже в начале кайнозойской эры существовала и другая разновидность приматов. Потомки ее обитают ныне в тропических лесах Индонезии и Филиппинского архипелага и называются долгопятами. Внешне они напоминают тушканчиков. У долгопятов огромные глаза (характерная черта животных ведущих ночной образ жизни), очень длинные задние конечности и очень короткие передние. Череп у долгопятов округлый и голова напоминает скорее человеческое лицо, украшенное большими очками, чем звериную мордочку. У долгопятов, так же как у лемуров, обезьян и людей, стереоскопическое зрение (глаза расположены впереди, на лицевой части черепа, что дает схождение зрительных осей обоих глаз). По земле долгопяты передвигаются «по-человечески», на двух задних «ногах», держа туловище в вертикальном положении.

Но совершенно «нечеловеческой» деталью в строении долгопятов является длиннющий хвост. Он служит им и опорой при сидении, и рулем, а также противовесом, когда они с необычайной ловкостью перепрыгивают с ветки на ветку.

Английский биолог и анатом Фредерик Вуд Джонс в 1916 году выдвинул идею, согласно которой именно долгопяты, а не человекообразные обезьяны являются предками человека. Ведь предков долгопятов, передвигающихся на двух ногах, мы находим в слоях, относящихся к началу кайнозойской эры, — именно они первыми из приматов «встали на ноги». Все же черты сходства между людьми и человекообразными обезьянами, по мнению Вуда Джонса, являются результатом параллельного развития, а не кровного родства.

Однако подавляющее большинство антропологов и представителей других наук отвергло гипотезу Вуда Джонса: слишком уж далеки друг от друга мы и хвостатые, большеглазые долгопяты, имеющие размеры крысы. Не насекомоядные тупайи или долгопяты, а третья ветвь древних приматов, употребляющих в пищу, помимо насекомых, плоды, ягоды, растения, — лемуры, или полуобезьяны, также сформировавшаяся в начале кайнозойской эры, дала начало обезьянам. Где, когда и как происходил процесс превращения «полуобезьян» в «полных обезьян»? Существует несколько гипотез, объясняющих это превращение. Мы остановимся лишь на одной, связанной с темой нашей книги, — на гипотезе о затонувшей земле Лемурии.

<p>«Лемурийская Одиссея»

Лемурия была колыбелью первых приматов. И если тупайю, так же как ее предков, легко отличить от всех остальных приматов, полуобезьян, обезьян, людей, то формы ископаемых лемуров, долгопятов, обезьян различаются не так-то просто. Вот, например, несколько находок, сделанных на юге Западной Европы. Так называемые геснеропитеки, жившие там 40–50 миллионов лет назад, имеют черты лемуров, долгопятов и руконожек. На южном склоне Пиренейских гор, в Каталонии, был найден удивительный примат, живший спустя несколько миллионов лет после геснеропитеков. По размерам он не уступал крупному шимпанзе, передвигался на двух ногах, а между тем устройство его зубов говорило о том, что это не человекообразная обезьяна, а лишь гигантский лемур, «собрат» мадагаскарского мегалодописа. В 1947 году в Нижнем Эльзасе (Франция) были найдены остатки примата, жившего тут около 50 миллионов лет назад. Его строение имело много общего как с лемурами, так и с мартышкообразными обезьянами, — и по сей день ученые не решили, к лемурам или к обезьянам отнести этого древнего примата.

Итак, — стартовав из своей колыбели, Лемурии, древние приматы начали постепенно завоевывать другие континенты. Остатки млекопитающего, представляющего собой промежуточную форму между насекомоядными и приматами, обнаружены в провинции Ганьсу (Китай) и имеют возраст порядка 60–70 миллионов лет. Спустя несколько миллионов лет примитивные приматы так называемые анаптоморфиды, появились в Северной Америке. Они имели черты, сближающие их и с тупайями, и с лемурами, и долгопятами (большие, как у долгопятов, глаза не имели стерескопического зрения, как у тупай, и т. п.). Ученые насчитывай 18 различных родов анаптоморфид, обитавших в Северной Америке. И еще 10 родов анаптоморфид обитало в Западной Европе.

Общими для Северной Америки и Западной Европы были так называемые адаписы, небольшие по размерам приматы. Но если в Америке они питались насекомыми и растениями, то в Европе они порой становились конкурентами хищников (а это — яркое свидетельство того, что в лесах той поры, отделенной от нас 40 миллионами лет, европейским приматам не хватало плодов и другой растительной пищи). «Вполне вероятно что близкие европейским адаписам, но менее специализированные формы примитивных приматов попали на Мадагаскар и в Восточную Африку из Лемурии. Ведь предки современных мадагаскарских лемуров, еще сохранившиеся до наших дней, и некоторых полуобезьян Африканского континента по происхождению связаны с лемурами Южной Азии, а следовательно, и с Лемурией, — пишет Ю. Г. Решетов, излагая доводы в пользу «лемурийской колыбели» приматов. — А происхождение какой-либо одной систематической группы, хотя бы и крупной по рангу, от двух разных предков невозможно. Да и сами американско-европейские древние приматы, видимо, имели центр возникновения в азиатско-лемурийском районе».

Но возникнув в Лемурии и попав в Северную Америку, древние приматы нашли там как бы «вторую колыбель» — отсюда из Нового Света, происходит большинство известных нам видов ископаемых приматов — ископаемых, ибо ни один из этих вида не смог выжить ни в Северной Америке, ни в Западной Европе до наших дней. Примерно 40 миллионов лет назад здесь полностью вымерли все примитивные приматы, все эти анаптоморфиды, геснеропитеки, адаписы, некролемуры, псевдолори, микрохерусы и т. д., и т. п. Иными были пути приматов Южной Азии.

<p>Индо-Лемурия

Родство фауны и флоры Индии, Мадагаскара, Маскаренских, Коморских и Сейшельских островов служит одним из веских аргументов в пользу гипотезы о Лемурии. Но те же данные фауны и флоры говорят, что материк в Индийском океане, если он существовал, не был все время цельным «монолитом»; много миллионов лет назад начался его распад, началась гибель Лемурии.

Некоторые виды лягушек и пресмыкающихся, общие для Индии и Сейшельских островов, не водятся на Мадагаскаре. Значит, этот остров был изолирован от Лемурии с севера. Отделились друг от друга, примерно 60 миллионов лет назад, Мадагаскар и Маскаренские острова.[3] В ту эпоху, когда из примитивных приматов формировались обезьяны, Мадагаскар был уже изолированным островом. Вот почему он и поныне является «царством лемуров», но сюда не проникли обезьяны, сформировавшиеся, согласно Ю. Г. Решетову, из среды южноазиатско-лемурийских низших приматов 50 миллионов лет назад. Происходило это в северной части Лемурии, или Индо-Лемурии, северо-восточной оконечностью которой был полуостров Индостан.

Во второй половине палеоцена, периода, открывающего нашу, кайнозойскую эру, Индо-Лемурия была отделена от Юго-Восточной и Центральной Азии морем. Индо-лемурийские примитивные приматы в отличие от своих европейских и североамериканских родичей — древних лемуров и долгопятов — развивались в изоляции.

«В Лемурии по-прежнему широко распространялись тропические дождевые леса, в составе которых количество плодовых и других съедобных растений было бóльшим, чем в южной, а тем более в северной растительных зонах северных континентов. Поэтому условия обитания насекомоядных млекопитающих Лемурии оказались намного благоприятнее для использования в пищу наряду с насекомыми и мелкими животными различных частей растений. Обилие и многообразие пищи способствовало процветанию приматов и, внося в их организм химически разнообразные вещества, могло стимулировать развитие мозга, вызванное приспособлением к передвижению по стволам, ветвям и лианам с помощью лазанья, беганья и прыжков. Разнообразные способы передвижения и развитие дневного образа жизни (днем легче отыскивать наиболее питательные растения), усилившего подвижность древнейших примитивных лемурийских приматов, привели к формированию конечностей с противопоставляющимся большим пальцем, способствовавшим лучшему захвату и обхвату ветвей. Развитие еще более сильной подвижности кистей и ступней и усложнение их движений были связаны с разделкой плодов, орехов, луковиц».

Читатель, надеюсь, простит за длинную цитату, взятую из монографии Ю. Г. Решетова «Природа Земли и происхождение человека», — но кто, кроме самого автора гипотезы, лучше всего объяснит ее?

Итак, Лемурия была колыбелью не только примитивных приматов, вроде долгопятов и лемуров, затем распространившихся в Европе и Северной Америке, давших десятки разновидностей, и в конце концов бесславно вымерших, но и древнейших обезьян. Быть может, этот гипотетический материк был колыбелью и обезьян человекообразных и даже «хомо сапиенса»?

<p>Глава четвертая <p>Адам явился из Лемурии
<p>Спор материков

Дарвин первым высказал мысль о том, что ближайшими предками «хомо сапиенса» были обезьяны, жившие в третичный период, миллионы лет назад, и сделал попытку более точно определить место рождения первого человека. Он исходил из того, что «во всякой большой области Земли ныне живущие млекопитающие бывают весьма сходны с вымершими видами той же области. Поэтому вероятно, что Африка была первоначально населена вымершими обезьянами, весьма близкими к горилле и шимпанзе, а так как эти два вида в настоящее время самые близки родичи человека, то предположение, что наши древние родоначальники жили на африканском, а не на каком-либо другом материке становится до некоторой степени вероятным».[4]

Однако по мере того, как увеличивалось число находок ископаемых обезьян третичного периода (Дарвину была известна лишь одна, дриопитек, «древесная обезьяна», останки которой были найдены в 1856 году во Франции), росло и число претендентов на то, чтобы считаться колыбелью «человека разумного». В споре приняли участие семь материков — пять из шести ныне существующих и два гипотетических — Атлантида и Лемурия. Считать прародиной человечества Австралию осмеливались лишь немногие ученые. Ведь практически никаких доказательств в пользу «австралийской колыбели» нет. Ссылались на «древний облик» австралийцев, которые, дескать, и являются древнейшими людьми планеты, отсюда двинувшимися заселять остальные материки. Но на Австралийском материке не водятся обезьяны, не найдено и каких-либо ископаемых останков обезьян или древних людей.

Карта распространения дриопитеков в Старом Свете, от Франции до Китая.

Места находок дриопитеков обозначены кружками.

Гораздо больше усилий потребовалось, чтобы исключить из списка материков — претендентов на право называться «колыбелью человечества» Новый Свет. О находках в Северной Америке ископаемых приматов, родственников нынешних долгопятов и лемуров, мы уже говорили. В Южной Америке водятся обезьяны. Однако относятся они не к человекообразным, а к низшим обезьянам. В течение двух столетий в печати появлялись сенсационные сообщения о «потрясающих открытиях» в Новом Свете, но в эти сенсации оказывались фальшивками, плодами недоразумения, ошибки, а порой и сознательной мистификации. «Возможность находки зуба человекообразной обезьяны в Северной Америке маловероятна сама по себе, потому что таких обезьян там, очевидно, никогда и не было, — пишет профессор М. Ф. Нестурх. — Американские обезьяны не являются предками человека». И пока не найдено доказательств, все гипотезы происхождения человечества (или только индейцев Америки) от «американских обезьян» справедливо считаются необоснованными.

Древнегреческий философ Платон, повествуя об Атлантиде, говорит, что атланты возникли независимо от остального человечества. Легендарный материк в Атлантике различные исследователи считали то «колыбелью хомо сапиенса», то родиной «кроманьонской расы», то «мостом» древнейшего расселения человечества. Мы не будем воспроизводить здесь, в книге, посвященной загадкам Индийского океана, дискуссию об Атлантиде, длящуюся 25 веков. Отметим лишь, что подавляющее число антропологов не принимает всерьез гипотезу об Атлантиде — прародине человечества.

В Европе, так же, как в Северной Америке и Австралии, нет обезьян. Однако мы уже говорили, что около 40 миллионов лет назад в Западной Европе еще были многочисленные древние лемуры и долгопяты. Но более развитые приматы, обезьяны, населяли Европейский континент и в более поздние эпохи. Некоторые из них могли быть в числе предков «хомо сапиенса». Особые споры вызвали так называемые ореопитеки. Зубы этих существ были впервые найдены в 1872 году в итальянской провинции Тоскана, в слоях, имеющих возраст 10–12 миллионов лет. В 1908 году под Тирасполем, в Молдавии, были также обнаружены зубы ореопитека. Тридцать лет спустя в Австрии были обнаружены локтевая и плечевая кости человекоподобной обезьяны, получившей наименование австриакопитек, т. е. «австрийская обезьяна». Позднее удалось доказать, что это — своеобразная разновидность ореопитеков. Наконец в 1958 году на юге Тосканы в слоях бурого угля на глубине 180 метров был обнаружен почти целиком сохранившийся скелет ореопитека, что позволило ученым реконструировать облик этого существа.

Ореопитеки ходили на двух ногах, длина их тела равнялась 130–140 сантиметрам, т. е. как у шимпанзе средних размеров, лоб был покат и надглазничный валик был развит еще более сильно, чем у шимпанзе; однако лицевой отдел выступал вперед меньше, чем у нынешних человекообразных обезьян, оно было больше похоже на лицо человека, чем на звериную морду… Не было ли это существо той формой человекообразных обезьян, от которых и произошел род людской, первым «Адамом»?

Некоторые исследователи считают, что это именно так. Немецкий антрополог Г. Шефер окрестил ореопитека «третичным человеком», а его коллега Г. Хеберер назвал его одной из ветвей эугоминид — «ранних людей». Однако другие антропологи, на основании изучения зубов ореопитеков, относят их даже не к человекообразным обезьянам, а к низшим, типа мартышек. Третья точка зрения примиряет крайности; ореопитеки были боковой, тупиковой ветвью развития человекообразных обезьян. Когда климат в Европе стал меняться, исчезли тропические и субтропические леса, ее покрывавшие, и ореопитеки, «европейские шимпанзе», вымерли. Не они, а какая-то другая ветвь человекообразных обезьян дала начало «хомо сапиенсам».

Африка и Юго-Восточная Азия — вот места, где и по сей день живут человекообразные обезьяны. В Африке и в Азии прежде всего искали ученые предков древнейшего человека.

<p>Азия — Африка, Африка — Азия…

В лесах Юго-Восточной Азии и на островах Индонезийское архипелага — Яве, Суматре, Калимантане — живут гиббоны) Ископаемые остатки гиббонов найдены в Азии, Европе, Африке Но наиболее древние находки относятся к тем районам, где поныне обитают гиббоны, причем они на добрые 10–15 миллионов лет старше найденных скелетов других предков человекообразных обезьян: горилл, шимпанзе, орангутанов. По мнению некоторых ученых, от общего ствола человекообразных обезьян раньше всего отделились предки гиббона и человека, а впоследствии этот общий предок дал начало ветви «сапиенсов», с одно стороны, и ветви гиббонов — с другой.

Значит, родина человечества — Юго-Восточная Азия? Одна данные сравнительной зоологии говорят о том, что именно гиббоны изо всех человекообразных обезьян стоят дальше всех от человека. Они являются скорее переходной формой от низших обезьян к обезьянам высшим, человекообразным…

Гигантом среди всех обезьян является горилла. И не только по размерам и по весу (отдельные самцы горилл достигают двухметрового роста и 200–300 килограммов веса!), но и по объему мозга. Вес мозга у горилл порой доходит до 650–750 граммов, т. е. приближается к весу человеческого мозга. Устроен мозг гориллы сложнее, чем у шимпанзе, орангутанов, а тем более гиббонов (у последних вес мозга всего лишь 100–115 граммов). Значит ли это, что горилла — ближайший родич человека и наша прародина находится, как предполагал еще Дарвин, в Африке? Так считали известный антрополог Артур Кизс и его не менее известный коллега Франц Вейденрейх.

Однако, как утверждает М. Ф. Нестурх, череп гориллы, снабженный мощными гребнями, «уводит этого гигантского антропоида и его ближайших предков в сторону от человеческой родословной». Некоторые ученые выдвигали гипотезу о том, что люди произошли от орангутанов, обитающих в джунглях Суматры и Калимантана. Но «длиннорукий орангутан должен быть отведен из числа ближайших сородичей человека из-за множества особых черт специализации, — пишет Нестурх. — В облике шимпанзе проглядывают черты гораздо меньшей специализации. Черты поразительного сходства между шимпанзе и человеком подмечены в строении больших полушарий мозга. У шимпанзе нет столь сильных половых различий между самцами и самками, как у горилл или же у орангутанов». Многие антропологи считают, что у шимпанзе и человека был общий предок. Известный антрополог и палеонтолог У. К. Грегори даже назвал шимпанзе «живым ископаемым», считая, что это — последний представитель некогда большой семьи дриопитеков, прежде широко распространенных в Азии, Африке, Европе.

И все-таки дриопитеки, предки шимпанзе, да и других человекообразных обезьян, были, в соответствии со своим наименованием, прежде всего «древесными обезьянами», они жили на деревьях и лишь изредка спускались на землю в поисках пищи. Так поступает и «живое ископаемое», шимпанзе. А предок человека произошел, по мнению большинства антропологов и приматологов, от другой разновидности человекообезьян. Родство с шимпанзе здесь всего лишь косвенное, а не прямое.

Но ведь помимо находок ископаемых человекообразных обезьян есть еще и находки ископаемых древнейших людей и питекантропов, «обезьянолюдей», представляющих собой переходную стадию от обезьяны к человеку. Впервые мысль о том, что «обезьянолюди» должны быть найдены при раскопках слоев, относящихся к третичному периоду, высказал Эрнст Геккель, один из крупнейших естествоиспытателей XIX столетия. Геккель назвал это гипотетическое существо питекантропом (от греческих «питекос» — обезьяна и «антропос» — человек). В 1891 году молодой голландский врач Е. Дюбуа находит останки получеловека-полуобезьяны. Открытие это сделано на острове Ява, в долине реки Соло, у деревушки Триниль.

«Найденные господином Дюбуа останки несомненно принадлежат той вымершей ныне промежуточной группе между человеком и обезьяной, которой я, как гипотетически существовавшей, еще в 1866 году дал название «питекантропус». Находка Дюбуа и есть то «недостающее звено» в цепи высших приматов, которое так долго искали», — говорит Геккель на IV Международном зоологическом конгрессе в Кембридже в 1898 году. В двадцатые годы нашего столетия в 40 километрах к юго-востоку от Пекина палеонтологи раскапывают останки «китайского человека», синантропа, формы обезьяночеловека, близкой яванскому питекантропу, но более молодой и более «очеловеченной». Казалось бы, все эти факты убедительно говорят о том, что именно Азия является «колыбелью человечества»…

Но в те же двадцатые годы в десятке тысяч километров от Явы, в Южной Африке, открывают еще более примитивное, чем питекантроп, существо — австралопитека, или «южную обезьяну». Вслед за тем австралопитеков находят в той же Южной Африке в тридцатые и сороковые годы. В распоряжении ученых остатки скелетов, более десятка черепов и свыше двухсот зубов австралопитеков. Это позволяет им выделить целое семейств «австралопитековых», этого «связующего звена между высшим обезьянами и одним из низших типов человека», как назвал «южных обезьян» один из лучших в мире знатоков их профессор Роберт Брум. А число находок продолжает расти: австралопитеки обнаружены в Восточной Африке. Значит, здесь, а не в Азии был сделан решающий шаг от обезьяны к человеку? Ведь «южные обезьяны» уже не жили на деревьях, а передвигались на двух ногах и пользовались палками, камнями, обломками костей животных в качестве орудий и оружия…

Однако в свете последних изысканий антропологов, палеонтологов и приматологов выясняется, что и австралопитек не последнее звено в цепи эволюции, не он является «последней обезьяною и одновременно «первым прачеловеком». Таким существом, по мнению современных ученых, является так называемый рамапитек. Найден же он не в Африке, а в Индии.

<p>Рамапитек с холмов Сивалика…

Между Пакистаном и северо-западом Республики Индия проходят горные хребты — Сиваликский и Соляной кряж. Еще в 1878 году геолог В. Теобальд сообщал, что в этом районе имеются останки человекообразных обезьян. Сообщение это подтвердили дальнейшие исследования. В холмах Сивалика и во многих местах Соляного кряжа было обнаружено множество костей, челюстей, черепов обезьян, живших здесь в течение миллионов лет на протяжении третичного периода. Понадобилось несколько десятков лет, чтобы сгруппировать находки, выделить различные виды обезьян Сивалика, провести их научную классификацию.

Здесь обитали сивапитеки — человекообразные обезьяны, соединявшие черты орангутанов, горилл и шимпанзе, причем преобладающими были в их облике «орангутановые» черты. Вот почему сивапитеков считают ныне прямыми предками орангутанов. Дриопитеки, жившие когда-то в Европе (последние дриопитеки исчезли там, на территории нынешнего Вюртемберга, около 5 миллионов лет назад), обитали и в Индии. Одного из индийских дриопитеков антропологи считают единственной человекообразной обезьяной, которую можно было бы поставить в основание современного рода горилл. Однако не эти виды индийских обезьян более всего заинтересовали ученых.

В районе Соляного кряжа был обнаружен коренной зуб огромных размеров, сравнимый лишь с зубом крупнейшей из живущих ныне человекообразных обезьян, горной гориллы (ее габариты: 2 метра роста, до 300 килограммов веса!). Крупнейший специалист в мире по гигантским человекообразным обезьянам и один из известнейших антропологов и палеонтологов Ральф Кенигсвальд, изучив находку, пришел к выводу, что обнаружен новый вид — индопитек («индийская обезьяна»), который является родоначальником линии гигантских обезьян, гигантопитеков, когда-то широко распространенных в Азии. По мнению некоторых антропологов, рост гигантопитеков достигал трех и даже четырех метров, а вес 500 килограммов — это были самые крупные из когда-либо существовавших приматов.

Немецкий антрополог Франц Вейденрейх в течение многих лет доказывал гипотезу, согласно которой предками человека были вымершие гигантские человекообразные обезьяны. Если это так, то индопитека следует считать непосредственным предком человека (помимо зуба ныне антропологи располагают еще и почти полной нижней челюстью индопитека, найденной весной 1968 года в Сиваликских холмах и имеющей возраст порядка 5–6 миллионов лет). Однако большинство ученых считает, что гигантские человекообразные обезьяны были слишком специализированной, «тупиковой» ветвью эволюции, что и привело к их вымиранию. В начале же нашей, человеческой, ветви лежит рамапитек, остатки которого были впервые найдены в Сиваликских холмах в тридцатых годах нашего столетия.

Слово «рамапитек» означает «обезьяна Рамы», легендарного героя индийского эпоса, который с помощью обезьяньего войска сумел сокрушить царство злых демонов — ракшасов. Американский ученый Дж. Э. Льюис, много лет изучавший ископаемых обезьян Индии и открывший рамапитека, так описывает свою находку: «Маленькие и изящные челюсти и зубы. Челюсти короткие. Зубы приближаются к человеческому типу… Резцы относительно невелики. Клыки очень малы». Рамапитек жил примерно 14—8 миллионов лет назад, и, вероятнее всего, именно в этот период был сделан решающий шаг, отделивший «древесных» человекообразных обезьян от тех, что стали нашими предками, хотя у рамапитека было больше обезьяньих, чем человеческих черт. Подобно некоторым популяциям шимпанзе, он, по-видимому, жил в редколесье и, опять-таки как шимпанзе, вероятно, все еще проводил часть времени на деревьях… «Однако в отличие от шимпанзе, питающегося преимущественно грубыми плодами диких деревьев, рамапитек начал употреблять в пищу такие твердые, но питательные продукты, как орехи, семена и жесткие корни, — пишет американский антрополог Уильям Хауэлс. — Это предположение основывается на том, что зубы его покрыты более толстым слоем эмали, чем у современных человекообразных обезьян, и носят следы значительной стертости. Рамапитек, видимо, для разжевывания пищи пользовался больше коренными зубами, чем передними, отсюда и укороченность лицевого отдела». У обезьян, в том числе человекообразных, лицевая часть выдается вперед. У человека — и у рамапитека! — лицо вперед не выступает (недаром же рамапитека именуют еще бревирострис, т. е. «короткомордый»).

Первоначально находка останков рамапитеков не привлекала особого внимания ученых, он числился в ряду других ископаемых обезьян, как ничем особо не выдающийся представитель. И лишь в свете последних открытий стало ясно, что именно рамапитеки находятся в центре великой «развилки», примерно 10 миллионов лет назад разделившей человекообразных обезьян и «гоминид», непосредственных предков человека. И, что самое удивительное, осознать значение открытия в Сиваликских холмах помогли открытия, сделанные на другом материке — в Восточной Африке, в той ее части, которая раздроблена грандиозной системой разломов, именуемой рифтовой системой.

<p>…и «хомо хабилис» из рифта Грегори

В конце прошлого столетия английский геолог Дж. В. Грегори описал характерные формы рельефа Восточной Африки — глубокие долины с плоским дном и крутыми бортами, представляющие собой как бы огромные, узкие трещины в земной коре, напоминавшие щели. Грегори и назвал их рифтами (английскому «рифт» в русском языке лучше всего соответствует слово «щель»). От низовий реки Замбези начинается Восточно-Африканская рифтовая система и тянется более чем на четыре тысячи километров к северу, вплоть до Аденского залива, в районе озера Виктория, лежащего под экватором, разделяясь на две ветви, Западную и, Восточную, которые словно клешни охватывают это пресноводное озеро-море. Восточная ветвь, в свою очередь, делится на Эфиопский и Кенийский рифты. Последний еще называют, в честь его первооткрывателя, рифтом Грегори. Вот здесь-то, на территории, занятой рифтом Грегори, и в прилегающих районах, и были сделаны открытия останков древнейшего человека, после чего «фактически все существующие ныне учебники безнадежно устарели». Слова эти принадлежат главному инициатору поисков в районе Кенийского рифта, Луису Лики, которого по праву причисляют, к крупнейшим антропологам нашего века.

В течение четырех десятков лет неутомимый исследователь вел поиски древнейших человекообезьян и людей, а после смерти ученого эстафету принял его сын, Ричард Лики. Вслед за Лики в районе Кенийского рифта и соседнего с ним Эфиопского, на территории Кении, Танзании, Эфиопии ведут поиски экспедиции американских и французских исследователей. И сенсационные открытия следуют одно за другим…

1931 год. Луис Лики впервые посетил ущелье Олдувай, расположенное между озером Виктория и горой Килиманджаро. Здесь он находит примитивные орудия, так называемые «олдувайские гальки», причем в нижних слоях. А ведь, как писал Кенигсвальд, «обнаженные слои Олдувая интересны вдвойне — с одной стороны, последовательные остатки фауны, которые в них находятся, дают представление об ее общей истории в Африке; с другой — эти слои в своей совокупности воссоздают картину эволюции человеческой цивилизации, и подобно этому невозможно найти аналогии в других местах».

1933 год. На островке Рузинга (озеро Виктория) находят обломки черепа и зубы обезьяны, жившей здесь 20–30 миллионов лет назад. Ее назвали «проконсулом».

1948 год. Луис Лики находит на острове Рузинга почти целый череп проконсула, что дает возможность реконструировать внешний облик этой древней обезьяны.

1959 год. В ущелье Олдувай Луис Лики находит зубы и обломки черепа существа, названного им зинджантропом (Зиндж — так называли средневековые арабские географы Восточную Африку). Возраст находки — 1,75 миллиона лет. Ученые признают зинджантропа представителем семейства австралопитеков, причем самым древним из известных науке.

1961 год. В более глубоком слое, чем тот, где лежал зинджантроп, в том же ущелье Олдувай Лики находит фрагменты черепа и обломок нижней челюсти существа, получившего наименование «хомо хабилис» — «человек умелый», которое, по мнению Лики и ряда других антропологов, является древнейшим человеком: возраст «хомо хабилиса» — 2 миллиона лет. Другие ученые предпочитают считать это существо наиболее продвинутым в развитии австралопитеком, который уже умел пользоваться примитивными орудиями и даже их изготовлять («олдувайские гальки»).

1962 год. В районе озера Виктория, неподалеку от кенийского городка Кисуму Лики и американский палеонтолог Джордж Симпсон открывают фрагменты черепа человекообразной обезьяны, названной ими кениапитеком («кенийская обезьяна»). Лики считает, что «кениапитек — важнейшая глава в родословной человека», ибо имеет большое сходство с рамапитеком.

1965 год. Группа ученых из Гарвардского университета (США) в местности Канапое, к югу от озера Мобуту-Сесе-Секо, находит кость австралопитека. Современные методы датировки показали, что этот австралопитек жил 4–4,5 миллиона лет назад.

1967 год. Американские антропологи в отложениях холма Лотагам, на севере Кении, находят еще более древнего австралопитека: его возраст — 5,5 миллиона лет (до открытий в Восточной Африке считалось, что возраст древнейших австралопитеков не превышает одного миллиона лет!).

1972 год. К востоку от озера Рудольф Ричард Лики находит череп «хомо хабилиса», возраст которого — 2,8 миллиона лет. Тут же найдены орудия, древностью в 2,6 миллиона лет. Самым же удивительным является то обстоятельство, что, будучи почти на миллион лет древнее «хомо хабилиса», найденного в 1961 году, «человек умелый», открытый в 1972 году, имел больший объем мозга (около 800 кубических сантиметров), у него отсутствовал надглазничный валик, словом, скорее всего это был древнейший человек, а не австралопитек.

1973 год. В бассейне реки Аваш, в местности Хадар, на востоке Эфиопии, экспедиция под руководством эфиопского ученого Алемайе Асфью находит три фрагмента бедренных костей, фрагмент большой берцовой кости и часть височной кости, принадлежащие, по всей вероятности, одному и тому же индивидууму! Возраст находки — около 4 миллионов лет. Вероятно, это останки австралопитека, но не исключено, что и первого древнейшего человека.

1974 год. Раскопки в Танзании, в районе Лаетолил, обнаруживают останки древнейшего человека (или все же австралопитека?), возраст которых три миллиона лет.

Таким образом, включение Кении в зону поисков предков человека увеличило возраст древнейших людей с 500–700 тысяч лет (этим временем датируют время существования азиатских питекантропов и синантропов) до 2,8 миллиона лет (последняя находка Ричарда Лики). А когда в зону раскопок вошли соседние Эфиопия и Танзания, этот возраст предположительно увеличивается до трех или даже четырех миллионов лет!

<p>Экологическая ниша?

Все эти сенсационные находки сделаны на относительно небольшой территории, все — в районе Кенийского рифта. Ничего сопоставимого ни по времени, ни по характеру находок (чего стоят одни орудия «хомо хабилисов», изготовленные 2,6 миллион лет назад!) мы пока что не имеем. Не является ли рифт Грегор своеобразною экологическою нишею, где и происходил процесс превращения обезьяны в человека, не является ли нашей колыбелью Кенийский рифт?»

«В полном согласии с современным уровнем наших знаний можно сказать, что человек родился в Восточной Африке, и отправился из нее далее примерно около двух миллионов лет тому назад. Великий исход этот на Азиатский материк произошел, вероятно, через Афар (в Эфиопии) и Баб-эль-Мандебский пролив в южной части Красного моря», — пишет известный французский антрополог Ив Коппен. А другой крупный специалист по ископаемым предкам человека, И. К. Иванова, прямо называет риф Грегори экологической нишей, в которой существовали наиболее благоприятные условия для эволюции, завершившейся «хомо сапиенсом».

Здесь существовали саванны, которые соседствовали с тропическими галерейными лесами, тянувшимися вдоль рек. Озера окружали болотистые заросли, горы были покрыты кустарникам Словом, на небольшой территории существовало большое разнообразие ландшафтов, от высокогорных лугов до тропических джунглей. Естественно, что богат и разнообразен был и животный мир «экологической ниши». Вместе с тем Кенийский рифт — место геологически неспокойное даже сейчас: двадцатый век был свидетелем и землетрясений, и извержений вулканов в этой зоне и, по мнению специалистов, «трудно сказать, какие еще сюрпризы готовят человеку беспокойные недра Восточной Африки», ибо Кенийский рифт продолжает формироваться буквально у нас на глазах. В эпоху становления человека разумного, несколько миллионов лет назад, когда тут обитали «хомо хабилисы» и австралопитеки, образовывались озера Виктория, Мобуту-Сесе-Секо, Танганьика, Ньяса — словом, вся система Великих Африканских озер. Выплескивали огненную лаву вулканы Кения и Килиманджаро, стремительно рос массив Лунных гор — Рувензори, частые землетрясения сотрясали почву, обрушивались неожиданные ливни и наводнения… Словом, «экологическая ниша» наших прапрапредков отнюдь не была уютным местом под солнцем, где можно было бы безмятежно проводить время. Древнейшим людям и обезьянолюдям приходилось вести борьбу за существование не только против своих конкурентов из мира животных, но и против стихийных сил, обрушивающих на их головы то извержение вулкана, то землетрясение, то наводнение, то страшные тропические ливни.

0|1|2|3|4|5|

Rambler's Top100  @Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua