Стихи - Фотография - Проза - Уфология - О себе - Фотоальбом - Новости - Контакты -

Главная   Назад

Николай Николаевич Непомнящий По следам великанов

0|1|2|3|4|5|6|

Котсуорт продолжил свои исследования, сравнив пирамиды с искусственными холмами, насыпанными древними жителями Британии, которые определяли конец года по самой длинной тени, отбрасываемой вер­тикальными конусами, или искусственными насыпями, такими, как Силбури-хилл. Более поздние обитатели Британии продолжали определять конец года по Юли-

тайду — зимнему солнцестоянию. Древние астрономы умели рассчитывать продолжительность времен года и конец года по длине тени, отбрасываемой «майским де­ревом», которое служило обелиском, стоявшим наверху холма — специально усеченного конуса, так чтобы ее (тени) конец также отмечал летнее солнцестояние, или самую короткую тень в году.

Если бы астрономам потребовалась просто высокая гора, они бы использовали прилегающий холм Абери-хилл, плоская вершина которого легко может быть «надстроена». Но необходим был абсолютно ровный участок земли, поэтому им ничего не оставалось делать, кроме как насыпать искусственный холм на равнине. К счастью, на широтах 50 или 60 градусов, например в Британии, в Стонхендже, низкие насыпи отбрасывают достаточно большие тени. Сооружение высотой 67 мет­ров в Уилтшире дает почти такую же тень, как 145-мет­ровая пирамида Хеопса.

Один из наиболее примечательных доисторических европейских холмов до сих пор существует в Маэс-Хоув близ Стеннеса на Оркнейских островах. На нем распо­ложена 4,5-метровая квадратная обсерватория с тунне­лем длиной 16,2 метра, который устремлен на искусст­венный монолит на расстоянии 42 цепи (831,6 метра) от входа, выровненный с точкой на горизонте, в которой восходит солнце за десять дней до зимнего солнцестоя­ния. Другой монолит на западе, называемый Вочсто-уном, отмечает равноденствие. Как и Великая пирами­да, обсерватория построена из огромных мегалитов, и ее потолок имеет выступы. Там есть три «уединенные комнаты для наблюдателей», подобные Усыпальнице царицы в Великой пирамиде.

Шотландские помещики, проживающие в Маэс-

Хоув, по-прежнему сажают «майское дерево» на некогда плоской вершине, увековечив церемонию, которая на­чиналась с наблюдений за тенью, отбрасываемой шес­том на плоской поверхности к северу от насыпи. В Анг­лии в средневековье и в эпоху Возрождения нарядное «майское дерево» устанавливалось на праздники. Кром-вель, придя к власти, отменил этот обычай. Возродился он в эпоху Реставрации (60-е годы XVII века), и пос­леднее «майское дерево» тридцатиметровой высоты, ус­тановленное в Лондоне, стояло на том месте, где сейчас находится церковь на Стренде около Сомерсет-хауса. Оно было убрано в 1717 году и перевезено в Ванстед-парк в Эссексе, где стало частью опоры большого теле­скопа, установленного Исааком Ньютоном.

В пирамидах Саккары, Дашуры и Медумы тоже про­ложены наблюдательные туннели, которые ориентиро­ваны на Полярную звезду. Туннели завершаются обсер­ваторией, где на крыше имеется маленькое отверстие как раз на уровне земли, для наблюдения за звездой, которая находится над головой в зените, или для использования отвеса. Поражает их сходство с постройкой в Маэс-Хоув, которую тоже считали только лишь гробницей.

Ученые выдвинули интересные гипотезы по поводу ориентации и назначения различных мегалитических структур. В своей книге «Мегалиты Британии», опубли­кованной в 1967 году, профессор Александр Том пишет, что каменные и деревянные хенджи (сооружения) Бри­тании 2-го тысячелетия до н. э. были ориентированы на определенные звезды; они построены на основе геомет­рии, которая предвосхищает учение Пифагора, и на ос­нове единицы измерения, которую он назвал мегалити­ческим ярдом, равным 0,829 метра.

Согласно Тому, мегалиты Британии служили древ-

ними календарями и часами. Во время длинных зимних ночей время могли отмечать только с помощью звезд. Путем наблюдения за восходом и заходом звезд первой величины или прохождением их через меридиан, было возможно определить час ночи. Том писал, что в Брита­нии между 2000 и 1600 годами до н. э. можно было легко наблюдать около 10—12 звезд первой величины. Он нашел много мегалитов, которые отмечали восход и заход звезд, и метки фиксировали их прохождение через меридиан.

Ч. Аткинсон, профессор археологии университета в Кардифе, исследовавший Стонхендж, опираясь на дан­ные, собранные Томом, заключил, что высокоточная эмпирическая астрономия существовала в Британии че­тыре тысячи лет назад. Это подтверждает точку зрения современного греческого астронома Кассаписа, кото­рый, проанализировав орфические гимны, сделал вывод, что греки во 2-м тысячелетии до н. э. тоже вла­дели передовыми достижения астрономии. Они знали, что времена года сменяются вследствие вращения Земли вокруг Солнца по эллиптической орбите, опреде­лили тропические, умеренные и холодные зоны. Они знали о равноденствии и солнцестоянии и о вращении Земли вокруг своей оси. Эти знания передавались из­бранным, которые отличали «огненные» звезды от семи планет их они называли современными именами. Греки во 2-м тысячелетии до н. э. пользовались кален­дарем, по которому год состоял из двенадцати меся­цев — каждый месяц начинался и кончался полнолуни­ем, и допускали наличие гор на Луне. Они верили, что все феномены управляются вселенскими законами, и' подозревали, что космос заполнен эфиром.

Лайл Борст, профессор астрономии и физики Нью-

йоркского университета в Буффало, в своей статье в журнале «Сайенс» (ноябрь 1969 года) замечает, что более сорока церквей, мечетей и храмов, от Норвегии до Египта, построены на основе мегалитического ярда. Приехав в Англию, чтобы сделать модель Стонхенджа и продемонстрировать студентам, каковы были познания древних в астрономии до появления телескопов, Борст предположил, что многие ранние христианские церкви Британии расположены на мегалитических сооружени­ях, первоначально ориентированных по звездам. Он предположил, что Кентерберийский собор был ориен­тирован на равноденственный восход звезды Бетельгей-зе около 2300 года до н. э.

Борст также показал, что геометрические планы ме­галитических памятников построены на основе тре­угольников со сторонами 3—4—5 и других прямоуголь­ных треугольников, уложенных вдоль оси звездных на­блюдений. Альфред Боткине в книге «Древний прямой путь», опубликованной в 1920 году, указывал на то, что многие храмы в Англии расположены на видимых от­резках между сигнальными огнями и что древний чело­век был склонен путешествовать по прямым линиям от маяка до маяка. Храмы служили этапными пунктами.

Боткине предположил, что там, где недоставало то­пографических средств, строились специальные наблю­дательные вышки, и эти геодезические пункты, обычно охраняемые жрецами, остались священными местами, даже когда их назначение было забыто. Позже на этих местах построили церкви.

, В средние века в Ирландии католические монахи по-прежнему использовали высокие конические башни со строго ориентированными отверстиями наверху, чтобы наблюдать небеса и отмечать дни, месяцы и годы по

теням на стенах и полу. Эти «круглые башни», как их называют, позволяли следить за Полярной звездой из северного окна, за прохождением звезды через мериди­ан из южного окна и за восходом и заходом небесных тел через западное и восточное окна. X. Вуд в работе «Идеальная метрология» пишет, что при помощи нитей, натянутых на окна, напоминающих крестовину телеско­па, можно было вычислить точное расположение звез­ды. С учетом того, что толщина стен была равна пол­метра-метр, тени от косяков и перемычек показывали час дня и время года. Для каждого месяца на полу дела­лись также специальные метки.

Подобные сооружения найдены и во Франции. Ху­дожник и гончар Мариус Гиньо в брошюре «Фаликон» (1970) описал небольшую пирамиду на юге Франции, построенную в XIII веке рыцарями-тамплиерами по возвращении с Ближнего Востока. Гиньо обнаружил, что в полдень осеннего равноденствия 21 сентября 1969 года (в этом месте в 12.53) пирамида не отбрасывала тени. В равноденствие в полдень Гиньо измерил тень от вертикально установленной метровой, палки и обнару­жил, что она равняется в точности одному метру, тогда как 21 июня — 0,8 метра, а 22 декабря — 2,52 метра. Гиньо решил, что эта экзотическая усеченная пирами­да, известная под чудным названием Ратапигната, или «летучая мышь», была построена точно над двумя под­земными шахтами, расположенными почти одна над другой, и что знаки, высеченные на ее стенах, свиде­тельствуют о том, что она использовалась для астроно­мических и астрологических наблюдений.

При наличии сегодня дешевых часов, радиосигналов точного времени и календарей современные люди могут недооценивать значение древней системы, позволяю­

щей определять дни, времена года, а также, что особен­но было важно для Египта, даты предстоящих разливов Нила. На три четверти года египетские крестьяне долж­ны были покидать свои деревни на холмах и уходить на равнины с семьями, скотом и пожитками, чтобы возде­лывать поля и убирать урожай. Когда приходило время возвращаться в деревни, им необходимо было предуп­реждение хотя бы за две недели, что они не будут захва­чены врасплох разливом.

Согласно Котсуорту, попытки определять протяжен­ность года по одним лишь погодным признакам приве­ли бы к неточным результатам. Во времена ранних еги­петских династий считали, что разлив Нила предвещал совпадающий с солнечным восход Сириуса. Раз в год с первыми проблесками лучей солнца на восточном небе появлялась яркая звезда Сириус. Этот феномен служил знаком для египтян, что разлив начнется примерно через двадцать дней. На самом деле разливы происходят из-за влияния не звезд, а Солнца, растапливающего снега на Эфиопском плоскогорье, где берет начало Го­лубой Нял. Но если длительное время продолжать вы­числять дату разлива по восходящему Сириусу, то по­степенно погрешность будет возрастать.

О. Мук в своей книге «Хеопс и Великая пирамида» утверждает, что в результате серии разрушительных на­воднений во времена фараона Хеопса египтяне были вынуждены ориентироваться не на звездный календарь, состоящий из 365,2563 дня, а на солнечный, состоящий из 365,2422 дня, и что был введен новый календарь, по которому набегавший лишний день прибавлялся один раз в четыре года.

Шваллер де Любич в книге «Храм человека» пишет, что египтяне пользовались не звездным и не солнечным

годом, а еофическим годом, основанным на цикле ста­ционарной звезды Сириус, равным точно 365,25 дня. Автор провел двенадцать лет в Луксоре, исследуя и из­меряя храмы, гробницы и иероглифы, и пришел к за­ключению, что поскольку египтяне установили, что Си­риус — единственная стационарная звезда с твердым циклом 365,25 дня, следовательно, в течение долгого времени они вели тщательные наблюдения. Он говорит, что даже после того, как восходивший одновременно с Солнцем Сириус переставал быть видным, дата восхода по-прежнему рассчитывалась жрецами Гелиополиса, которые затем распространяли эту информацию по дру­гим египетским храмам, и было замечено, что расхож­дение с солнечным восходом составляло четыре дня, и это имело место и в Фивах и в Мемфисе.

Мук предполагает, что в память о четырехгодичном цикле эта цифра была зашифрована в мостовой, окру­жающей пирамиду Хеопса, таким образом, чтобы про­цессия жрецов, одетых в белое, во время церемонии об­ходила пирамиду, отсчитывая 1460 шагов, которые были поделены на 25 дюймов, а затем еще на 5. (Напо­мним, что длина 25 дюймов равняется «священному» локтю Ньютона и Смита.)

Один неоспоримый вывод был сделан Шваллером де Любичем исходя из смещения годовых празднеств:

древние египтяне должны были знать и уметь рассчиты­вать такой феномен, как прецессия. (Прецессия — мед­ленное движение оси вращения Земли по круговому ко­нусу. Ось этого конуса перпендикулярна к плоскости земной орбиты, а угол между осью и образующей кону­са равен 23 градуса 27 минут. Период прецессии равен приблизительно 26 000 лет. Вследствие прецессии точка весеннего равноденствия движется по эклиптике на-

92

встречу кажущемуся годичному движению Солнца, про­ходя 50,24 секунды в год; полюс мира перемещается между звездами, экваториальные координаты звезд не­прерывно изменяются.) Чтобы получить представление о прецессии, наблюдатель в Северном полушарии дол­жен был смотреть на восток в день весеннего равноден­ствия накануне восхода солнца. При первых солнечных лучах он увидит созвездие на восточном горизонте: се­годня это Рыбы. В 2000 году до н. э. это был Овен, в 4000 году до н. э. — Водолей. Пояс зодиака смещается назад в зависимости от восхода солнца в равноденствие, примерно на один градус за 72 года; на 30 градусов, или на одно созвездие, за 2160 лет и на 360 градусов за 25 920 лет.

Отмечается, что явление прецессии было обнаруже­но' Гиппархом во II веке. Но в древних изображениях зодиака имеется примечание: «Телец знаменует начало весны». Это Ьзначает, что астрономические наблюдения созвездий в равноденствие велись по крайней мере с 4000 года до н. э.

Согласно точке зрения Мука, чтобы иметь точный солнечный календарь, с помощью которого можно было определять солнцестояние и равноденствие, сле­довало построить необыкновенно высокий обелиск. Гастон Масперо, директор департамента древностей Каирского музея, нашел в Саккаре странный иероглиф, которому он не мог найти объяснения: обелиск на верху усеченной пирамиды с солнечным диском, установлен­ным на нем. Он охотно зарисовал его для Котсуорта. •Для последнего была очевидна схожесть Маэс-Хоув, «майского дерева» Силбери-хилл и обелиска на мастабе, или незавершенной пирамиде, в Саккаре. Но какое от­ношение это имеет к пирамиде Хеопса?

АСТРОНОМИЧЕСКАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ

То, что Великая пирамида служила обсерваторией и содержит изображение небесной сферы, не раз упомина­лось арабскими историками. Однако никто так и не объ­яснил, как взбирались астрономы в эту обсерваторию по гладко отполированным стенам и как соответствовало внутреннее устройство помещений пирамиды задачам обсерватории. Такая ситуация была налицо до выхода в свет на рубеже нашего века книги английского астроно­ма Ричарда Проктора «Великая пирамида, обсерватория, гробница, храм». Проктор нашел ссылки в работах гре­ческого философа неоплатоника Прокла, жившего в V веке н. э., на то, что Великая пирамида использовалась как обсерватория до того, как была завершена ее по­стройка. Проанализировав его комментарий к «Тимею» Платона, Проктор предположил, что пирамида могла представлять собой замечательную обсерваторию, когда 6buia достроена до уровня Большой галереи, выходившей на большую квадратную платформу, откуда жрецы могли наблюдать за движением небесных тел.

Вывод Проктора был настолько революционным, что тут же был воспринят в штыки признанными егип­тологами, которые столь же скептически были настро­ены против подобных же утверждений относительно Стонхенджа и других мегалитических обсерваторий, разбросанных по Европе. Чтобы вести астрономические наблюдения, древним надо было определить меридиан на земле, по нему затем определить небесный мериди­ан, чтобы иметь возможность зафиксировать момент, когда звезды, Солнце, Луна и другие планеты пересекут этот меридиан.

В сердцевине пирамиды они вначале проложили ог­ромный градуированный желоб, выровненный по мери^

диану. Через эту щель могли наблюдать движение звезд, точно фиксируя пересечение ими небесного меридиана. Как и Джон Гершель, Проктор считал, что древние аст­рономы, скорее всего, наблюдали звезду альфа Дракона.

Надпись на стене пирамиды, переведенная немец­ким археологом прошлого века Иоанном Дюмихеном, описывает, как это происходило: «Смотря на небо по направлению к восходящим звездам, узнав АК созвез­дия Бедра тельца (наша Большая Медведица), я опреде­лил углы храма…» Дюмихен утверждал, что АК означает кульминацию звезды, когда она пересекает меридиан.

Переведя меридиан с небес на землю, древние архи­текторы, пишет Проктор, начинали фиксировать эту линию, пробивали Нисходящий туннель в камне, ис­пользуя Полярную звезду как ориентир для выравнива­ния его под нужным углом. Чтобы альфа Дракона, на­ходящаяся на расстоянии 3 градуса 43 минуты от полю­са, светила прямо в шахту туннеля на 30-й параллели, угол наклона туннеля должен равняться 26 градусам 17 минутам — что и составляет угол наклона Нисходя­щего туннеля Великой пирамиды. Проктор указывает, что, несомненно, нижняя кульминация звезды альфа Дракона предпочтительнее верхней; наблюдение за низ­шей точкой ее орбиты требует значительно менее глубо­кого туннеля, нежели за высшей.

Последнее объясняет также необыкновенную пря­мизну стен Нисходящего туннеля. Когда древние егип­тяне измерили длину туннеля и угол наклона, то путем простейших тригонометрических вычислений они опре­делили центральную точку как раз над концом Нисходя­щего туннеля и считали ее центром пирамиды. Обладая этими данными, архитекторы рыли впадины для квад­ратного основания и начинали укладывать 'слои плит.

Чтобы выровнять слои, египтяне могли использовать прообраз уровня в сочетании со звездным светом. Про­должая строить тоннель вверх на уровне нижних слоев кладки, они могли сохранять ориентацию по крайней мере на протяжении первых десяти слоев, или до наруж­ного отверстия туннеля. Чтобы продолжить выравнива­ние по меридиану, необходима была новая система. Тогда, по мнению Проктора, египтянам и пришла в го­лову мысль сконструировать Восходящий туннель под точно таким же углом. Заложив Нисходящий туннель и заполнив его водой, они могли получить отражение По­лярной звезды в Восходящем туннеле и продолжить ра­боту на протяжении примерно двух десятков слоев.

Так как Нисходящий туннель заполнялся водой, то блоки в местах соединения должны были скрепляться особенно плотно. Поэтому, вероятно, плиты именно в этой части туннеля гораздо крепче и более гладкие, более пригнаны друг к другу.

Но с какой целью была построена пирамида? Не­ожиданно Восходящий туннель сменяется галереей почти 8,5 метра высотой, казалось бы, ненужной для выравнивания дальнейших слоев кладки. Но Проктор был убежден, что эта особым образом сконструирован­ная деталь должна была служить определенной цели.

Проанализировав проблему с точки зрения астроно­ма, Проктор нашел ответ. Если бы древний астроном нуждался в большой наблюдательной щели, точно де­лившейся пополам меридианом через Северный полюс, чтобы наблюдать прохождение небесных тел, что бы он потребовал от архитектора? Очень высокий туннель с вертикальными стенами, отвечает Проктор, предпочти-» тельно сужающийся кверху, то есть галерею, отверстие которой благодаря отраженному свету Полярной звезды

могло быть расположено таким образом, чтобы точно делиться пополам меридианом. В такое отверстие аст­роном мог наблюдать прохождение зодиакальных со­звездий, видеть пересечение каждой звезды меридиана. Проктор указывает, что только с помощью Большой га­лереи можно было составить очень точную карту звезд­ного неба и зодиака до изобретения телескопа в XVII веке.

Наиболее важно было определить точный момент пересечения объектом меридиана. Этого можно было достичь, зафиксировав момент, когда звезда впервые показывается на восточной стороне вертикального от­резка неба и потом когда она исчезнет на западной сто­роне. Среднее значение между этими величинами и будет точным временем прохождения через меридиан. Наклон галереи и выступы на стенах также упрощают вычисление склонения звезды — расстояния от небес­ного экватора. Сравнив данные, полученные .от не­скольких «ночных наблюдателей», размещавшихся на разных уровнях Большой галереи, можно получить до­вольно точное звездное время. Проктор считал, что двадцать семь продолговатых отверстий, выбитых вдоль стен, служили скамьями для этих наблюдателей.

Проктор нашел также объяснение назначения стран­ных желобов, которые пролегают по всей длине галереи по стенам на уровне третьего перекрытия, 15 сантимет­ров шириной и 187 сантиметров глубиной, Он предпо­ложил, что на этих желобах укреплялись в определен­ной позиции горизонтальные шесты с вертикальными рейками.

Проктор утверждает, что, разместив наблюдателей не только в Большой галерее, но и снаружи — по четырем сторонам света, можно было составить карту всего ви-

димого небесного пространства. Древние астрономы могли наблюдать восход и заход звезд на горизонте, в том числе восход и заход, совпадающие с солнечными. Проктор добавляет, что с помощью Большой галереи можно было наблюдать и за движением Солнца по теням, отбрасываемым отверстием на стены галереи. Чтобы наблюдения были еще более точными, предпо­ложил Проктор, египтяне использовали экраны: помес­тив светонепроницаемый экран с маленьким отверсти­ем в верхнем конце галереи так, чтобы получить луч света на гладкой белой поверхности туннеля, угол от­клонения которого соответствовал направлению движе­ния Солнца, астрономы получили бы увеличенное изо­бражение Солнца, на котором были бы видны даже со­лнечные пятна.

Теория Проктора была отвергнута египтологами на том основании, что у них не имелось никаких доказа­тельств того, что древние египтяне могли производить такие точные астрономические наблюдения. Но в 1934 году Проктор получил поддержку другого профес­сионального астронома Эуженио Мишеля Антониади, который работал в египетской обсерватории Медума. Антониади согласился с тем, что Великая пирамида служила обсерваторией до того, как ее сооружение было завершено. Он также согласился с выводом Проктора о назначении Большой галереи. Он подсчитал, что гале­рея позволяла жрецам видеть 80 градусов небесной сферы и они имели возможность наблюдать отклонение всех видимых звезд от 50-го градуса ниже небесного эк­ватора до 30-го градуса над экватором. А используя во­дяные часы, они имели возможность измерять часовые углы и рассчитывать точное восхождение звезд и пла­нет.

АСТРОНОМИЯ И ЕГИПЕТСКИЕ ХРАМЫ

В книге «Рассвет астрономии», написанной на рубе­же прошлого и нынешнего веков, Норман Локьер де­тально описал, как египтяне строили и использовали свои храмы для астрономических наблюдений. Локьер рассказывает, как были устроены солнечные храмы, где на восходе или закате солнца самого длинного дня в году солнечный луч пробивался сквозь искусно устро­енный туннель в темные недра сокровищницы. С помо­щью экранов на пилонах сильно концентрированный поток света прорывался сквозь мрак.

Локьер первым из английских астрономов пришел к выводу, что Стонхендж был построен в 1680 году до н. э. и назначение его состояло в том, чтобы улавливать первые лучи Солнца в день солнцестояния. Этот вывод был позднее подтвержден астрономом Джеральдом Хо-кинсом в книге «Разгадка Стонхенджа».

Различие между мегалитами и египетскими построй­ками заключается в том, что каждый, кто может устано­вить круг камней со смотровой площадкой надлежащим образом, заметит самые дальние северную и южную точки на горизонте, где солнце восходит в день солнце­стояния. Сделав отметку вдоль круга камней, можно геометрически зафиксировать равноденствие. Чтобы рассчитать точную продолжительность года — до часов и минут, — необходима более сложная система.

В египетских храмах солнечный свет, или свет друго­го небесного тела, струился между двумя рядами тща­тельно обработанных колонн, установленных в посте­пенно уменьшающихся по– площади залах, подобно тому как свет проходит через постепенно сужающуюся диафрагму телескопа. Чем протяженней ось храма, тем длиннее и уже луч света и тем большей точности в рас-

четах можно добиться. Чем темнее святилище, тем за­метней луч на последней стене. Пройдя через узкий ко­ридор 1270 сантиметров длиной к особым образом ори­ентированному сбятилищу, луч задержится там всего на пару минут. Интенсивность его будет сначала нарастать, а потом угасать, пик ее приходится точно на момент со­лнцестояния.

Этот метод позволял жрецам определить протяжен­ность года с точностью до минуты, то есть они считали год равным 365,2422 дня. Иным способом добиться этого трудно, так как солнце несколько дней держится на точке солнцестояния, и его смещение всего лишь на 50 секунд в день практически невозможно заметить без использования сложных инструментов. Локьер, регу­лярно летом наведывавшийся в Египет, обнаружил, что солнечный храм Амона-Ра в Карнаке был сооружен в соответствии с этой теорией. Учтя современную ориен­тацию постройки и смещение в угле наклона земной оси, Локьер применил к храму ту же систему, что и к Стонхенджу, и вычислил, что он был построен около 3700 года до н. э.

Локьер обнаружил, что солнечные храмы сориентиро­ваны таким образом, чтобы пропускать луч солнца вдень солнцестояния или равноденствия, а звездные храмы ориентированы по звезде, восходящей на горизонте перед восходом Солнца в момент солнцестояния или равноденствия, что предупреждает о грядущем событии.

По мнению Локьера, храм, ориентированный на Со­лнце, представлял собой календарь, работающий на протяжении тысяч лет, так как угол наклона оси враще­ния Земли смещается не более чем на один градус за шесть-семь тысяч лет. Но звездные храмы могли функ­ционировать только двести — триста лет: отставание

звезд от Солнца достигает трех градусов за двести лет и скоро становится весьма существенным. После этого необходимо переориентировать храм или строить новый. Луксор, например, перестраивался четыре раза, и это нетрудно заметить. То же самое Локьер обнару­жил в Карнаке. Более того, замечает он, храм может быть перестроен с таким расчетом, чтобы наблюдать уже другие небесные тела. Локьер составил звездную карту со всеми крупными звездами вдоль солнечного зодиакального пути за последние десять тысяч лет и обозначил звезды, которые могли предвещать солнце­стояние в разных храмах в разное время. Он обнаружил, что на протяжении веков египтяне ориентировали храмы по альфе Большой Медведицы, Капелле, Антаре­су, Факту и альфе Центавра. В 6000 году до н. э. они, возможно, использовали Дубе до того, как она стала околополярной звездой, а до 6400 года — Канопус.

По утверждению Локьера, пирамиды были постро­ены новой пришлой расой, имевшей более глубокие по­знания в астрономии. Они использовали северные звез­ды для определения меридиана, а звезды, восходящие на востоке, — для определения равноденствия.

Последующий провал в египетской истории, между Четвертой и Одиннадцатой династиями, по Локьеру, произошел вследствие конфликта между этой расой и двумя другими народами, который окончился победой представителей старой цивилизации Анну, которых поддержали их союзники с юга, так что культы север­ной и южной звезд соединились в культ равноденствия.

Выводы Локьера относительно обновления храмов возродили интерес к зодЯаку Дендеры, недалеко от Фив, обнаруженному в конце XVIII века наполеонов­ским генералом Дезо и впоследствии с помощью дина-

мита снятому с храма. Он был продан Людовику XVIII за сто пятьдесят тысяч франков и до сих пор демон­стрируется в Лувре. Для Локьера было ясно, что суще­ствовало два храма Дендеры, один посвященный Хафо-ру, а другой — Исис, оба являлись олицетворением не­бесных тел. Локьер утверждал, что эти два храма пред­ставляли собой также горизонтальные телескопы, фик­сировавшие восход небесного тела. Колонны закрывали глаза от солнечного света, чтобы восход был отмечен с наибольшей точностью. По Локьеру, современные храмы Дендеры были перестроены в эпоху Птолемеев.

Французский астроном Жан-Батист Био, исследовав зодиак, пришел к выводу, что он представляет собой картину египетского неба в 700 году до н. э. и, возможно, скопирован с более древних рисунков. Локьер доказыва­ет, что храм Исис был сориентирован по Сириусу в 700 году до н. э., когда Сириус в египетский Новый год вос­ходил одновременно с Солнцем. Далее он цитирует текст, описывающий храм Хафора в Дендере во времена Хуфу (3733 год до н. э.): «Когда звезда светила в храм и ее свет смешивался со светом ее отца Ра». Другая надпись в склепе храма свидетельствует о том, что он-был построен по плану Имхотепа, сына Птаха, который был знамени­тым архитектором Третьей династии фараона Джосера.

По мнению Локьера, храм в Дендере мог перестра­иваться с тех пор по крайней мере три раза — в первый раз при царе Пепи I, правление которого Локьер относит к 3233 году до н. э., потом при Тутмосе III в 1600 году до н. э., и наконец при Птолемеях около 100 года до н. э. Прежде храм мог быть сориентирован по звезде Дубе, которая перестала быть окоЙополярной около 4000 года до н. э., а до этого — по гамме Дракона, которая переста­ла быть околополярной-около 5000 года до н. э.

Египтологи отнеслись к астрономическим постро­ениям Локьера не лучше, чем ранее к выводам по пово­ду Стонхенджа — теперь, кстати, доказано, что Локьер был прав относительно его возраста. Локьер был обви­нен в подтасовке фактов, его книга «Рассвет астроно­мии» выпала из поля зрения исследователей и стала ра­ритетом. Вновь она была издана лишь в 1964 году Джорджио де Сантилланой в Массачусетском техноло­гическом институте (США). Единственным, кого книга заинтересовала в первом издании, был Гастон Масперо, который, изучив теорию Локьера, заявил, что, если не брать в расчет некоторые детали, в общем и целом его выводы убедительны и Локьер, возможно, прав.

Шваллер де Любич по прошествии времени тоже поддерживал Локьера. Тот факт, что культ Быка (Тель­ца) предшествует культу Овна в Египте и что времена этих культов совпадают с равнодействующими пози­циями этих созвездий — приблизительно 4000 и 2000 годы до н. э., — по его мнению, убедительное тому до­казательство. Более того, подчеркнутая дуалистичность в доисторическую эпоху свидетельствует о том, что культ Близнецов совпадает с доминированием этого со­звездия в весеннее равноденствие.

Шваллер соглашался с Локьером также в том, что храм Хафора в Дендере построен на остатках более древних храмов. Шваллер показывает, что пояс зодиака, обнаруженный генералом Дезо, действительно может быть отнесен к эпохе Птолемеев, но он явно демон­стрирует северный полюс. Зодиак представляет собой круг, в центре которого находится Северный полюс. Этот круг сориентирован перпендикулярно относитель­но стен храма. Северный полюс Земли расположен точно в созвездии Шакала, или Малой Медведицы, как

было в то время, когда был сделан пояс зодиака, то есть около I века до н. э. Но зодиак также показывает полюс эклиптики, расположенный на груди гиппопотама, или созвездия Дракона.

Это, по мнению Шваллера, объясняло спиральный характер созвездий. Мифологические фигуры, обозна­чавшие созвездия, вплетены в два круга — один вокруг Северного полюса, а другой вокруг полюса эклиптики. Места пересечений этих окружностей отмечают точки •равноденствия. Зодиак таким образом представляется древнейшим календарем. Линия, направленная на вос­ток, которая пролегает между оконечностью пояса Овна и началом пояса Рыб, отмечает время, когда храм был перестроен, то есть около 100 года до н. э. Более ранняя восточная линия проходит через созвездие Овна, фик­сируя другую дату — около 1600 года до н. э., в период правления Амменемеса из Двенадцатой династии.

Приведенные материалы доказывают, что египтяне знали о существовании северного полюса на небе, кото­рый смещается вокруг фиксированного полюса, или «открытой дыры» в небесах. Они также знали, что это медленное вращение способствует прецессии. Прецес­сия понималась египтянами как основной механизм сселенной, управляющий не только астрономическими феноменами, но и человеческой и биологической дея­тельностью.

ГЕОДЕЗИЧЕСКИЕ И ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ЗНАКИ

Убедительные доказательства умения древних егип­тян производить точные астрономические наблюдения представляет вся история развития геодезии и геогра­фии — наук, которые занимаются определением разме­

ра и очертаний Земли и расстановкой межевых знаков. До изобретения радио и лазерных технологий коорди­наты долготы и широты, устанавливающие местополо­жение объекта на планете, можно было получить только с помощью точных астрономических наблюдений. Про­фессор Стеккини, удостоенный степени доктора клас­сических измерений в Гарварде, утверждает, что древ­ние египтяне знали в совершенстве не только астроно­мию и математику, но и географию и геодезию.

Основываясь на анализе содержания древних иеро­глифических записей, Стеккини доказывал, что, начи­ная с ранних династий 3-го тысячелетия, египтяне могли с большой точностью измерять широту и долготу, что стало повсеместно возможно только в XVIII веке. Стеккини нашел иероглиф, запечатленный на тронах практически всех фараонов со времен Четвертой динас­тии, который содержал необыкновенно точную геоде­зическую и астрономическую информацию, позволив­шую ему установить, что египтяне пользовались для своих измерений тремя координатами тропика Рака: уп­рощенной — 24 градуса, точной — 23 градуса 51 минута и той, которая необходима для наблюдения за солнеч­ной тенью в день летнего солнцестояния, — 24 градуса 6 минут. О мудрости древних свидетельствует и тот факт, что они расположили свою обсерваторию около Сиены на острове Элефанатина, в 15 минутах севернее тропика Рака, так как поняли, что надо наблюдать не за центром солнца, а за его внешней оболочкой.

Наиболее значительный египетский текст, расшиф­рованный Стеккини, представлял собой три одинако­вых иероглифа на обороте стандартной египетской мер­ной линейки, найденной в храме Амона в Фивах, гео­дезическом центре Египта со времени Среднего царст-

ва. Это, по мнению Стеккини, был ключ к определе­нию реальных размеров Древнего Египта.

Людвиг Борхардт, крупный египтолог из Германии, первым опубликовавший тексты в венском журнале «Янус» в 1921 году, был априори уверен, что цифры не могли относиться к истинным широтам, вычисленным астрономически, и полностью исключил саму способ­ность древних египтян рассчитывать широту.

Тексты, которые по стилистическим особенностям относятся к периоду Древнего царства (3-е тьгсячеление до н. э.), указывают, что протяженность Египта равня­лась 20 атурам от Бехдета (недалеко от Средиземномор­ского побережья) до Пи-Хапи'(верховья дельты Нила-к северу от пирамиды Хеопса) и еще 86 атурам на юг до Первого порога Нила. Это означает, что 106 атуров об­разуют дугу 7 градусов 30 минут от Средиземного моря до Сиены. Из текстов следует, что один атур эквивален­тен 15 000 «королевским локтям», или 17 000 локтям Жомара по 0,4618 метра. Из этого можно заключить, что протяженность Египта от Бехдета (31 градус 30 минут) до Сиены (24 градуса) составляет 831 240 мет­ров, то есть практически совпадает с современными вы­числениями — 831 002 метра. Из древнеегипетских текстов можно рассчитать, что длина градуса широты в Египте равнялась 110 832 метрам, а по современным данным — 110 800 метрам.

Поскольку, согласно Стеккини, египтяне владели информацией о размерах своей страны, они определили и средства, с помощью которых переводили геодезичес­кие данные в географические, которые легко запоми­нать без применения карт. Они использовали такие ес­тественные метки, как пороги Нила и крайние точки дельты Нила как отправные точки для треугольников и

прямоугольников с легко запоминаемыми углами. Еги­петские географы для упрощения представления пло­щади Северного Египта аккуратно отметили его как треугольник, апофема которого находилась у 1 градуса, а вершина расположена в месте разветвления Нила. Треугольник расходится на 1 градус 24 минуты на вос­ток и запад до тех мест, где самые ответвленные рукава Нила впадают в море. Углы треугольной дельты опреде­лены тенями, отбрасываемыми северо-восточным и се­веро-западным углами Великой пирамиды.

Южный Египет вытянулся на б градусов до Первого порога на тропике Рака. Две линии, параллельные глав­ному меридиану, начинающиеся по краям дельты, дохо­дят до тропика и образуют простой прямоугольник Нижнего и Верхнего Египта.

Города и храмы, по Стеккини, строились на расстоя­ниях, выражаемых круглыми цифрами и простыми дро­бями, от тропика или главного меридиана. .Доистори­ческая столица Египта располагалась недалеко от Бех­дета, точно на главном меридиане на широте 31 градус 30 минут. Мемфис, первая столица объединенного Египта, опять-таки располагался на этом меридиане на широте 29 градусов 51 минута, на расстоянии точно 6 градусов от тропика. Геодезический пункт, обозна­чающий местоположение Мемфиса, был назван Сокар по имени бога ориентации (имя и местоположение со­хранились сегодня в деревне Саккара).

Поскольку такие геодезические центры являлись по­литическими, а также географическими «центрами» мира, там помещались омфалои, или каменные центры, символизирующие Северное полушарие от экватора до полюса, с нанесенными меридианами и параллелями, показывающими направление и расстояние до других

подобных центров. В Фивах каменные омфалои распо­лагались в главной комнате храма Амона, где пересека­ются меридиан и параллель.

Для древних египтян провести абсолютно прямой ме­ридиан от 30-го градуса широты до экватора на протяже­нии 3200 километров, а также два дополнительных — за­падный и восточный, служивших границами страны, оз­начало привлечь к этой работе огромное количество людей и провести тщательные астрономические наблю­дения. Но еще более совершенной, как выяснил Стекки-ни, была египетская системаопределения долготы.

С помощью элементарной системы телеграфа, состо­ящей из серии маяков, египтяне могли замечать, какая звезда в определенный момент находится в зените, и просигналить об этом другим наблюдателям. X. Вуд, автор «Идеальной метрологии», уверен, что, если Вели­кая пирамида использовалась в качестве обсерватории, то восточнее и западнее ее существовали сигнальные станции, которые теперь либо лежат в руинах, либо вовсе стерты с лица земли. Далее древние географы от­правлялись в путь и определяли точную долготу на осно­вании таблиц движения небесных тел. Фрагменты этой информации дошли до Эратосфена и Птолемея, которые совместили ее с неточными вычислениями своего време­ни. Отделить верное от неверного представлялось невоз­можным до изобретения хронометра в XVIII веке.

Из-за того что египтяне превосходно разбирались в геодезии и географии, Египет стал геодезическим цент­ром мира. Другие страны располагали свои священные места и столицы, руководствуясь египетским «нулевым» меридианом, включая такие главные города, как Ним-род, Сардис, Сус (Финикия), Персеполь (Персия) и даже древнюю китайскую столицу Ан-Янь. То же самое отно­

Спутанные веревки под троном фараона символизируют объ­единение Нижнего и Верхнего Египта на 30-и параллели, где ось Дельты пересекает главный меридиан Египта,, севернее Ве­ликой пирамиды. Три пары коротких горизонтальных линий внизу рисунка символизируют три координаты, которые древ­ние египтяне приписывали тропику Рака, имеющему важное значение для геодезических замеров. Центральная линия пред­ставляет собой условную широту тропика 24 градуса; ниж­няя — реальную широту 23 градуса 51 минута; верхняя — ши­роту 24 градуса 6 минут, где расположена астрономическая обсерватория в Сиене, что на 15 минут севернее реального мес­тоположения

сится к храмам иудеев, греков и арабов. По свидетельству иудейских историков, главный священный центр распо­лагался не в Иерусалиме, а на горе Геризим, в 4 градусах восточнее главной оси Египта. Этот центр переместился в Иерусалим после 980 года до н. э. Два крупнейших про­роческих центра Греции — Дельфы и Додона — тоже были сориентированы по Египту: Дельфы на 7 градусов, а

Додона на 8 градусов севернее Бехдета. Мусульманский религиозный центр в Мекке находится в 10 градусах вос­точнее западного меридиана Египта и в 10 градусах южнее Бехдета. (Священный черный камень Каабы пер­воначально представлял собой комплект из четырех кам­ней, расположенных в форме так называемого пирами­дального треугольника, из которого можно было вывести тригонометрические функции святыни.

По исламской традиции Кааба считается геодезичес­ким центром. Неотъемлемый элемент Каабы состоял из четырех камней, обозначавших квадрат с диагоналями, направленными с севера на юг и с запада на восток. Диагональ север — юг с северо-восточной и юго-вос­точной сторонами образует то, что египтяне называют пирамидой.

Чтобы сделать плоскостную проекцию Северного полушария, древние египтяне сводили сферическую по­верхность шара к плоской поверхности, доступной для составления чертежа: они использовали ступенчатую пирамиду, или зиккурат, каждая грань которой пред­ставляла 90 градусов полушария, а каждый уровень — зону между двумя параллелями. Профессор Масперо описал зиккураты Месопотамии как «миниатюрные мо­дели вселенной». Зиккураты в Уре, Уруке и Вавилоне достигали высоты девяноста метров. Зиккурат Набу в Барсипки носил название «Дома семи связующих Неба и Земли», семь его ступеней были окрашены в семь «планетарных цветов». ^

Ступенчатые вавилонские башни долгое время оста­вались загадкой для человечества, пока не выяснилось, что они связаны с рядом картографических проекций фламандца Меркатора (XVI век), хотя были возведены за несколько тысяч лет до его знаменитого изобретения.

Для удобства Северное полушарие было разбито на ряд плоских поверхностей, представленных сторонами ступенчатых зиккуратов. Площадь между экватором и полюсом была поделена на семь полос, или зон, каждая уменьшена по ширине, чтобы соответствовать сокра­щенному градусу долготы. Линия основания символизи­ровала экватор, первая ступень — 30-ю параллель. Так каждая сторона соответствовала квадранту полусферы.

В XIX веке считалось, что зиккураты также являлись обсерваториями, но Джон Тейлор заметил, что такие высокие террасы не дают преимущества по сравнению с земной поверхностью. С другой стороны, квадратные или трубчатые шахты протяженностью несколько сот локтей, встроенные внутрь, представляют собой превос­ходный телескоп для наблюдения за небесами. Джон Гершель указывал, что «снизу глубоких узких туннелей, таких, как колодец или даже угольная шахта, можно различить яркие звезды в зените даже невооруженным глазом».

Изучив вавилонский зиккурат на основании клино­писных дощечек, Стеккини выяснил, что он состоял из семи уменьшающихся ступеней. Это позволяет мериди-анам пересекать параллели под прямыми углами, как в проекции Меркатора, но препятствует искажению, со­кращая каждую прямоугольную поверхность пропорци­онально сокращающемуся градусу долготы по мере приближения к полюсу. Сначала первая ступень зикку-рата представляла 30-ю параллель, но в Месопотамии она соответствовала 33-й, близкой широте Вавилона. Поэтому вавилоняне каждую ступень подняли на б гра­дусов широты. Так они могли легко запомнить значе­ние косинуса для каждой ступени простым делением ее длины на 2/3. Градус параллели, соответствующий каж-

дои ступени, можно было получить, умножив высоту каждой ступени на шесть. Эта система позволяла вави­лонянам довольно просто запоминать тригонометричес­кое значение каждой параллели. Им надо было всего лишь разделить длину каждой ступени на 0,666 (или Уз). Так, Уз от 15 (ширина первой ступени) дает 10 — значение косинуса экватора. Верхняя ступень, по сло­вам Стеккини, была прямоугольной вместо квадратной, так как среднее арифметическое ее сторон дает число 2,5833, что является косинусом 75 градусов 1 минуты.

ЗОЛОТОЕ СЕЧЕНИЕ

В Великой пирамиде египтян запечатлена еще более совершенная система проекций, чем в зиккуратах. Ось пирамиды соотносится с полюсом, а периметр с эквато­ром в определенном масштабе. Этот факт упомянул Жомар, но он затерялся среди рассуждений о мерах длины в локтях. Каждая грань пирамиды представляла собой одну четверть Северного полушария, или ква­дрант. Чтобы перевести проекцию сферического ква­дранта на плоский треугольник, дуга, или основание, квадранта должна быть той же длины и высоты, что и основание треугольника. Этого можно добиться только путем поперечного сечения, или меридианного деления Великой пирамиды. Джон Тейлор подозревал нечто в этом роде, но не смог довести свои предположения до. логического конца.

Идеальность проекции пирамиды основана на том факте, что если на нее смотреть со стороны, то, соглас­но законам перспективы, реальная площадь грани зри­тельно уменьшается до верного размера проекции, по­лученной в результате поперечного сечения. То есть че­ловек видит правильный треугольник.

Остров Элефантина на Ниле около Сиены, где древние егип­тяне разместили астрономическую обсерваторию и нилометр, используемый для замера уровня воды в Ниле во время разлива

Ключ к разгадке геометрических и математических секретов пирамиды, так долго интриговавших человече­ство, был передан Геродоту жрецами, по словам кото­рых пирамида была сконструирована таким образом, чтобы площадь каждой грани равнялась квадрату ее вы­соты. Это свидетельствует, что пирамида таит в себе не только пропорции «пи», но и другую, более полезную пропорцию, которую в эпоху Ренессанса называли зо­лотым сечением; сегодня она обозначается греческой буквой «фи» и может быть выражена числом 1,618. Эту величину, как и «пи», нельзя вывести арифметически;

но ее легко можно получить, пользуясь компасом и ли­нейкой. С помощью золотого сечения в Великой пира­миде применяется эффективная система для перевода сферических поверхностей в плоские.

<p>Золотое сечение (золотая пропорция) — деление от-

резка АС на две части таким образом, что большая его часть АВ относится к меньшей ВС так, как весь отрезок АС относится к АВ (то есть АВ:ВС = АС:АВ = 1,618). В Великой пирамиде прямоугольный пол Усыпальницы царя (состоящей из двух равных квадратов, или прямо­угольник 1х2) также отвечает требованиям золотого се­чения.

Та странная особенность, что фи + 1 = фи в квадрате и 1 +1/фи = фи, приводит нас еще к одному феномену, из­вестному как ряд Фибоначчи, в котором каждое после­дующее число является суммой двух предыдущих: 1— 2—3—5—8—13… и их соотношения все больше прибли­жаются к значению «фи». Во времена Ренессанса золо­тое сечение (названное так Леонардо да Винчи) служи­ло конструктивной базой, в соответствии с которой были выполнены некоторые шедевры. Шваллер де Любич обнаружил, что гробницы древнеегипетских фа­раонов построены на основе соотношения я и ф, где пи= фи2 х 6/5. Еще более странное соотношение Шваллер вывел из обмеров треугольной набедренной повязки фараонов: два нижних угла неизменно равнялись «фи» и корень из «фи».

В Великой пирамиде соотношение «фи» найдено в треугольнике, образованном высотой, половиной" осно­вания и апофемой, — это основное поперечное сечение фигуры. При этом стороны треугольника относятся друг к другу так же, как если бы половину основания при­нять за 1, апофему за «фи», а высоту за корень из «фи».

Пирамида построена таким образом, что обеспечива­ется связь между квадратом и кругом. Основание пира­миды представляет собой квадрат, но периметр его равен длине окружности круга, радиус которого являет­ся высотой пирамиды. Если наложить квадрат на круг,

получится интересная и очень полезная схема, состоя­щая из периметра пирамиды, круга и окружности, опи­санной около всего чертежа. Без применения математи­ческих расчетов можно начертить прямоугольник (где одной стороной будет сторона основания пирамиды, а другой — ее удвоенная высота, или диаметр окружнос­ти), который будет равен по площади окружности. Это позволяет начертить прямоугольник или треугольник, равный сферическому квадранту, — решение главной проблемы картографов.

НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО

В древних текстах неоднократно упоминалось, что пирамида Хеопса представляет собой географический образ Северного полушария. Скрупулезно изучив про­изведения греческих авторов, упоминавших о пирами­де, Стеккини остановился на трудах одного из них — философа Агафархида Книдского, состоявшего при еги­петском фараоне в конце II века до н. э. Агафархид писал, что длина одной стороны основания пирамиды соответствует 1/9 градуса, а апофема — '/ю минуты.

Жомар обнаружил эту информацию и с ее помощью нашел почти правильное решение: по его вычислениям апофема равнялась 184,722 метра. И если умножить ее на 10, получалась длина минуты — 1847,22 метра, что очень близко к точной величине минуты широты на 29-й параллели. Это навело Жомара на мысль, что стро­ители пирамиды решили воспользоваться величиной главной широты Египта, приходившейся, по его расче­там, на 27 градус 40 минут. Жомар не знал, что древ­нейший геодезический центр Египта располагался на 27 градусах 45 минутах, точно посередине между Сие-

ной на тропике и Бехдетом близ Средиземноморского побережья. Он не мог знать этих данных, ибо месторас­положение новой столицы юного фараона Акхнатена, называемой Аменхотепа IV (XV век до н. э.), города Ахетатона, что означает «Место отдохновения Атона», около современной Эль-Амарны, не было еще обнару­жено, а молодой Шампольон еще не расшифровал еги­петские иероглифы.

Надпись на камне, найденном в руинах Эль-Амар­ны, относится к основанию столицы. Одна из сохра­нившихся копий — около 7,5 метра высотой. В тексте указывается, что границы новой столицы были обозна­чены двумя пограничными камнями, установленными «навечно» на расстоянии 6 атуров, У» стадии и 4 геогра­фических локтя. Это указывает на необыкновенную точность измерения вплоть до 1/10000 Как узнал Стекки-ни из переведенного текста, там не только указаны ко­ординаты древнего геодезического центра Египта — 27 градусов 45 минут, но и приведена длина среднего гра­дуса широты между экватором и полюсом — 240 715 локтей, или 111136,7 метра. Современные данные — 111134,1 метра.

Как указывает Стеккини, геодезическая реформа Ахетатона являлась возвратом к доисторической систе­ме расчета протяженности Египта в «географических», а не в «королевских локтях». Если бы Жомар замерил все четыре стороны основания с надлежащей точностью, он бы понял, что древние египтяне хотели — что совер­шенно разумно, — чтобы основание пирамиды фикси­ровало значение градуса на экваторе (где, как они счи­тали, Земля была абсолютно круглой и градус широты равнялся градусу долготы).

До первой мировой войны оставались сомнения по

поводу истинной длины четырех сторон основания пи­рамиды. Петри указывал, что невероятно трудно уста­новить точное расположение углов, откуда были удале­ны несколько блоков. Но в 1925 году Людвиг Борхардт, в то время директор Германского института археологии в Каире, попросил разрешения у правительства Египта воспользоваться их инструментами, чтобы произвести новые замеры пирамиды. Борхардт надеялся, что точно произведенные замеры наконец помогут отделить ложь от истины в многочисленных гипотезах по поводу уни­кальной геометрии Великой пирамиды.

Египетское правительство пошло навстречу при ус­ловии, что Борхардт сначала расчистит завалы вокруг пирамиды. Когда это было сделано, к работе приступил инженер по имени Дж. Коул. Он тщательно прозонди­ровал основание и смог установить оригинальное рас­положение всех четырех углов с точностью до несколь­ких миллиметров. Если одна сторона основания равня­лось 1/8 градуса, то периметр, умноженный на два, рав­нялся одной минуте. Полученное значение, согласно Коулу, 1842,91 метра, соответствует современной вели­чине минуты широты экватора (1842,9 метра).

Из этих данных становится ясно, что древние егип­тяне знали: градус широты на экваторе короче и длин­нее у полюсов. Шваллер де Любич пришел к такому же выводу, заметив, что египтяне рассчитали, что минута дуги равнялась 1000 брассов, или 1000 фатомов по б фу­тов. Брасс, по словам Шваллера, был чисто геодези­ческой мерой, величина которого варьировалась от 1,843 до 1,862 метра в зависимости от градуса широты. (Надо отметить, что минута широты равнялась 1842,9 метра на экваторе и 1861,65 на полюсе.)

Анализ древних текстов, проведенный Стеккини,

также позволяет решить проблему апофемы пирамиды, которая якобы равнялась 1/10 минуты, или 600 футов. Агафархид отмечал, что пирамиду Хеопса венчал пира-мидион, или замковый камень, величиной четыре локтя, который может либо учитываться, либо не учи­тываться при расчетах в зависимости от того, какую проблему надо решить. Как и обелиски, многие пира­миды завершались пирамидионами из ценных метал­лов, сверкавшими в лучах восходящего солнца. Если не брать в расчет пирамидион, апофема равняется 352 локтя по 0,525 метра каждый, что приближает нас к разгадке тайны пирамидальных локтей.

Теперь ясно, что небольшие отличия в величине фута в Персии, Греции, Месопотамии и Египте объяс­няются тем фактом, что он рассчитывался астрономи­чески и варьировался на доли миллиметра в зависимос­ти от широты места. Длина фасада Парфенона равна 100 географическим футам по 0,3082765 метра, или 1 секунде дуги на широте Афин (37 градусов 58 минут). На экваторе фут на миллиметр короче — 0,30715 метра;

на основной широте Египта — 0,307795 метра. На ши­роте Великой пирамиды он равнялся, по расчетам Жо-мара, 0,3079 метра. Полтора таких фута составляют «географический» локоть, равный 0,4618 метра, этот ло­коть использовался в Египте во времена Жомара.

Если одна секунда дуги равна 100 географическим футам, то окружность земли равна 39916,8 километра. Эта цифра отличается от современной на '/-у процента. Тейлор был близок к решению проблемы, когда заклю­чил, что строители пирамиды поделили окружность Земли на 360 градусов, потом на 60 минут и на 60 се­кунд и получили значение 1 296 999 секунд. В поисках единицы измерения, которая удовлетворила бы этой ве-

Геодезические омфало, обнаруженные Реиснером в великом хра­ме Амона

личине, Тейлор натолкнулся на так называемый корот­кий греческий фут, или фут Птолемея, равный 1,0101 английского фута. Если считать секунду дуги равной 100 футам Птолемея, то окружность Земли равна 129 600 000 футов Птолемея, или 130 908 960 англий­ских футов.

Фут Птолемея был не чем иным, как футом Жомара, равным 0,3079 метра, отсюда было выведено значение локтя, — 0,4618 метра; 500 таких локтей удовлетворяют размерам основания пирамиды. Но Тейлор не мог сде­лать правильный расчет, так как пользовался размерами основания, указанными ля Пиром и Котеллем, а их значение было на 1,8 метра больше и не могло удовле­творить величине ни одного локтя. Поэтому бедный

Тейлор был вынужден отказаться от гипотезы Жомара, гласящей, что 500 локтей по 0,4618 метра составляют основание пирамиды и что это значение эквивалентно 1/8 минуты, или 1/480 географического градуса. Тейлор был обескуражен таким результатом, но продолжал пре­бывать в убеждении, что «в этом направлении следует искать удовлетворительный ответ на вопрос: зачем была построена Великая пирамида?».

Пиацци Смит, который также чувствовал, что в ги­потезах Тейлора есть рациональное зерно, был обречен последовать за ним в тупик. Почему Тейлор, Смит, Петри и Девидсон не воспользовались данными Жома­ра — остается загадкой. Может быть, дело в том, что 21-томным «Описанием Египта», изданным француз­скими учеными, было трудно пользоваться: тома гро­моздкие и тяжелые, а нужная информация рассредото­чена на сотнях страниц вперемешку с не относящимися к делу данными, но есть в нем и четкие сведения, и Жомар пользовался ими.

Особенно удивительно то, что египтологи упрямо от­казывались признавать содержавшиеся в этом много­томном труде рациональные факты. Даже такой при­знанный специалист по Египту, как Жан Филипп Лоэр, архитектор египетской Службы древностей, который определенно имел доступ к «Описанию Египта», про­должал спор с Жомаром до второй мировой войны. По иронии судьбы, директор Службы древностей М. Этьен Дриотон –жаловался, что именно из-за непримиримой оппозиции египтологов теориям Жомара с ними обра­щаются, как с «наивными, слепыми, упрямыми диле­тантами, не любящими, когда нарушают устоявшийся порядок вещей».

То, что локоть Жомара, умноженный на 500, дает ве­

личину основания, а умноженный на 400 — апофему, уже не спорный вопрос.

Благодаря Коулу теория Жомара нашла подтвержде­ние. Агафархид был абсолютно прав, когда цитировал древнеегипетского автора, указывавшего, что основание пирамиды равно 1/8 минуты экваториального градуса. 500 локтей Жомара, умноженные на 8, затем на 60 и на 360, дают цифру 86 400 000 локтей. Это позволяет уста­новить источник египетских локтя и фута. Одни сутки содержат 86 400 секунд, за это время Земля совершает один оборот вокруг своей оси. Поэтому расстояние, ко­торое проходит Земля на экваторе за одну секунду, рав­няется в точности 1000 локтям Жомара.

Строители Великой пирамиды соотнесли длину ос­нования с расстоянием, которое Земля проходит, вра­щаясь вокруг своей оси, за полсекунды. Это привело к идее, что локоть и фут дважды соотносятся с парамет­рами Земли: локоть равен 1/1000 секунды времени, фут — '/юо секунды дуги. Каким образом об этом могли знать древние египтяне? Для расчета полярной окружности Земли они использовали солнце и тени, отбрасываемые обелисками. Для определения полярной окружности им надо было просто измерить расстояние между двумя обелисками, которые разделяло несколько миль, и раз­ницу в длине теней обелисков.

Не было необходимости измерять расстояние, ска­жем, между Александрией и Сиеной. Разницу в широте и, следовательно, долю дуги, разделяющей любые два обелиска на меридиане, можно получить по отношению длины тени обелиска к его высоте в момент солнце­стояния или равноденствия.

Для расчета экваториальной окружности древние египтяне наблюдали прохождение звезд через стацио-

нарные точки, каковыми были, в частности, и обелис­ки. Чтобы получить величину протяженности экватори­альной окружности, наблюдатель у основания обелиска на 30-й параллели сигнализирует при появлении на восточном горизонте звезды в зените наблюдателю, на­ходящемуся на определенном расстоянии западнее, в пустыне, наблюдающему на горизонте верхушку обе­лиска. Зафиксировав промежуток времени между сигна­лом первого наблюдателя и моментом, когда звезда по­явилась на горизонте второго наблюдателя, можно было рассчитать окружность Земли. На 30-й параллели она будет отличаться от экваториальной на значение коси­нуса 30 градуса, или квадратный корень из 3/2.

Надо было только определиться, какой единицей из­мерения пользоваться при расчете этих данных. Из приведенных расчетов следует, что древние астрономы принимали время, за которое Земля совершает один оборот вокруг своей оси, за единицу времени, а рассто­яние, которое Земля проходит за секунду, считали рав­ным 1000 локтям. Имея ряд обелисков, они могли фи­зически вычислить минуты и секунды дуги меридиана. Из древнеегипетских текстов Стеккини установил, что египтяне разработали упрощенный метод расчета длины каждого градуса от экватора до полюса, увеличивая или уменьшая количество обелисков. «Географический» ло­коть был идеальной мерой еще и в том смысле, что с его помощью получали весьма удобную цифру для про­тяженности Египта — 1 800 000 локтей. От Бехдета до Сиены 7,5 градуса, или 1/48 окружности Земли, равной 86 400 000 локтям.

Эти кажущиеся абстрактными факты помогают ре­шить загадку Великой пирамиды. Древние египтяне знали форму Земли с точностью до одного градуса, ос­

тальной же мир узнал ее только в XVIII веке, когда было установлено, что Ньютон был прав в своей теории и наша планета сплющена с полюсов; древнеегипетские же размеры Земли не были уточнены до середины XIX века.

Если бы эксперты, изучающие Древний Египет и Шумер, объединили свои усилия, они могли бы про­лить свет на многие еще более поразительные детали из истории древних наук…

ЗАКАТ ДРЕВНИХ НАУК

По-прежнему остается загадкой, почему передовые познания древних египтян оказались утраченными для мира в течение столь долгого времени. В своем иссле­довании, по истории доклассической географической " науки, Стеккини проследил развитие географии, осно­ванной на применении точных астрономических таб­лиц, до 1-го тысячелетия до н. э. Он установил, что поздние вавилоняне еще владели превосходными карта­ми Земли, включавшими участок между 30-й и Зб-й па­раллелями, разделенными на сегменты по б градусов широты и 7 градусов 12 минут долготы, которые пред­ставляли собой равные квадраты, так как длина градуса широты между этими параллелями меньше.

Этой системой, как показал Стеккини, пользовались до правления Дария в Великой Персии: империя пер­сов, с центром в произвольном геодезическом пункте в Персеполе, располагалась точно на расстоянии трех единиц по 7-му градусу 12-й минуте к востоку от еги­петского меридиана и трех таких единиц — к западу от индийской границы. Но в географическую науку уже вкрадывались ошибки из-за прекращения наблюдений небесной сферы и вследствие того, что географы пола-

гались на древние астрономические данные, которые больше не соответствовали действительности.

В поисках причины такой деградации, особенно в эл­линистический период, а также вплоть до современных времен, Стеккини предположил, что, когда Александр Великий разрушил Персеполь в IV веке до н, э., он ис­требил также египетских географов, которые были при­глашены персами для работы, а когда он разрушил центр египетской науки в Гелиополисе, чтобы построить свою собственную столицу в Александрии, еще более усугубил положение. Александр полагал, что, разрушив географи­ческие центры в Персеполе и Гелиополе, он сломит по­литический стержень древних империй. Стеккини дока­зал, что александрийские географы, такие, как Эратос-фен, Гиппарх, Птолемей, были отнюдь не новаторами в области географии, они основывали свои теории глав­ным образом на идеях, развитых их предшественниками, которые они даже изучили лишь частично.

Современные ученые продолжают утверждать, что первым длину окружности Земли вычислил Эратосфен. Но он попросту воспользовался данными египетских ученых, не осознав в полной мере их методов. Считает­ся, что Эратосфен установил протяженность градуса — 700 стадий. По Стеккини же, это — традиционная еги­петская мера, равная 14 атурам, умноженным на 50 ста­дий.

Эратосфену также приписывается следующее откры­тие: когда Солнце не отбрасывает тени на южной гра­нице Египта, оно отбрасывает тень 7 градусов 12 минут в Александрии. На самом же деле Эратосфен почерпнул из древнеегипетских текстов сведения о том, что тропик находился на широте 23-го градуса 51-й минуты и что солнце не отбрасывало тени в Элефантине. Он не знал

и не мог рассчитать, что В его время тропик сместился до 23 градусов 45 минут. Также он не удосужился при­вести цифру в соответствие с радиусом Солнца; он счи­тал, что Александрия расположена на 7 градусов 12 минут севернее 23-го градусов 51-й минуты; он даже за­являл, что Александрия находится на том же меридиа­не, что и Элефантина, тогда как разница в расстоянии между ними по широте достигает трех градусов, или 320 километров.

Более того, Эратосфен использовал «великий» локоть вавилонян (532,702 миллиметра) вместо более древнего египетского «королевского» локтя, равного 525 милли­метрам, чтобы получить стадий, так как ему не было из­вестно, что ассирийцы, завоевав Египет в VII веке до н. э., заменили египетский локоть своим собственным, месопотамским, чтобы зафиксировать свое владычество.

Проделав большую работу, Стеккини пришел к вы­воду, что за несколько тысячелетий до классических греков существовал народ, добившийся необычайных высот в математике и астрономии.

КТО ПОСТРОИЛ ПИРАМИДУ? КОГДА? И КАК?

Строители пирамиды, кем бы они ни были, не оста­вили никаких описаний своих методов. До сих пор не обнаружены египетские документы, в которых расска­зывалось бы, как строились первые пирамиды. Египто­логи на основе лишь сомнительных данных заключили^ что ступенчатая пирамида в Саккаре — старейшая, они приписывают ее сооружение архитектору Имхотепу, жившему во времена правления царя Джосера из Тре­тьей династии (XXVIII век до н. э.). Ступенчатую пира­миду Медумы относят ко временам правления отца Хе-

опса Снофру (XXVII век до н. э.); той же эпохой дати­руют строительство изогнутой пирамиды в Дашуре.

Наиболее древнее упоминание в источниках о Вели­кой пирамиде свидетельствует, что она была возведена в память глобального катаклизма в планетарной системе, что привело к пожарам и затоплению. Арабы считают, что пирамиды были построены до Потопа царем, кото­рому было видение, будто мир перевернется и звезды упадут с неба. Поэтому царь зашифровал в пирамиде все знания, которыми владели мудрейшее люди его времени, включая тайны астрономии, геометрии и фи­зики, трактаты по драгоценным камням и механизмам, о строении небесной сферы и земного шара.

Ранние иудейские свидетельства — не считая библей­ских «каменных столпов» — принадлежат Иосифу (I век), который говорил, что сефиты были творцами мудрости, понимавшими законы небесной сферы. Чтобы сохранить знания для всего человечества, они со­орудили два памятника — один каменный, другой кир­пичный — каменный сохранился до времен Иосифа.

Арабские легенды утверждают, что Великая пирами­да заключает в себе в зашифрованном виде не только карту звезд и их циклы, но и историю и хронологию прошлого и будущего.

Что же касается вопроса, кто построил Великую пи­рамиду, арабские историки, такие, как, например, Иб-рахим бен Ибн Васуфф Шах, свидетельствуют, что пи­рамиды Гизы были возведены допотопным царем по имени Сурид или Саурид, которому привиделась во сне огромная планета, которая упадет на Землю в момент, когда «сердце Льва достигнет первой минуты головы Рака». Абу Зейд эль-Балхи цитирует древнюю надпись, в которой говорится, что Великая пирамида была по­

строена во времена, когда созвездие Лиры находилось в созвездии Рака, или около 73 000 лет назад.

Знаменитый путешественник Ибн Батута, живший в XIV веке, утверждал, что Гермес Трисмегист (иудей­ский Енох), «узнав по явлению звезд, что грядет потоп, построил пирамиды, запечатлев в них научные трактаты и другие знания, достойные быть сохраненными».

По мнению теософа Безила Стюарда, автора книги «Загадки Великой пирамиды», нельзя быть твердо уве­ренным, что пирамиду, хотя она и находится в Египте, построили именно египтяне. Стюард утверждал, что если собрать все доказательства и тщательно их проана­лизировать, то станет ясно, что «семена египетской мудрости были посеяны несколькими колонистами, пришедшими в страну с миром и соорудившими эту ве­ликую конструкцию». Этими колонистами, по мнению Стюарда, были азиатские или европейские путешест­венники, необыкновенно мудрые. По завершении строительства пирамиды они покинули страну, унеся с собой свои знания.

Стюард писал, что планы строительства Великой пи­рамиды вынашивались задолго до начала ее возведения и были плодом труда одного-единственного мудреца, «ко­торый принадлежал к белой цивилизации, одаренной моральными, научными и культурными достоинствами, далеки превосходящей по уровню развития все осталь­ные цивилизации». Петри соглашался с этим и добавлял:

«Совершенные творения, часто относящиеся к раннему периоду (египетской архитектуры), не связаны с некой школой повсеместно распространенного учения, а ско­рее с группой людей, чьи феноменальные способности намного превосходили способности их современников». В отношении невероятной точности, с которой постро-

еяа Великая пирамида, Петри замечал: «Она обязана своим существованием таланту одного человека».

Недавно российские ученые предположили, что египтяне могли быть выходцами из Индонезии, которые покинули страну, когда десять—двенадцать тысяч лет назад местная цивилизация погибла в результате некой космической катастрофы, например падения астероида. Найдены астрономические карты невероятной точнос­ти, на которых местоположение звезд обозначено там, где они и должны были находиться несколько тысяч лет назад. Также в ходе раскопок обнаружены несколько предметов, включая хрустальные линзы, абсолютно сфе­рические и точные, возможно использовавшиеся в теле­скопах. Похожие линзы были найдены при раскопках в Ираке и Центральной Австралии, но сегодня они могут быть изготовлены только с применением абразивного материала, сделанного из окисла церия, который воз­можно получить только электрическим способом.

Что касается легенд, то по вопросу о датировке возве­дения Великой пирамиды, если не считать упоминания о том, что она была построена за триста лет до Потопа, они не добавляют ясности. Египтологи, установившие, что правление Четвертой династии относится к 2720 — 2560 годам до н. э., считают, что Великая пирамида была сооружена в 2644 году до н. э.; другие датой начала ее строительства называют 2200 год до н. э., еще 3056 лет понадобилось, чтобы завершить работу. Согласно еще одной точке зрения, пирамида на 1000 лет старше.

Относительно метода, использованного строителя­ми, история не сохранила сведений. И. Эдварде из Еги­петского отдела Британского музея, который всю свою жизнь посвятил поискам хоть каких-то фактов на этот счет, указывает в своем научном трактате, написанном

<p>128

в 30-х годах, что ни древнеегипетские тексты, ни на­скальные рисунки не проливают свет на этот вопрос.

Однако египтологи сходятся на том, что первона­чально строителям понадобилось расчистить плато Гиза от песка и камней до почвенного слоя, затем выровнять поверхность. Р. Энгельбах, ученик Петри, в течение многих лет работавший хранителем Каирского музея, считает, что для выравнивания земли египтяне окружи­ли стройплощадку с четырех сторон небольшими насы­пями из речного ила, внутреннее ее пространство за­полнили водой и проложили на нем сеть каналов. Оце­нить результат их трудов смог Коул, который обнару­жил, что на площади 5,2 гектара отклонения от гори­зонтального уровня не превышали двух с половиной сантиметров.

На расчищенный почвенный слой были уложены прямоугольные плиты белого известняка, ставшие по­крытием, на котором была произведена укладка первого ряда облицовочных камней. Затем потребовалось укре­пить на почве большие угловые блоки, чтобы образова­лись квадратные углы для закладки слоев облицовочных плит. Археологи без особого труда установили, что большая часть известковых блоков была доставлена с Мокаттамских холмов на берегу Нила, хотя некоторые блоки могли быть взяты непосредственно с холмов Гизы. На отдельных плитах красной охрой запечатлены названия бригад каменотесов, например «Лодочная бригада» или «Сильная бригада».

Ближайший источник семидесятитонных гранитных монолитов, использованных для ограждения Усыпаль­ницы царя, — Асуанские каменоломни, расположенные примерно в восьмистах километрах вверх по Нилу; от­туда они, очевидно, переправлялись вниз по течению на

5 По следам великанов

129

баржах. У. Эмери доказал, что уже бо времена Пер­вой династии египтяне имели превосходные медные инструменты, включая пилы и долота, которыми они могли дробить И распиливать известняк, и что их техно­логия шлифовки гранита была усовершенствована до уровня искусства. В качестве абразивного материала при распилочных работах они предположительно ис­пользовали увлажненный кварцевый песок.

Для скалывания породы с холмов египтяне скон­струировали несколько инструментов, следы некоторых из них можно найти и сегодня в Мокаттамских камено­ломнях. На сотню метров в скале прорубались штольни, между потолком и блоком, который надо было извлечь, вырезались уступы, потом деревянными молотками и медными долотами, закаленными неким неизвестным способом, пробивался вертикальный паз. В этот паз вставлялись смоченные водой деревянные клинья; кли­нья расширялись и раскалывали породу. Иногда разжи­гались костры, и, когда лили воду на раскаленный ка­мень, получали абсолютно ровный излом.

Единственное историческое свидетельство о способе перевозки блоков к месту сооружения пирамиды при­надлежит Геродоту, который утверждал, что, как. ему сообщили в Египте, на постройку пирамиды ушло двад­цать лет, и целых три месяца 100 000 человек перевози­ли камни с гор. Для транспортировки огромных глыб за десять лет была построена дорога длиной 900 метров и шириной 18 метров из отшлифованного камня, по ко­торой на полозьях тащили тяжелые камни.

Капитан Ф. Барбер, американский морской атташе, работавший в Египте в конце прошлого века и написав­ший брошюру под названием «Механический триумф древних египтян», подсчитал, что, если дорога должна

была возвышаться на 36 метров над Нилом, она имела бы уклон 30 сантиметров на каждые 7,5 метра полотна, что, по его мнению, является сравнительно небольшой крутизной, учитывая еще смазку поверхности. Барбер вычислил, что понадобилось бы усилие 900 человек, впряженных по двое в ряд, чтобы с помощью четырех веревок втащить 60-тонный монолит по такой наклон­ной плоскости. Эта упряжь заняла бы пространство 67,5 метра в длину и 4,8 метра в ширину, и он считал такое размещение вполне компактным.

Барбер утверждал, что для такого количества рабочих не представляло особой трудности перемещать камни, особенно если они были обучены передвигаться син­хронно; именно поэтому он считал, что на таких рабо­тах были заняты разумные люди, а не вьючные живот­ные — людей нетрудно обучить ритмичному движению, особенно если использовать маршевую песню или по­добие метронома. Моментальная сила, приложенная всеми этими людьми, позволяет им сдвинуть плиту, вес которой практически равен их суммарному собственно­му весу, что в несколько раз превышает их обычную тя­нущую силу. Если в строю случались промежутки из-за заболевших работников, их можно было компенсиро­вать грамотным распределением силы остальных. На рисунках, дошедших с тех времен, можно видеть про­цессии, подобные реконструированной Барбером, кото­рые включали и специально выделенного человека, ко­торый подливал какую-то смазку на дорогу, чтобы уменьшить силу трения.

Другие египтологи считают, что ввиду огромного ко­личества израсходованного камня необходимо было много таких дорог, а сохранилось их очень мало. По словам французского ученого Э. Амелино, в конце

XVIII века еще сохранялись остатки наклонного пути, ведущего к пирамиде Хефрена; а следы дороги к пира­миде Микерина видны и сегодня. Египетский археолог Селим Хассан говорит, что на краю плато Гиза есть значительные площади, выложенные большими извест­няковыми блоками; эта мостовая тянется в северо-вос­точном направлении и спускается на половину высоты плато. Ученый считает, что это могут быть остатки до­роги, которая была разрушена по окончании строитель­ства Великой пирамиды. Другой египетский археолог, Ахмед Фахри, утверждает, что остатки южной части до­роги, состоящей из булыжников, смешанных с грязью, по-прежнему существуют недалеко от южной стороны основной мостовой.

Что .касается технологии строительства самой пира­миды, то в этом вопросе мнения египтологов расходят­ся. Геродот упоминает, что сначала была закончена верхняя часть пирамиды, потом средняя и, наконец, нижняя. Это означает, что обработанные облицовочные камни устанавливались на вершине вплотную к ядру (центру), вероятно с помощью наклонной плоскости, или пандуса, которая снижалась по мере того, как стро­ители двигались вниз; такая технология требовала ис­пользования четырех пандусов — один напротив друго­го. Геродот отмечает, что облицовочные, камни подни­мались с земли ступень за ступенью^ на деревянных кран-балках посредством механизма, который он по­дробно не описывает. Котсуорт рассчитал, что, если поднимать наверх камни тем способом, как указывает Геродот, потребовалось бы около месяца, чтобы под­нять на вершину один камень.

Барбер утверждает, что понадобились бы подъемные краны или деррик-краны, чтобы поднять огромные

плиты, поэтому за неимением такого оборудования егип­тяне должны были сконструировать пандусы. Остатки-таких пандусов были найдены у пирамиды Аменемхета в Лиште, а также в Медуме. Аэросъемка выявила также на­личие пандусов в песках Дашуры. Петри считал, что об­лицовочный слой укладывался одновременно с внутрен­ними блоками, и строительство велось снизу вверх. Он подсчитал, что каждый день из каменоломен доставля­лось и укладывалось до пятисот блоков. Так как нижние слои содержат пятьдесят тысяч блоков, потребовалось бы более трех месяцев, чтобы уложить каждый слой.

Петри заявляет, что транспортировка блоков произ­водилась за три месяца разлива, когда можно было за­действовать большое число рабочих и сплавлять блоки по воде. Он предположил, что даже если на каждый ка­мень объемом 1,12 кубического метра и весом около 2,5 тонны приходилось не более восьми человек, они могли бы переправить десяток таких камней к пирами­де за три месяца, две недели они бы перетаскивали блоки от каменоломни по дороге, за день или два при хорошем ветре переправили бы их вниз по Нилу, и шесть недель ушло бы на подъем их в надлежащее место на пирамиде.

Петри подсчитал, что Великая пирамида содержит около 2 300 000 блоков весом 2,5 тонны каждый, разме­ром в среднем 127 х 127 х 71 сантиметр. Если восемь человек могли справиться с десятком камней за три ме­сяца, то 100 000 человек каждый сезон могли доставлять 125 000 камней, таким образом получалось, что на стро­ительство пирамиды ушло двадцать лет, как и отмечает Геродот.

Эдварде замечает, что, несомненно, в дополнение к 100 000 человек, которые транспортировали блоки к пи-

рамиде, на строительстве было занято гораздо больше рабочих. Это были опытные каменщики и их помощнич­ки. Возможно, они жили в постройках, которые обнару­жил Петри к западу от пирамиды Хефрена, где в бара­ках могли бы разместиться одновременно до четырех тысяч человек. Петри рассчитал, что сорок тысяч опыт­ных рабочих без труда могли обрабатывать 120 000 бло­ков каждый год; четыре человека обрабатывали бы один камень в течение месяца.

Петри был уверен, что каменщики укладывали слои кладки на земле, прежде чем поднимать их. Он нашел горизонтальные линии, выбитые на облицовочных и внутренних плитах, которые показывали, как они под­гонялись. По его мнению, работа велась под руководст­вом опытных каменщиков, которые составляли план на весь год и руководили работами, а в периоды разливов группы чернорабочих поднимали законченные плиты и укладывали их в надлежащие места. Петри говорит, что облицовочные плиты, искусно обработанные, устанав­ливались в нужную позицию изнутри, тогда как внут­ренние слои заполняли позже.

Двое итальянских ученых, Мараджольо и Ринальди, которые произвели недавно замеры пирамид Гизы и из­ложили результаты своей работы в четырехтомном труде, согласились, что внешний и внутренний слои ук­ладывались одновременно. Они считают, что облицо­вочные плиты двигали на место по тонкому слою жид­кого известкового раствора, который служил смазкой, а не только связующим материалом; эти плиты при по­мощи рычагов поднимались на места сзади и сбоку, чтобы трещины или сколы не были видны снаружи.

Бпллард отмечает, что было бы невозможно устано­вить столь искусно обработанные блоки, не повредив

их при этом; он предположил, что плиты дорабатыва­лись по шаблону уже на месте. Поддерживая Петри, Эдварде указывает на то, что, поскольку нижние слои кладки располагались на гладкой мостовой, которая вы­ступала приблизительно на полметра за основание пи­рамиды, было невозможно укладывать облицовочные камни с внешней стороны, не повреждая выступающего края мостовой; также они не могли дорабатываться в кладке, так как от этого мостовая также пострадала бы.

Тот факт, что некоторые известняковые плиты, со­ставлявшие мостовую, уложены ниже центральных бло­ков, также свидетельствует о том, что центр пирамиды заполнялся после укладки внешнего слоя. По мнению Петри, внешние плиты укладывались вплотную друг к другу на земле и подгонялись по боковым, задней и нижней граням так, чтобы на месте оставалось только выровнять внешнюю грань. По свидетельству архитек­тора Рекса Энгельбаха и инженера Сомерса Кларка, ав­торов книги «Древнеегипетские каменщики», чтобы сделать боковые грани облицовочных камней абсолют­но равными, они укладывались вплотную друг к другу, .и между ними проходили пилой. Однако Мараджольо и Ринальди не нашли никаких следов распилочных работ на вертикальных боковых гранях.

Петри утверждает, что обнаружил следы красной охры на лицевой стороне некоторых плит, которые не были тщательно отшлифованы, из этого он заключил, что шлифовка происходила поэтапно — примерно так же, как дантист обрабатывает зуб, — и одновременно производился контроль пластинами, покрытыми охрой. В любом случае окончательная пригонка облицовочных плит должна была производиться до того, как их укла­дывали на место.

Все камни, видимые сегодня, — внутренние, специ-. ально обрабатывались таким образом, чтобы они могли плотно прилегать к внешним. Они также хорошо обра­ботаны, но изготовлены не из чистого белого известня­ка, а с вкраплениями окаменелостей. Плиты следующих слоев кладки обработаны значительно хуже и различа­ются по размерам, это было сделано еще и затем, чтобы швы не совпадали. Плиты скреплялись раствором, со­стоявшим из песка, извести и измельченной красной керамики, что придавало ему розоватый цвет.

Петри считал, что для подъема всех слоев облицовоч­ных и центральных плит на верх пирамиды, использо­вался пандус, установленный напротив одной грани, и он определил, что его объем должен был быть по край­ней мере эквивалентен объему самой пирамиды. Барбер полагает, что наклонную плоскость, заканчивающуюся у вершины пирамиды, с наклоном 10 градусов, следовало начинать вести за 1800 метров в долине Нила, такой по­мост на 480 метров длиннее мостовой, о которой писал Геродот. Более того, по словам Барбера, для подъема плит на пандусе необходимо было затратить в четыре раза больше усилий, чем на самой пирамиде.

Чтобы установить пандус у пирамиды, по подсчетам Барбера, понадобилось бы 2 100 000 кубических метров кирпичей с Нила, или в четыре раза больше камня, чем пошло на постройку пирамиды. С каждым последующим слоем кладки пандус становился все выше и длиннее, но он также и сужался. По словам Плиния, пандусы соору­жались из селитры и соли, их позже можно было раство­рить водой, но это утверждение представляется фантас­тическим, так как потребовался бы целый океан воды.

В ноябрьском номере журнала «Нейчурэл хистори» за 1970 год инженер Олаф Теллефсен высказался в том

смысле, что Великая. пирамида могла быть возведена всего несколькими тысячами рабочих, если бы исполь­зовать простой механизм, состоящий из крепкой дере­вянной кран-балки, сбалансированной противовесами на точке опоры и укрепленной на деревянных скатах. Это, по его словам, позволило бы избавиться от гро­моздких пандусов. Теллефсен утверждал, что в Древнем Египте не хватило бы рабочей силы, чтобы соорудить пандусы высотой более половины пирамиды. Египтоло­ги возразили с легкой ехидцей, что доказательств тео­рии Теллефсена пока нет.

Котсуорт считает, что египтяне изобрели более эф­фективную систему для подъема камней: они использо­вали в качестве пандуса саму пирамиду, затаскивая камни по ее спиралевидной внешней стене.

Эта система предоставляла дополнительные преиму­щества, если южную стену пирамиды заканчивали ранее и далее работа велась в ее тени, а не под палящим со­лнцем. Но даже если забыть про жару и представить себе весь объем работы, который выполнили египтяне, то он, безусловно, покажется невероятным. Барбер заявлял, что таким проектом должен был руководить поистине гениальный инженер: необходимо было грамотно спла­нировать работы, распределить рабочих по различным операциям, следить, чтобы все работали согласованно, обеспечить необходимое количество инструмента, а также еду и жилье для работников, да еще предусмот­реть действия на случай непредвиденных ситуаций.

Барбер указывал на то, что общественные работы были необходимы во время разлива, чтобы обеспечить пропитанием население. Август Менкен предполагал, что помимо работников необходимо было обеспечить едой, жильем и охраной не менее 150 000 женщин и

детей. Из древних текстов и рисунков Барбер почерп­нул сведения о том, как обращались надсмотрщики с подневольными работниками, и сделал вывод, что для обеспечения порядка на строительстве пирамиды по­требовалась бы армия в четыреста тысяч человек.

Котсуорт полагает, что в стране с жарким, сухим кли­матом, такой, как Египет, не требовалось жилищ для ра­ботников, привыкших в качестве пищи обходиться зер­ном и водой, а что касается санитарных условий, то они там были гораздо лучше, чем в викторианской Англии.

Отходы породы и материалов вывозились за скалы Гизы на северную и южную стороны, где они образова­ли завалы, простиравшиеся на сотни метров и занимав­шие пространство примерно в половину объема пира­миды. При раскопках у подножия скалы Петри обнару­жил слои пустынной гальки и песка, свидетельствую­щие о расчистке участка пустыни, необходимого для проведения строительных работ. В грудах мусора он нашел осколки емкостей для воды и пищи, обломки де­рева и древесного угля и даже кусок древней бечевки.

Единственное упоминание о затратах на строитель­ство пирамиды принадлежит Геродоту, который сооб­щает, что, по словам переводчика, сумма, затрачивае­мая в день на приобретение редьки, лука и чеснока для питания рабочих, выгравирована в основании пирами­ды. Но это свидетельство выглядит недостоверным, как и другой факт, упомянутый Геродотом, что Хеопс на­столько поиздержался за время возведения пирамиды, что вынужден был торговать своей дочерью, беря за каждую ее услугу цену одного известнякового блока.

Кингсленд подсчитал, что если 2 300 000 блоков было уложено за 20 лет, или за 7300 рабочих дней, то требовалось ежедневно укладывать 315 камней, или 26

Египтяне, впряженные в две шеренги, с помощью веревок транспортирующие огромную статую. Обратите внимание на человека, задающего ритм, стоящего на колене статуи, и че­ловека, который поливает мостовую маслом для уменьшения трения

камней в час, при рабочем дне 12 часов. Менкен, кото­рый так пренебрежительно относился к математичес­ким и астрономическим достижениям древних египтян, был все же вынужден признать, что, учитывая многооб­разие проблем, с которыми они неминуемо должны были столкнуться при строительстве, надо предполагать наличие у них более совершенных инструментов и более развитых научных знаний, чем принято считать.

Кингсленду было любопытно, какими видами осве­щения и вентиляции пользовались египтяне при под­земных работах. Он не считал чем-то сверхъестествен­ным то, что египтяне могли иметь орудия труда, о кото­рых мы имеем весьма скромное представление, и при­менять методы, которые сегодня мы считаем оккульт­ными. Возможно, их методы не столь, мистичны, как может показаться на первый взгляд: Локьер предполо­жил, что, используя одно передвижное зеркало и не-

сколько стационарных, можно было добиться, чтобы со­лнечный свет доходил до любого уголка недр пирамиды.

Хотя легенды приписывают жрецам Гелиополиса способность вызывать бури и перемещать камни, какие не по силам поднять и тысяче человек, большинство египтологов решительно отвергает возможность исполь­зования таких прогрессивных методов, как лазерная технология, для разрезания камней или таких сверхсо­временных и в наши дни механизмов, как антигравита­ционные машины, для поднятия тяжестей, настаивая на том, что все работы совершались с использованием примитивных орудий труда и неограниченной челове­ческой силы. Тем не менее Эдварде заявляет: «Хеопс, вероятно страдавший мегаломанией, никогда бы за 23 го­да своего царствования не соорудил ничего подобного по размерам и долговечности Великой пирамиде, если бы технические достижения не позволяли его каменщи­кам управляться с огромными глыбами камней».

Петри высказывается в пользу неизвестного метода, говоря, что в пирамиде Хефрена имеется гранитная «подъемная решетка» весом около двух тонн, которая расположена в таком узком туннеле, что работать над ней одновременно могли только шесть—восемь человек. Поскольку в действительности для манипулирования таким весом потребовалась бы сила сорока — шестиде­сяти работников, Петри пришел к выводу, что египтяне должны были использовать более совершенные методы строительства, не дошедшие до нас.

Хотя датский инженер Тони Брунее продемонстри­ровал, как огромные блоки наподобие балок в Усыпаль­нице царя, могли подниматься одним-единственным человеком благодаря, умелому использованию клиньев и балансиров, Петри был убежден, что древние строители

владели еще более прогрессивными средствами подъема и перемещения камней, нежели обыкновенные панду­сы, катки, рычаги.

Но, возможно, одна из самых сложных загадок пира­миды касается трех гранитных пломб, которыми был замурован выход из Восходящего туннеля.

ЗАЧЕМ БЫЛИ ЗАЛОЖЕНЫ ТУННЕЛИ ВЕЛИКОЙ ПИРАМИДЫ? КОГДА? И КАК?

Большинство египтологов по-прежнему считают, что Великая пирамида служила гробницей для некоего фа­раона, предположительно — Хеопса. По их мнению, тун­нели предназначались для транспортировки гроба с мертвым фараоном к саркофагу в погребальной камере, для выхода после погребения или, наконец, служили уловкой, которая увела бы грабителей от скрытой камеры с саркофагом. Что касается огромных пломб, то никакой другой версии, помимо заботы о «покое» мертвого фарао­на, выдвинуто не было. Как бы то ни было, этой версии не нашлось серьезного подтверждения, так как ни в Ве­ликой пирамиде, ни в какой другой не было обнаружено никаких останков тел, только фрагменты костей, да и те трудно отнести к какому-либо периоду времени.

Даже «незапломбированная» могила матери Хеопса Гетеферы, обнаруженная в 1925 году совместной экспе­дицией Гарвардского и Бостонского университетов на дне 25-метровой шахты, забитой булыжниками, оказа­лась нетронутой на протяжении пяти тысяч лет; и все же саркофаг был пуст, и предположительно пустым он и был установлен в «погребальной» камере.

По утверждению египтологов, среди которых такие авторитетные, как Петри и Борхардт, когда тело фарао­на было уложено в усыпальнице и похоронная процес-

сия вышла на поверхность, три огромные гранитные плюс несколько известняковых пломб проскользнули между пазами наклонной Большой галереи, пока не за­ложили Восходящий туннель. Существуют различные гипотезы относительно того, производились ли все эти 'операции с безопасного расстояния, или рабочие, вы­полнявшие их, обречены были на пожизненное заточе­ние в пирамиде, или они умудрились выбраться через шахту, известную как «колодец».

Борхардт выдвинул гипотезу, гласящую, что в про­цессе работ строители неоднократно меняли свои планы, что и отразилось на столь странном внутреннем устройстве пирамиды. По его словам, первоначально было решено положить умершего фараона в углублении, выбитом в естественной породе на дне Нисходящего туннеля, но позднее планы поменялись. По каким-то неизвестным нам причинам было решено захоронить царя выше. Поэтому яма осталась незаконченной. Внут­ри уже уложенных слоев кладки был прорыт Восходя­щий туннель, который привел к Усыпальнице царицы. Тщательно исследовав стены Восходящего туннеля, Борхардт заметил, что камни внизу уложены почти па­раллельно земле, а вверху — параллельно уклону кори­дора. Отсюда он заключил, что пирамида уже возвыша­лась до уровня середины Восходящего туннеля в момент начала его строительства. В таком случае туннель был пробит сквозь уже существовавшие слои кладки, а потом уже блоки укладывались параллельно его уклону.

Теорию Борхардта поддерживал Леонард Коттрелл, автор популярной книги о пирамидах «Горы фараонов». Он предположил, что, когда строители поменяли план, они успели завершить Усыпальницу царицы и вентиля­ционные шахты, а потом снова изменили решение. По

мнению Коттрелла, на этот раз они задумали продлить Восходящий туннель в высоту до Большой галереи, рас­ширить его на 48 метров, чтобы построить третью по­гребальную камеру для царя, куда и поместить тело фа­раона. Почему высота Большой галереи должна была быть 8,4 метра, хотя для обеспечения нормальной рабо­ты было достаточно и вдвое меньшей, Коттрелл не объ­ясняет.

С этой гипотезой спорили Мараджольо и Ринальди, указавшие на то, что дно Восходящего туннеля было специально прорублено сквозь нижние слои кладки, просто чтобы привязать его к ядру самой пирамиды. Нижняя часть туннеля была пробита не в обычной кладке, а в кладке, специально призванной привязать конец туннеля, так как многие блоки — очень боль­шие — уложены плоско, вертикально и боком и значи­тельно отличаются от остальных внутренних слоев кладки, а стыки почти незаметны, в то время как на других участках стыки довольно широкие и грубые.

По мнению итальянских авторов необходимо было сделать перемычку на стыке Восходящего и Нисходяще­го туннелей, чтобы потолочные плиты и пол Восходяще­го туннеля не провалились бы в Нисходящий. Несколько монолитов были вогнаны в Восходящий туннель с ин­тервалом десять локтей, чтобы усилить его связь с ядром пирамиды и предотвратить провал, но таких камней нет в Нисходящем туннеле, где они не нужны, так как тун­нель покоится на твердой породе холма Гиза.

Борхардт продолжал доказывать свою гипотезу и дошел до такой стадии, когда не только перестал нахо­дить поддержку даже среди своих единомышленников, но и дискредитировал свою идею самим подходом к проблеме: в частности, гранитные и известковые плом-

бы, заложившие Восходящий туннель, не могли быть установлены между пазами Большой галереи, ибо яви­лись бы препятствием для похоронной процессии, ко­торая шествовала сверху. Поскольку пломбы были слишком велики и не прошли бы ни одну из усыпаль­ниц, Борхардт заявил, что блоки поднимались на дере­вянную платформу, установленную на пазах Большой галереи.

Это позволило бы похоронной процессии прошест­вовать под ними; однако почему это более удобно, не­жели карабкаться по низкому и узкому Восходящему туннелю, он не объяснил, как и то, каким образом тя­желые блоки перемещались с платформы до уровня мостовой, по которой они должны были скользить. Не­состоятельность этой версии, по мнению Мараджольо и Ринальди, доказывает и тот факт, что немногие архео­логи придали ей значение.

Что касается метода пломбирования Восходящего туннеля, Коттрелл считает, что выступы на пазах Боль­шой галереи должны были поддерживать поперечные балки из. дерева или известняка, чтобы массивные пломбы не провалились. По его словам, по мере того как проходил похоронный кортеж, рабочие, стоявшие на выступах, опускали блоки, начиная с нижнего, и те проскальзывали в туннель; если бы они все были спу­щены одновременно, то под давлением их общего веса на нижнем конце произошли бы разрушения.

В связи с этим встает вопрос: куда исчезли эти дере­вянные или известняковые балки? Если они были из дерева, то разложились бы за прошедшее время. Также их могли вынести через колодец рабочие, хотя непонят­но, зачем это надо было делать. Также эти материалы могли быть вынесены грабителями. Кроме того, встает

вопрос: зачем было изобретать столь сложную систему пломб, если все равно оставался колодец, по которому легко можно было проникнуть в недра пирамиды? Нижний конец колодца можно было замаскировать, но весь его завалить было невозможно после того, как по нему ретировались рабочие.

Часть или весь Нисходящий туннель можно было за­ложить и закрыть вход в пирамиду. Это было бы про­стейшим способом перекрыть доступ во все палаты пи­рамиды, и человеку было бы не под силу прорубить стопятиметровую толщу твердого известняка. Петри ос­паривает утверждение, будто длинный– Нисходящий туннель мог быть завален плитами; Мараджольо и Ри­нальди полагают,' что следы разборки таких пломб должны были бы остаться на стенах Нисходящего тун­неля, а этого не наблюдается за исключением несколь­ких метров около входа. Наиболее смелая гипотеза гла­сит, что Нисходящий туннель мог быть изначально ос­тавлен пустым, а яма незаконченной, и все это должно было служить для отвода глаз грабителей, которых не­обходимо было убедить, что никаких мумий в пирамиде нет.

Что касается колодца, то у Мараджольо и Ринальди противоположная гипотеза на этот счет. Они считают, что колодец был сооружен на самой ранней стадии стро­ительства и служил служебной и вентиляционной шах­той, обеспечивавшей воздухом нижний выход из Нисхо­дящего туннеля. Итальянцы полагают, что потребность в такой шахте могла возникнуть сразу после начала строительства Восходящего туннеля, так как в против­ном случае рабочим внизу Нисходящего туннеля было бы трудно дышать. На первый, взгляд, теория кажется правдоподобной. Но есть два возражения: по мере стро-

ительства пирамиды, когда рабочие поднялись выше уровня земли, у них было уже достаточно воздуха; тогда как при строительстве колодца ниже уровня земли рабо­чим так же не хватало бы воздуха, как и в случае с Нис­ходящим туннелем, и-тогда необходимость в таком ко­лодце не имела бы смысла. Такая вентиляционная шахта была бы нужна, если яма использовалась бы и в даль­нейшем, например для астрономических наблюдений.

Итальянские ученые также считают, что задолго до того, как похоронная процессия вошла в Большую гале­рею, весь колодец был забит булыжниками и строитель­ным мусором. Нижний вход затем был старательно за­маскирован, и на западном желобе Большой галереи был уложен камень, чтобы скрыть шахту сверху. Они ссылаются на то, что с классических времен до XIX ве­ка никто не заметил нижнего входа в колодец.

Мараджольо и Ринальди соглашаются с Петри в том, что в пирамиду совершались визиты грабителей уже вскоре после завершения ее строительства, во время гражданской войны где-то между 2270 и 2100 годами до н. э. С этого пункта гипотеза итальянцев становится более радикальной. Они утверждают, что древние ван­далы, а вовсе не Аль-Мамун прорубили дыры вокруг гранитных пломб в конце Восходящего туннеля. Эти воры якобы прорвались вверх по туннелю и дошли до «святыни». Именно они, по мнению итальянцев, нашли вход в колодец в Большой галерее, который расчистили в поисках сокровищ.

Итальянцы полагают, что механизм закладки Восхо­дящего туннеля должен был приводиться в движение на расстоянии. Некоторое время назад было обнаружено, что в изогнутой пирамиде Снофру гранитные блоки, которыми закрыт Нисходящий туннель, могли быть

сдвинуты только посредством силы тяжести, а не с по­мощью рычагов, так как в этой пирамиде нет никаких колодцев или какого-либо другого запасного выхода.

Скорее всего, по утверждению итальянцев, пломбы в Великой пирамиде скользили по жидкой известке и их вынужденное скопление объясняется 10-сантиметро­вым расстоянием между первой и второй гранитной пломбами; куда же исчез известковый раствор, не объ­ясняется, но улетучиться он не мог, если это только не было масло…

Также трудно предположить, каким образом древние грабители так быстро и точно определили место посере­дине Нисходящего туннеля, откуда надо было начинать рыть в обход пломб, если верить тому, что пломбы были скрыты призматической плитой. Итальянцы по­дозревают, что никакой плиты не существовало; как это ни парадоксально, они все же верят в легенду о том, что рабочие Аль-Мамуна услышали стук упавшей плиты — просто потому, что туннель резко поворачивал на вос­ток, прежде чем соединиться с Нисходящим туннелем.

Другую гипотезу по поводу закладки Великой пира­миды предложил в 1963 году инженер из Балтимора Ав­густ Менкен. По его мнению, когда пирамида была до­строена до скатов крыши Усыпальницы царя и работа продолжалась в Большой галерее и Прихожей, случи­лось сильное землетрясение. Пострадали потолочные балки Усыпальницы царя, образовались трещины и, «к ужасу строителей, спусковой механизм, сдерживавший закладки на полу Большой галереи, ослаб и блоки со­скользнули в Восходящий туннель, заблокировав выход из пирамиды».

Рабочие оказались в западне, но их положение было не безнадежным. «Как только утихли первый страх и

потрясение, оставшиеся снаружи люди поняли, что слу­чилось с их товарищами, и начали вести с ними перего­воры через вентиляционные отверстия, ведущие из Усыпальницы царя. Посредством этих же отверстий людей снабжали едой и водой». Так как пробиться через гранитные закладки не было никакой возможности, а если рубить вокруг них, то можно было сильно повре­дить туннели, египтяне решили, считает Менкен, вы­рыть колодец со дна Нисходящего туннеля, ведущий к концу Большой галереи. По этой версии, была выслана инспекционная команда, чтобы проверить степень раз­рушений и обследовать потолок Усыпальницы царя; с этой целью был прорыт небольшой туннель, позже из­вестный под названием туннель Девисона, прямо через нижнюю из разгрузочных камер.

Закладка Восходящего туннеля приостановила все другие работы, а также сделала невозможным использо­вание Усыпальницы царя для захоронения, реального или видимого. «Так, работы выше закладок вестись не могли и окончилась первая и единственная попытка египтян построить надземные камеры», — заключает Менкен.

Скептики могут спросить Менкена: если строитель­ные работы были доведены до вершины Усыпальницы царя, не легче ли было удалить несколько блоков из верхних слоев, чтобы освободить рабочих? А если стро­ители понимали, что не смогут использовать внутрен­ние помещения, зачем же они продолжали работы над пирамидой и даже облицевали ее прекрасным отшли­фованным известняком?

Совершенно иное решение проблемы предлагает Девид Девидсон. Толщина и ширина гранитных закла­док указывает на то, что они должны были быть задви-

<p><emphasis>Современная иллюстрация гранитных закладок в Ве­ликой галерее</emphasis>

нуты, когда пирамида возвысилась до их уровня, или на семнадцать слоев. Девидсон говорит, что сантиметро­вый зазор между сторонами Восходящего туннеля ввер­ху и гранитными плитами не позволил бы-, чтобы они проскользнули из Большой галереи беспрепятственно. Тут же встает вопрос, зачем вообще было строить этот туннель — только для того, чтобы сразу же заложить его плитами?

Девидсон считает, что внутренние помещения пира­миды не предполагалось использовать" в период стро­ительства, они были предназначены последующим ци­вилизациям, и, чтобы добраться до них, исследователям пришлось бы пробиваться через серию известняковых закладок, что, как гласит история, и сделал Аль-Мамун. Напрашивается вопрос о колодце, который привел бы исследователей прямо в Большую галерею, минуя Вос­ходящий туннель. Девидсон разъясняет, что колодец был задуман позже, а не как запасный выход после це­ремонии захоронения, ибо пирамида, по его мнению, вовсе не была гробницей.

Он предложил свой сценарий, по которому развива­лись события. Вскоре после завершения строительства произошло сильное землетрясение или какое-то другое стихийное бедствие. Жрецы, или хранители пирамиды, заметили обвалы с внешней стороны и решили обсле­довать внутреннюю часть. Катастрофа, по мнению Де-видсона, должна была случиться спустя какое-то время после завершения строительства, до того как были утра­чены планы и размеры внутренних камер. Хранители спустились в Нисходящий туннель и, вместо того чтобы пробиваться через гранитные закладки, дошли почти до низа Нисходящего туннеля и прорыли колодец к началу Большой галереи. В их задачу входило также обследо­

вать две большие трещины в почве и выяснить, могут ли они вызвать дальнейшие разрушения.

Пробивая туннель, хранители миновали обе трещи­ны и сочли, что они не опасны. На уровне грота они устроили перевалочный пункт для доставки инструмен­тов и для отдыха. Из грота они прорыли коридор к на­чалу Большой галереи. Каким-то образом они умудря­лись прекрасно ориентироваться, поэтому выбрались как раз с нижней стороны галереи. Девидсон по трещи­нам вокруг колодца решил, что камень вынимали снизу.

Чтобы так хорошо ориентироваться в недрах пира­миды, надо было иметь точный план и размеры всех помещений. Эта гипотеза исключает возможность того, что колодезную шахту прорыли воры или исследовате­ли. Когда хранители достигли Большой галереи, по мнению Девидсона, они разобрали пол в нижней части галереи на площади три-четыре метра и открыли про­ход к Усыпальнице царицы. Обследовав ее, они не об­наружили никаких повреждений. Продвигаясь к Усы­пальнице царя, хранители заметили странные колеба­ния. Внутри усыпальницы они увидели, что потолочные блоки с южной стороны треснули. Тогда они заделали трещины цементом и штукатуркой. Петри отмечал, что обнаружил следы цемента на протяжении около полу­тора метров по обеим сторонам от шва.

Петри, обследовав Усыпальницу царя, заключил, что она сильно пострадала, возможно, от землетрясения, от чего вся камера расползлась примерно на два-три сан­тиметра. Блоки с южной стороны отошли и треснули;

весь потолок весом около четырех тысяч тонн держался на одном растворе, которым замазали трещину. Петри считал, что обвал Усыпальницы царя — это только во-

прос времени, так как она не связана с основной кон­струкцией.

Девидсон утверждает, что пять разгрузочных камер были специально устроены, чтобы принять на себя ос­новной удар. Вместо того чтобы установить самые верх­ние блоки на твердом граните, строители уложили их на известняк, который первым должен был развалиться в случае падения, сняв напряжение с нижних балок и тем самым защитив стены Усыпальницы царя. По Девидсо-ну, более жесткая конструкция, одинаковая во всех каме­рах, привела бы к обвалу. Чтобы этот буферный эффект сработал, перекрытия камер не должны быть скреплены с восточной и западной стенами. Вместо этого были возве­дены две огромные известняковые стены, независимые от гранитных полов и поддерживающих блоков. С этими большими стенами камеры не связаны и пружинят.

Чтобы добраться до этих камер, хранители, по вер­сии Девидсона, прорубили отверстие в восточной стене галереи и достигли ее верхней, южной стороны. В под­тверждение Девидсон приводит тот аргумент, что от­верстие это сделано в нужном месте и под точным углом, чего не могли бы сделать воры или исследовате­ли, не знакомые с внутренним устройством пирамиды. Внутри первой камеры (которую Девидсон позже на­звал своим именем) хранители пирамиды поняли, что все не так плохо, как они думали. Огромные гранитные блоки в самом деле треснули, но не настолько, чтобы вызвать серьезные разрушения. Они замазали трещины, решив вернуться позже и посмотреть, не произошло ли каких-либо изменений.

Затем хранители спустились вниз по колодцу, дно которого замаскировали, и вышли наружу через сдвиж­ной камень на северной стороне. Эта версия выглядит

весьма логичной. Конечно, пробивать ход в твердой по­роде и слоях кладки, при этом вынося обломки из пи­рамиды, — нелегкое дело, но не невозможное. Следова­ло также обеспечить светом и воздухом рабочих и при­думать систему подвесок или платформ; кроме того, об­ломки должны были падать прямо на головы рабочих. Но все эти проблемы можно было решить.

Данную гипотезу ставит под сомнение факт, на ко­торый обратили внимание Мараджольо и Ринальди. Стены колодца, ведущего вверх из грота, по их словам, были выложены ровными блоками известняка, как если бы они являлись частью оригинальной конструкции. Предположительно стены могли быть облицованы хра­нителями, возможно, в целях их укрепления. Петри указывает на то, что колодезная шахта неправильной формы и прорублена через уже имеющиеся слои клад­ки, порою даже оставлены камни с острыми краями, что свидетельствует о том, что колодец не был заплани­рован в начале строительства.

Французский профессор архитектуры Ж. Бруше, об­следовавший пирамиду и издавший в 1966 году иллю­стрированную книгу о результатах своей работы, согла­шается с Девидсоном в том, что гранитные закладки не могли проскользнуть в Восходящий туннель; он считает, что они были заложены в процессе строительства, когда пирамида была еще усеченной. Чтобы они проскользну­ли вниз, считает Бруше, стены должны были быть глад­кими, как стекло, тогда как они довольно грубо обрабо­таны. Но Бруше не соглашается с Девидсоном в том, что колодец был прорублен снизу вверх, указывая на то, что дно колодца находится немного ниже уровня Нисходя­щего туннеля. Бруше утверждает, что этого не произо­шло бы, если бы колодец начинали рыть снизу.

Если колодец рыть сверху, то это надо было делать до того, как был заложен Восходящий туннель, или после того, как «Аль-Мамун прорубил свой ход. В верх­ней части пирамиды нет места для хранения строитель­ного мусора: усыпальницы для этого не подходят, а к Большой 'галерее пришлось бы прилаживать крестови­ны и мешки для отвала. Бруше указывает на то, что ко­лодец не мог быть сооружен после Аль-Мамуна, так как нижний выход Нисходящего туннеля был заполнен им самим отходами известняковых закладок; шахта была расчищена только в 1817 году Кавильей.

Другой французский исследователь, Жорж Гойон, который скопировал все надписи и рисунки на пирами­де и издал их в книге, посвященной королю Египта Фа-руку, также не соглашается с гипотезой о том, что слу­жебная шахта использовалась как запасный выход. Он тоже полагает, что грабители вторглись в пирамиду вскоре после завершения работ и что «дыра Аль-Маму­на» появилась как раз в этот период. Он делает смелое предположение, что первые визитеры вошли через тун­нель, который приписывают Аль-Мамуну, и Аль-Мамун посетил пирамиду уже после того, как была снята ее облицовка, что противоречит Общепринятой трактовке известных исторических фактов.

В своей статье в «Ревью аркеолоджик», целиком по­священной механизму закладки Великой пирамиды, Гойон высказал предположение, что один-двое работ-чих вполне могли манипулировать целой серией блоков и преградить путь в Восходящий туннель. Для лучшего скольжения они могли использовать глину, смешанную с коровьим молоком, а для контроля — деревянные клинья по обеим сторонам первого блока. Гойон свиде­тельствует, что на нижнем гранитном блоке имеются

Версия Гойона: как один-единственный человек мог с легкостью установить гранитные закладки в Восходящем туннеле при по­мощи мази и деревянных клиньев

две щели глубиной семь сантиметров, которые предна­значались для клиньев. Он оспаривает утверждение, будто стилизованная «опускная решетка» перед Усы­пальницей царя никогда не использовалась для замуро­вывания гробницы. Гранитные плиты, давно извлечен­ные грабителями, могли опускаться точно в боковые пазы на веревках, перекинутых через деревянные блоки, а четыре вертикальных щели, вырезанные на ли­цевых гранях «опускной решетки», позволяли этим ве­ревкам свободно скользить.

Существует еще одна теория, которая не противоре­чит находкам Девидсона. Ее авторы — астрономы Про­ктор и Аятониади. Они утверждают, что усеченная пи-рамида служила обсерваторией, работая в которой еги-

петские жрецы могли составлять точные карты и табли­цы видимых звезд. Вполне возможно, что они пожелали спрятать свои инструменты, чтобы впоследствии никто не смог узнать, каким способом они получили свои зна­ния. В этом случае имело смысл замуровать Восходя­щий туннель, пока верхняя часть Большой галереи была открыта до уровня Усыпальницы царя.

Дональд Кингсбери, профессор математики Мак-гиллского университета, высказывает предположение, что колодец использовался для наблюдения за звездами в зените. Так как имеется короткая вертикальная шахта, связывающая грот с Нисходящим туннелем, то наблю­датели Полярной звезды и звезд могли подавать друг другу сигналы.

Дункан Макнотон в книге «Система египетской хро­нологии» высказал предположение, что, возможно, древние египтяне использовали усеченную пирамиду как обсерваторию, а их потомки, завершив строительст­во, превратили ее в гробницу.

Рассмотрим далее другую гипотезу о том, что сарко­фаг никогда не являлся реальной могилой, а был «от­крытой гробницей», символом воскрешения и пробуж­дения духа великих посвященных.

ХРАМ ТАЙНОГО ПОСВЯЩЕНИЯ

Некоторые авторы высказывают мнение, что сущест­вует тесная связь между Великой пирамидой и египет­скими тайными знаниями, которыми обладали избран­ные, и они передавались тем, кто прошел длительный испытательный срок и подвергся суровым проверкам, подобным тем, какие устраивались для посвящения в члены ордена тамплиеров, в общества розенкрейцеров и масонов.

В надлежащее время избранных посвящали в законы и тайны космоса и взаимосвязи его с человеком (этого нельзя было объяснить невежественным людям, которые не могли подняться над обыденностью и принимали вещи такими, какими они им кажутся). Процедуры еги­петского храмового ордена описаны современными сво­бодными масонами. Они представляли собой процесс постепенного посвящения, в котором Великая пирамида играла роль святыни и доступ в нее был открыт только посвященным высшей или трех высших ступеней:

Это постепенное посвящение, как пишут масоны, длилось двадцать два года, в течение этого времени по­свящаемых обучали различным наукам, среди которых наиболее ценилась геометрия. «В этом контексте, — пишет Тони Брунее, автор книги «Тайны древней гео­метрии», — неудивительно, что они зашифровали свои знания в храме посвящения». Познание астрономичес­ких циклов и их применение также было частью древ­него обряда посвящения. В те дни, считает Уильям Кингеленд, астрономия была не просто наукой о меха­низме движения небесных тел, но была тесно связана с астрологией, «глубоко эзотерическим учением о вели­ких циклах человеческой эволюции, понимаемым толь­ко адептами». Кингеленд добавляет, что если Великая пирамида была построена посвященными для посвя­щенных, то «что может быть логичнее того, чтобы при ее строительстве были задействованы некие глубинные силы природы, и, знай мы об этих силах, это помогло бы нам разрешить загадку пирамиды».

Теософ Е. Блаватская в «Тайной доктрине» также за­являет, что пирамида не только показывает движение звезд на небе, но и является «вечным памятником и не­рушимым символом Тайны и Посвящений на Земле». В

книге «Исида без покрывала» мадам Блаватская разви­вает свою мысль, говоря, что, тогда как внешне пира­мида «символизирует созидательные законы Природы и иллюстрирует также принципы геометрии, математики, астрономии и астрологии», внутреннее ее устройство предназначалось для церемоний посвящения. Это был «храм посвящения, где люди становятся ближе Богам, а Боги спускаются к людям». Блаватской саркофаг пред­ставляется чем-то вроде купели для крещения, подни­маясь из него, вновь посвященный рождался заново и становился адептом.

По версии Брунеса, во время церемонии посвящения кандидата помещали около храмового вождя; он нахо­дился в трансе, что символизировало состояние смерти. Очнувшись, он считался соприкоснувшимся с миром богов и рожденным заново. Блаватская так реконструи­рует церемонию древнего обряда: «Посвященный адепт, успешно прошедший через все испытания, привязывал­ся, не прибивался, к ложу в виде Тау… и погружался в глубокий сон («Сон Силоама»). Он пребывал в таком со­стоянии три дня и три ночи, за это время его Духовное «я» начинало ощущать, что общается с «богами», спуска­лось к Гадесу, Аменти или Патале (в зависимости от стра­ны) и творил блага во имя невидимых существ, будь то человеческие души или Чистые духи; его тело оставалось все это время в храмовом склепе или подземной пещере. В Египте оно помещалось в саркофаг в Усыпальнице царя в пирамиде Хеопса, ночью третьего дня его несли к входу в галерею, где в определенный час лучи восходяще­го Солнца обильно освещали лицо находящегося в трансе кандидата, который пробуждался, дабы принять посвя­щение от Осириса и Тота, бога Мудрости».

Чтобы такой обряд стал возможным, пирамида

должна была либо быть усеченной, либо содержать по­тайные туннели, до настоящего времени не обнаружен­ные. Большинство древних философов и великих рели­гиозных учителей, включая Моисея и святого Павла, как считается, почерпнули свою мудрость от египетских посвященных. Среди тех, кто признавал или намекал на передачу знания таким способом, были Софокл, Солон, Платон, Цицерон, Гераклит, Пиндар и Пифагор.

Некоторые подобные церемонии, только видоизме­ненные и скорее формальные, сохранились в ритуалах масонов и христиан. Кингсленд считает, что тайна Ве­ликой пирамиды известна и сейчас посвященным, но, вероятно, «является тем знанием, которое они не счита­ют возможным раскрыть всему миру». По словам Нор-мана Фредерика де Клиффорда, автора книги «Египет, колыбель древнего масонства», это мистическое учение существовало задолго до нашей эры; древнее братство «обладало более значительными знаниями механическо­го' искусства и наук, нежели современные архитекторы».

Некоторые авторы считают, что пирамида представ­ляет в монументальной форме доктрину, письменным выражением которой является «Книга Мертвых», запе­чатлевшая в аллегорическом и символическом виде тай­ную мудрость посвященных, или законы, которые уп­равляют вселенной. «Книга мертвых» — так обычно на­зывают собрание египетских наскальных надписей и папирусов, найденных в гробницах или облатках мумий. Е. Уоллис Бадж перевел ее название как «Книга владычицы Тайного храма». Один из поздних текстов был найден в мумии и представлял собой папирус дли­ной двадцать метров, разделенный на 165 глав. Ныне он хранится в Туринском музее.

Древние египтяне связывали «Книгу мертвых» с

Тотом, богом Мудрости, и считали ее летописью деяний человеческих, которые открываются в момент, когда душа предстает^ перед судом, решающим ее посмертную судьбу. Египтологи в большинстве своем полагают, что это собрание ритуальных текстов различных периодов египетской истории в различной интерпретации, ис­пользовавшихся жрецами во время погребальных цере­моний. Но Генри Фервилль в своей книге «Секретное знание» заявляет, что тексты «Книги мертвых» были не­постижимы для тех, кто никогда не изучал их с точки зрения психологии. Неясные тексты, по Фервиллю, «за­сияли в контексте ритуала посвящения, и обычаи, кото­рые кажутся экстраординарными и даже абсурдными для профана, приобрели связь с самой главной наукой».

Проблема перевода иероглифов была освещена Джорджио де Сантилланой. Он отмечал, что в египет­ских словарях есть 37 переводов слова «небеса». В ре­зультате подробные инструкции в «Книге мертвых», от­носящиеся к небесному путешествию души, переводятся на «мистический» язык, и воспринимать их нужно осто­рожно. Современные переводчики, пишет Сантиллана, так упрямо держатся за свою теорию, согласно которой загробный мир следует искать в недрах нашей Земли, а не на небесах, что даже 370 специфических астрономи­ческих терминов не могут сбить их с пути. В качестве примера он приводит характеристику богини Хатор — «госпожи всех радостей», тогда как буквальный перевод ее имени звучит как «госпожа каждого оборота сердца». Знак «сердца» часто изображается как отвес — часть аст­рономического прибора, меркхета. «Очевидно, — за­ключает Сантиллана, — сердце символизирует что-то специфическое, например центр гравитации».

Дж. Ральстон Скиннер в книге «Источник мер»

пишет, что пирамида являлась не гробницей, а храмом для посвящений. Он идет дальше и связывает пирамиду с еврейской каббалой, системой аллегорических символов, которая объясняет тайное учение Библии о великих кос­мических принципах происхождения человека. Ключом к каббале служит геометрическое отношение площади круга, вписанного в квадрат, или шара в кубе. Это напо­минает связь диаметра окружности с численным выраже­нием в числе «пи». Отношение диаметра к окружности, полагает Скиннер, считалось одним из важнейших, свя­занным с именами богов Елоима и Яхве, причем первый символизирует окружность, второй — диаметр; их имена являлись цифровым выражением этих отношений.

Тони Брунее, посвятивший свою книгу «Секреты древней геометрии» ордену свободных масонов, дока­зывает, что Великая пирамида, подобно большинству античных храмов, построена на основе передовой, но тайной геометрии, известной только избранным. Секре­ты этой древней геометрии, пишет Брунее, так ревност­но охранялись, что целиком она не была обнародована до публикации его книги в 1969 году. Брунее показыва­ет, как древние египтяне использовали основной чер­теж круга, вписанного в квадрат, разделив и круг и квадрат геометрически на равные части — от двух до десяти и все их возможные кратные, не прибегая к из­мерениям или арифметике, только с помощью линейки и компаса — этот чертеж напоминает традиционную эмблему масонских орденов.

По словам Брунеса, первым геометрическим допол­нением был крест, который является не только ключом к решению геометрических проблем, но и к изобрете­нию цифр и алфавита. Если к чертежу прибавить диаго­нали", то получатся латинские и арабские цифры, а

также буквы нескольких алфавитов. Брунее показывает, что и математика и алфавит берут начало из геометрии, и геометрия рассматривалась египтянами как главней­шая дисциплина. Он проделал детальный анализ мате­матического папируса Ринда для демонстрации того, что древнеегипетская система счета была основана на геометрических законах и что их идеи и теории базиро­вались на правилах геометрии.

Брунее обнаружил, что круг считался древними' египтянами священным, так же как и квадрат, треуголь­ник и крест, все эти фигуры тесно связаны с Великой пирамидой, у которой квадратное основание и тре­угольные грани символизируют «священный» круг. Бру­нее демонстрирует, как круг, вписанный в квадрат и поделенный на четыре части крестом, позволял древне­египетскому геометру вписать в него основные фигуры:

пятиугольник, шестиугольник, восьмиугольник и деся­тиугольник. Из всех этих фигур наиболее важная — пя­тиугольник с пятиконечной звездой: он автоматически дает золотое сечение и пропорцию «фи».

Хотя Греция и считается родиной математики — по большей части из-за множества сохранившихся трудов по математике и геометрии — Брунее отмечает, что Пи­фагор,. основатель греческой математики, провел двад­цать два года в Египте в качестве жреца и вернулся в Грецию, только когда персидский царь Кир Великий сжег храмы в Мемфисе и Фивах в 527 году и увел его в плен в Вавилон. По возвращении в Грецию Пифагор обучал математике на основе тех знаний, которым он обучился в Египте.

Брунее отмечает, что Моисей, также бывший египет­ским жрецом, был знаком с древней геометрией, кото­рую он зашифровал в описании устройства дарохрани­

тельницы; эта информация достигла Иерусалима и была включена в Священное писание. Французский ар­хеолог и математик Шарль Фанк-Хелле в книге «Биб­лия и Великая египетская пирамида» соглашается с тем, что библейский локоть — не что иное как египетский «королевский» локоть, по его мнению, он был на волос, или полмиллиметра, короче локтя Стеккини. Фанк-Хелле считает, что локоть был зашифрован в Иеруса­лимском храме как "/б, или 523,6 миллиметра, вместо 524,1, как указывал Стеккини.

0|1|2|3|4|5|6|

Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru HotLog informer pr cy http://ufoseti.org.ua